Поиск

Да, именно так, Надежда. И это, наверное, самая чудовищная подмена понятий, из всех, что существует в среде людей: отождествление любви и сексуального акта. Как привычно слышать: «они занимаются любовью». Любовь превратилась уже в «занятие»… В действительности же сексуальный процесс не только не тождественен любви, он, в немалой степени антагонистичен по отношению к ней. И прежде всего потому, что даёт лишь иллюзию слияния двух в единое целое, в конечном же итоге лишь напротив, разобщая их. Русская философская мысль не единожды на это указывала. Наиболее ярко это подчёркивалось у Н.Бердяева. Ниже я процитирую его, с небольшим сокращением. Особенно сильной мне кажется здесь мысль о безличности в сексуальном акте. Не случайно он и совершается, как правило, без света, или с его минимальным количеством — этот акт не нуждается в поэтическом воспевании, скажем, тонких черт лица и в восхищении их уникальностью. У насекомого-богомола самка во время совокупления и вообще отгрызает ему голову, но это ничуть не мешает ему закончить своё «занятие». У людей этот процесс не сильно отличается по своей сути, хотя они и усердно стараются подмешать в него самые возвышенные понятия и облагородить его самыми высокими смыслами.<br/>
<br/>
«Половое влечение мучит человека безысходной жаждой соединения. Поистине безысходна эта жажда, и недостижимо соединение в природной половой жизни. Дифференцированный сексуальный акт, который есть уже результат космического дробления целостного, андрогинического человека, безысходно трагичен, болезнен, бессмыслен. Сексуальный акт есть самая высшая и самая напряженная точка касания двух полярных полов, в нем каждый как бы исходит из себя в другого, исступает из границ своего пола. Достигается ли в этой точке соединение? Конечно нет. Уже одно то говорит против сексуального акта, что он так легко профанируется, сбивается на разврат, прямо противоположный всякой тайне соединения. Соединение в сексуальном акте — призрачно, и за это призрачное соединение всегда ждет расплата. В половом соединении есть призрачная мимолетность, есть тленность. В исступлении сексуального акта есть задание, неосуществимое в порядке природном, где все временно и тленно… Мимолетный призрак соединения в сексуальном акте всегда сопровождается реакцией, ходом назад, разъединением. После сексуального акта разъединенность еще больше, чем до него. Болезненная отчужденность так часто поражает ждавших экстаза соединения. Сексуальный акт по мистическому своему смыслу должен был бы быть вечен, соединение в нем должно было бы бездонно углубляться. Две плоти должны были слиться в плоть единую, до конца проникнуть друг в друга. Вместо этого совершается акт призрачного соединения, слишком временного и слишком поверхностного. Мимолетное соединение покупается еще большим разъединением. Один шаг вперед сопровождается несколькими шагами назад… Соединение полов по мистическому своему смыслу должно быть проникновением каждой клетки одного существа в каждую клетку другого, слиянием целой плоти с целой плотью, целого духа с целым духом. Вместо этого совершается дробное, частичное, поверхностное соприкосновение, плоть остается разделенной от плоти. В самом дифференцированном сексуальном акте есть уже какая-то дефектность и болезненность. Акт соединения полов должен был бы быть вечным, не прекращающимся, не сопровождающимся ходом назад и реакцией, цельным, распространенным на все клетки существа человеческого, глубоким, бесконечным. Вместо этого сексуальный акт в порядке природы отдает человека во власть дурной бесконечности полового влечения, не знающего утоления, не ведающего конца. Источник жизни в этом мире в корне испорчен, он является источником рабства человека… Сексуальный акт насквозь безличен, он общ и одинаков не только у всех людей, но и у всех зверей. Нельзя быть личностью в сексуальном акте, в этом акте нет ничего индивидуального, нет ничего даже специфически человеческого. В сексуальном акте личность всегда находится во власти безличной родовой стихии, стихии, роднящей мир человеческий с миром звериным. Мистическое задание личного соединения в единую плоть недостижимо и неосуществимо в стихии безличной»