Поиск

5 декабря исполняется 220 лет со дня рождения замечательного русского поэта Фёдора Ивановича Тютчева, мастера  пейзажных и любовных лирических произведений, которые принадлежат к лучшим образцам русской поэзии. Читая его стихотворения, мы  поражаемся таланту поэта и неисчерпаемому богатству русского языка. В них – смысл  человеческого бытия, любовь, природа во всем её великолепии, влияние исторических событий на судьбу человека. <br/>
Будущий мастер пера родился в селе Овстуг Брянского уезда Орловской губернии. Федор — средний ребенок в семье. Кроме него, у Ивана Николаевича Тютчева и его жены Екатерины Львовны было еще двое детей: старший сын Николай и младшая дочь Дарья. Тютчев не посещал школу. Он обучался в домашних условиях, что не помешало ему стать весьма образованным человеком. Уже в 12 лет маленький Фёдор переводил на русский язык оды древнеримского поэта Горация, а в 15 лет стал студентом Словесного отделения Московского университета. Одарённый подросток свободно говорил, читал и писал на французском и немецком языках, а также превосходно владел латинским и древнегреческим. <br/>
Карьера Тютчева строилась на дипломатической ниве. После обучения Тютчев стал атташе в русской дипломатической миссии в Мюнхене. Там молодой поэт познакомился с великими немцами того времени: философом Фридрихом Шеллингом и поэтом Генрихом Гейне. <br/>
В первое десятилетие жизни в Мюнхене Тютчев написал известные творения лирического жанра: «Весенняя гроза», «Как океан объемлет шар земной…», «Фонтан», «Зима недаром злится…», «Люблю грозу в начале мая» и не только. Известность пришла к Федору Ивановичу в 1836-м, когда в журнале «Современник» под заголовком «Стихотворения, присланные из Германии» были опубликованы его произведения. В начале 1850-х вышли «Как дымный столп светлеет в вышине!», «Слезы людские, о слезы людские», «О, как убийственно мы любим» и другие детища Федора Тютчева. Параллельно Иван Тургенев и Николай Некрасов подготовили к печати его первый сборник, появившийся в 1854-м. Тираж в 3 тыс. экземпляров, немалый для того времени, читатели раскупили за короткий срок.<br/>
Тютчев был весьма увлечен поэтическим творчеством, оно доставляло ему удовольствие. Поэт брался за перо каждый раз, когда испытывал влюбленность. А случалось это часто, ведь он был человеком пылким, влюбчивым. Но, несмотря на желание сочинять, поэт не считал себя талантливым автором, относился к своим произведениям критически, относил их к любительскому уровню. Основным своим делом он считал дипломатическую карьеру, службу тайным советником. <br/>
 Федор Иванович Тютчев прожил сравнительно недолгую жизнь: он умер, когда ему было всего шестьдесят девять лет, но успел сделать многое – много узнать и прочувствовать, много испытать и пережить.

Одним из самым известных классических романов, который читают и сегодня, безусловно, является «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова. Это произведение считается венцом писателя, его лебединой песней и «закатным» романом, возможно, поэтому Михаил Булгаков отдал ему всю силу своего таланта, мастерство и фантазию.<br/>
Булгаков работал над своим главным романом в общей сложности 12 лет без особой надежды на его публикацию. Но при жизни писателя, его сильнейшее произведение не будет ни закончено, ни издано. После смерти Булгакова в его архиве остались восемь редакций романа. В первой редакции роман имел варианты названий: «Копыто инженера», «Гастроли Воланда», «Князь тьмы», «Черный маг»…, но незадолго до смерти, в 1937 году, автор назовет свое бессмертное произведение «Мастер и Маргарита». Правка написанных глав романом будет длиться, пока будет биться сердце писателя.<br/>
За пять месяцев до смерти Михаил Афанасьевич составил завещание, согласно которому забота о рукописях поручалась жене — Елене Сергеевне Булгаковой. Елена Сергеевна еще около двух десятков лет будет править роман, и делать попытки издать его. Это станет смыслом ее жизни. Она не могла найти ему место в издательствах. Ей отказывали, отправляли в другие конторы и к вышестоящей власти, «опасаясь принимать решение о печати в одиночку». Одно издательство ответило ей лаконичной фразой «Не время».<br/>
Ситуация начала меняться в начале 1960-х годов, в эпоху «хрущевской оттепели». Так, спустя 25 лет после смерти Михаила Булгакова, на страницах журнала «Москва» в №11 за 1966 год и №1 за 1967 год был опубликован роман «Мастер и Маргарита» с многочисленными цензурными и редакторскими купюрами. Знающие люди стоят в очередь, и не неделями, и не месяцами, а годами, получая на пару ночей зачитанные, ветхие страницы. Но оно того стоило. Например, театральный художник Николай Рушев, который добыл журнал через полтора года, дал почитать его своей дочери Наде. Надя прожила всего 17 лет, но ее иллюстрации к «Мастеру и Маргарите» считаются одними из самых выразительных и точных.<br/>
Оценив обстановку, идеологи страны предпринимали «смелый» шаг. В июне 1972 года выходит секретное Постановление секретариата ЦК КПСС, где дается добро на ограниченное переиздание произведений Булгакова, Волошина, Мандельштама и других опальных корифеев русской литературы. И вот тогда, уже в книжном варианте 1973 года, можно было прочесть полный текст «Мастера и Маргариты».<br/>
Так, несмотря на гонения властей, разочарование и болезнь писателя, запреты и цензуру, роман о всепобеждающей силе любви и творчества все-таки пробился к читателю, словно подтверждая слова самого Булгакова: «Рукописи не горят!».

