В Россию поэзия Эдгара По пришла с большим запозданием и, в значительной степени, — через французскую поэзию. В антологии Гербеля 1875 года, через четверть века после смерти По, его стихов ещё нет. Первый не перевод, а скорее, попытка перевода «Ворона» была сделана в 1878 году поэтом и критиком Андриевским. Почему-то он решил переводить стихи, в оригинале написанные восьмистопным хореем, используя традиционный русский четырёхстопный ямб, изменив при этом всю тщательно продуманную систему рифмовки и потеряв по дороге пресловутое Nevermore. (Кстати, Малларме вообще переводил «Ворона» прозой, отказавшись даже от попытки воспроизвести мелодику стиха. Эта традиция стала главенствующей в западно-европейской и американской школах перевода в отличие от русской. Французское издание «Ворона» в переводе Малларме вышло в оформлении Эдуарда Манэ).<br/>
<br/>
Только в начале двадцатого века русские поэты, словно приняв вызов, начали наперебой переводить По. Известно не менее полутора десятка переводов «Ворона», в том числе высокопрофессиональные работы Бальмонта, Брюсова, Мережковского, Оленича-Гнененко. И Бальмонт, и Брюсов — оба предприняли перевод полного поэтического наследия По, при этом можно сказать, что и их оригинальное творчество во многом развивалось под влиянием Эдгара По. Состоялся как бы негласный поэтический турнир. Его победителем стал одесский литератор, будущий сионистский лидер, Владимир Сергеевич Жаботинский, печатавшийся под псевдонимом Altalena. О популярности перевода Жаботинского можно судить хотя бы по распространённым в России в 1910-е годы изданиям «Чтец-декламатор». Практически все они включают в себя «Ворона» именно в переводе Жаботинского. С начала 1920-х годов имя Жаботинского в советской печати не упоминается, исчезают и публикации его переводов из Эдгара По. Вместо этого, каноническим становится перевод Михаила Зенкевича, но даже поверхностный анализ свидетельствует о его несамостоятельности, вторичности по отношению к переводу Жаботинского. И только недавно справедливость восторжествовала — последние издания Эдгара По на русском возвратили читателю перевод Altalenа, а с ним и “Nevermore”, которое можно перевести на русский как «Больше никогда».<br/>
<br/>
… Я толкнул окно, и рама подалась, и плавно, прямо<br/>
Вышел статный, древний Ворон — старой сказки божество;<br/>
Без поклона, смело, гордо, он прошёл легко и твёрдо, — <br/>
Воспарил, с осанкой лорда, к верху дома моего<br/>
И вверху, на бюст Паллады, у порога моего<br/>
Сел — и больше ничего.<br/>
Оглядев его пытливо, сквозь печаль мою тоскливо<br/>
Улыбнулся я, — так важен был и вид его, и взор:<br/>
«Ты без рыцарского знака — смотришь рыцарем, однако,<br/>
Сын страны, где в царстве Мрака Ночь раскинула шатёр!<br/>
Как зовут тебя в том царстве, где стоит Её шатёр? „<br/>
Каркнул Ворон: “Nevermore».<br/>
Изумился я сначала: слово ясно прозвучало,<br/>
Как удар, — но что за имя «Никогда»? И до сих пор<br/>
Был ли смертный в мире целом, в чьём жилище опустелом<br/>
Над дверьми, на бюсте белом, словно призрак древних пор,<br/>
Сел бы важный, мрачный, хмурый, чёрный Ворон древних пор<br/>
И назвался: «Nevermore».
<i>Насчет того что только скандинавы способны на уют и добрую атмосферу, это вы перегнули, вы еще Hygge вспомните.)))</i><br/>
<br/>
В моем комментарии было слово «такой». Вы его выкинули, изменился смысл и, получилось, сами себе и возразили)))<br/>
«Такой» — подразумевал типично скандинавский. В уютных домиках с изразцовыми печками, скатертями с кисточками, земляничным вареньем и поездом из пенки. Не новомодный хюгге, хотя его ноги оттуда растут.<br/>
Вы видели традиционные скандинавские кровати? Это целые дома внутри дома) Муми-тролль строит нечто подобное в своей комнате, когда чувствует себя одиноким зимой.<br/>
<br/>
Русские сказки не менее уютные, но у нас немного другой уют. Более суровый, контрастный. Особенно у Бажова. Поверьте, я очень прониклась уральскими сказами, когда их иллюстрировала. Поднимала документальные источники, читала о быте и интерьере тех времен. <br/>
Но повторюсь, своим комментарием я не ставила целью противопоставить скандинавскую культуру и уют нашему. Тем более, что общие черты у наших культур присутствуют, поэтому и Туве с её малышками муми-троллями так ложится на нашу душу. <br/>
<br/>
п.с. кстати, у Бажова тоже двуликие персонажи. Нельзя сказать однозначно, добрая Хозяйка Медной Горы или нет. Добро она сделала или принесла большое горе своими подарками.
