Лион Фейхтвангер (1884, Мюнхен, – 1958, Лос-Анджелес) — немецкий писатель, автор широко известных исторических романов. Написал более 40 произведений Родился в ортодоксальной семье, получил начальное еврейское образование, изучал Тору и иврит. <br/>
<br/>
В момент прихода к власти нацистов Фейхтвангер находился в Америке. В марте 1933 г. его дом в Берлине был разгромлен, рукописи, в том числе вторая часть трилогии о Иосифе, уничтожены, счета в банке конфискованы. Фейхтвангера лишили германского гражданства, его книги были сожжены. В Германию Фейхтвангер не вернулся. После многих трудностей поселился на юге Франции и активно участвовал в антифашистских периодических изданиях. <br/>
<br/>
В 1939 г. французские власти заключили Фейхтвангера в концлагерь в Тулоне, но вскоре освободили. После оккупации Франции Фейхтвангер вновь был арестован в 1940 г., бежал сначала в Испанию, затем переехал в США. <br/>
<br/>
В 1932 г. вышла в свет первая часть трилогии об Иосифе Флавии «Иудейская война». Вторая часть — «Сыновья» — была написана в 1933 г., третья — «Настанет день» — в 1945 г. Действие трилогии происходит в Риме и Галилее в 1 в. Сюжетная основа — книга Иосифа Флавия «Иудейская война».<br/>
<br/>
Иосеф бен Маттитьяху, посланный из Иерусалима в Рим, чтобы ходатайствовать об освобождении арестованных там трех ученых евреев, ощущает себя гражданином мира, посредником между духовностью Востока и «светскостью» Рима. В конце трилогии Иосиф убеждается в том, что такое посредничество неосуществимо. «Космополит умом и националист сердцем», он возвращается в Галилею, борется против намерения римлян уничтожить евреев (исторический Иосиф Флавий остался в Риме) и погибает от рук римских солдат. «Иосиф искал мир, а нашел только свою страну».
Да какие обиды!)))<br/>
Вообще-то наоборот, я стараюсь охватить как можно больше. Видимо, получается неважно, раз у вас складывается такое впечатление обо мне. Есть чему учиться))) Ну и не могу же я, в самом деле, разместить в комментарии то, что тянет на полновесную статью или даже книгу))) Может, мне уже пора начать книги писать?))))) Ладно, это так, лирика.<br/>
<br/>
Мир сложен и многогранен, его трудно разом охватить, а многое мы, как простые обыватели, просто не видим и не знаем.<br/>
Зайду с такой стороны. У условно запада есть анонсированная для масс – а что у них там в кулуарах «для своих» один бог ведает – методичка, ну ладно, книга Шваба по инклюзивному капитализму. «Цифровая» экономика, с которой последние 4-ре года носятся ЦФ, Греф, а равно и все главные действующие политики – это как раз из этой оперы. Для большинства населения ни инклюзивный капитализм, ни один из его инструментов в виде «цифровой» экономики (читай: «цифровой» концлагерь) не сулит ничего хорошего. Той свободы для обывателя, которая так или иначе была для него в 20-ом веке, в нём уже не будет. Инклюзивный капитализм – это, если по-очень по-простому, тотальный и безоговорочный диктат ТНК с размывом национальных, прости господи, суверенитетов (т.е. государств).<br/>
Пандемия – это тоже средство к нему. Предлог или прикрытие, можно как угодно назвать.<br/>
Так вот, это один из их(!), западных, возможных проектируемых векторов на будущее.<br/>
Что есть у России в ответ на это? Ничего. ЦБ, Греф, политиканы и «наши» монополисты хотят в этот их «проект» как-то встроиться. И не более.
Буры конечно не конфетки, но хочу напомнить, что именно в этой войне англичане изобрели концлагеря, в которых извели кучу мирного населения. Именно мирного! Первые концлагеря в мире.<br/>
Потом эту традицию продолжили австрийцы, создав первые концлагеря в Европе, в Галиции.<br/>
И именно буры до сих пор тянут экономику Южной Африки, несмотря на давление.<br/>
Книжка еще мягко написана, все таки романтика, приключения и пр.)