Одна из классических научно-фантастических книг Озоныча :)<br/>
2/3 книги повествуют о раскрытии на первый взгляд второстепенных персонажей, которые в конце, где происходит основная движуха, становятся вообще героями первого плана, а сюжет вращается вокруг новых чуваков. Опять же, эти 2/3 не несут смысла особо. Прилетели — забрали спутник — улетели. Дальше о спутнике ничего не будет. Прилетели — сопроводили конвой — получили п#$%ы — улетели. Тут неплохо раскрывается личность Арконы, но, опять же, это ни к чему не приведёт. Прилетели — получили п#$%ы от мутанта — улетели. Этот мутант вообще не связан с тем, что будет в концовке.<br/>
Остальные 1/3 в виде финала как-то ниачём. Очень быстро и скомкано. Большую часть времени занимают всякие попизделки: они никак не продвигают сюжет, который вообще является банальным «нашли неизвестную штуку, которая оказалась мега-опасной, и все от неё погибли» без каких-то интересных деталей.<br/>
<br/>
Желание разбить книгу на различные эпизоды — круто. Но пока что слишком сложно для экспромта. Сириус 6В в этом плане был более простой, но зато и Озонычу было легче следить за сюжетом. Тут же куча событий и куча имён. Особенно под конец вывалено персонажей тридцать, о которых ничё не известно, но у всех есть имена зачем-то.<br/>
<br/>
Уважаемый Автор и Чтец, не вводи так много персонажей. Можно случайным чувакам давать имена, если это очень надо, но не стоит их потом использовать. Пускай будет толпа элит, толпа беретов, от которых иногда что-то доносится. И не смещай фокус на других людей. Какую-то вставку а ля В ЭТО ЖЕ ВРЕМЯ НА ЗЕМЛЕ можно сделать, но быстренько, потом возвращайся назад. И неважно, если у твоих героев какая-то не особо интересная задача. Элит поставили на охрану — ну и хуй с ними, рассказывай дальше про Аркону и Вилса, найди им какое-то интересное побочное задание, может, они будут изучать данные сканирования контейнера или его сигнал, а потом услышат об открытии дверей и прибегут на помощь. <br/>
Также, если соберёшься делать эпизоды (маяк, алмазы, станция на Луне, контейнер), то после каждого из них остановись и подумай, для чего он нужен и к чему приведёт, что из него последует, чтобы это всё было не напрасно. <br/>
<br/>
У автора неплохо получается импровизировать и выходит довольно забавно и интересно, но с подключением какого-то минимального планирования и промежуточного анализа, он сможет вывести это на новый уровень. Алсо, записывая в блокнотик по ходу дела точные данные типо имён, названий, каких-то чисел и характеристик, чтобы потом не путаться.

29 января исполняется 165 лет со дня рождения великого классика русской и мировой литературы, писателя и драматурга, Почетного академика Императорской Академии наук Антона Павловича Чехова. Сегодня — прекрасный повод вновь обратиться к его творчеству, перечитать любимые еще в школьные годы страницы и посмотреть замечательные кинофильмы, снятые по его произведениям. Вот несколько интересных фактов из жизни Антона Павловича.<br/>
Чехов — единственный российский классик, который не написал ни одного романа. Всего им было написано около 900 произведений. Самые известные — рассказы «Палата № 6», «Человек в футляре», «Дама с собачкой», повесть «Драма на охоте», пьесы «Вишневый сад», «Три сестры», «Чайка». <br/>
Дед писателя был крепостным, но за годы своей жизни он смог добиться своего освобождения, получил свободу и выкупил всю семью. <br/>
Окончив медицинский факультет Московского университета, Чехов стал практикующим врачом и считал, что его основное дело — лечить людей. В одном из писем он шутливо по форме, но вполне серьезно по сути, утверждал: «Медицина — моя законная жена, а литература — любовница». Докторская табличка исчезла с двери Чехова в январе 1886 года. Причиной тому стала не только литературная нагрузка, но и тяжелый случай из врачебной практики –две его пациентки, мать и сестра художника Янова, умерли от тифа.<br/>
После поездки по Сахалину в 1890 году Чехов писал: «Брошу даже медицину… отдал уже ей дань в виде книги о Сахалине». Но в действительности Чехов продолжал быть врачом всю свою жизнь. Даже перед смертью, весной 1904 года, писал из Ялты знакомому: «Если буду здоров, то в июле или августе поеду на Дальний Восток не корреспондентом, а врачом».<br/>
Чехову очень нравилось подписывать свои рассказы забавными именами. Их известно более 50. Например: Брат моего брата, Крапива, Человек без селезенки, Шиллер Шекспирович Гете, Врач без пациентов. Самым известным был — Антоша Чехонте. <br/>
Чехов входит в тройку мировых писателей, которых наиболее экранизируют. Первое место занимает Шекспир (768 экранизаций), второе место Чехов разделил с Диккенсом (по 287 экранизаций). Он единственный русский писатель, который попал в десятку рейтинга. <br/>
Многим героям Чехова были установлены памятники. Так, в Челябинске — Каштанке, в Таганроге — Человеку в футляре, в Ялте — Даме с собачкой. Интересно, что музей Чехова существует даже в Шри-Ланке, где останавливался писатель, возвращаясь с острова Сахалин в Одессу. <br/>
Антон Павлович Чехов был непревзойденным мастером афоризмов и крылатых фраз. Одна из самых известных — «В человеке должно быть все прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли».

