Поиск

Слушаю эту вторую часть «Саги о Форсайтах» Голсуорси в озвучке Н. Козия. Поначалу не могла привыкнуть к его размеренному, с таким же джентльменским достоинством, как и у героев Голсуорси. Да, мешают некоторые помехи по звуку и очень медленный темп (ускоряю немного для себя). <br/>
Но чтец великолепен. С ним ты находишься прямо в этой аристократический жизни Лондона и поместий, погружаешься в атмосферу «форсайтизма»)) и будто становишься многолетним соседом-наблюдателем жизни семейства. <br/>
Сомс мне нравится в третьей части саги, где он жертвует всем ради самого дорогого, что у него было — дочери и картин (ну и ради сохранения духа собственника)))<br/>
Во всех трех частях он неколебим в своих принципах, привычках, достоинстве, честности. Но история с Ирен доставила ему много боли. Интересно, что его не любят его кузены и другие родственники, ни на йоту так, как любили, например, старого Джолиона.<br/>
Ирен, любимица Голсуорси (напоминает чем-то большую симпатию Л.Толстого к его героине Наташе Ростовой), вызывает восхищение. Тоже несокрушимое достоинство, верность единственной настоящей любви, независимость, воспитание, такт, сдержанность (но не холодная, как у Сомса, а добрая и открытая к добрым людям), гордость, красота, вкус ко всему.<br/>
Все Форсайты мне нравятся, прямо привязалась к ним. Ну да, они дрожат над копейкой и своим джентльменством. Но они честны и по-своему добры к людям, причем разных сословий (высокомерно, правда, добры, но добры же).<br/>
Все они очень привязаны к своим детям и внукам. У них есть фамильная черта — чувство ответственности за сохранение семейных ценностей, продолжение рода, воспитание достойных членов общества, людей с хорошими человеческими качествами.<br/>
Очень много снобизма в Форсайтах))) Прямо иногда устаешь от этого английского великосветского чванства)) и убежденности этих аристократов, что они — лучшее на земле. Кто им это сказал?))<br/>
А еще во всех книгах саги нет-нет да проскальзывает мнение Форсайтов, а значит, всей английской знати всех времен, о других нациях — немцах, итальянцах, русских. Из этих всех высказываний только слова о французах более или менее ровное, к ним — почти как к ровне))) Ну чересчур завышенное мнение о своей нации.<br/>
Но о разных исторических моментах жизни Англии, о ее традициях, законах, привычках, быте интересно все же узнать. Роман по глубине погружения в мир страны и отдельных ее семей сродни толстовской эпопее. <br/>
В общем, роман грандиозный, прочтение великолепное. Спасибо Н. Козию. И Голсуорси. Любимая книга)

Если сегодня холодный северный ветер переменится на теплый южный, то знайте, вам следует ждать в гости Мэри Поппинс с черным зонтиком, в строгих туфельках без каблука и в клетчатой пелеринке. Почему именно сегодня? Потому что 11 мая отмечают День ожидания Мэри Поппинс, самой известной литературной няни-волшебницы, героини сказки английской писательницы Памелы Треверс.<br/>
Памела Трэверс подарила малышам не просто сказку. Это, скорее, притча, которая содержит духовные уроки, делающие это произведение вполне годным для прочтения людьми, давно вышедшими из нежного возраста. Чтобы вспомнить о том, насколько чудесным персонажем в сердцах читателей и зрителей стала Мэри, посмотрим, как она менялась за свою волшебную киноисторию.<br/>
Впервые в кино Мэри Поппинс сыграла американская актриса Мэри Уикс. Даже имена у них совпадали. Дебютом персонажа на киноэкранах стал не сольный фильм, как этого следовало ожидать. Актриса показала Мисс Совершенство в эпизоде телесериала «Первая студия» 19 декабря 1949 года. Тогда кино еще было чёрно-белым.<br/>
Следующей Мэри стала Джули Эндрюс. Фильм «Мэри Поппинс» вышел в 1964 году и был наполнен музыкой и танцами. Попытка создать экранизацию оказалась почти что пыткой. Уолт Дисней планировал первым приложить свою руку к истории Мэри ещё в начале 40-х годов.  Но Памела Треверс не была согласна отдавать своего персонажа в руки Голливуда. Спустя 20 лет  переписок писательница прибыла в США и провела две недели в Лос-Анджелесе.  Дисней пытался найти подход к женщине, ревностно охранявшей собственного персонажа, в ход шли самые разные уловки. Но даже экскурсия в сказочный Диснейленд не помогла Уолту добиться желаемого. В итоге сердце Треверс было «растоплено» рассказами Уолта о собственном детстве. Писательница согласилась на экранизацию под крылом студии, но со строгим условием: она потребовала полного своего участия в подборе актёров и создании фильма.<br/>
Отечественной «Леди Совершенство» стала Наталья Андрейченко. Фильм «Мэри Поппинс, до свидания», снятый как мюзикл, вышел  в 1984 году. Добрейшая красавица няня Мэри Поппинс ведет детей Майкла и Джейн в сказку, в страну чудес, а взрослых уносит на время в мир их детства, чтобы они заново открыли истины жизни.<br/>
Последней (на данный момент) сыгравшей волшебную няню актрисой стала Эмили Блант. Фильм «Мэри Поппинс возвращается» появился в российском прокате не так давно. В этой версии Мэри не просто возвращается, чтобы навести порядок в семье, но и скрасить их жизнь. Делает это она благодаря фантазии сценаристов и режиссёра, которые представили настоящий сиквел фильма с Джули Эндрюс.<br/>
Насладитесь любым из перечисленных вариантов киноверсии Мэри Поппинс и, конечно же, перечитайте любимую книгу.  Помните – если холодный северный ветер переменится на тёплый южный, то Мэри уже близко! Ждите!

«…если ты чувствуешь, что оставаться человеком стоит — пусть это ничего не дает, — ты все равно их победил».<br/>
(Джордж Оруэлл «1984»)<br/>
***<br/>
Начинается роман с чистейшего чёрного юмора, что уже привлекает внимание. <br/>
Во время похоронной процессии усопший воскресает. «В самом ли деле ему отрезало голову, или это одно из тех преувеличений, что возникают, когда всё совсем плохо. Ну, вроде, как говорят, целый квартал выгорел дотла, когда на самом деле пострадали три здания из семи, и то частично.»<br/>
Вот тут всё и начинается. Я не буду пересказывать роман, а напишу о своих ощущениях и впечатлении, какое он на меня произвел.<br/>
ШИКАРНЫЙ РОМАН. Написан, видимо, хорошим английским языком, что неудивительно. Автор — профессор английского языка в университете. Без особых очаровательных описаний природы (всё-таки XXI век!) Но красивым и легким слогом. Думаю, неплох и перевод. Что касается языка — это настоящая литература!<br/>
***<br/>
Эмоциональное воздействие близко к «1984» Оруэлла. Но дважды написать «1984» нельзя. Да и время сейчас другое. Мир изменился. Не маячит призраком Большой Брат. Но вот сама Америка, видимо, не так представлялась в будущем. На основе фантастического сюжета острой сатирой высвечены пороки «цивилизованной» системы. Вездесущие СМИ, бесцеремонно влезающие в жизнь простых людей, социальные службы, занимающиеся не своим делом. Всевидящее око спецслужб, берущее всё под контроль, разного рода религиозные секты и прочее.<br/>
«Мы, богатейшая страна в истории мира и даже о своих больных толком позаботиться не можем.»<br/>
Жил себе простой преподаватель. Но после смерти, он не только «почувствовал ледяной холод, исходящий от него самого,» но и получил дар очень тонко чувствовать людей, их прошлое. В романе это отражается в замечательных характеристиках:<br/>
«Мать любила его достаточно, чтобы закричать, но недостаточно, чтобы остановить экзекуцию.»<br/>
«Хауэлл был сама усредненность. Тошнотворно заурядный и незабываемый уже тем, что был абсолютно забываем.»<br/>
***<br/>
Мне импонирует в роман всё. Даже то, что играют в шахматы, а не в покер.<br/>
Это интеллектуальный роман Нового времени. Много русских примечаний, так как рассчитан на то, что читатель знает, о чем идёт речь.<br/>
Зачем мертвый оказался среди живых? Конечно, для того, чтобы переосмыслить свою жизнь и поступить правильно. "… я знаю всё о смысле смерти. Я не ангел, я не спаситель и не мессия, я, наконец-то, в этой жизни просто порядочный человек."<br/>
Но будет ещё интрига. И довольно оригинальный финал.<br/>
«Вы меня не бойтесь. Я ухожу.»<br/>
***<br/>
Огромное СПАСИБО Михаилу Прокопову за такой замечательный подарок. Очень хотела прочитать этот роман. Но, в современном ритме жизни, как-то не находила времени. И тут такое удовольствие. <br/>
Буду читать, делать записи и, конечно, еще слушать.<br/>
Спасибо всем, кто принимал участие в проекте.

