Хороший рассказ о смирении. Алешка нес ношу без нытья. По российским меркам случай удивительный, только нимба не хватает, а, случись ему родиться в средневековой китайской деревне — так там все такие. Из людей методично воспитывали идеальных работников. Терпение и покорность.
ну это же такой жанр, любовный роман. Там все девушки дрожат от предвкушения, а мужчины крутые мачо, богатые, красивые и нежные, все дни проводят рядом с любимой и одновременно зарабатывающие кучу денег. Но вот озвучка ИИ, вот это ужас, монотонно, ударения искажают слова так, что не поймешь, но нейронка пока учится, ждем
Мне важнее сюжет. Кто сам без греха, пускай кидается камнями. Бывают маститые исполнители, ставящие ударение по своей прихоти… не стрелять же их, они лучше не умеют. <br/>
А вот море комментариев об одном и том же, -уже характеризует комментаторов. Великолепное понимание и прочтение книги не заметили, но вон там соломинка торчит, ужас ужасный. Но ни<br/>
один не прочел сам.<br/>
Такая великолепная работа в остальном, должен же быть один ма-а-аленький недостаток!
Да, это точнее, действительно есть читатели, которые восхищаются. Я все же думаю, что Толстой выразил свое отношение, иначе я бы не пришла в ужас. Не могу говорить за писателя, но если он добивается своим произведением определенной реакции, значит это он и хотел выразить. Что именно? То, что есть люди, для которых быть рабом безвольным и покорным- это идеал совершенного человека и есть другие люди, для которых это самое большое унижение и поругание образа человека.
Слушаю замечательное повествование Виктора Астафьева, такое яркое и живое… и ужасаюсь от мысли: это в вот такое " счастливое советское " прошлое всеми силами нас сейчас пытаются заманить? В этот ужас?<br/>
История, вернее сказать- мораль этой истории мне вполне понятна. Не буду спорить с прекрасным писателем. Хотя… Нет, не буду. <br/>
Нина Гуркова прочитала отлично! Больше спасибо.
Прослушав это произведение, в очередной раз понимаешь, насколько глубоко автор чувствует и переживает через образы героев рассказа. Язык диалогов героев, поведение — всё это создаёт картину той не простой жизни русского человека, его тяжелого быта, нелёгкой жизни. При этом, подсвечивается присущая человеку душевность Агафьи, умение сопереживать. И полностью согласен со словами, приведёнными в описании: «Как часто мы совершаем в жизни ошибки… как часто делаем больно нашим ближним и так редко просим за это прощение… А когда созрели для того, чтобы понять и простить… бывает уже слишком поздно…». Как всё написано верно! Спасибо! После таких произведений различные ужасы и фантастика — пустое времяпровождение. Александру Синица отдельное спасибо! Добавляю в избранные чтецы!
тупой стишок. но про книгу скажу, что ужаса для меня нету в ней. я переиграл во множество хорроров игр, реально стремных, да и смотрел ужасы такие… что эта книжечка комедией считается)) <br/>
p.s. прочитано супер
Много раз пытался заставить себя вслушаться в книгу, ожидая лихо закрученный, фантастический сюжет -на основе документальных данных, а воз и ныне там-остановился, а лошади разбежались, вместе с людьми-канули в небытие, так не порадовав произведением. Отдаю должное Романченко Александру, за мужество в озвучивании сего ужаса, спасибо.
14 июня исполняется 100 лет со дня рождения известного русского писателя и поэта Владимира Алексеевича Солоухина. Колоритная русская деревня с ее покосившимися колокольнями, яблоневыми садами, крестьянскими подворьями, живописная природа с тихими заводями и разнотравьем лугов, нехитрый сельский быт – на этом чарующем фоне писатель, как истинный патриот, воспевал главное – красоту и богатство русской души, историю и культуру родной земли, ставшую его судьбой.<br/>
Владимир Солоухин родился в селе Алепино Владимирской области в зажиточной крестьянской семье, где был десятым ребенком. Интерес к литературе с раннего возраста мальчику привила мать Степанида Ивановна — энергичная сильная женщина, сумевшая дать возможность всем своим детям получить высшее образование.<br/>
Во время Великой Отечественной войны Владимир попал в войска особого назначения, охранявшие Кремль. После войны поступил в литературный институт, а с 1946 начал публиковать стихи. Работал в журнале «Огонек», много печатался в столичной прессе, но популярность пришла лишь с лирической повестью «Владимирские проселки» – дневниковые записи о родных местах.<br/>
Очень тепло читатель встретил и следующую работу литератора – сборник повестей «Капля росы» (1960), в которых Солоухин взглянул на родное село Алепино глазами простого крестьянского мальчика. Автобиографичная проза вообще особняком стоит в творчестве писателя. Многие его повести и рассказы родом из детства, молодости («При свете дня», «Соленое озеро», «Чаша», «Мститель» и др.). В 1970-е увидели свет книги «Олепинские пруды» (1973), «Посещение Званки» (1975). В этот период у писателя ухудшается самочувствие, врачи вынесли неутешительный приговор – рак. Уже позже, после удачной операции он написал повесть «Приговор», подробно и безжалостно рассказывающую о болезни, название которой в советском обществе старались не произносить.<br/>
В 90-х годах были опубликованы многие небольшие повести: «Древо» (1991), «Соленое озеро» (1994), «При свете дня» (1992). А вскоре увидело свет самое сильное, по признанию критиков, произведение Владимира Солоухина – «Последняя ступень», которое пролежало в столе более 20 лет. По выражению современника, «в то время это была бомба, посильнее «Архипелага ГУЛАГа».<br/>
В середине 90-х годов состояние писателя ухудшилось, болезнь вернулась и медленно подтачивала его силы. Несмотря на это, он держался мужественно, посещал мероприятия, ездил на встречи. Владимир Алексеевич Солоухин умер 5 апреля 1997 года.