«В муми-семействе только один ребенок — Муми-тролль.» — возможно я и просчитался, меня смутила сестра, но она не его а Снорка, они блин так похожи.<br/>
«Никакого фанатизма в сборе подкидышей не было.» тут я бы поспорил. Муми-папа сам детдомовский и с ужасом вспоминает свое бесправное детство. Эти муми тянут в дом всех, кто не убежал, не дом а притон.)) В общем у Туве Янссон огромный комплекс по отношению к ювенальщикам и опекунам. <br/>
Хемулей действительно многовато, там кто то кому то родственник, но все одержимые фанатики и ксненофобы. Вспомните хотя бы стычку с Хатифнаттами. Очень напоминают протестантских проповедников, только у них позиция единственно правильная.<br/>
Да, в одной из книг есть пару строк о происхождении троллей, но это же смех, а не фольклор. Скорее уже можно вспомнить дракона, как символ скандинавского эпоса.))))<br/>
<br/>
Философии хоть отбавляй, это верно, у Туве Янссон философствуют все, даже те, кто говорить не может (те же Хатифнатты, например, большие философы, я уж не говорю про Диогена-Ондатра). <br/>
Насчет того что только скандинавы способны на уют и добрую атмосферу, это вы перегнули, вы еще Hygge вспомните.)))<br/>
Наши сказки тоже очень теплые и душевные. Вспомните того же Бажова. Да и домовые у нас свои, мохнатые, родные. )<br/>
А троллей и тут на сайте полно, правда по большей части злые и голодные.)))<br/>
<br/>
Но мир Мумми-Троллей, с детства такой родной и привычный, да и детям нравится...)))
Интересный отзыв. Хотелось бы кое с чем поспорить.<br/>
В муми-семействе только один ребенок — Муми-тролль. <br/>
Никакого фанатизма в сборе подкидышей не было. В книге «Мемуары Папы Муми-Тролля» рассказывается, что большинство детей, которые они приютили, не чужие, а дети друзей молодости. Просто они очень гостеприимные и сердобольные. Не выгоняют гостей.<br/>
Хемуль в книгах олицетворяет собой просто увлеченного человека, а не то, чем он занимается. Например, в книге «Дитя-невидимка» Хемуль — дотошный и нудный смотритель парка, ревностно несущий службу. <br/>
В книге «Волшебная зима» Хемуль — адепт ЗОЖ, лыжник-экстремал. И все это РАЗНЫЕ хемули. <br/>
Филифьонка — это обычно некая дама, склонная с депрессиям и заковавшая себя в условности. И они тоже бывают разными.<br/>
То же самое со снорками и хомсами.<br/>
<br/>
Вообще, создается впечатление, что за каждым персонажем стоит тип человека, его психологический образ, без привязки к каким-то занятиями/пристрастиям/конфессиям.<br/>
<br/>
Скандинавский фольклор все же местами присутствует, только Туве Янссон его осовременила и дополнила. Например, все муми-тролли пошли от домашних троллей, которые жили за печкой (даже на нашего домового похоже). <br/>
Само лирическое настроение книг, раскрытая философская натура персонажей, двойственность, когда нельзя однозначно сказать, положительный герой или нет, как раз из скандинавских мифов. Такой уютный и домашний мирок умеют только скандинавы создавать.<br/>
Да, сказки больше для взрослых, особенно поздние, но и детям интересен мир муми-троллей)
Ильинский озвучил только первую книгу. Почему не продолжил озвучку, не знаю, возможно из-за комментариев. Меня удивляют люди, ищущие в книгах Сталкер то, чего там нет. За редким исключением это развлекательная литература для любителей одноименной игры, и часто она не выходит за эти рамки. Не читайте эти книги, раз не нравятся, раз кажутся примитивными, читайте Мураками, Пелевина или еще более сложную литературу, а эти сказки оставьте тем, кого они устраивают.