В этот день ровно 110 лет назад – 24 декабря  1914 года –  Агата Мэй Кларисса Миллер, будущая «королева детективов»,  вышла замуж за Арчибальда Кристи. Они познакомились на вечеринке. Он пригласил ее на танец, потом – на другой, третий… А потом, подобно Золушке, Агата исчезла с бала. Через несколько дней Арчи Кристи вихрем ворвался в дом Миллеров, порядком переполошив всех его обитателей. «Вы должны выйти за меня замуж…Должны! Я с первых же минут танца понял, что вы станете моей женой! Что? Вы уже помолвлены? Ерунда! Разорвать эту помолвку – и дело с концом!». И Агата сдалась. Молодые люди поспешили скорее обручиться, и со свадьбой тянуть не стали — вскоре Арчи предстояло уехать на войну, а Агата осталась в Лондоне.<br/>
Прошло время, Арчибальд вернулся с войны и попытался стать бизнесменом, чтобы прокормить семью. Агата родила ему дочь Розалинду, хотя в небольшой съемной квартире втроем было тесновато. Да и с бизнесом не складывалось. К тому времени Агата твердо вознамерилась стать писательницей. Но «Загадочное происшествие в Стайлз» один за другим отвергли шесть издательств. Вопрос Арчи побудил ее попытать счастья с седьмым. К ее удивлению, роман опубликовали, а ей выдали гонорар — 25 английских фунтов. «Теперь ты сможешь заработать кучу денег!», — эта фраза мужа окончательно утвердила Агату в мысли, что писательство следует превратить из хобби в настоящую работу. За шесть лет — с 1920-го по 1926-й — она опубликовала шесть романов, Пуаро уже мог соперничать по популярности с Шерлоком Холмсом, а Агата с мужем сменили съемную квартиру на собственный дом в пригороде и даже купили машину. Казалось бы, все в жизни писательницы складывается как нельзя лучше: ее произведения пользовались большой популярностью, у нее появились поклонники и ценители ее творчества, но …<br/>
Но белая полоса в ее жизни закончилась неожиданно. Сначала умерла мама Агаты. Не успев оправиться от потери, она столкнулась с новым несчастьем – Арчибальд Кристи признался, что полюбил другую: свою партнершу по гольфу Нэнси Нил.  Последовала ссора, Арчи ушел из дома, хлопнув дверью, и вернулся домой лишь под утро. Дом был пуст: Агата уехала на машине, оставив записку, что отправляется в Йоркшир. Но там оказался лишь брошенный автомобиль. Писательница пропала — и семейная ссора приобрела криминальную подоплеку. Подозрение неизбежно пало на неверного мужа, но оказалось, что полковник Кристи здесь был не причем.<br/>
Спустя 10 дней Агату обнаружили в санатории, где она все это время ходила на физиотерапевтические процедуры, играла на фортепиано и, в общем, неплохо проводила время. Но самым странным было то, под каким именем писательница зарегистрировалась: она назвалась Терезой Нил, взяв фамилию своей соперницы.<br/>
С Арчибальдом они развелись через два года, в 1928-м. Никаких комментариев или объяснений своего поведения она не дала до конца жизни.

Ровно 220 лет назад родился один из крупнейших французских писателей XIX века Проспер Мериме, автор знаменитой «Кармен». Он был мастером психологической новеллы, в центре его внимания – внутренний мир человека, показ его внутренней борьбы, падения или, наоборот, возрождения, роста. Видимо, поэтому интерес к его творчеству не угасает и сегодня.<br/>
Единственный сын богатых родителей родился в Париже. Общим увлечением химика Жана Франсуа Леонора Мериме и его супруги, в девичестве Анны Моро, была живопись. За столом в гостиной собирались художники и литераторы, музыканты и философы. Разговоры об искусстве сформировали интересы мальчика. Он свободно владел латынью и с раннего детства говорил по-английски. В восемь лет он экстерном поступил в седьмой класс Императорского лицея, а после выпуска по настоянию отца изучал право в Сорбонне.<br/>
Путь в литературе Проспер Мериме начал с мистификации. Автором сборника пьес была названа испанка Клара Гасуль, не существовавшая в реальности. Вторая книга Мериме – сборник сербских народных песен «Гузла». Как оказалось, автор текстов не собирал их в Далмации, а попросту сочинил. Историческая драма «Жакерия» уже не ставила задачи ввести читателя в заблуждение, а рисовала картину средневекового крестьянского восстания во всех неприглядных подробностях. Столь же детально и реалистично описана борьба за власть феодалов и клерикалов в «Хронике царствования Карла IX» – единственном романе писателя.<br/>
 Но мировую славу Просперу Мериме принесли новеллы. Наиболее известна – «Кармен». Красивая история трагичной любви цыганки и испанца до сих пор волнует читателей и зрителей. Исследователи творчества писателя предполагают, что свою знаменитую новеллу писатель написал под влиянием пушкинских «Цыган».<br/>
В 1849 году писатель всерьез взялся за изучение русского языка. Друзья шутили, что он, словно бы эмигрировал в Россию. В течение десяти лет, с 1853 по 1863 годы Мериме написал несколько статей о русской истории. Среди них «Восстание Разина», «Казаки былых времен», «Лжедмитрий – эпизод из русской истории». Свои публикации он посвящал и русским литераторам – Гоголю, Пушкину, Тургеневу. В конце жизни писатель особенно увлекся историей Петра I.<br/>
В 50-е годы Мериме был очень одинок. После смерти отца он пятнадцать лет прожил вдвоем с матерью. В 1852 году Анна Мериме умерла. Кипучая творческая энергия начала иссякать. Пришла старость.<br/>
В 60-е годы здоровье Мериме ухудшилось. Его беспокоили приступы удушья (астма), отекали ноги, болело сердце. В 1867 году из-за развившейся болезни легких он поселился в Каннах, где и умер тремя годами позднее – 23 сентября 1870 года, пяти дней не дожив до своего 67-летия. В Париже тем временем сгорели его архив и библиотека, а то, что пощадил огонь, было растащено и продано прислугой. После смерти писателя вышел сборник «Последние новеллы», лучшим из которых критики называют рассказ «Голубая комната». Стала достоянием читателей и его личная переписка.

Сегодня 14 августа исполняется 155 лет крупнейшему английскому писателю, драматургу и поэту Джону Голсуорси, человеку, удостоенному при жизни всех мыслимых литературных наград, включая Нобелевскую премию. Сам писатель считал, что лучший путь к сердцу читателя — «представлять жизнь такой, какой её видишь, со всей искренностью и совершенством, на какие способен». Голсуорси пришлось пройти долгий путь самосовершенствования и познания жизни, чтобы стать вровень с лучшими английскими романистами.<br/>
Будущий писатель родился в очень богатой семье. Его отец был юристом, директором Лондонской компании, и не жалел денег на образование сына. Прекрасное образование сулило не менее замечательные перспективы, однако Голсуорси, став адвокатом, так и не начал заниматься юриспруденцией. В возрасте 28 лет под влиянием Ады Голсуорси, жены его двоюродного брата, с которой у Джона начался роман, молодой человек решает стать писателем. И в 1897 году под псевдонимом Джон Синджон выпусти свою первую книгу — сборник рассказов «Четыре ветра». Первый роман «Джослин» появился годом позже, второй — «Вилла Рубейн» в 1900 году, а следующий сборник рассказов, вышедший через год, уже содержит упоминание о семье Форсайтов, которую ему предстояло увековечить в книгах более позднего времени.<br/>
После смерти отца Голсуорси обрёл материальную независимость. Ада переехала к нему, а когда через год закончился её бракоразводный процесс, молодые люди поженились. Возможность жить вместе вдохновила Голсуорси на роман «Собственник», в котором он описал неудачный брак Ады на примере отношений Сомса и Ирен Форсайт. Этот роман, принёсший Голсуорси репутацию серьёзного писателя, стал самым известным из его произведений. «Собственник» явился первым томом трилогии «Саги о Форсайтах». <br/>
В 1919 году выходит вторая часть трилогии саги «В петле», а в следующем третья — «Сдаётся в наём». Однотомник «Сага о Форсайтах», изданный в 1922 году имел колоссальный успех. Голсуорси становится ведущей фигурой в англо-американской литературе.<br/>
Вторую трилогию о Форсайтах, озаглавленную «Современная комедия», писатель закончил в 1928 году. Тогда же он начал работать и над последней трилогией — «Конец славы», куда вошли романы «Девушка ждёт», «Пустыня в цвету», «На другой берег». Она была издана Адой Голсуорси в 1933 году уже после смерти писателя.<br/>
В 1932 году Голсуорси была присуждена Нобелевская премия по литературе «за высокое искусство повествования, вершиной которой является „Сага о Форсайтах“. Из-за смертельной болезни, опухоли мозга, писатель на церемонии награждения не присутствовал. 31 января 1933 года, меньше чем через два месяца после вручения ему Нобелевской премии, он скончался.<br/>
После смерти Голсуорси общество английских писателей просило о погребении его праха в Уголке Поэтов Вестминстерского аббатства, где покоятся литературные знаменитости. Настоятель аббатства не счёл возможным поддержать это ходатайство — так напоследок церковь свела счёты с непримиримым противником религии. И тогда было исполнено пожелание Джона Голсуорси, высказанная им в стихотворении „Развейте мой прах!“ — на вершине холма, вдали от проезжей дороги был развеян прах одного из достойнейших людей своего времени.

