Умная, ясная книга — без тумана и без зазнайства. Пол Нерс говорит о жизни спокойно, как о чём-то близком и понятном, но при этом оставляет место для удивления. Пять шагов — и хаос превращается в стройную картину.
Так медвежонок Мишастик узнал, что он медвежонок, а не солнышко и не рыбка. Но, несмотря на свою догадку, он ещё долго оставался для мамы-медведицы и солнышком, и рыбкой, и зайчиком. А также котёнком — и иногда даже утёнком, когда мама купала его в ванночке.
Но он не обижался, а только хитро улыбался, потому что теперь-то твёрдо знал, что он всё-таки медвежонок. Самый настоящий медвежонок.
Прошло немного времени, и Мишастик решил, что ему пора научиться смеяться по-взрослому. Не просто хихикать тихонько в лапку, а прямо вот — ржать, как конь из мультфильма, которого он однажды видел на картинке.
Он вставал перед зеркалом, раздувал щёки, широко раскрывал рот и пробовал: «Х-ха-ха!» — получалось странно, больше похоже на чих. Потом: «Хо-хо-хо!» — и тут мама из кухни спросила:
— Мишастик, ты что там, Дед Мороз репетируешь?
Мишастик смутился, но не сдался. Каждый день он тренировался. Иногда смех вырывался у него сам — когда бабочка садилась на нос, когда мыльный пузырь взрывался прямо в лапках, когда котёнок Мурчик вдруг чихнул в кастрюлю с кашей.
И вот однажды утром, когда солнце заглянуло в окно и щекотало лучом его мохнатое ухо, Мишастик не выдержал и как заржал от радости! По-настоящему, громко и звонко! Даже воробьи на дереве перепугались и подскочили.
Мама прибежала, а он, сияя, сказал:
— Мам, я доучился ржать!
Мама засмеялась вместе с ним, а потом обняла и прошептала:
— Главное, Мишастик, не то как ты смеёшься, а то что ты умеешь радоваться.
И с тех пор, когда Мишастик смеялся, солнце будто становилось теплее, а лес — добрее.
Вот новая история о Мишастике, такая же живая, как утренний лес после дождя:
Как Мишастик рассмешил папу
Папа-медведь был серьёзный. Очень серьёзный. Он ходил по дому степенно, брови у него всегда были домиком, а лапы — как две лопаты. Даже когда ел мёд, делал это сосредоточенно, будто решал важную задачу.
Мишастик не понимал, как можно есть мёд и не улыбаться. Он решил: «Надо папу рассмешить. Ну хоть чуть-чуть».
Сначала он попробовал подкрасться и щекотать папу перышком. Папа только кашлянул и сказал:
— Осторожнее, сынок, перо — не игрушка, это часть важной птицы.
Потом Мишастик надел на голову кастрюлю, взял ложку и прошёлся по комнате строевым шагом, изображая барабанщика. Папа посмотрел и сказал:
— Маршируешь неплохо, но кастрюля — не шлем, это кухонная утварь.
Мишастик вздохнул, сел в угол и задумался. И вдруг заметил, что папа уснул, сидя в кресле. Рот чуть приоткрыт, а лапа всё ещё держит ложку с мёдом. Тогда Мишастик тихонько подошёл и… лизнул капельку мёда с ложки. Папа сонно зевнул и сказал:
— Вкусно… но куда-то мёд исчез…
И тут Мишастик не выдержал — фыркнул, потом захихикал, потом заржал во весь медвежий голос. Так громко, что даже пчёлы в банке зажужжали!
Папа открыл глаза, удивился и… впервые за долгое время улыбнулся. Потом засмеялся, потом уже оба они лежали на полу, держась за животы, и смеялись до слёз.
Когда мама вошла в комнату, они сидели среди разбросанных кастрюль, и папа шмыгал носом от смеха.
— Что тут у вас происходит? — удивилась она.
Папа вытер глаза и ответил:
— Мы просто доучились смеяться, как положено настоящим медведям!