Изящная вещица… неизбежно сравнение озвучки Библиотекаря с Булдаковым Олегом… оба исполнили классно, но как же по разному воспринимается произведение..., на мой взгляд, у Булдакова стих воспринимается, как какая то страшная сказка в стиле Пушкина… у Библиотекаря же, как сценарий фильма Хичкока… Спасибо обоим исполнителям…
И да, ты меня совершенно не понял. Речь не о том от чего ГГ не отказался. Речь о том, какие возможности он с треском проебал. Пожрать, набить карманы долларами и заказать элитную проститутку он не забыл. Но на этом все его амбиции СОВСЕМ окончены. Человек просто закрылся в свой футляр, где СССР (и все, что с ним связано) – хорошо, а все остальное плохо. Он не хочет из этого мирка вылезать. Ему и там уютно. Он пенсионер в молодом теле, который не может общаться с молодыми. Более того, автор ревнует своего героя к современной молодежи. Просто извините, но без стеба и на полном серьезе, есть тут рассуждения, что девственниц в 15 уже мало и в таком роде. И хрен бы с ней с молодёжью. Какую бадягу можно сделать, если у героя нет тормозов и бесконечные возможности. Ну как бы любую. Это как в Финеас и Ферб. Твори любую дичь. Лети в космос. Основывай свою школу Кунг-фу в Тибете, воюй с наркокортелями в Мексике, завербуйся на пиратское судно в Самали, прыгай из самолета без парашюта или погружайся в марианскую впадину в одних только очках для плаванья и делай там селфи. Это как бы не мешает спокойной жизни. Но 11 часов слушать «мне много не надо» (а главное не врет) ну просто бесит. <br/>
Сказка о человеке, которому ничего не надо, он ничего не делает и ничего не добивается, хотя для этого даже шевелиться не надо.
Просто я плохо знаком с анатомией косноязычия)А читает он плохо, просто плохо и всё.Сейчас это делают все кому ни лень, школы никакой, таким голосом даже ребёнку сказку вредно дома читать)<br/>
Вот в рассказе выше, парень читает близко к идеальному исполнению, спокойно, чётко, не глотая буквы и не превращая в кашу текст, торопясь непонятно куда.Учится надо, слушать мастеров.
Великолепное произведение Куприна, милая, добрая Рождественская сказка, а Пирогов был великий хирург, помимо одаренности, данной свыше он много трудился, фанатично шлифуя свой талант! Великий специалист и великий человек. Спектакль очень хорош.
Всегда стеснялся любви к этому произведению и даже скрывал. думал ну женщинам еще ладно -но мне… но тут как то увидел сто лучших книг мировой литературы аж самого Д. Быкова-и «гордость» там есть.<br/>
я не могу описать чем оно мне нравится-сама писательница говорила что получилось как то все легковесно-на дабы что из Библии или Шекспира добавить :)<br/>
формально то понятно-отношения людей в крайне затянутым в строгие рамки формализм и ханжество обществе-кому это уже интересно? не актуально… сюжеты Золушки то и Белоснежки выглядят оскорбительно-мол что главное замуж выскочить?<br/>
но вот произведение не уходит в историю-что там важное значит есть.<br/>
только вот что? я читал другие произведения-фигня хотя канва событий везде одна.<br/>
возможно тут фактор -«вот и встретились два одиночества» формальность удачного замужствакак единственного статуса. вытесняет двух людей которые и на порядок умнее окружающих и главное имеют современный образ мысли-но воспитаны и живут то в той среде которую просто обязаны считать единственно возможной-этот глубочайший вид травмы и создает эту «гордость»-лишний человек как сказали бы у нас-Печорин но на Кавказ ему не попасть. и вот эти двое людей как два ледокола буквально ломают несокрушимые преграды общества-которые они же и сами считают правильным. а вот это уже не может не вызывать сопереживания. ведь современному то человеку все это дико-есть прекрасный человек дядя Элизабет-ну чем плохо что он купец? а сама проблема? девушка отказала и гадостей наговорила! вот беда :) ну так добивайся, меняй ее мнение, завоевывай! а как-если почти на все общение табу-и куча ханжеских правил<br/>