29 февраля исполняется 105 лет со дня рождения выдающегося русского писателя, мастера «деревенской прозы» Фёдора Александровича Абрамова. Главные герои произведений Абрамова – люди мужественные, совестливые, высоконравственные, наделённые острым чувством личной ответственности за  всё происходящее на  родной земле. По словам Валентина Распутина, «он хлопотал с   горячностью и  учил Россию-народ любить и  беречь Россию-Родину и  землю, жить и  трудиться во  имя блага её на  своих отчинах и дединах». <br/>
Фёдор Александрович родился в небольшом селе Веркола в Архангельской области. Мальчик воспитывался в семье крестьян, помимо него, у родителей было еще четверо детей. Свое обучение будущий писатель начал в возрасте 7 лет. По окончании 3 класса мальчику дали за хорошую учебу премию в виде ситца и материи на рубашку и брюки. Это была большая помощь нуждающейся семье. Получив аттестат, Фёдор поступил в Ленинградский университет на филфак. Но успел отучиться лишь три курса – 22 июня, в день объявления войны, он подал заявление о зачислении в ряды Красной Армии и отправился добровольцем на фронт. Кстати, писатель всю жизнь хотел написать о своей фронтовой юности, но как-то не сложилось… Все свое творчество он посвятил родной северной деревне.<br/>
Сочинять первый роман «Братья и сестры» Абрамов начал 1950 году, но закончил его лишь через 6 лет. К публикации его приняли не сразу, только в 1958-м читатели ознакомились с творчеством начинающего писателя и положительно его оценили. Впоследствии эта книга положила начало литературному циклу «Пряслины», который позднее пополнился романами «Две зимы и три лета», «Пути-перепутья» и «Дом». По словам Александра Твардовского, его книги были «полны горчайшего недоумения, огненной боли за людей деревни и глубокой любви к ним...».<br/>
Почти каждое произведение Абрамов проходило трудно: «бои» в редакциях и цензуре, атаки  критики. Особенно разносной была критика повести «Вокруг да около» (1963): озлобленный клеветник, очернитель, смакует недостатки, искажает жизнь. Было сочинено обвинительное письмо от имени односельчан «Куда зовешь нас, земляк?» Абрамов был исключен из состава редколлегии журнала «Нева». Но повесть принесла Абрамову мировую известность. Она была переведена в Англии под названием «Хитрецы», затем издана во многих странах.<br/>
 С 1981 года писатель  начал собирать материал для своей новой книги. Основной темой должна была стать идея служения интеллигенции народу. Свой роман он назвал «Чистая книга», но так и не успел его окончить – писатель тяжело болел, с годами сказывались фронтовые раны.  Жизнь Фёдора Абрамова оборвалась в 63 года.  Впоследствии его жена кропотливо собрала все имеющиеся наброски и издала книгу посмертно.

220 лет назад — 2 апреля 1805 года родился человек, который подарил детство многим малышам, – Ганс Христиан Андерсен, великий датский писатель-сказочник, известный каждому человеку на всех континентах мира.<br/>
Будущий писатель появился на свет в старинном городе Оденсе, на острове Фюн в простой семье прачки и сапожника. С детства мать учила сына шить и кроить. И ремесло мальчика казалось определенным – ему суждено быть портным. Но жизнь сложилась иначе. Бабушка по материнской линии работала в госпитале для душевнобольных, и маленький мальчик проводил много времени с пациентами, слушая их причудливые рассказы. В конце жизни он скажет: «Меня сделали писателем песни отца и речи безумных». <br/>
Первый успех пришел к нему с фантастическим рассказом «Пешее путешествие от канала Холмен к восточной оконечности Амагера». За это произведение писатель получил вознаграждение от самого короля и отправился в путешествие за границу.<br/>
1835 год стал для Андерсена годом триумфа. Новелла «Импровизатор», принесла ему грандиозный успех на родине. В том же году вышел и первый сборник сказок, где в числе прочих была и «Принцесса на горошине». Уже спустя год книги Андерсена сделали его довольно состоятельным человеком. К слову, писатель был настолько успешен в своем деле, что к концу жизни стал почти миллионером.  За свою жизнь он написал 5 романов, 20 пьес, 8 путевых очерков, но для всех людей он навсегда останется великим сказочником. «Снежная королева», «Стойкий оловянный солдатик», «Новое платье короля», «Дикие лебеди», «Гадкий утенок» – бессмертными сказками Андерсена вот уже почти два века зачитываются дети и взрослые всего мира. Если посчитать, окажется, что из 156 произведений автора ровно 56 заканчиваются смертью главного героя. Сюда относится и «Русалочка» – одна из самых красивых и печальных историй о любви всех времен,  которая его самого трогала до глубины души. Вообще же сказочник был очень набожным человеком. Мало кто знает, что в русском переводе из сказок были вырезаны детали, связанные с религией, например в той же «Снежной королеве» Герда постоянно молилась в трудные минуты. <br/>
В последние годы жизни писатель много времени проводил в поместье семьи Мельхиор под названием «Спокойствие». Мельхиоры были поклонниками творчества Андерсена. Члены семьи ухаживали за ним, поскольку тот много болел. Когда он уже не мог писать свои дневники, за него под диктовку это делали дети хозяев дома. 12 июля 1875 года писатель в последний раз приехал в это поместье и больше никогда его не покидал. А 4 августа в 11 утра великий Ганс Кристиан Андерсен мирно скончался в своей кровати. На его похороны пришел весь Копенгаген. 

