Был Человек, стал — заурядный и безликий Иван Иваныч, мириады раз надеванный и затрепанный. Глядел в окошко, любовался изумрудными огнями квадрата Пегаса, думал — вот как звезды смотрят сейчас на нас, когда-то и мы на них глянем и помечтаем о чем-то большем, чем двуспальная кровать в новом доме. Ан нет, задернута занавеска, опущена шторка, и спрятался от глаз мир, сузился до понятного и простого, до пустого и ненужного.
Въезжает в свой новенький собственный домик Иван Иваныч — а там, на небесах, ангел его хранитель свидетельствует смерть души, ему врученной.
Удивительный писатель, смело экспериментирующий, полета вольного, не соцреалистического, а потому и в советскую литературу не вписавшийся, что и хорошо.
Прекрасный рассказ, спасибо исполнителю.

Собрал писатель Чехов в одном вагоне население страны необъятной, да такое пестрое и разномастное, что чуть не всех сословий представителей. И вышла у него картинка всеохватная, да только уж очень неприглядная. Тут тебе и поборы, и взятки, и воровство, и — как же без него, без одного из ценнейших общественных достояний! — хамство со всевозможными оскорблениями. И не то, чтобы хамство это как исключительное явление преподносилось, вовсе и нет, дело очень даже привычное, будничное, в порядке вещей, так сказать, — с «паскудами», «мордами» и «убожествами». И стоит в вагоне тесном «сивушный запах» — одним словом, как пишет Чехов, «пахнет русским духом».
Только вот беда, поезд-то с населением этим ехать не может, локомотив износился, прямо как тряпка, чертыхайся не чертыхайся, а на ладан дышит. А и пусть себе, народу-то что с того, народ терпеливый, народ «под скамьями богатырским сном спит».
Рассказ смешной, довольно злой, так зато и честный. Исполнение превосходно.

Какие бурные модуляции и смены тональностей в настроении и чувствах, как переживал, как старался, а в итоге — драма души обернулась опереточным фарсом. Мучился, терзался, и тут — как подфартило-то! — взял да и обнулил свою совесть. А бывает, что и не мучась кто ее обнуляет, совесть эту.
Браво исполнителю!

Совершенно верно, здесь нет никакого правдоподобия и тем более того, что называют выдуманным термином «реализм». Это почти сказка, со своими королем и королевою.

Так непринужденно, легкими штрихами прочерчен путь от неосознанного, безотчетного и предсказуемого — к постигнутому и осмысленному. Простая схема и сложный путь. От декоративной, мультяшной, почти бесчувственной «любви» к чему-то куда более глубокому и значительному.