но справились. думаю именно хэппи энд и созадет легкость
<br/>
Только в начале двадцатого века русские поэты, словно приняв вызов, начали наперебой переводить По. Известно не менее полутора десятка переводов «Ворона», в том числе высокопрофессиональные работы Бальмонта, Брюсова, Мережковского, Оленича-Гнененко. И Бальмонт, и Брюсов — оба предприняли перевод полного поэтического наследия По, при этом можно сказать, что и их оригинальное творчество во многом развивалось под влиянием Эдгара По. Состоялся как бы негласный поэтический турнир. Его победителем стал одесский литератор, будущий сионистский лидер, Владимир Сергеевич Жаботинский, печатавшийся под псевдонимом Altalena. О популярности перевода Жаботинского можно судить хотя бы по распространённым в России в 1910-е годы изданиям «Чтец-декламатор». Практически все они включают в себя «Ворона» именно в переводе Жаботинского. С начала 1920-х годов имя Жаботинского в советской печати не упоминается, исчезают и публикации его переводов из Эдгара По. Вместо этого, каноническим становится перевод Михаила Зенкевича, но даже поверхностный анализ свидетельствует о его несамостоятельности, вторичности по отношению к переводу Жаботинского. И только недавно справедливость восторжествовала — последние издания Эдгара По на русском возвратили читателю перевод Altalenа, а с ним и “Nevermore”, которое можно перевести на русский как «Больше никогда».<br/>
<br/>
… Я толкнул окно, и рама подалась, и плавно, прямо<br/>
Вышел статный, древний Ворон — старой сказки божество;<br/>
Без поклона, смело, гордо, он прошёл легко и твёрдо, — <br/>
Воспарил, с осанкой лорда, к верху дома моего<br/>
И вверху, на бюст Паллады, у порога моего<br/>
Сел — и больше ничего.<br/>
Оглядев его пытливо, сквозь печаль мою тоскливо<br/>
Улыбнулся я, — так важен был и вид его, и взор:<br/>
«Ты без рыцарского знака — смотришь рыцарем, однако,<br/>
Сын страны, где в царстве Мрака Ночь раскинула шатёр!<br/>
Как зовут тебя в том царстве, где стоит Её шатёр? „<br/>
Каркнул Ворон: “Nevermore».<br/>
Изумился я сначала: слово ясно прозвучало,<br/>
Как удар, — но что за имя «Никогда»? И до сих пор<br/>
Был ли смертный в мире целом, в чьём жилище опустелом<br/>
Над дверьми, на бюсте белом, словно призрак древних пор,<br/>
Сел бы важный, мрачный, хмурый, чёрный Ворон древних пор<br/>
И назвался: «Nevermore».
<br/>
В моем комментарии было слово «такой». Вы его выкинули, изменился смысл и, получилось, сами себе и возразили)))<br/>
«Такой» — подразумевал типично скандинавский. В уютных домиках с изразцовыми печками, скатертями с кисточками, земляничным вареньем и поездом из пенки. Не новомодный хюгге, хотя его ноги оттуда растут.<br/>
Вы видели традиционные скандинавские кровати? Это целые дома внутри дома) Муми-тролль строит нечто подобное в своей комнате, когда чувствует себя одиноким зимой.<br/>
<br/>
Русские сказки не менее уютные, но у нас немного другой уют. Более суровый, контрастный. Особенно у Бажова. Поверьте, я очень прониклась уральскими сказами, когда их иллюстрировала. Поднимала документальные источники, читала о быте и интерьере тех времен. <br/>
Но повторюсь, своим комментарием я не ставила целью противопоставить скандинавскую культуру и уют нашему. Тем более, что общие черты у наших культур присутствуют, поэтому и Туве с её малышками муми-троллями так ложится на нашу душу. <br/>
<br/>
п.с. кстати, у Бажова тоже двуликие персонажи. Нельзя сказать однозначно, добрая Хозяйка Медной Горы или нет. Добро она сделала или принесла большое горе своими подарками.