Ровно 100 лет назад 2 мая 1922 года в загсе Хамовнического района Москвы состоялось бракосочетание Сергея Есенина и Айседоры Дункан. Заядлая феминистка, всемирно известная танцовщица, которая верила в любовь и не верила в браки, в 44-летнем возрасте нарушила свои принципы ради великого русского поэта. При этом он не говорил по-английски, а она едва могла объясниться на русском и была старше его на 18 лет. История этих двух одарённых людей до сих пор окружена всевозможными легендами. В судьбе каждого из них будет немало личных трагедий, и любить друг друга они будут по-разному, лишь одинаково трагичным будет конец их жизни.<br/>
Их встреча состоялась в день рождения поэта, 3 октября 1921 года, у художника-авангардиста Жоржа Якулова. Как вспоминает тогдашний пресс-секретарь Айседоры Илья Шнейдер, Есенин ворвался в мастерскую с криком: «Где Дункан?» И уже через считанные минуты стоял на коленях перед ней, полулежащей на софе. Она гладила его по голове, а он смотрел на неё — так они общались весь вечер. «Он читал мне свои стихи, я ничего не поняла, но слышу, что это музыка, и что эти стихи писал genie!» — так позже говорила Дункан. Около 4 часов утра они уехали вместе. Через некоторое время Есенин переселился в особняк любимой, расположенный на Пречистенке.<br/>
Их любовь была страстной и недоступной для понимания большинства. Однако всё, кто был близко знаком с парой, были уверены, что Есенин и Дункан безумно любили друг друга. Было много ссор, битья посуды, пара неоднократно расходилась с громкими скандалами, но они неизменно возвращались друг к другу.<br/>
Вскоре Айседора решила на время покинуть Россию. Есенин не хотел отпускать Дункан и поехал с ней — для этого им пришлось пожениться. Новобрачные выразили желание носить двойную фамилию Дункан-Есенин. Выходя из ЗАГСа, Есенин радостно воскликнул: «Теперь я — Дункан!»<br/>
Осенью 1922 года супруги уехали за границу. Но путешествие, ради которого они поженились, просто не могло не развести их в разные стороны. В СССР Айседора была великой танцовщицей, а за границей никто не спешил признавать Есенина великим поэтом. Из путешествия Есенин вернулся один в августе 1923 года. Точнее они вернулись вместе, но Айседора тут же уехала в Париж, бросив Илье Шнейдеру: «Я привезла этого ребенка на родину, но у меня нет более ничего общего с ним». В октябре Есенин отправил ей телеграмму: «Люблю другую. Женат и счастлив». Другой была Галина Бениславская, на которой Есенин всё-таки не женился, но Айседора этого не знала.<br/>
Так закончилась эта история любви. Айседора Дункан никогда не позволяла себе ни одного дурного слова в адрес своего единственного мужа. А спустя два года Сергей Есенин повесился. Загадочная смерть поэта потрясла Айседору до глубины души. «Я рыдала о нём много долгих часов, сколько могла», — говорила она своей приёмной дочери Ирме. Через полтора года после смерти поэта ушла из жизни и Айседора. Она каталась на кабриолете в длинном развивающимся шарфе, край которого случайно попал в ось колеса. Как и в случаи с её любимым Есениным, причиной смерти стало удушение.

230 лет назад родился гениальный русский поэт, талантливый драматург и блестящий дипломат Александр Сергеевич Грибоедов. Его именем открывается одна из самых блистательных страниц в истории русской литературы. Отдавая дань памяти писателю, предлагаю вспомнить этого замечательного человека и погрузиться в мир той эпохи, в которой он жил.<br/>
Грибоедов происходил из древнего дворянского рода. Детские и юношеские годы он провёл в старинном особняке на Новинском бульваре  – доме матери в Москве. Мечтая о блестящей карьере для сына, она дала ему прекрасное образование.  В раннем возрасте у Грибоедова проявились способности к иностранным языкам. Он был настоящим полиглотом и свободно владел многими иностранными языками: французским, английским, немецким и итальянским, понимал латынь и греческий. Позже, будучи на Кавказе, он изучил арабский, персидский и турецкий языки. Он играл на рояле и арфе, а позже начал сочинять музыку и стихи. Уже в 11 лет он поступил в Московский университет и за два года закончил отделение словесности, а затем нравственно-политическое и физико-математическое отделения. По общему признанию современников, он вышел из университета одним из самых образованных людей России. Впечатляет головокружительная дипломатическая карьера Александра Сергеевича. За несколько лет он становится министром царя Николая 1, его полномочным послом в Персии.<br/>
Возвращаясь на службу в этой должности, Грибоедов остановился в Тифлисе, где состоялась судьбоносная встреча с его будущей женой. Нину Чавчавадзе, дочь своего друга, он знал с детства, учил игре на фортепиано. Назвать Нину прекрасной – не погрешить против истины. Изящная, черноокая Ниночка была младшей дочерью грузинского поэта, генерал-майора и князя Александра Чавчавадзе. Она вошла в историю как символ верности, свидетельство того, что великая любовь никогда не умирает… <br/>
11 февраля 1829 года на здание русской миссии в Тегеране напала толпа религиозных фанатиков, подстрекаемая теми, кого бесила настойчивость русского посла в вопросе возвращения пленных, подданных России, на родину.  Из всего русского посольства спасся лишь секретарь, сумевший спрятаться. По его записям, в результате нападения погибли 37 находившихся в посольстве людей, включая министра-резидента Александра Сергеевича Грибоедова. <br/>
Грибоедова похоронили  в Тифлисе в монастыре св. Давида. Весь город пришёл прощаться с прахом Александра Сергеевича. Говорят, что даже великий Пушкин посетил еще свежую могилу Грибоедова и преклонил пред ней колени, а когда встал, на его глазах блестели слезы.<br/>
Нина Грибоедова осталась вдовой в 16 лет, в расцвете красоты и молодости. «Почему именно мне уготовлена такая судьба? Всего пять месяцев и восемь дней была я женой любимого человека, и даже из этих считанных дней мы больше месяца оказались в разлуке» – писала она подруге. Нина пережила мужа на 28 лет. За все эти годы она не снимала траурных одежд. Она умерла в возрасте 45 лет от холеры. Тело её было отнесено в монастырь Св. Давида и положено в одном склепе рядом с её супругом.<br/>
С нами навсегда останется бессмертная комедия «Горе от ума», останутся два великолепных грибоедовских вальса, черновые замыслы других литературных произведений Александра Сергеевича и горький плач Нины Чавчавадзе, запечатлённый в стихах поэта Якова Полонского:<br/>
<br/>
… Там, в тёмном гроте — мавзолей,<br/>
И — скромный дар вдовы —<br/>
Лампадка светит в полутьме,<br/>
Чтоб прочитали вы<br/>
Ту надпись и чтоб вам она<br/>
Напомнила сама —<br/>
Два горя: горе от любви<br/>
И горе от ума.                    