Однажды утром Мишастик проснулся и решил: «Хватит смеяться и хихикать, надо быть взрослым медведем. Серьёзным, как папа». Он встал, нахмурил брови, втянул живот, расправил плечи и пошёл завтракать.
Мама поставила на стол кашу.
— Доброе утро, солнышко! — сказала она.
— Я не солнышко, — строго ответил Мишастик. — Я серьёзный медвежонок.
— Ох как! — улыбнулась мама. — Тогда ешь серьёзно, без улыбки.
Мишастик взял ложку, набрал каши… и тут каша шлёп — и плюхнулась прямо ему на нос. Мама закрыла рот ладой, чтобы не засмеяться, но Мишастик стоял, как статуя, с ложкой в лапе и кашей на носу. Он стойко выдержал три секунды… потом не выдержал и захихикал.
«Так, — подумал он. — Надо быть серьёзнее!»
Он пошёл гулять. Лес был тихий, воздух пах мёдом и травой. Навстречу выскочил Зайчик и крикнул:
— Привет, Мишастик! Хочешь попрыгать со мной?
— Нет, я теперь взрослый. Я хожу степенно, — ответил Мишастик, глядя прямо перед собой.
Но вдруг ветка под лапой хрустнула, он поскользнулся на шишке и кубарем покатился с холма прямо в муравейник! Вылез весь в иголках и песке. Зайчик упал от смеха. Мишастик тоже хотел рассердиться, но увидел, как муравей чинно ползёт по его носу, и расхохотался громче всех.
Когда вечером папа пришёл домой, Мишастик с гордостью сказал:
— Пап, я весь день был серьёзен!
Папа посмотрел на его взъерошенные уши, хвост, облепленный кашей и сосновыми иголками, и спросил:
— И как, получилось?
Мишастик фыркнул и честно признался:
— Почти… минут десять получилось.
Папа рассмеялся и сказал:
— Главное, сынок, не быть серьёзным — а быть настоящим.
Сюжет хороший, чтец отличный но качество аудио просто никакое, некачественная перезапись с кассеты, местами есть комментарии- переверните кассету на другую сторону, жаль все отлично но звук это пытка
Это только завязка книги «Дом с привидениями» и рассказ о призраке комнаты мистера Б, авторство которых принадлежит Диккенсу. А остальные персонажи как же? Не дожили до рассвета? И что, что авторы другие? А Диккенс ещё и концовку собственноручно написал, если что. В аннотации никаких ссылок на продолжение, никаких оговорок, что текст буквально обрублен… Ну, ребята, так не честно! Требую продолжения банкета!
Начитка достойная.
Странный чтец. Делает очень грубые ошибки не только в словах, но и в интонация, запятых, в самых простых вещах, особенно к концу книги когда уже устал. Дослушала, только потому, что книга уж очень хороша.
Но он не обижался, а только хитро улыбался, потому что теперь-то твёрдо знал, что он всё-таки медвежонок. Самый настоящий медвежонок.
Он вставал перед зеркалом, раздувал щёки, широко раскрывал рот и пробовал: «Х-ха-ха!» — получалось странно, больше похоже на чих. Потом: «Хо-хо-хо!» — и тут мама из кухни спросила:
— Мишастик, ты что там, Дед Мороз репетируешь?
Мишастик смутился, но не сдался. Каждый день он тренировался. Иногда смех вырывался у него сам — когда бабочка садилась на нос, когда мыльный пузырь взрывался прямо в лапках, когда котёнок Мурчик вдруг чихнул в кастрюлю с кашей.
И вот однажды утром, когда солнце заглянуло в окно и щекотало лучом его мохнатое ухо, Мишастик не выдержал и как заржал от радости! По-настоящему, громко и звонко! Даже воробьи на дереве перепугались и подскочили.
Мама прибежала, а он, сияя, сказал:
— Мам, я доучился ржать!
Мама засмеялась вместе с ним, а потом обняла и прошептала:
— Главное, Мишастик, не то как ты смеёшься, а то что ты умеешь радоваться.