«Никакого фанатизма в сборе подкидышей не было.» тут я бы поспорил. Муми-папа сам детдомовский и с ужасом вспоминает свое бесправное детство. Эти муми тянут в дом всех, кто не убежал, не дом а притон.)) В общем у Туве Янссон огромный комплекс по отношению к ювенальщикам и опекунам. <br/>
Хемулей действительно многовато, там кто то кому то родственник, но все одержимые фанатики и ксненофобы. Вспомните хотя бы стычку с Хатифнаттами. Очень напоминают протестантских проповедников, только у них позиция единственно правильная.<br/>
Да, в одной из книг есть пару строк о происхождении троллей, но это же смех, а не фольклор. Скорее уже можно вспомнить дракона, как символ скандинавского эпоса.))))<br/>
<br/>
Философии хоть отбавляй, это верно, у Туве Янссон философствуют все, даже те, кто говорить не может (те же Хатифнатты, например, большие философы, я уж не говорю про Диогена-Ондатра). <br/>
Насчет того что только скандинавы способны на уют и добрую атмосферу, это вы перегнули, вы еще Hygge вспомните.)))<br/>
Наши сказки тоже очень теплые и душевные. Вспомните того же Бажова. Да и домовые у нас свои, мохнатые, родные. )<br/>
А троллей и тут на сайте полно, правда по большей части злые и голодные.)))<br/>
<br/>
Но мир Мумми-Троллей, с детства такой родной и привычный, да и детям нравится...)))
В муми-семействе только один ребенок — Муми-тролль. <br/>
Никакого фанатизма в сборе подкидышей не было. В книге «Мемуары Папы Муми-Тролля» рассказывается, что большинство детей, которые они приютили, не чужие, а дети друзей молодости. Просто они очень гостеприимные и сердобольные. Не выгоняют гостей.<br/>
Хемуль в книгах олицетворяет собой просто увлеченного человека, а не то, чем он занимается. Например, в книге «Дитя-невидимка» Хемуль — дотошный и нудный смотритель парка, ревностно несущий службу. <br/>
В книге «Волшебная зима» Хемуль — адепт ЗОЖ, лыжник-экстремал. И все это РАЗНЫЕ хемули. <br/>
Филифьонка — это обычно некая дама, склонная с депрессиям и заковавшая себя в условности. И они тоже бывают разными.<br/>
То же самое со снорками и хомсами.<br/>
<br/>
Вообще, создается впечатление, что за каждым персонажем стоит тип человека, его психологический образ, без привязки к каким-то занятиями/пристрастиям/конфессиям.<br/>
<br/>
Скандинавский фольклор все же местами присутствует, только Туве Янссон его осовременила и дополнила. Например, все муми-тролли пошли от домашних троллей, которые жили за печкой (даже на нашего домового похоже). <br/>
Само лирическое настроение книг, раскрытая философская натура персонажей, двойственность, когда нельзя однозначно сказать, положительный герой или нет, как раз из скандинавских мифов. Такой уютный и домашний мирок умеют только скандинавы создавать.<br/>
Да, сказки больше для взрослых, особенно поздние, но и детям интересен мир муми-троллей)
Сказка о человеке, которому ничего не надо, он ничего не делает и ничего не добивается, хотя для этого даже шевелиться не надо.
Вот в рассказе выше, парень читает близко к идеальному исполнению, спокойно, чётко, не глотая буквы и не превращая в кашу текст, торопясь непонятно куда.Учится надо, слушать мастеров.
я не могу описать чем оно мне нравится-сама писательница говорила что получилось как то все легковесно-на дабы что из Библии или Шекспира добавить :)<br/>
формально то понятно-отношения людей в крайне затянутым в строгие рамки формализм и ханжество обществе-кому это уже интересно? не актуально… сюжеты Золушки то и Белоснежки выглядят оскорбительно-мол что главное замуж выскочить?<br/>
но вот произведение не уходит в историю-что там важное значит есть.<br/>
только вот что? я читал другие произведения-фигня хотя канва событий везде одна.<br/>
возможно тут фактор -«вот и встретились два одиночества» формальность удачного замужствакак единственного статуса. вытесняет двух людей которые и на порядок умнее окружающих и главное имеют современный образ мысли-но воспитаны и живут то в той среде которую просто обязаны считать единственно возможной-этот глубочайший вид травмы и создает эту «гордость»-лишний человек как сказали бы у нас-Печорин но на Кавказ ему не попасть. и вот эти двое людей как два ледокола буквально ломают несокрушимые преграды общества-которые они же и сами считают правильным. а вот это уже не может не вызывать сопереживания. ведь современному то человеку все это дико-есть прекрасный человек дядя Элизабет-ну чем плохо что он купец? а сама проблема? девушка отказала и гадостей наговорила! вот беда :) ну так добивайся, меняй ее мнение, завоевывай! а как-если почти на все общение табу-и куча ханжеских правил<br/>
но справились. думаю именно хэппи энд и созадет легкость