Данный роман попал мне в руки в традиционном печатном виде и я решила не откладывать его прочтение, так как была наслышана о нём. Если коротко — я разочарована. Хотя и не ждала ничего особенного, но хотелось понять, за что его так хвалят и что заставляет возвращаться к нему, да ещё и неоднократно.<br/>
Роман называется «Ребекка», но это имя первой жены мужа безымянной героини, от имени которой ведётся повествование. Возможно в том, что автор даже не дала ей имени, содержится прямой намёк на то, что собственно она ничего из себя не представляет? Как говорится: никто, ничто и звать никак? Девушка, постоянно грызущая ногти, у меня лично вызвала жалость, на протяжении более 300 страниц читать о том, что думает молоденькая девушка с комплексом неполноценности мне было не очень, мягко говоря, интересно. Тем более, что около половины книги — это именно её фантазии о том, что было или могло бы быть. Фразы типа " Я как сейчас вижу..." или «Я как сейчас слышу...» встречаются почти на каждой странице. Но мысли о том, что сделала или сказала бы в такой-то ситуации Ребекка, что могла бы сказать горничная о её нижнем бельё другой горничной или что подумал дворецкий, когда она попала в очередную неловкую ситуацию, наверное, интересны, но не в таком же количестве! Отсутствие жизненных впечатлений героине заменяет её воображение. А из реальных событий очень подробно описаны бесконечные ритуалы аристократического английского имения: теперь я во всех подробностях представляю, что им подают на завтрак, а также к 5 часовому чаю и в какое время в какой комнате разжигают камин. Немалую часть занимают и описания состояний природы, погоды, многочисленных растений поместья Мэндерли и двух милых собачек. Всё это описано превосходно, слов нет, но слишком подробно и с бесчисленными повторениями. Хоть какая-то динамика в сюжете начинается, спустя 2/3 повествования. Тут нам открывается «страшная тайна» из прошлого её мужа. Если бы я узнала то, что узнала наша безымянная главная героиня, я бы, как минимум, крепко задумалась, а скорей всего — начала бы собирать вещи и думать, как бы побыстрее снова стать свободной женщиной, а ей всё равно — главное, что он меня любит, всё остальное — неважно! Конечно, героине можно посочувствовать, сирота, которая неожиданно стала формальной хозяйкой большого имения, но которую даже слуги ни во что не ставят, а муж никаким образом и не помогает ей обрести уверенность и вжиться в новую роль. Не позавидуешь… Никакой психологической близости между супругами нет и в помине до его страшного признания, вот тут они становятся в своём роде сообщниками и в дальнейшем между ними вроде как уже и нет секретов. Воистину, многих проблем можно было бы избежать, если бы люди откровенно друг с другом общались. Кстати, муж героини — тоже очень своеобразный персонаж. Мужчина за 40, в первом браке сумевший понять, на какой женщине он женился только после свадьбы, собирается во второй брак, спустя пару недель знакомства. Видимо, опыт его ничему не научил. Уж извините, но никаких достоинств, кроме приятной внешности, аристократических манер и большого поместья я в нём не разглядела. <br/>
Итак, мой неутешительный вывод: это и не классический женский роман, но и не психологический детектив. Скорее просто роман о довольно скучной, как следует из повествования, жизни английской провинции, где самое большое развлечение для людей — это поход в гости и обсуждение прошлых или планируемых «светских мероприятий», а также согласование с прислугой меню.<br/>
<br/>
Да простят меня поклонники романа, но рекомендовать от себя лично я бы не стала, но и отговаривать не берусь. Из этого затянутого романа мог бы выйти вполне неплохой рассказ. Но можно сэкономить время, просмотрев экранизации, их, как минимум две. Одна 1940 года, режиссёр Хичкок, но насколько я знаю, она отличается от оригинала.

Как мне нравятся мысли Достоевского «Я заговорил об них об всех, что ищут отрадного уголка в Европе, и, право, я думал, что им там лучше. А между тем на их лицах такая тоска… Бедненькие! И что за всегдашнее в них беспокойство, что за болезненная, тоскливая подвижность! Все они ходят с гидами и жадно бросаются в каждом городе смотреть редкости и, право, точно по обязанности, точно службу продолжают отечественную: не пропустят ни одного дворца о трех окнах, если только он означен в гиде, ни одного бургомистерского дома, чрезвычайно похожего на самый обыкновенный московский или петербургский дом; глазеют на говядину Рубенса и верят, что это три грации, потому что так велено верить по гиду; бросаются на Сикстинскую мадонну стоят перед ней с тупым ожиданием: вот-вот случится что-то, кто-нибудь вылезет из-под пола и рассеет их беспредметную тоску и усталость. И отходят удивленные, что ничего не случилось. Это не самодовольное и совершенно машинальное любопытство английских туристов и туристок, смотрящих более в свой гид, чем на редкости, ничего не ожидающих, ни нового, ни удивительного, и проверяющих только: так ли в гиде означено и сколько именно футов или фунтов в предмете? Нет, наше любопытство какое-то дикое, нервное, крепко-жаждущее, а про себя заранее убежденное, что ничего никогда не случится, разумеется до первой мухи; пролетела муха, – значит, опять сейчас начинается… Я ведь только про умных людей теперь говорю. Про других же заботиться нечего: их всегда бог хранит. И не про тех тоже, которые окончательно там поселились, забывают свой язык и начинают слушать католических патеров. Впрочем, про всю массу можно вот что сказать: как только все мы переваливаем за Эйдкунен тотчас же становимся разительно похожи на тех маленьких несчастных собачек, которые бегают, потерявши своего хозяина. Да вы что думаете, что я с насмешкой пишу, виню кого-нибудь, что вот-де «в настоящее время, когда и т. д., а вы за границей! Крестьянский вопрос идет, а вы за границей!» и т. д. и т. д. О ничуть и нисколько. Да я-то кто такой, чтоб винить? За что винить, кого винить? «И рады делу, да дела нет, а что есть, так и без нас делается. Места заняты, вакансии не предвидится. Охота совать свой нос, где его не спрашивают». Вот и отговорка, и вся недолга. Отговорку-то мы наизусть знаем.» А вот и еще «Не понимаю я только одного: ведь Чацкий был человек очень умный. Как это умный человек не нашел себе дела? Они все ведь не нашли дела, не находили два-три поколения сряду. Это факт, против факта и говорить бы, кажется, нечего, но спросить из любопытства можно. Так вот не понимаю я, чтоб умный человек, когда бы то ни было, при каких бы ни было обстоятельствах, не мог найти себе дела. Этот пункт, говорят, спорный, но в глубине моего сердца я ему вовсе не верю. На то и ум, чтоб достичь того, чего хочешь. Нельзя версты пройти, так пройди только сто шагов, все же лучше, все ближе к цели, если к цели идешь. И если хочешь непременно одним шагом до цели дойти, так ведь это, по-моему, вовсе не ум. Это даже называется белоручничеством. Трудов мы не любим, по одному шагу шагать не привычны, а лучше прямо одним шагом перелететь до цели или попасть в Регулы. Ну вот это-то и есть белоручничанье.»

Спойлер!!!<br/>
<br/>
Неплохая басня с намеком на рождественскую песенку. Несколько клише специально собраны в одном рассказе: Марсианин, который умеет читать мысли. A partridge in a pear tree. (Куропатка на грушевом дереве.) Вместо пяти колец ( five gold rings) — пять зеленых лун на волшебной планете, где все тихо-спокойно, никто не врет и куропатка сидит на грушевом дереве как в средневековой английской рождественской песне.<br/>
Привожу слова для тех, кому может быть интересно.<br/>
Twelve Days of Christmas<br/>
On the first day of Christmas my true love gave to me<br/>
A partridge in a pear tree<br/>
On the second day of Christmas my true love gave to me<br/>
Two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
On the third day of Christmas my true love gave to me<br/>
Three French hens, two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
On the fourth day of Christmas my true love gave to me<br/>
Four calling birds, three French hens<br/>
Two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
On the fifth day of Christmas my true love gave to me<br/>
Five gold rings, four calling birds, three French hens<br/>
Two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
On the sixth day of Christmas my true love gave to me<br/>
Six geese a laying, five gold rings<br/>
Four calling birds, three French hens<br/>
Two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
On the seventh day of Christmas my true love gave to me<br/>
Seven swans a swimming, six geese a laying, five gold rings<br/>
Four calling birds, three French hens<br/>
Two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
On the eighth day of Christmas my true love gave to me<br/>
Eight maids a milking, seven swans a swimming<br/>
Six geese a laying, five gold rings<br/>
Four calling birds, three French hens<br/>
Two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
On the ninth day of Christmas<br/>
Nine ladies dancing, eight maids a milking<br/>
Seven swans a swimming, six geese a laying, five gold rings<br/>
Four calling birds, three French hens<br/>
Two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
On the tenth day of Christmas my true love gave to me<br/>
Ten lords a leaping, nine ladies dancing, eight maids a milking<br/>
Seven swans a swimming, six geese a laying, five gold rings<br/>
Four calling birds, three French hens<br/>
Two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
On the eleventh day of Christmas my true love gave to me<br/>
Eleven pipers piping, ten lords a leaping<br/>
Nine ladies dancing, eight maids a milking<br/>
Seven swans a swimming, six geese a laying, five gold rings<br/>
Four calling birds, three French hens<br/>
Two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
On the twelfth day of Christmas my true love gave to me<br/>
Twelve drummers drumming, eleven pipers piping<br/>
Ten lords a leaping, nine ladies dancing, eight maids a milking<br/>
Seven swans a swimming, six geese a laying, five gold rings<br/>
Four calling birds, three French hens<br/>
Two turtle doves and a partridge in a pear tree<br/>
<br/>
Не хило так, феодальненко… но для англичан это символизирует Рождество в старые добрые времена