Меня очень задела эта книга, задела за живое. Она о том, как война и фашизм уничтожают не только физически. Психические и психологические проблемы, с которыми пришлось столкнуться не только главной героине, но и другим бывшим узникам концлагерей, продолжают свою разрушительную силу и после освобождения. Призна́юсь – сначала я испытала раздражение и сюжет стал казаться мне надуманным и каким-то фальшивым в той части, когда Зофья стала сомневаться по поводу найденного брата. Но, дослушав до конца, была поражена причиной, по которой всё так вышло, силой и глубиной пережитых ею потрясений и тем, как тонко, почти ювелирно, они были преподнесены читателю. Эта страшная, чудовищная история оставила на меня гораздо больше впечатления, чем книга Гектора Шульца «Девочка с глазами старухи», которую я недавно прослушала. В ней (я про роман Шульца) по мере прослушивания я все больше и больше ощущала сильный диссонанс, даже внутреннее раздражение относительно слишком смело выписанного собирательного образа пятнадцатилетней девочки – так не могло быть и поэтому звучало фальшиво. Но здесь, в романе Моники Хессе, всё по-другому. Здесь веришь, понимаешь, сочувствуешь, негодуешь, восхищаешься… Можно привести много глаголов, передающих разные нюансы личного восприятия, но, пожалуй, не стану, а приведу один небольшой пример, в очередной раз иллюстрирующий ужасающую глубину испытаний, через которые прошли жертвы войны, и их длительность воздействия на психику. <br/>
У нас была одна соседка, которая, будучи еще ребенком, вместе со своей матерью прошла через концлагерь. Так вот, спустя годы она вышла замуж, родила детей, вроде бы все нормально, но… Ее дети, все четверо, не смели без ее спроса открыть холодильник. Они так и спрашивали ее: «Мама, можно открыть холодильник?» Наверное, не зная о том, через что пришлось пройти этой женщине, можно было бы предположить, что это всего лишь строгости воспитания, и все же… Когда я услышала в книге «Они ушли налево» эпизод с мальчиком, бывшим узником, как он прятал в прореху в своем матраце сухари на тот случай, если еда закончится, я вспомнила ту нашу соседку, тоже прошедшую ужасы войны. (Ясное дело, о подобном поведении мне приходилось читать и слышать множество раз, но почему-то именно в этот раз вспомнилась наша соседка с ее запертым от детей холодильником). <br/>
Очень, очень достойная книга. И прочитана прекрасно, не передать, как мне <br/>
понравилось. Спасибо!
Да уж. И все скатилось в женский роман) Все думал, что это за упырь, обнуляющий немцев по ночам.Неужто товарищ Сталин, выпив всех невинных младенцев<br/>
в гулагах, решил таким образом оттянуть начало войны.<br/>
Концлагеря Сталина и Гитлера. Ну после войны красный тиран действительно поучавствовал в создании<br/>
большого концлагеря для евреев. Израилем его назвали)
Книга зашла, спасибо сайту и чтецу за качественную озвучку… Кстати, сего дня годовщина холокоста еврейского народа. Именно 27 января 1945 г, советские войска освободили узников концлагеря Аушвиц.
Читайте газету«Правду», товарищи! А мы ее сами знаем, мы жили в этом концлагере и Суворов, который так вас раздражает, только подтвердил документами наше понимание социалистической действительности!