Ровно 200 лет назад — 19 июля 1825 года, в день отъезда Анны Петровны Керн из Тригорского, Александр Сергеевич Пушкин вручил ей стихотворение «К*», которое является образцом высокой поэзии, шедевром пушкинской лирики.<br/>
История взаимоотношений Пушкина и Анны Керн  весьма путана и противоречива. 20-летний поэт впервые встретился с 19-летней Анной Керн, женою 52-летнего генерала Е. Керна, в 1819 г. в Петербурге, в доме президента Петербургской Академии художеств Алексея Оленина. Сидя за ужином невдалеке от нее, он старался обратить на себя ее внимание. Когда Керн садилась в экипаж, Пушкин вышел на крыльцо и долго провожал ее взглядом. <br/>
 Их вторая встреча произошла только через долгих шесть лет. В июне 1825 года, находясь в михайловской ссылке, Пушкин часто бывал у родственников в селе Тригорское, где он и повстречал снова Анну Керн.  Около месяца гостила Керн в Тригорском, встречаясь с Пушкиным почти ежедневно. Неожиданная, после 6-летнего перерыва, встреча с Анной произвела на него неизгладимое впечатление. В душе поэта «настало пробуждение» – пробуждение от всех тяжелых переживаний, перенесенных «в глуши, во мраке заточенья» – в многолетнем изгнании. Но влюбленный поэт явно не нашел верного тона, и, несмотря на ответную заинтересованность Анны Керн, решающего объяснения между ними не произошло.<br/>
Утром перед отъездом Анны Пушкин вручил ей презент – только что вышедшую тогда первую главу «Евгения Онегина». Между неразрезанными страницами лежал листок с написанным ночью стихотворением.<br/>
<br/>
Я помню чудное мгновенье:<br/>
Передо мной явилась ты,<br/>
Как мимолётное виденье,<br/>
Как гений чистой красоты.<br/>
<br/>
Через 15 лет композитор Михаил Иванович Глинка написал романс на эти слова и посвятил его женщине, в которую был влюблён, — дочери Анны Керн Екатерине.<br/>
Для Пушкина Анна Керн действительно была «мимолетным виденьем». В глуши, в псковском имении своей тетки, красавица Керн пленяла не только Пушкина, но и соседей-помещиков. В одном из многочисленных писем поэт ей писал: «Ветреность всегда жестока… Прощайте, божественная, бешусь и падаю к вашим ножкам». Через два года Анна Керн уже не вызывала у Пушкина никаких чувств. «Гений чистой красоты» исчез, и появилась «вавилонская блудница» – так назвал её Пушкин в письме к другу.<br/>
 Не будем анализировать, почему любовь Пушкина к Керн оказалась всего лишь «чудным мгновеньем», о чем он пророчески возвестил в стихах. Была ли повинна в этом сама Анна Петровна, виноват ли поэт или какие-то внешние обстоятельства – вопрос в специальных исследованиях и пока остается открытым.

Помню, в школе, когда я воевал с первым томом. Каникулы. Сижу дома. Воркута. Полярная ночь. Депресняк. Стойкое ощущение собственной неполноценности. Война и Мир.<br/>
Я сажусь. Ладно, думаю, давай. Сажусь максимально неудобно, чтобы не вырубиться. В окно смотришь, там такое солнце, как вот фара непротертая по горизонту барражирует, словно говорит «Ну не знаю, может повыше на парочку градусов подняться? Да не, и так нормально». И я думаю «Ну почему, ну 12 часов, полдень, давай выше, этож капец. Солнце, пойми, это же „Война и Мир“, а мне 17. Сжалься»… Игнор.<br/>
<br/>
Давай дальше читать, французские вставки я уже нашел в ссылках на другой стороне тома. Читаешь, читаешь, бац — французский на пол страницы. Перевернуть книжку, найти ссылку, прочитать, перевернуть книжку обратно. Следующая страница — французский на 2/3 общей площади… Какого черта?! Перевернуть книжку… А за спиной как буд то стоит человек с доской сороковкой и каждые 10-15 минут прикладывается мне по затылку. Я как дальнобойщик в кювете просыпаюсь через пол часа. Солнца вообще уже почти нет. Да вы чего ребята, Солнце, мужик с сороковкой, да вы в своем уме вообще? Лев Николаевич, я знаю что вас жена заставляла это писать (правда я узнал об этом гораздо позже), хватит.<br/>
В итоге я справился только с первым томом. Дальше на уроках литературы при допросе приходилось идти по приборам.<br/>
<br/>
Лет через десять я вооружился новым оружием — это аудиоформат. Это было дерзко. Я скачал Эмпайр Тотал Вар и начал, после работы, играть и слушать книжки стопками, целыми шкафами.<br/>
Взялся за «Войну и Мир». Ну ладно думаю, иди сюда. Во всех других произведениях Лев Николаевич свой прям.<br/>
Но тщетно. Усы Наташи Ростовой, Пьер, что происходит?, Дуб в богучарове, какой то Дядя, все томятся. Страдание о себе милом. Крестьяне и солдаты — чисто второй план, что то вроде фона. Юниты. Я на солдат в стратегии по другому смотреть стал. Пол роты шрапнелью сдуло — раньше я радовался. После «Войны и Мира» нет.<br/>
<br/>
Вот за это спасибо. А так нет.<br/>
Вообще ни кого не осуждаю, кто не смог. Сам Толстой застрелиться хотел, после такого испытания.<br/>
<br/>
Там в книге баталии очень хорошо описаны. Особенно в фильме Бондарчука здорового человека. Это самая массовая баталия в истории кинематографа. И суть передана отлично. Паны грызутся — у казаков чубы трещат.