Да собственно это не полемика, а очередной риторический вопрос был. <br/>
<br/>
Наполеон. Изначально, пример был приведен в «доказательство» того, что не для всех закон одинаков. Кто-то может и болт на все законы положить. Вы же решили продолжить тему воздаянием по заслугам, при этом подпустив туману))), для усиления эффекта. Что к теме дискуссии до того момента не имело никакого отношения.<br/>
<br/>
А по поводу не переходить дорогу в неположенном месте))) я могу трактат написать))) Матерюсь через день. Меня, любимую))), уже раз 20, чуть не задавили на пешеходном переходе на мой совершенно законный зеленый свет. А однажды… таксист, который в добавок едва говорит по английски, чуть не задавил меня, остановился, вылез из машины и полез на меня драться… это типо я ему под колеса бросилась… А после того, как меня какой-нить придурок переедет, т-т-т, мне будет вот совершенно все равно, накажут его или нет и как строго.<br/>
<br/>
Вернемся к «нашим» эээ… геям. Как говорится — что и требовалось доказать. Как только мифические геи обретают реальные черты выясняется, что они тоже люди и время покажет.<br/>
<br/>
По первому. Случилось это ДО того, как в Канаде был принят закон о законности однополых браков. Отсюда, не смотря на то, что они прожили вместе 55 лет, по ЗАКОНУ, второй дедуля первому — НИКТО. Семья по крови имеет все права. Например — похоронить родственника достойно и не допускать на сие действо, какого-то левого мужика, который так, мимо проходил. Его не на улицу выгнали, а из дома, где он прожил столько лет, игнорируя тот факт, что именно у него умер близкий человек. НО, уверена, что тем родственникам тоже было что сказать. 55 лет- долгий срок. И если послушать как они дошли до жизни такой… захочется этого дедулю не просто из дома пнуть, а придушить и закопать по тихому. Собственно абсурдность ситуации в том, что человек прожил с другим столько лет, а по закону (о котором Вы так много говорите) оказался ему — никто.<br/>
<br/>
По второму. А как же — геи не должны воспитывать детей? (риторический)<br/>
<br/>
Писание? (тролль в моей душе сладко потирает ручки, попалась рыбка)А разве геи существуют для церкви? Разве они не должны гореть в гиене огненной? Разве жена не должна терпеть? И в радости и в горести и т.д. и т.п. (опять таки риторический).<br/>
На сколько мне известно, на данный момент, только католическая церковь официально «пустила» геев в храм божий (жаба задушила, столько налогов утекает по боку). Поясню. Я лично знаю множество людей, реальных, живых, НЕ идиотов, которые до сих пор платят десятину, добровольно. Сейчас это называется пожертвовать. Но да, платят 15-33% подоходный и сверху 10% католической церкви. Вплоть до того, что перечисляют автоматически с зарплаты. Я была поражена, как некоторые геи возрадовались и вприпрыжку помчались жертвовать ибо теперь можно, лично знаю 3-х человек (полный бред на мой взгляд, но не мне считать чужие деньги).<br/>
<br/>
Так вот. Мораль сей басни такова. НЕ ВОЗМОЖНО- не допустимо судить о человеке ссылаясь на то, что он/она гей. Надо смотреть на человека, на ситуацию. Безотносительно к ориентации. А также — закон, любой закон — не есть истина в последней инстанции. Ибо законы пишут такие же НЕ совершенные ЛЮДИ, собственно такие же, которые их потом соблюдают или нет.<br/>
<br/>
Искренне Вас обожаю, Вы так напоминаете мне мою 9-ти летнюю дочь. Она порой как скажет… мне сразу хочется обратиться к господину Маяковскому «Что такое хорошо? И что такое плохо?», как бы просто было жить, если бы все было так… просто. От души желаю Вам подольше не сталкиваться с законами, которые установили люди, вряд ли это Вас порадует.

— I — <br/>Здравствуй дорогой товарищ.<br/>
<br/>
Не знаю, дойдет ли до тебя это письмо. Здесь очень плохая связь. Сейчас у нас зима, и среднесуточная температура в конце августа -28 C°. Сильнейшая, аномальная метель, и я не знаю, переживет ли этот день наша интернет-радиовышка.<br/>
Дело в том, что… Ты, наверное, мне не поверишь. Но, возможно тебе известна эта дурацкая история о двух сгоревших в конце XX, антарктических станциях? Норвежской и американской полярных экспедиций. Все что я знаю о них наверняка, так это то, что это просто местные байки. Ими пугают новичков вроде меня. У нас в генераторной есть книжная полка. Там, представь, нашел потрепанную макулатуру в мягкой обложке, в пятнах от солярки. Писанина та еще. Но доложу тебе, во время полярной ночи, чтиво и попроще может испортить нервы. Как раз по теме этой самой истории. На названии как раз масляное пятно — механикам предыдущих смен было некогда руки мыть, да это им уже и не помогает. Они на 40% состоят из ГСМ. Такая у них работа. Отличные парни. Я здесь у них ошиваюсь порой, потому что грохот генератора, это своего рода успокоительное, на разумном расстоянии, конечно. В общем, кое как удалось прочитать название. Автор вроде бы Питер Вотс или Уотс (плохо вижу). А название «Ничтожества». Так вот, походу все эти тутошние байки из этой книжки. Или она сама основана на них. Короче, в этой обстановочке впечатление она на меня произвела изрядное.<br/>
Но. Сказать то я хотел не о том, как у меня дела. Меня тревожит кое-что гораздо более странное.<br/>
Я знаю, что у тебя есть возможность распространить эту информацию. Если ты, конечно, посчитаешь нужным. Мои слова, скорее всего, потеряются в комментариях. Но ты там уж найди, не поленись. Перейдем же к сути.<br/>
Видишь ли, тут такое произошло. Не знаю, как он выжил. Но этот янки добрался до нашей базы. Представь, выглядит что любой среднестатистический батя в молодости, с фотографий восьмидесятых. Только на их, американский манер. Еще и в шляпе. Дурацкой такой. У него из теплых вещей только куртка и толстовка с капюшоном. И в шляпе, в Антарктиде, ковбой хренов. МакРиди зовут. Скажу прямо, из таких гвозди делать. Это физически невозможно выжить в наших условиях в такой вот экипировке. Как он вывез, не знаю. И ты подумай, минут через двадцать в тепле он уже был в относительно нормальной форме. Любой бы неделю отлеживался. И что совсем уж фантастично — у него нет обморожений. Кремень мужик.<br/>
Так вот. По-английски я худо-бедно шпрехаю, подтянул чисто чтобы комиссию пройти перед трудоустройством. Более-менее понимаю, что он балакает по-своему. Да и парень он не слишком то разговорчивый. Понял я, что был напарник у него, да что-то там такое непонятное случилось, сам себе объяснишь, что это было, а я, так, понять не могу, как может такое быть вообще, чтоб вот взяли и разошлись в разные стороны. Может на расовой почве конфликт случился, тот парень чернокожим был, у них там в Штатах вроде бы до сих пор с этим вопросом не все складно. Да вот я бы, со стороны глядя, не сказал, что Мак — националист. Не люблю таких. Дядька этот с нами всеми по-простому себя ведет, не смотрит, что мы русская экспедиция, да и эта ситуация в мире, сам знаешь. Мне кажется, ну, на мой взгляд, кажется, он не в курсе. Словно он и впрямь из восьмидесятых.<br/>
Что он нам, в немногословной манере своей, тут за два дня порассказал… Это кранты. Ложись и в потолок таращись — такой уровень абсурда. Мы его не перебивали. А по мне так дядечка этот мозги себе то отморозил изрядно. Шляпа, видно, греет череп, все-таки, плохо.