<br/>
В момент прихода к власти нацистов Фейхтвангер находился в Америке. В марте 1933 г. его дом в Берлине был разгромлен, рукописи, в том числе вторая часть трилогии о Иосифе, уничтожены, счета в банке конфискованы. Фейхтвангера лишили германского гражданства, его книги были сожжены. В Германию Фейхтвангер не вернулся. После многих трудностей поселился на юге Франции и активно участвовал в антифашистских периодических изданиях. <br/>
<br/>
В 1939 г. французские власти заключили Фейхтвангера в концлагерь в Тулоне, но вскоре освободили. После оккупации Франции Фейхтвангер вновь был арестован в 1940 г., бежал сначала в Испанию, затем переехал в США. <br/>
<br/>
В 1932 г. вышла в свет первая часть трилогии об Иосифе Флавии «Иудейская война». Вторая часть — «Сыновья» — была написана в 1933 г., третья — «Настанет день» — в 1945 г. Действие трилогии происходит в Риме и Галилее в 1 в. Сюжетная основа — книга Иосифа Флавия «Иудейская война».<br/>
<br/>
Иосеф бен Маттитьяху, посланный из Иерусалима в Рим, чтобы ходатайствовать об освобождении арестованных там трех ученых евреев, ощущает себя гражданином мира, посредником между духовностью Востока и «светскостью» Рима. В конце трилогии Иосиф убеждается в том, что такое посредничество неосуществимо. «Космополит умом и националист сердцем», он возвращается в Галилею, борется против намерения римлян уничтожить евреев (исторический Иосиф Флавий остался в Риме) и погибает от рук римских солдат. «Иосиф искал мир, а нашел только свою страну».
Вообще-то наоборот, я стараюсь охватить как можно больше. Видимо, получается неважно, раз у вас складывается такое впечатление обо мне. Есть чему учиться))) Ну и не могу же я, в самом деле, разместить в комментарии то, что тянет на полновесную статью или даже книгу))) Может, мне уже пора начать книги писать?))))) Ладно, это так, лирика.<br/>
<br/>
Мир сложен и многогранен, его трудно разом охватить, а многое мы, как простые обыватели, просто не видим и не знаем.<br/>
Зайду с такой стороны. У условно запада есть анонсированная для масс – а что у них там в кулуарах «для своих» один бог ведает – методичка, ну ладно, книга Шваба по инклюзивному капитализму. «Цифровая» экономика, с которой последние 4-ре года носятся ЦФ, Греф, а равно и все главные действующие политики – это как раз из этой оперы. Для большинства населения ни инклюзивный капитализм, ни один из его инструментов в виде «цифровой» экономики (читай: «цифровой» концлагерь) не сулит ничего хорошего. Той свободы для обывателя, которая так или иначе была для него в 20-ом веке, в нём уже не будет. Инклюзивный капитализм – это, если по-очень по-простому, тотальный и безоговорочный диктат ТНК с размывом национальных, прости господи, суверенитетов (т.е. государств).<br/>
Пандемия – это тоже средство к нему. Предлог или прикрытие, можно как угодно назвать.<br/>
Так вот, это один из их(!), западных, возможных проектируемых векторов на будущее.<br/>
Что есть у России в ответ на это? Ничего. ЦБ, Греф, политиканы и «наши» монополисты хотят в этот их «проект» как-то встроиться. И не более.
Потом эту традицию продолжили австрийцы, создав первые концлагеря в Европе, в Галиции.<br/>
И именно буры до сих пор тянут экономику Южной Африки, несмотря на давление.<br/>
Книжка еще мягко написана, все таки романтика, приключения и пр.)
У нас была одна соседка, которая, будучи еще ребенком, вместе со своей матерью прошла через концлагерь. Так вот, спустя годы она вышла замуж, родила детей, вроде бы все нормально, но… Ее дети, все четверо, не смели без ее спроса открыть холодильник. Они так и спрашивали ее: «Мама, можно открыть холодильник?» Наверное, не зная о том, через что пришлось пройти этой женщине, можно было бы предположить, что это всего лишь строгости воспитания, и все же… Когда я услышала в книге «Они ушли налево» эпизод с мальчиком, бывшим узником, как он прятал в прореху в своем матраце сухари на тот случай, если еда закончится, я вспомнила ту нашу соседку, тоже прошедшую ужасы войны. (Ясное дело, о подобном поведении мне приходилось читать и слышать множество раз, но почему-то именно в этот раз вспомнилась наша соседка с ее запертым от детей холодильником). <br/>
Очень, очень достойная книга. И прочитана прекрасно, не передать, как мне <br/>
понравилось. Спасибо!
<br/>
Книгу не читала, но комментарий класс!
в гулагах, решил таким образом оттянуть начало войны.<br/>
Концлагеря Сталина и Гитлера. Ну после войны красный тиран действительно поучавствовал в создании<br/>
большого концлагеря для евреев. Израилем его назвали)