155 лет назад — 7 сентября 1870 года родился великий русский писатель Александр Иванович Куприн, автор знаменитых произведений, которые вошли в золотой фонд мировой литературы.<br/>
Александр родился в уездном городе Наровчате, который расположен в Пензенской области. Но детство и юность прошли в Москве. Уже в 6 лет Сашу определили в Московский Разумовский пансион, который действовал по принципу сиротского интерната. Через 4 года его перевели во Второй Московский кадетский корпус, по окончании которого юноша поступает в Александровское военное училище. Выпускался Куприн в чине подпоручика и служил ровно 4 года в Днепровском пехотном полку.<br/>
Писателем Александр Иванович стал случайно. Когда он еще был курсантом военного училища, решил написать рассказик «Последний дебют». Подписался «Ал. К-рин». Об этом стало известно начальству и «презренный писака, затесавшийся в славные ряды будущих героев отечества» был обнаружен и предан суду. Куприна посадили на двое суток в карцер, где он поклялся себе не прикасаться к перу и бумаге. Все изменила встреча с Иваном Буниным, который помог талантливому курсанту заработать первый гонорар.<br/>
Рассвет Александра Ивановича как писателя пришелся на начало 20-го века. Выходили, ставшие позднее классикой детской литературы, рассказ «Белый пудель», воспоминания о путешествии в Одессу «Гамбринус» и, вероятно, самое популярное его произведение – повесть «Поединок». Тогда же увидели свет и такие творения, как «Жидкое солнце», «Гранатовый браслет», рассказы о животных.<br/>
Александр Куприн с энтузиазмом воспринял отречение от власти царя Николая II. После прихода большевиков даже лично обращался к Владимиру Ленину с предложением издавать специальную газету для деревни «Земля». Но вскоре, увидев, что новая власть навязывает стране диктатуру и полностью разочаровался в ней. Во время гражданской войны примкнул добровольцем к Белой армии, а после крупного поражения уехал за границу с надеждой на светлое будущее – сначала в Финляндию, а затем во Францию – главным образом в Париж, где провел 17 лет. Но все равно, жизнь в эмиграции была неустроенной: бедность, невостребованность. Он не жалел о потерянной в России собственности – доме, земле, мебели, даже библиотеке. Тосковал по вещам нематериальным, например, ему казалось, что даже цветы в России пахнут по-иному. <br/>
9 мая 1937 года Куприн сел в поезд на Северном вокзале Парижа, сказав: «Я готов пойти в Москву пешком». Александр Иванович вернулся в Россию с сильно подорванным здоровьем. У него была зависимость от алкоголя, плюс пожилой человек быстро терял зрение. Спустя год, во время просмотра военного парада на Красной площади Куприн подхватил воспаление легких, которое отягощалось еще и раком пищевода. 25 августа 1938 года сердце знаменитого писателя остановилось навсегда.

Знаете, эта сказка очень нравится жителям Припяти! Это главное! Только Вы её не читали… Ну, и видимо Вы не прочитали, то что я писал здесь. Первая часть повести — не сказка. Герои повести — настоящие. А вторая, фантастическая часть произведения, подсказана Виктором Николаевичем Клочко, начальником Припятского горотдела УКГБ. Да, да, это настоящий человек, как и все герои повести. Как и облученные на путепроводе школьники. Так вот, Клочко ( в повести Клочков), сказал мне на 25-годовщину аварии, что если бы ему в 1986 году показали такую вот «хреновину» — планшетный компьютер с документальным фильмом об аварии, то он бы костьми лег, но катастрофу предотвратил. Я поблагодарил его за идею. И документальная повесть 1996 года превратилась в новое, фантастическое произведение.<br/>
Дальше. Повесть «Горькие травы Чернобыля» — лишь одна из произведений трилогии, вторая её часть. Есть первая — повесть «Пусть посмотрит в глаза Припять». Вы её тоже не читали. Вот там никакой фантастики. Документально точное воспроизведение событий. У меня, в отличие от Алексиевич, косяков нет. Каждый факт перепроверялся по десять раз. А Светлана Александровна зачастую беседовала с некомпетентными людьми, которые собственную интерпретацию событий выдавали за факты. У нас, журналистов, есть такое выражение: «Врёт, как очевидец». Видеть и понимать, что именно видишь — вещи разные. Всё нужно тщательно проверять. Желательно ещё и знать ядерную физику. Никакого пластика в реакторе нет, вы так не шутите! Там температура в активной зоне под тысячу градусов, какой пластик? Цирконий есть, железо есть, двуокись урана есть, графит есть. Реакторный графит горит без дыма, превращаясь в углекислый и угарный газ. Смесь этих газов, вместе с осколками деления прозрачным маревом поднималась над реактором. Ночью сиреневым светом сиял ионизированный воздух. А чёрный дым прекратился к 6 часам утра, когда потушили кровлю и помещения разрушенного блока.<br/>
Молчу уже про то, как изобразили в сериале крупных советских чиновников и сотрудников КГБ. Просто злобные мракобесы. А академик Легасов? Прямо диссидент какой-то! Они его с Сахаровым не перепутали? <br/>
Что касается отношения к моей повести… Тут всё зависит от того, какие эмоции у вас вызывают алые флаги с серпом и молотом… Кому-то лучше советский строй, реформированный перестройкой. А кому-то лучше нынешний олигархический паханат…<br/>
Только повесть не про это, не про флаги. Это добрая и печальная книга о тоске тех, кто навсегда потерял любимый город и любимую страну. <br/>
Мы посчитали нужным сначала сделать постановку именно по «Горьким травам». Это было девять месяцев работы при острой нехватке средств. Тяжкий труд, вы не представляете! Разместили спектакль только на одном портале. С пояснениями и комментариями автора. А постановку растащили по всему интернету, без авторских пояснений…<br/>
Про веточку, это была шутка! Какая веточка, еле кинокамеру спасли — 100 миллирентген светила!