Буддизм действительно нацелен на группы учеников, но при этом люди из нескольких стран следуют этой религии. но это не делает буддизм коллективной религией. эти страны осколки столь разных миров-что больше просто не бывает. даже в РФ есть буддистские регионы. понятие христианский мир есть, исламский есть-буддистского нет увы…<br/>
Плохой человек, но хороший христианин? То есть он плохой человек, но соблюдает христианские заповеди? праздники?<br/>
ну вот а говорите много пишу ))уже вроде перечислил. соответствие с базовыми ценностями христианства(большую часть их уже изложил) знаете как там Иисус увидев пашущего в субботу «благо тебе если понимаешь что делаешь, и горе если нарушаешь по незнанию»<br/>
«Перечитайте «Отшельник» Л.Н.Толстого.» это был хороший христианин (предпочитаю истинный, а то хороший это эпитет качества, а истинный именно совпадения с нормами. А то знаете есть и истинные киллеры(умелые) но сказать хороший киллер как то глупо)<br/>
читали его письмо к Александру 3? там я не нашел ни одного отклонения-при том что предложения исключительно конкретны-а не некое бла бла бла.<br/>
Далее. В институте мы проходили курс атеизма. Там нам объяснили, что религии развиваются так. жуть какая. я уважаю СССР но все таки он порождал уродливые формы-изучать религию через атеизм… это хуже чем плясать лежа. это еще учитывая что уже даже Пропп иЭлиаде безнадежно устарели. посмотрите Березкина-человек через свою базу данных заглянул аж до выхода люде из африки-он особенно ненавидит эти высосанные из пальца классификации всего и вся-эволюции религии тоже. а спорить о терминах дело глупое-чай для этого словари есть<br/>
«ГЕНОТЕИЗМ, энотеизм — термин, введенный английским историком Максом Мюллером при классификации религий для обозначения особого типа богопочитания, занимающего промежуточное положение между монотеизмом и политеизмом: допуская существование многих богов, Г. требует чтить лишь одного бога, который в акте поклонения выступает как единственный и самодостаточный»<br/>
я могу предположить что там вам через кривое зеркало атеизма-пытались сказать. в Египте например Предвечный бог постоянно менялся при переходе влияния в другой город-на Предвечного назначался местный бог-то это Амон… то РА то победила дружба Амон-Ра)) но суть то генотеизма не менялась. а когда твой родовой бог -лучший. это ситуация в политеизме-и называется монолатрия. первый шаг к монотеизму кстати.<br/>
«Жрецы всегда обладали большой властью и боролись за нее» нет под агрессивностью христиан я понимал не такие мелочи. за власть все боролись и все одинаково. а именно идейно-цивилизационную бескомпромиссность- такую прям по Марксу «весь мир насилия мы разрушим» в то время это больше сочеталась с жертвенностью и готовностью умирать-чем убивать(хотя и второго не боялись)<br/>
то что вы не заметили у меня ни одной мысли-а одни эмоции-не удивительно-я же сразу предупреждал часто точек пересечения практически нет-что вы будете меня не понимать, не видеть запрошенного и т.п.<br/>
по поводу праздников у меня более противленческая позиция, без агрессии но и с пассивным сопротивлением. сам никогда не поздравляю-ибо это будет лицемерием-как манера американцев улыбаться всем. поздравлять надо искренне разделяя. если поздравляют меня-я вижу тут умеренную бестактность. по этому по мелочи отвечаю как надо а скажем «Христос воскрес» вызывает ответ класса «рад за вас» я не причем-но вам радоваться желаю. праздник Рождества -исключение я его могу разделить по ряду причин.<br/>
а по поводу женщины из Югославии-не думаю что стоит повторять ибо это опять улетит в слепое пятно-но еще раз это разные вещи. личное дело-по правам человека, но пока личное нету и ни какого христианства-так имитация/традиция.<br/>
такой вот парадокс. христианство это всегда некий вызов законам и общему пониманию. ну вот у того же Толстого-«простите убийц»-вы что убийц моего отца? вы нормальный. а вот так да! кто сказал что будет легко?))) это вам не поститится и на крестный ход ходить.<br/>
для вас это наверное опять будут эмоции. для меня же мысль-которая единственная могла спасти Романовых. конкретный такой рецепт

Роман охренительный, и ничего лучше Маклин не писал (да, и «Пушки острова Наварон» курят в стороне). Книжка посвящена английским полярным конвоям в Мурманск в 40-е. Можно примерно догадаться, каково ходить в полярных морях, каждую секунду ожидая, что подлодка влепит торпеду в зад. Но Маклин довел уровень превозмогания просто до невероятия. Он сам ходил в двух конвоях торпедистом на крейсере, так что знает, о чем пишет. Сюжет, конечно, «собирательный». Все беды, которые могли случиться с реальным караваном, Маклин валит на один конвой и один крейсер. Буря, мины, люфтваффе в небе, кригсмарине на воде, они же, сволочи, под водой, минус тридцать со шквалом, слишком далекий Мурманск. Свои корабли — полтора калеки, старые посудины, которые при такой погоде сами развалятся, без всякой войны. И среди всего этого легкий крейсер с вусмерть измотанным экипажем, который прет весь этот конвой к цели практически на себе, почти без надежды, но все равно прет, потому что эти танки, нефть и снаряды на транспортах ждут в Мурманске, и хоть часть должна доехать. При этом экипаж не монолит, личных конфликтов и драм хватает. По одному плачет трибунал, по другому дурдом, третий вообще умирает на ходу от перегрузок и туберкулеза, никто не может нормально спать, а от недосыпа нормально стоять вахту, а гибель практически неизбежна. И при этом весь экипаж неблагонадежный, и аки плавучий штрафбат искупает кровью вину перед британской родиной. На самом деле, там на первый взгляд повествование простое, как конструкция торпедного катера, а на второй уже не такое простое, там даже в самом плавании этого конвоя некая интрига заложена.<br/>
<br/>
На лайвлибе кое-кто жаловался, что в «Улиссе» много терминологии и технических деталей. Как по мне, это только работает на атмосферу. Корабль — это еще и механизм. Это в первую очередь механизм, а война, как учит нас гуру Кенигтигер, это сплошной технический нюанс. Кроме того, они ж там не просто матросики-умрем-до-последнего, а профессионалы. Поэтому войне как технологическому процессу уделяется много внимания. Образ Капкового Мальчика с этой точки зрения вообще находка, и я бы отдал зуб за знание его реального прототипа и возможность про него написать. Сразу вспоминается бессмертная речь про полимеры, тот ее кусок, где «Парню 25 лет, вы понимаете, что вы ноли перед ним?!» Вообще, написано с огромным знанием дела, в том числе, гм, со знанием возможных причин смерти, которую эта машинерия может причинить, пойдя вразнос — начиная от летящей с высоты радарной решетки до значительно более изощренных способов. В общем, матчасть автор знает, любит, и матчасть тут совсем отдельный герой. <br/>
<br/>
Это очень «наш» роман. Параллели с советской военной классикой очевидны, хотя Маклин, вероятнее всего, не читал «Батальоны просят огня» или «Дожить до рассвета», или даже «Мертвым не больно», хотя там уже не такая прямая связь. Просто, видимо, хороший военный писатель некоторых тем все равно не избежит. Факт: перекличка есть, и местами очень отчетливая. Ну, и то, что они прорываются именно в Мурманск, добавляет эмпатии, на самом деле. Когда тонет транспорт с танками, почти физически больно, потому что эти танки уже не появятся под Орлом или Фастовом. Ну, и понятно, не деться от сравнения с «Реквиемом PQ-17», тем паче, на судьбу реального каравана намеки толстейшие. «Улисс» лучше, причем с чисто литературной точки зрения. Он менее пафосный, но даже более трагичный — может, потому и лучше с трагедией, что меньше пафоса. Люди вообще обычно не очень эффектно помирают. Но они тут очень живые, и сочувствуешь как реальным. <br/>
<br/>
Некоторые сцены — совершенный хоррор. Кто-то даже сравнил «Улисс» с «Террором» Симмонса — да, есть общее. Мистики нет, но давящий ужас — вовсю. А сцена, когда «Улисс» проявляет милосердие к тонущим с судна, на котором горит мазут… Чтоб вы знали, други, я считаю, что Стивен Кинг и Клайв Баркер — это прикольные, но совершенно не страшные писатели, а вот тут волосы дыбом реально встают. Смерть там вообще ходит за всеми, причем смерть часто дурацкая. Один гибнет от случайного выстрела своего же корабля, другой стреляется и больше ни при чем, третий погибает от коротнувшего кустарного обогревателя, без которого нельзя, потому что ну кошмар же, нельзя все время вахту на -30 посреди океана стоять. <br/>
<br/>
Немцы по понятным причинам в кадре не появляются. Они проявляются. Вообще, дойчи изображены очень сильным, изобретательным и опасным врагом. Ни на секунду не дают забыть, что война это путь обмана, и противника надо сначала обмануть, а уже потом убить. Немцы прямо-таки изощряются в изобретении способов разгрома конвоя, появляются внезапно, бьют больно и уходят не прощаясь. Как фильм ужасов читаешь. Кто тот же «Террор» прочел — таки да, похоже на тамошнего мистического медведя, с той разницей, что в реальности мистические медведи редко кого едят (разве что обычные), а вот валящийся из облаков на голову бомбер для многих реальных моряков был последним впечатлением в жизни.<br/>
<br/>
Напоследок, цитата, лучше всего передающая дух.<br/>
<br/>
— Как вы относитесь к тому, чтобы погибнуть смертью героя? <br/>
— Одна мысль об этом внушает мне отвращение! <br/>
— Но есть ли у нас иной выбор, джентльмены? <br/>
— Увы, нет.

