Заставлять силою людей переставать делать худое — все равно что запрудить реку и радоваться, что река на время ниже плотины мелеет. Как река, когда придет время, перельется через плотину и будет течь все так же, так и люди, делающие худое, не перестанут его делать, а только выждут время.
Принуждающий нас силой как бы лишает нас наших прав, и мы потому ненавидим его. Как благодетелей наших, мы любим тех, кто умеет убедить нас. Не мудрый, а грубый, непросвещенный человек прибегает к насилию. Чтобы употребить силу, надо многих соучастников; чтобы убедить, не надо никаких. Тот, кто чувствует достаточно силы в самом себе, чтобы владеть умами, не станет прибегать к насилию. Государство прибегает именно потому, что оно сознает свое бессилие убедить людей в своей необходимости.
Заставить людей силой делать то, что мне кажется хорошим, это самое лучшее средство внушить им отвращение к тому, что мне кажется хорошим.
Всякий по себе знает, как трудно изменить свою жизнь и стать таким, каким хотел бы быть. Когда же дело идет о других, то кажется, что стоит только приказать и припугнуть, и другие сделаются такими, какими мы хотим, чтобы они были.
Сила есть то орудие, посредством которого невежество заставляет своих последователей делать те дела, к которым они по природе не склонны; и (подобно попытке заставить воду идти выше своего уровня) в тот момент, когда орудие это перестанет действовать, прекращаются и его последствия. Есть только два средства направлять человеческую деятельность. Одно в том, чтобы завладеть склонностью, убедить рассуждением, и другое в том, чтобы заставить человека действовать противно его склонностям и суждениям. Один способ подтверждается опытом и всегда увенчивается успехом, другой употребляется невежеством, и последствия его — разочарование. Когда ребенок кричит, чтобы ему дали погремушку, он хочет силой получить ее. Когда родители бьют своих детей, то это с тем, чтобы силою заставить их вести себя хорошо. Когда пьяный муж бьет свою жену, то он делает это ввиду исправления ее силою. Когда преступник наказывается, то это делается для того, чтобы улучшить мир силою. Когда один человек судится с другим, то это с тем, чтобы достигнуть справедливости посредством силы. Когда священник говорит об ужасах адских мучений, он делает это с целью направить своих слушателей на небо силою. Когда один народ воюет с другим, то цель его состоит в том, чтобы приобрести желательное положение силою. И удивительное дело: и до сих пор невежество вело и ведет человечество тем самым путем насилия, который всегда ведет к разочарованию.
Комб
Всякий человек знает, что всякое насилие зло. И вот, чтобы отучить людей от насилия, мы ничего лучше не можем придумать, как то, что мы, люди, требующие к себе высшего уважения, делаем для этой цели самые жестокие насилия: тюрьмы, казни.
Из того, что возможно насилием подчинить людей справедливости, вовсе не следует, чтобы было справедливо подчинять людей насилием.
Паскаль
Человек так же мало сотворен для того, чтобы принуждать, как и для того, чтобы повиноваться. Люди взаимно портятся от этих двух привычек. Тут одурение, там наглость — и нигде истинного человеческого достоинства.
Консидеран
Есть те, кто считает, что насилием они имеют право «улучшать» и «устраивать» жизнь других людей и народов.
Но как только человек допускает совершение насилия ради эфемерной или откровенно ложной идеи «блага» для другой страны, для другого народа, он перестает отличать добро от зла, и это зло становится безграничным.
Глупо, когда люди гордятся своим лицом, своим телом, еще глупее то, когда люди гордятся своими предками, своим народом, своим прошлым.
«Глупо», считал Толстой, потому что те, кто так думает, к тому, чем они гордятся, лично непричастны, гордость же ни к чему иному не приводит, кроме как к высокомерию и спеси. И бо́льшая часть зла на свете от этой глупой гордости. От нее и войны.
Но люди продолжают гордиться, и создают себе врага, и копят в себе злобу и агрессию, и так воспитывают своих детей, приготовляя их к войнам и убийствам, подменяя настоящую любовь гипертрофированной гордостью.
Спасибо за прекрасное чтение.