А я дослушал… год назад без авторизации. Надо перенести с бумаги на экран.<br/>
Первая глава уже прямо ужасающе рисует предполагаемое будущее. Вероятное будущее. 1999 год не смущает, написано то когда. Глядя на текущую ситуацию, вполне верится в такое будущее лет через пару десятков. А чем рогатый не шутит… Вторая глава тоже пышет безысходностью. Ну хоть на чёрно сером фоне начало завязываться что то вроде детектива. Но Гаррисон был таки оптимистом! ))) «В нью Ёрке каждый день происходит 5, может быть 10 убийств… сотня краж со взломом» © Гы… При чудовищном перенаселении, тотальной безработице, разрухе, страшном голоде и (!) населении в 35 млн человек. ))) Сколько ноликов к цифрам своей статистики забыл прибавить? Гаррисон не был оптимистом, он был наивный чукотский мальчик!))) Да ещё всей полиции города на это не хватает! На 5-10 убийц 35и миллионного города голодающих людей не хватает полиции? Наверно все тре участковых копа перегружены… )) Да как до сих пор все не перемочили всех включая эту милицию?!<br/>
Это не конец света и не закат цивилизации, это просто утопия! Человечество наконец достигает просветления и даже неисчислимые толпы голодающих никого не мочат и не грабят ради еды. И можно обойтись для сохранения мира тремя такими же голодными ментами. Весело и глупо, но всё равно дослушать интересно. Наверно стоит представить, что действие происходит в параллельной реальности, а вовсе не в предполагаемом будущем своего же мира, иначе уж совсем невыносимо наивно.<br/>
Это наверно первый рассказ Гаррисона, который мне не нравится ещё только в середине.<br/>
Уголь они делают из массы рыбьих кишок, но саму рыбу они не едят, а едят сою и маргарин из машинного масла… Промышленности нет, но машинное масло для маргарина кто то производит массово и сою кто то растит (а картоху растить не пробовали?). Море отравлено вхлам, пресная вода в дефиците, но сои, овса, фенхеля и полыни навалом… Идиоты, раз всё это растёт, посадите бобы, картоху и рожь! На всей планете из океанской фауны остались три кита и планктон. Все делают «фу, оно пахнет рыбой!» при том, что рыбу давно никто не пробовал, все жрут силос и сгуху из мазута, но ловят рыбу, чтобы добыть её кишки и сделать из них топливный уголь…<br/>
Фантазия это хорошо, но фантазия не хороша без минимальной технической грамоты и хоть какой то капельки здравого смысла. Ведь такая лабуда получается. Гаррисон отличным фантастом был, но лучше бы ему было писать только про далёкие галактики, там любая дурь прокатит. Ведь есть же прикольные у него рассказы. Детектив вроде интересный, но материальное окружение всё убивает.<br/>
К исполнителю никаких вопросов кроме одного, Кирилл, как вы это осилили? ))