За время прослушивания я полностью поменяла своё отношение к теме книги на противоположное. <br/>
Очень сильное тягостное ощущение возникло у меня на душе с самого начала этой книги. Когда-то в детстве, в 70-х, когда жизнь людей была спокойной и размеренной и ничто не предвещало потрясений, такое же впечатление вызывали рассказы о жертвах Великой Отечественной Войны, вывозимых или существующих в концлагерях. <br/>
Просто представьте, совершенно обычные люди, крепкие любящие друг друга семьи, живут свою обычную жизнь, занимаются любимым делом, вкладывают туда часть своей души, строят вокруг себя комфортный мир. И вдруг… Они не выбирали, не голосовали, никак и ни с чем не боролось. В общем, их участия, а тем более вины, во всем, что с ними происходит дальше — ноль. Кого-то из них убивают, убивают их детей для развлечения, на спор, у них уничтожают всё, что им было дорого и ради чего они жили, они теряют здоровье, теряют друзей и родственников, остаются без дома, без имущества, вынуждены убегать, платя огромные деньги за помощь без гарантии. Понимание, что эти перевалочные пункты-гетто, полные кошмаров, — теперь навсегда, на всю жизнь и другого не будет уже, лично меня бы свело с ума. Невообразимо горе этих людей, имигрантов-беженцев из Сирии, Афганистана и других подобных стран.<br/>
Автор — европейская женщина, долгое время работавшая в этих лагерях, по-моему, волонтером, полностью передала ощущение безнадёжности и депрессивной хронической усталости. Она записывала реальные истории, рассказанные ей множеством прошедших через нее беженцев.<br/>
И вот я дохожу до писем друга главного героя, которому удалось добраться до Англии, кажется, это Лондон. Это, напоминаю, совершенно реальные, скопированные письма совершенно типичного беженца из Сирии, который имел обычную хорошую благополучную жизнь в прошлом.<br/>
" Англичане очень любят очереди… <br/>
" Нужно занять свое место и не пробиваться вперёд. Это может раздражать других, "- сказала мне в магазине какая-то женщина. Но мне не нравятся очереди, как и местные порядки, эти крохотные аккуратные садики, крохотные аккуратные крылечки, аркерные окошки, где по ночам светятся экраны телевизоров — напоминание, что здешние люди не знают войны, напоминание, что у меня на родине никто не смотрит сейчас телевизор, сидя в гостиной или на веранде..."<br/>
И я начинаю отматывать назад. И вспоминаю другие флажочки, то там, то здесь мелькающие в тексте. Вспоминаю наш реальный опыт общения с подобными людьми, наше недоумение и непонимание их поведения. И уже по-другому воспринимается многое, что только что вызывало сочувствие. Вспомнились слова солдата, служившего в Афганистане: днём они все твои друзья, улыбаются, сидят за твоим столом, едят твой хлеб, но наступит ночь и все до единого, и мужчины, и женщины, и дети, превратятся в самых лютых и опаснейших врагов, а на утро опять придут и будут смотреть, как ты пытаешься справиться с бедами, которые случились с тобой ночью. И это не отсутствие чести и совести в том смысле, как мы их понимаем. Это даже не менталитет. Это суть, впитанная с материнским молоком многими поколениями.<br/>
Нет, они не благодарны не имеющим отношения к произошедшему с ними людям, пожертвовавшим своим спокойствием и комфортом из-за сочувствия к постигшему их горю, поделившимся с ними своими ресурсами. Они несут в себе свою суть и ничего не сделаешь с этим, как с радиацией. Они не будут беречь землю, которая их приютила, они не будут уважать людей, которые им помогают, они не будут подчиняться правилам и законам тех мест, куда их пустили из жалости. <br/>
В данный момент в Лондоне: <br/>
перекрыли центральную улицу столицы Англии для проведения шиитского мусульманского ритуала. Пришли в Вестминстерское аббатство и посреди него устроили исламский молебен. Вестминстерское аббатство — действующее христианское, традиционное место, в котором проводятся коронации и захоронения английских монархов. Для справки — в Лондоне 300 мечетей и на каждом шагу молельные комнаты. Им есть, где молиться. Представить, чтобы какие-то христиане устроили молебен в мечети просто невозможно, но все легко представляют, за сколько секунд после этого они были бы убиты. Один бедняжка, хочется помочь, другой бедняжка с тяжёлой судьбой, и вдруг бац — откуда-то на улицах Лондона шариатский патруль. Сколько бы ни оказывалось помощи конкретным людям, интеграции в нашу среду не происходит. Но кусок того мира, откуда они бежали в страхе и который и стал причиной их страданий, вдруг оказывается у нас под боком и начинает угрожать нам. <br/>
Толерантность в биологии — это в том числе и снижение защитных свойств организма. <br/>
Теперь уже и остальное в книге воспринимается не однозначно. Автор, написавшая " Хранитель пчел из Алеппо ", — человек с европейским сознанием. Она слушала рассказы реальных арабских мужчин через призму своих ценностей и мировоззрения, опираясь на свои моральные нормы, и пересказала всё так, как представила себе, не замечая красных флагов. <br/>
Но в реалиях нашего времени помощь и реабилитация состоит не столько в том, чтобы дать им еду и кров, но и в том, что им нужна реабилитация сознания от той культуры, которая превратила их родину в ад, из которого они бегут, и это намного более весомая помощь, чем кров и еда. Потому что иначе просто не будет места, куда им бежать за спасением, ведь наше место превратится в такой же ад, как у них.

ЧАСТЬ 1.<br/>
Это будет мой последний комментарий «Первого закона», мной и так уже много написано, а с этим коментом объем превысит все остальные комментарии вместе взятые ) Послушала всю трилогию повторно, с первого раза не все было понятно, теперь многое встало на свои места, стали понятны все нюансы и намеки, всем советую переслушать «Первый закон» несколько раз, тем более великолепное исполнение Кирилла доставляет только и столько удовольствия!!!<br/>
Трилогия хороша, для дебюта даже отлично, книги интересные, но ужасно глупые, поразительно поверхностные, алогичные, куда не ткни, в любой персонаж, в любое событие, в любую страну, даже мир где всё происходит, того что в книгах или не могло случиться или всё должно случиться по другому. Так бывает когда талантливый, но необразованный писатель берется выдумывать целый мир, Джо Аберкромби безусловно талантливый писатель, его описания событий, действий, насыщенны и интересны, герои уникальные и запоминающиеся, но когда начинаешь размышлять ПОЧЕМУ эти события происходят и ЗАЧЕМ эти герои так действуют получается лажа! Мало интересно описать действия, мало придумать сильного героя, надо придумать МИР где это все происходит, логичный мир подчиняющийся причино-следственной связи, многогранный, насыщенный деталями, ЖИВОЙ МИР!!! Чтобы создать такой мир нужно иметь знания в истории, философии, психологии, экономики, и уже обогащённый этими знаниями создать свой фэнтезийный мир со своими строгими законами бытия, с особым путем развития от прошлого к описываемому настоящему. Увы у Джо таких знаний нет, многие важные аспекты бытия идут параллельными никак не пересекающимися направлениями, многие важные явления мироздания описаны узко, однобоко, непонятно, некоторые моменты вообще упущены, никак не упоминаются и не влияют на ход событий! Без примеров из книг плохо понятно о чем речь, поэтому примеры!!!<br/>
РЕЛИГИЯ.<br/>
По ходу трилогии довольно широко описывается мифология Земного Круга, это Эос и его сыновья, это Другой Мир и демоны, а ТАКЖЕ по ходу книг часто упоминаются некие Бог, Господь, Всевышний, Ад, Рай, Нижний Мир, самое поразительное что они никак не пересекаются!!! Во всех книгах показан один(1) храм и полтора(1,5) священнослушителя, храм Всевышнего в Дагоске и его жрец Кадия, а также пророк непонятно кого Халюль. Во всех книгах не упоминается кто такие эти БОГ, ГОСПОДЬ, ВСЕВЫШНИЙ, как наименования этих богов, может этими словами имеют ввиду Эоса или Ювина или Гластрода, совершенно непонятно???? Вот и получается что мифология Эоса идет отдельно от верований, а верования людей существуют отдельно от мифологии Эоса. Самое смешное что верования так и отдают христианством, исламом, и зачем нужно было писать всю Эос-мифологию если она никак не отразилась на религии Земного Круга, по сути религия присутствует только в Гуркуле, в остальных местностях вообще нет ни храмов, ни жрецов, ни религии!?! Получается что религия играющая основную роль в духовном созидании человечества последние 3000 лет, никакой роли не играет в Земном Круге, какое общество может вырасти на основе бездуховности Джо не написал, это будет совсем другой мир чем показанный в Земном Круге. Мир Джо коряво вырос из подсознательных, детских воспоминаний из воскресной школы, мир который должен быть основан на Эос-религии плавно к третьей книге перетек в карикатурное христианство, забавно как Другой Мир под конец трансформировался в Нижний мир, а из него в Ад с демонами-рассказчиками тайн-отцами лжи, ну прямо как из какого-нибудь средневекового христианского тракта ))))<br/>
ОБЩЕСТВЕННОЕ УСТРОЙСТВО.<br/>
Не буду вдаваться в общественное устройство Гуркула, Древней Империи, Штирии, Северных Земель, рассмотрю только Срединные Земли. Судя по развитию общества в Средьземелье позднее средневековье начало капиталистических отношений, а судя по развитию военного дела раннее средневековье еще до внедрения огнестрельного оружия. Такая вилка сильно смущает, я даже не представляю как может существовать такой мир. Может для кого это будет открытие, видимо для Джо будет, но ВОЙНА ДВИГАТЕЛЬ ПРОГРЕССА!!! Именно развитие искусства убивать себе подобных и определяет весь уровень развития общества, именно война двигает все остальные области знаний, понимание как лучше нападать, как лучше защищаться, как лучше организовать и командовать армиями, как побеждать всех окружающих дает только развитие всего спектра наук!!! Изобретение огнестрельного оружия это ключевой момент развития раннего средневековья, это ГЛАВНОЕ изобретение того времени полностью изменившее мир, все что есть в нашем современном мире, всем достижениям тех. прогресса мы обязаны изобретению огнестрельному оружию. Джо Аберкромби то ли по незнанию, то ли по глупости выпилил из своего мира огнестрельное оружие, но оставил все что было изобретено благодаря внедрению огнестрел. оружия, ТАКОЕ НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!!! Такой мир не существует, мир без огнестрела ДРУГОЙ, какой я не могу придумать уровня знаний не хватает, но точно не такой как Земной Круг! Получается в несуществующем мире развиваются общественные отношения, они доразвились по понимания что человек человеку брат, свобода, равенство и братство !!!)) Вот только как они развились в Земном круге ??? На Земле понятно как люди пришли к пониманию людских свобод, это заняло 300 лет, 300 кровавых лет, начиная от Реформации и последовавших за ней Религиозных войн, затем Нидерландской буржуазной революции, Английской буржуазной революции, наконец Великой Французской революции, а между ними умы людей будоражили произведения немецких, французских мыслителей, вот так пришли к «свободе, равенству и братству». А вот как в Средьземелье все время управляющемся в ручном режиме Баязом или его ставленниками, железной рукой выжигающем все свободомыслие и равноправие, могли возникнуть идеи людских свобод и не просто возникнуть, а проникнуть в ум одного из главных управленцев Средьземелья судьи Мордовии ) величайшая загадка Аберкромби!!! Может где-то в Штирии или далеком Сулджуке произошли некие революционные события, которые потом дошли и изменили Средьземелье ??? О них Джо нигде не упоминает, потому что Аберкромби поверхностный и необразованный писатель )))