И с тех пор, когда Мишастик смеялся, солнце будто становилось теплее, а лес — добрее.
Как Мишастик рассмешил папу
Папа-медведь был серьёзный. Очень серьёзный. Он ходил по дому степенно, брови у него всегда были домиком, а лапы — как две лопаты. Даже когда ел мёд, делал это сосредоточенно, будто решал важную задачу.
Мишастик не понимал, как можно есть мёд и не улыбаться. Он решил: «Надо папу рассмешить. Ну хоть чуть-чуть».
Сначала он попробовал подкрасться и щекотать папу перышком. Папа только кашлянул и сказал:
— Осторожнее, сынок, перо — не игрушка, это часть важной птицы.
Потом Мишастик надел на голову кастрюлю, взял ложку и прошёлся по комнате строевым шагом, изображая барабанщика. Папа посмотрел и сказал:
— Маршируешь неплохо, но кастрюля — не шлем, это кухонная утварь.
Мишастик вздохнул, сел в угол и задумался. И вдруг заметил, что папа уснул, сидя в кресле. Рот чуть приоткрыт, а лапа всё ещё держит ложку с мёдом. Тогда Мишастик тихонько подошёл и… лизнул капельку мёда с ложки. Папа сонно зевнул и сказал:
— Вкусно… но куда-то мёд исчез…
И тут Мишастик не выдержал — фыркнул, потом захихикал, потом заржал во весь медвежий голос. Так громко, что даже пчёлы в банке зажужжали!
Папа открыл глаза, удивился и… впервые за долгое время улыбнулся. Потом засмеялся, потом уже оба они лежали на полу, держась за животы, и смеялись до слёз.
Когда мама вошла в комнату, они сидели среди разбросанных кастрюль, и папа шмыгал носом от смеха.
— Что тут у вас происходит? — удивилась она.
Папа вытер глаза и ответил:
— Мы просто доучились смеяться, как положено настоящим медведям!
Однажды утром Мишастик проснулся и решил: «Хватит смеяться и хихикать, надо быть взрослым медведем. Серьёзным, как папа». Он встал, нахмурил брови, втянул живот, расправил плечи и пошёл завтракать.
Мама поставила на стол кашу.
— Доброе утро, солнышко! — сказала она.
— Я не солнышко, — строго ответил Мишастик. — Я серьёзный медвежонок.
— Ох как! — улыбнулась мама. — Тогда ешь серьёзно, без улыбки.
Мишастик взял ложку, набрал каши… и тут каша шлёп — и плюхнулась прямо ему на нос. Мама закрыла рот ладой, чтобы не засмеяться, но Мишастик стоял, как статуя, с ложкой в лапе и кашей на носу. Он стойко выдержал три секунды… потом не выдержал и захихикал.
«Так, — подумал он. — Надо быть серьёзнее!»
Он пошёл гулять. Лес был тихий, воздух пах мёдом и травой. Навстречу выскочил Зайчик и крикнул:
— Привет, Мишастик! Хочешь попрыгать со мной?
— Нет, я теперь взрослый. Я хожу степенно, — ответил Мишастик, глядя прямо перед собой.
Но вдруг ветка под лапой хрустнула, он поскользнулся на шишке и кубарем покатился с холма прямо в муравейник! Вылез весь в иголках и песке. Зайчик упал от смеха. Мишастик тоже хотел рассердиться, но увидел, как муравей чинно ползёт по его носу, и расхохотался громче всех.
Когда вечером папа пришёл домой, Мишастик с гордостью сказал:
— Пап, я весь день был серьёзен!
Папа посмотрел на его взъерошенные уши, хвост, облепленный кашей и сосновыми иголками, и спросил:
— И как, получилось?
Мишастик фыркнул и честно признался:
— Почти… минут десять получилось.
Папа рассмеялся и сказал:
— Главное, сынок, не быть серьёзным — а быть настоящим.
Начитка достойная.