Когда-то КЧ была моей любимой книгой в этой самой озвучке, я переслушивал её раз 15, если не больше. Казалась такой необычной, остроумной, интересной. Но переслушав недавно, спустя лет 8, я испытал такой испанский стыд и разочарование, что теперь уже и к Шекли отношение изменилось, и к уровню своей образованности и понимания в то время. В этой книге нет какой-то философии или хотя бы логики. Совсем.<br/>
В ней есть неосмысленный винегрет из абсолютно несовместимых научных и ненаучных мыслей и просто океан невежества; противоречия порой встречаются в соседних предложениях, видно полное непонимание автором тех вопросов, на которые он берётся рассуждать, местами доходит до смешного, а местами и до откровенного шизофренического бреда. А уж когда Модсли начал рассуждать на тему науки, зачем-то попытавшись приплести диалектику (и с треском провалившись), слушать стало откровенно невыносимо. Либо это какая-то лютая ирония и попытка откровенного стёба над малообразованными людьми, либо какой-то запущенный вид шизофрении (и судя по второй книге, это скорее второе, там всё ещё хуже, в разы).<br/>
Я уже молчу о координатных противоречиях: изначально Кармоди не могли доставить по тем же координатам, потому что Земля на тот момент(!) якобы уже переместилась в другое место, но тут же выясняется, что координат всего 3 и время среди них тоже есть, а если его можно доставить в любое время, то почему не доставить по тем же координатам, что дал компьютер, в то же самое Когда? Или есть ещё 4я координата? Нет. Все говорили, что их 3, включая создателя Земли. Всё, концепция сломана изначально, это рушит атмосферу. Не работают правила, заданные автором.<br/>
Дальше хуже. Опять же, Модсли создал Землю, но почему-то их оказалось множество и совершенно разных, отличия которых совершенно хаотичны (Кто создал остальные? Почему? Сколько их? Явно не бесконечность. Кто их расставлял и задавал вектора движения? В какой момент? Землю мы можем отличить от не-Земли? То можем, то не можем, как выяснится позже. И то у нас Земли в одном Когда на разных этапах развития, то на одном, притом развитие явно нелинейно, т.к. говорящие динозавры — явно что-то альтернативное). И каким образом вообще можно определить Куда, если не знаем, Какая и Когда? Это ведь главная проблема была изначально. Но это ещё ладно… У нас тут дальше Модсли рассуждает на тему церквей, которые появились <2000 лет назад и удивлялся рабовладельческой терминологии (смешно, когда создатель Земли не понимает, откуда взялись «рабы божие» и почему это так), в одном контексте с Кармоди. Откуда он это знает? Что вообще он тогда знает? Короче, и такое там всё. Не хочется придираться ко всему. В общем, шизовая книга, спасает Кирилл Петров. Ну а Шекли — он хорош в коротких рассказах.

Вы цитаты под свои домыслы подстраиваете и искажаете смысл моих утверждений. С вами трудно вести диалог. Объясню свою позицию на примерах:<br/>
1) домыслом (я чётко написала) было ваше утверждение, что «девушка спешно и не разгибаясь зарабатывает студенту на излишество»! Если для вас излишество чай и табак, то необходимость выходит вода и воздух. И с чего вдруг для студента хочет купить? А не для них вдвоем? Из текста следует, что это было ее желание и нигде не сказано, что это он ее заставлял, ни одним словом. И ваш вывод «рабыня на уровне гастрабайтера» вообще из воздуха взят!!! <br/>
2) ваше утверждение «подонок, так как доставляет дискомфорт девушке», вообще ни в какие рамки не лезет. Назовите хоть одного живого человека, который не доставлял кому-то дискомфорт? По вашему все подонки? Что тогда говорить о матерях, которые кричат и хлопают своих детей по попе? Следуя вашей логике: к растрелу? Или начнете, что дискомфорт разный бывает и вы всю жизнь всем только удовольствие приносили?<br/>
3) ваше утверждение «по тому и боится что увидит что дрожит-что в очередной раз услышит «что потерпеть холод трудно?, я же из за тебя экзамен не сдам»))» — откуда оно? Снова домысл!!! В тексте сказано «Анюта дрожала и боялась, что медик, заметив ее дрожь, перестанет чертить углем и стучать, и потом, пожалуй, дурно сдаст экзамен.» Прямо написано, что она боялась не студента, а того что он не сдаст экзамен. Зачем сюда свои слова дописывать?<br/>
4) а теперь про Анюту. Я понимаю, что перед вами девушка «маленькая, худенькая брюнетка лет 25-ти, очень бледная, с кроткими серыми глазами» и вам ее хочется пожалеть и защитить. Но есть в тексте и другое ее описание «Анюта тоже представлялась некрасивой, неряшливой, жалкой… »!!! И оно не противоречит первому ни в чем. Нам не извесно, какая она!!! Мы можем только говорить, что она добрая, кроткая, жалеет и заботится о студенте. И если он у нее шестой, ей есть с чем сравнивать. Подонком и моральным уродом она его не считает. Не уходит от него. Или вы начнете говорить, что она глупая и не понимает, что с ней плохо обращаются? Опережу вас: нигде не сказано, что глупая, наоборот!<br/>
4) студент в тексте ни разу не кричал, не упрекал, а нежно к ней обращался!!! Он только очень озабочен экзаменом. Как-то совсем не вяжется с вашим «подонком». Хотя на это вы скажете, что главное поступки и нужно читать между строк. Читайте, это ваше право, как читателя. И делите всех только на хороших и подонков. Это тоже как вам будет угодно. <br/>
На этом все. Спасибо, что дочитали.