Не люблю книги про попаданцев, эти истории о том как главный герой с лёгкостью побеждает всех врагов и шутя меняет историю по авторскому произволу. Здесь же благодаря описанию показалось, что автор изобразит борьбу с такими попаданцами, отшлёпает мамкиных восстановителей «исторической справедливости». Это, как минимум, оригинально. Увы, надежда не оправдалась. Я ждал, что автор всё-таки сможет удивить, давал ему шанс до самого конца, но обманулся и только зря потратил время. <br/>
<br/>
Перед нами просто скучная приключенческая история (да, оказывается бывает и так — приключенческая, но скучная) с уныло-непобедимым главным героем, о смерти и поражении которого я начал мечтать уже к середине книги. Во всём повествовании, которое уже по велению жанра должно бы быть богато разнообразными личностями, действует только один характер — главный герой. Это убийца с искалеченной судьбой (и, похоже, психикой), потому лишённый каких-либо чувств, насквозь отмороженный, с личным кредо, которое, как кажется, выдумал человек, переигравший в компьютерные игры, скучный, однообразный, ничего не чувствующий, равнодушный. Автор лишь чуть-чуть смирил его нежеланием убивать тех, кто не способен за себя постоять, но глубины или симпатии ему это не прибавляет. Его становится лишь немного жалко, когда узнаёшь о мотивации, но как же заезжен и избит этот шаблон «враги сожгли родную хату»! <br/>
<br/>
Такой персонаж, плод вялой попытки создать антигероя, ещё сгодился бы как второстепенный противник, который какое-то время доставляет проблемы, но делать из него главного героя было большой ошибкой. <br/>
<br/>
Эта неудача автора усугубляется тем, что никаких антагонистов, равных или тем более превосходящих главного героя, в этой истории нет, отсюда нет и интересного конфликта, нет интриги «кто-кого». Унылая непобедимость нашего ассассина делает все итоги предсказуемыми. <br/>
<br/>
Герой с неправдоподобной лёгкостью выходит победителем из самых гибельных ситуаций, оставляет за собой горы трупов, выносит груз золота из испанского галеона во время боя, легко входит в доверие к пиратам, которые только что собирались его убить и помогает им устроить бунт на корабле, после чего они его почему-то не отправляют на корм акулам, но отпускают, хотя с чего бы? В конце концов, чтобы надёжно себя обезопасить от этого сверх-супер-героя, в одной сцене используют множество солдат, артиллерийскую батарею и два фрегата! (И этот неуязвимый монстр ещё потом спрашивает: «Чем я могу навредить Англии?», а оппонент, вроде-бы искушенный в интригах, опытный, хитрый и коварный человек, который сам все эти меры и принял, даёт себя убедить — и это не часть «хитрого плана», а просто ошибка). Автор не раз загоняет своего героя в такие ситуации, из которых тот живым не выйдет даже теоретически, но выручает авторским же произволом — то пираты отпустят соучастника (который им вовсе не «свой» и легко может их сдать), то граф-наниматель вдруг резко поглупеет. <br/>
<br/>
В отсутствие других личностей, других характеров, разнообразных и контрастирующих друг с другом, главный герой обитает словно в вакууме. Все остальные люди, которых он встречает, словно только для того и нужны, чтобы на них автор дал ему продемонстрировать смекалку, силу, хитрость, изворотливость или жестокость. <br/>
<br/>
Как я уже сказал, в этой истории нет антагонистов, а те, что назначены автором на эту роль, как личности удивительно похожи на самого главного героя. Кажется, что единственный образ, который способен нарисовать автор, это человек циничный, ко всему равнодушный, кроме денег и адреналина, идущий на всё ради цели — таким канонам соответствует главный герой и все более-менее заметные персонажи. Иногда это сдабривается фанатичной преданностью «родине», но создать принципиально иного, сложного и необычного персонажа это не помогает — получается тот же главный герой, только с одной новой чертой. <br/>
<br/>
Получается, что герой существует в вакууме без других персонажей, а противостоит собственным зеркальным отражениям. <br/>
<br/>
Автор допускает ещё и композиционную ошибку — о главном антагонисте мы узнаём в конце, так что вся его история сжата в рамках последней части, поэтому в результате кульминация и развязка, где должно преобладать действие, смещены к концу и сильно разбавлены описаниями планов, амбиций и хитроумных технических решений двух противников. <br/>
<br/>
Ещё больше ухудшают впечатление разнообразные ошибки автора. Так, он утверждает, что после открытия Америки войны велись только на территории колоний, а в Европе царил мир. А как же Тридцатилетняя война, или войны Голландии с Францией и Британией, войны с турками, когда османская армия осаждала Вену, польско-шведских войн? Это не считая внутренних конфликтов, вроде Фронды во Франции или Английской революции. <br/>
<br/>
Повествование развивается в богатейшем на события, личностей, разнообразные чудеса науки, техники и искусства XVIII веке, но где это всё? Почему мир вокруг такой бедный? Можно было бы нарисовать прекрасный портрет эпохи, но главному герою на всё плевать, кроме своего квеста, так что не имеет значения XVIII век в этой повести или XVII. Один только что и есть на весь текст интересный персонаж — герцог Мальборо, да и тот мелькнул на секунду, не произнеся ни слова. <br/>
<br/>
Автор изображает двух дворян XVIII века, но я не верю, что это люди своего времени. Они — современные циники и прагматики. Даже фанатик-испанский адмирал рассуждает как амбициозный человек националистических убеждений XX века, причём взгляды его довольно примитивны. <br/>
<br/>
Встречаются у автора и совсем обидные ошибки, вроде этого: «Побывав в шумном Порт-Рояле, прибрежные джунгли кажутся тихими и безмятежными». Джунгли побывали в шумном Порт-Рояле и кажутся тихими. А ведь если бы автор учился у классиков, он бы помнил бессмертное чеховское: «Подъезжая к сией станции и глядя на природу в окно, у меня слетела шляпа». Эту повесть бы хоть отредактировать, а её уже озвучили (вместе с такими вот школьного уровня ошибками). <br/>
<br/>
Всё усугубляется убогим стилем, бедным языком и канцеляритом. Рано автор за перо взялся, ох рано! <br/>
Ему бы почитать (или перечитать) хоть Нору Галь и учебник Гетманского. А если бы он ознакомился с «Повседневной жизнью Версаля» Жоржа Ленотра или «Пиратами Америки» Эксквемелина (книги, которые есть на этом же сайте, между прочим), то обогатил бы и знания об эпохе, её быте и людях, которых взялся описывать. <br/>
<br/>
Впрочем, критиковать легко. Что автору удалось, так это описание сражений, некоторых хитросплетений европейской политики и подбор музыки. Особенно меня порадовали треки из «Корсаров».