Не великий шедевр, но послушать можно… <br/>
Да уж, любая старая деревня — тот ещё гадюшник! <br/>
Автор постарался это честно показать, но, увы, так, чтобы никого — все же свои! — сильно не обидеть. Оттого обещанный социальный конфликт получился смазанным. А расследование утонуло в пучине необязательных диалогов. И в конце выплыло сказочным образом благодаря детали, подмеченной Дедом в самом начале…<br/>
Ну и не забыл автор устами персонажей пропеть осанну курсу партии: — «Предложи сейчас кому-нибудь 100 гектаров, вам рассмеются в лицо! Кому нужна собственная земля?»<br/>
Бред, блин…
Ну, и кто больше безумен ― озверевшие оккупанты или лишившаяся рассудка несчастная?<br/>
Безумная жестокость оккупантов ― преступление.<br/>
Очень сильный рассказ, вот только гуманный посыл в конце ― чтобы дети наши никогда не видели такого ужаса ― прозвучал печально в холодном, пустынном лесу и развеялся как дымка.
Станислав Лем просто ужас! Я совершенно не понимаю его поклонников. Терминуса дослушал только с 10-го раза, потому что каждый раз засыпал после начала прослушивания (и дело тут не в чтеце, а в «мутотени», написанной Лемом), и очень пожалел, что сразу не бросил.<br/>
Излишние технические подробности, никак не влиящие на сюжет рассказа, высосанные из пальца эмоции от ударов цемента по трубам и описание второстепенных героев, непонятно зачем введеных, вызвали у меня чувство скуки и сильное желание спать
Боже мой, какая страшная история! Вот – настоящий жуткий пример того, чем может закончиться глупейшее желание пощекотать кому-то нервы. Очень жаль, что того «шутника» не нашли, ведь по большому счету его место – в тюрьме. Хотя… Народ любит страшилки, не то произведения этого жанра не пользовались бы такой популярностью. Лично я даже названия таких рассказов не читаю, когда пролистываю здесь, на этом сайте, ленту новинок: смотрю только на жанр и, когда вижу «мистика, ужасы», а также «фантастика», то иду дальше. И, кстати, с данной темой больше перекликается другой рассказ Амарике Сардара – «Привидения». Там тоже деревенские мальчишки устроили жестокий и по большому счету глупый розыгрыш, напугав хвастуна до полусмерти. С одной стороны – вроде бы смешно, но как подумаешь… Не хотелось бы оказаться на его месте. Спасибо вам, что поделились этой историей. Очень грустно, ведь такие «шутники» были, есть и, к сожалению, будут присутствовать в нашей жизни.
а про колобка я не понял-ЗАДУМЫВАЕМ одно, а получается, чаще всего совсем не то! ну дед и баба -голодными до остались. а они планировали поесть. а поела Лиса. но это не отменяет Фатума-тот кто еда-будет съеден. весь его ум и хитрости-дадут острячку и смену Едока))<br/>
<br/>
Созидающий башню сорвётся,<br/>
Будет страшен стремительный лёт,<br/>
И на дне мирового колодца<br/>
Он безумье своё проклянёт.<br/>
Разрушающий будет раздавлен,<br/>
Опрокинут обломками плит,<br/>
И, Всевидящим Богом оставлен,<br/>
Он о муке своей возопит.<br/>
А ушедший в ночные пещеры<br/>
Или к заводям тихой реки<br/>
Повстречает свирепой пантеры<br/>
Наводящие ужас зрачки.<br/>
Не спасёшься от доли кровавой,<br/>
Что земным предназначила твердь.<br/>
Но молчи: несравненное право —<br/>
Самому выбирать свою смерть.©<br/>
Гумилев
А вот море комментариев об одном и том же, -уже характеризует комментаторов. Великолепное понимание и прочтение книги не заметили, но вон там соломинка торчит, ужас ужасный. Но ни<br/>
один не прочел сам.<br/>
Такая великолепная работа в остальном, должен же быть один ма-а-аленький недостаток!