«Настоящее проявляется в поступках. Можно сколько угодно рассуждать на тему патриотизма, а можно делать что-то конкретное для своей страны».  Писатель Юрий Бондарев.<br/>
<br/>
Сегодня 15 марта исполняется 100 лет  со дня рождения писателя-фронтовика Юрия Васильевича Бондарева, чье имя стоит в числе авторов, писавших о Великой Отечественной войне. Ему удалось передать понятным языком «окопную правду», показать весь ужас и трагедию войны.<br/>
Детство Юры, появившегося на свет в Орске Оренбургской области, прошло в переездах: Урал, Средняя Азия, Оренбуржье, далее — Замоскворечье. Мать являлась для ребенка воплощением любви и нежности, отец — бесстрашия и стойкости. По вечерам читались книги, особенно русская классика, повлиявшая на развитие творческих способностей мальчика. Поначалу предпочтение отдавалось профессии — моряка. Но однажды все изменил урок литературы, на котором на весь класс прозвучало лучшее сочинение Бондарева о летних каникулах. Учительница, заметив талант мальчика, рекомендовала заниматься писательством.<br/>
 В 17 лет Бондарев был в числе тех, кто сооружал укрепления под Смоленском, а летом 1942 года еще вчерашнего школьника направили во 2-е Бердичевское пехотное училище в Актюбинск. В октябре  курсанты были переброшены под Сталинград, где он стал командиром минометного расчета. В боях под Котельниковым был контужен, получил обморожение и ранение в спину. После госпиталя служил командиром орудия, участвовал в форсировании Днепра и штурме Киева. В боях за Житомир был ранен и снова попал в полевой госпиталь. С января 1944 года воевал в Польше и на границе с Чехословакией.<br/>
После демобилизации вопрос, чем заняться дальше, решил старый друг, увидевший тетрадь с набросками текста. Так Бондарев стал студентом Литинститута, который позднее окончил с отличием. В 1949-м из печати вышел первый рассказ «Поздним вечером», который задолго до публикации оценил сам Константин Паустовский. В 1957-м в журнале «Молодая гвардия» появилась повесть Бондарева «Батальоны просят огня». После прорывной книги Виктора Некрасова «В окопах Сталинграда» эта книга стала первым произведением «лейтенантской прозы». «Все мы вышли из бондаревских «Батальонов», – позже признает Василь Быков. Как минимум четыре романа Бондарева – «Горячий снег», «Берег», «Выбор» и «Игра» – в свое время становились, как сейчас говорят, «культовыми» и широко обсуждались читающей страной. В 70-80-е годы книгами писателя зачитывались до дыр в библиотеках, за ними стояли очереди, а купить их было не так-то просто.<br/>
Главная тема прозы Бондарева, кроме правды о войне, – это простая человеческая порядочность. Нельзя говорить пошлости. Молодому офицеру нельзя «тыкать» пожилому солдату. Нужно уважать чужое мнение. Все это имело для Бондарева огромную цену.<br/>
 Писатель-фронтовик принадлежал к роду долгожителей. Его отец прожил до 92 лет, при том, что Василию Бондареву пришлось отсидеть 10 лет по ложному доносу. Юрий Васильевич умер 29 марта 2020 года на 97-м году жизни.

165 лет назад 2 мая 1859 года родился известный английский писатель-сатирик Джером Клапка Джером.  Он был автором множества замечательных сатирических произведений, повествующих публике о разнообразных нюансах частной и общественной жизни англичан всех сословий и возрастов. <br/>
Первое, что удивляет при знакомстве с писателем, – его имя. При рождении, он был зарегистрирован ровно также, как и его отец, – Джером Клэп Джером. Немного позднее появилось и второе имя – Клапка. Оно было дано писателю в честь венгерского эмигранта генерала Дьёрдя Клапки и осталось с ним до самой смерти. <br/>
Детство Джерома нельзя было назвать легким. Он появился на свет в многодетной семье. Джером-младший не интересовался занятиями и не водил дружбу со сверстниками. Его главное увлечение составляли книги. Любознательный подросток подмечал мелочи, которые видел вокруг себя в предместьях Лондона, наблюдал за разными людьми и ситуациями, пополняя свою копилку будущего писателя.<br/>
В 14 лет мальчик вынужден был бросить школу, и давний друг семьи устроил его клерком в железнодорожную компанию. Кем только ему не довелось поработать в последующие годы – и школьным учителем, и подручным стряпчего, и репортером, и актером. Впечатления, накопленные Джеромом за годы работы актером, нашли отражение в его первой книге «На сцене и за кулисами» – сборнике юмористических рассказов о театральной жизни, который был хорошо принят читателями. <br/>
После этого он решает сделать писательство своей основной профессией. И вскоре написал свое самое знаменитое произведение – «Трое в одной лодке, не считая собаки». Известно, что у всех главных героев произведения есть реальные прототипы. Это сам Джером (в книге рассказчик Джей) и его друзья, с которыми он часто катался на лодке: Джордж Уингрейв, ставший позднее главным менеджером в банке, и Карл Хентшел, основавший в Лондоне своё печатное дело. Четвёртый путешественник — пёс Монморанси — персонаж вымышленный, но и он позже стал реальным: собака была подарена писателю в Санкт-Петербурге через много лет после выхода книги.<br/>
После этого Джером создал еще немало произведений – пьес, романов, очерков, книг воспоминаний, наполненных спокойным юмором и очень добродушным отношением автора ко всем персонажам. Обычная его тема – мелкие неприятности незадачливых обывателей.<br/>
Последние годы жизни писатель провел в графстве Букингемшир на своей ферме, имевшей необычное название – «Монаший уголок». И в пожилом возрасте он сохранял тот вкус к жизни, который свойствен молодым людям. В июне 1927 года у Джерома случился инсульт, его положили в больницу, где он и скончался 14 июня. Читатели его любили и любят, потому что писал он о повседневной жизни обычных людей и умел находить в ней столько смешного и светлого, что каждый понимал: мир не хорош и не плох – все дело в том, как ты к нему относишься.