История, вернее сказать- мораль этой истории мне вполне понятна. Не буду спорить с прекрасным писателем. Хотя… Нет, не буду. <br/>
Нина Гуркова прочитала отлично! Больше спасибо.
p.s. прочитано супер
Владимир Солоухин родился в селе Алепино Владимирской области в зажиточной крестьянской семье, где был десятым ребенком. Интерес к литературе с раннего возраста мальчику привила мать Степанида Ивановна — энергичная сильная женщина, сумевшая дать возможность всем своим детям получить высшее образование.<br/>
Во время Великой Отечественной войны Владимир попал в войска особого назначения, охранявшие Кремль. После войны поступил в литературный институт, а с 1946 начал публиковать стихи. Работал в журнале «Огонек», много печатался в столичной прессе, но популярность пришла лишь с лирической повестью «Владимирские проселки» – дневниковые записи о родных местах.<br/>
Очень тепло читатель встретил и следующую работу литератора – сборник повестей «Капля росы» (1960), в которых Солоухин взглянул на родное село Алепино глазами простого крестьянского мальчика. Автобиографичная проза вообще особняком стоит в творчестве писателя. Многие его повести и рассказы родом из детства, молодости («При свете дня», «Соленое озеро», «Чаша», «Мститель» и др.). В 1970-е увидели свет книги «Олепинские пруды» (1973), «Посещение Званки» (1975). В этот период у писателя ухудшается самочувствие, врачи вынесли неутешительный приговор – рак. Уже позже, после удачной операции он написал повесть «Приговор», подробно и безжалостно рассказывающую о болезни, название которой в советском обществе старались не произносить.<br/>
В 90-х годах были опубликованы многие небольшие повести: «Древо» (1991), «Соленое озеро» (1994), «При свете дня» (1992). А вскоре увидело свет самое сильное, по признанию критиков, произведение Владимира Солоухина – «Последняя ступень», которое пролежало в столе более 20 лет. По выражению современника, «в то время это была бомба, посильнее «Архипелага ГУЛАГа».<br/>
В середине 90-х годов состояние писателя ухудшилось, болезнь вернулась и медленно подтачивала его силы. Несмотря на это, он держался мужественно, посещал мероприятия, ездил на встречи. Владимир Алексеевич Солоухин умер 5 апреля 1997 года.
Да уж, любая старая деревня — тот ещё гадюшник! <br/>
Автор постарался это честно показать, но, увы, так, чтобы никого — все же свои! — сильно не обидеть. Оттого обещанный социальный конфликт получился смазанным. А расследование утонуло в пучине необязательных диалогов. И в конце выплыло сказочным образом благодаря детали, подмеченной Дедом в самом начале…<br/>
Ну и не забыл автор устами персонажей пропеть осанну курсу партии: — «Предложи сейчас кому-нибудь 100 гектаров, вам рассмеются в лицо! Кому нужна собственная земля?»<br/>
Бред, блин…
<br/>
«В заводском деле он, слышь-ко, вовсе не мараковал, а только мог человека бить. Из бар был, свои деревни имел, да всего решился. А все из-за лютости своей. Сколько-то человек до смерти забил, да еще которых из чужого владенья. Ну, огласка и вышла, прикрыть никак не возможно. Суд да дело — Северьяна и присудили в Сибирь либо на здешние заводы. А Турчаниновым — владельцам — такого убойцу подавай. Сразу назначили Северьяна в Полевую.В Медну гору сперва все-таки не спущался. Без привычки-то под землей страшно, хоть кому доведись. Главная причина — потемки, а свету не прибавишь. Хоть сам владелец спустись, ту же блёндочку дадут. Разбери, горит она али так только вид дает. Ну, и мокреть тоже. И народ в горе вовсе потерянный. Такому что жить, что умирать — все едино. Безнадежный народ, самый для начальства беспокойный. И про то Северьян слыхал, что у Медной горы своя Хозяйка есть. Не любит будто она, как под землей над человеком измываются. Вот Северьян и побаивался.»©
Безумная жестокость оккупантов ― преступление.<br/>
Очень сильный рассказ, вот только гуманный посыл в конце ― чтобы дети наши никогда не видели такого ужаса ― прозвучал печально в холодном, пустынном лесу и развеялся как дымка.
Излишние технические подробности, никак не влиящие на сюжет рассказа, высосанные из пальца эмоции от ударов цемента по трубам и описание второстепенных героев, непонятно зачем введеных, вызвали у меня чувство скуки и сильное желание спать