в очередной раз напоминаю что я за самое широкое обсуждение книг, всех ее составляющих, указаний похожих, сравнение. явлений из жизни связанных с книгой. все это «близко к теме»
а вот некий Евгений-не интересен никому и даже мне
у вас же что то болезненно нездоровое.
схожее с подглядыванием в окна
может к психологу???
хотелось бы(( он так все и позиционировал-выдавая за местный фольклер. ему даже Демьян Бедный поверил и взялся в стихах излагать -потом был очень обижен узнав что переводит в стихи не сказания а Бажова)
откуда бы в бедной аграрной стране лишь при Петре Первом сделавшей промышленный рывок-взяться легендам горняцким, легендам о мастерах, легендам о рабочих? вот от вогулов да -все настоящее)) но это то в сказах очень мало.
а так альвы хранители подземных богатств и знаний, за обладаниями которыми мастерам надо платить большую цену
скорее наивное представление людей того времени-что человека можно разделить на свет и тьму, если нет одного -то второе автоматом)) увы -сердце надо и чтобы любить и ненавидеть, и чтобы помогать и чтобы отнимать. опасность такого подхода наверное первым Стивенсон в Джекеле и Хайде показал
а германский истинный гений до того как он стал сумрачным -в произведении есть
такого тщательного перечисления ремесел и мастеров в оных в наших сказках нет.
Бажов у немцев и заимствовал сюжеты
Кстати значимость такого старого произведения показывает что история очень хорошо изучена кинематографом, три -четыре фильма фентези я видел случайно. А один(как не странно не фентези А рационализация мифа она редко бывает удачной) 13 ый воин-очень хорош. Там в роли племя с дикими повадками
Ну я не против поэтического-песенного фанатского сопровождения. Оно есть по любой оставившей след саге. Часто высокого качества но имеют не самую высокую аудиторию. Ибо надо первоисточник читать сначала. Но как то сагу Мартина я читал мало предназначенной для этого мало красивых образов, местностей и событий. Почти нет романтики. Зато кровь, подлость, предательство. Тот же Север я запомнил как границу с одичалыми, место ссылки, там летом снег, и лютоволки воют )) )
можно поднять до драмы-если бы герой подобрел))) мол сердца ваши люди тверже камня))
а ну да это же Медной горы хозяйка такая у Бажова, у него бы такой человек после обмена отрешился бы от всех близких но таки сделал бы прекрасный каменный цветок
а то какая т о избирательность-по идее каменное сердце должно и от жадности избавить тоже страсть как ни крути
версификация нужная почти всем книгам Андерсена))))
писатель то великий- но почему то уверен что финал над которым читатель не будет рыдать и не финал))
-да и наша попытка примазаться мне то же как то не нравиться…
там то понятно-если флаг определенный поднял-то уничтожай все что с Победой связано.
а вот у нас… перед победой надо преклоняться чуть ли не религиозно-но не тянуть на себя, мол вот и мы могем
не могем
другая эпоха, другие люди, другая политическая система была -и все в стиле «богатыри не мы»
к нашему счастью Зло-тоже измельчало
Не удивлюсь что не удивитесь. Хотя надо бы удивиться, мол с чего бы?
С того что напомнил о том что всё и так знают? Про такой вот эффективный метод вычеркивания?
а кому все таки такая древность уже не заходит-рекомендую «Храбр» Дивова. фабула там один в один-Беовульф, а сюжет ну процентов на 70 схож. в Роли Беовульфа Наш Илья Муромец-но волчьи черты ему автор придал ( Беофуль вообще пчелиный волк-больше медведь, но вплане мистики и где то волк тоже). у Дивова там конечно рационализация мифа через неандертальцев, а такая что любитель Дробышевского переплюется))) но книга то художественная))
и кстати та же реакция толпы-и героя -одиночки:
а вот некий Евгений-не интересен никому и даже мне
у вас же что то болезненно нездоровое.
схожее с подглядыванием в окна
может к психологу???
откуда бы в бедной аграрной стране лишь при Петре Первом сделавшей промышленный рывок-взяться легендам горняцким, легендам о мастерах, легендам о рабочих? вот от вогулов да -все настоящее)) но это то в сказах очень мало.
а так альвы хранители подземных богатств и знаний, за обладаниями которыми мастерам надо платить большую цену
а германский истинный гений до того как он стал сумрачным -в произведении есть
такого тщательного перечисления ремесел и мастеров в оных в наших сказках нет.
Бажов у немцев и заимствовал сюжеты
а ну да это же Медной горы хозяйка такая у Бажова, у него бы такой человек после обмена отрешился бы от всех близких но таки сделал бы прекрасный каменный цветок
а то какая т о избирательность-по идее каменное сердце должно и от жадности избавить тоже страсть как ни крути
писатель то великий- но почему то уверен что финал над которым читатель не будет рыдать и не финал))
«Гере Андерсен вообще полагает, что читатель черств душой и не в состоянии сочувствовать сразу многим героям. А посему большую их часть автор должен регулярно умерщвлять, для облегчения восприятия. Если в начале романа героя приносит аист, в конце необходимо похоронить обоих: и человека, и птицу. Закон жанра…»©
там то понятно-если флаг определенный поднял-то уничтожай все что с Победой связано.
а вот у нас… перед победой надо преклоняться чуть ли не религиозно-но не тянуть на себя, мол вот и мы могем
не могем
другая эпоха, другие люди, другая политическая система была -и все в стиле «богатыри не мы»
к нашему счастью Зло-тоже измельчало
С того что напомнил о том что всё и так знают? Про такой вот эффективный метод вычеркивания?
и кстати та же реакция толпы-и героя -одиночки:
«Ты прав, — сказал Лука. — Все прятались на постоялом дворе. А куда им было деваться… Но ведь это случилось не в один день. И не в одну ночь. Их тут неделю ели, если не больше…
-Они были сильно напуганы, — сказал Илья.
— Я, знаешь, тоже иногда пугаюсь, — сообщил Лука доверительно. — Но не дурею от страха, а выход ищу.
-— Вот поэтому ты храбр, а они… Просто люди.
Перун скалился Илье в глаза. Перуна вырубили топором и быстро дорезали ножом. У Перуна были клыки волота, остроконечные уши волота, круглые маленькие глаза волота, растопыренные ноздри волота. Пока его не окропили кровью, свежеобтесанное бревно было светлым, почти золотистым.
Илья стоял посреди священной рощи, уставившись пустыми глазами на Перуна. Это был совсем новенький идол, наспех вытесанный, неглубоко вкопанный, измазанный кровью.
Перун был Соловым.
…При свете дня, когда нажравшаяся человечины нечисть отсыпалась в чаще, сюда пришли люди. Выдолбили в мерзлой земле яму. Воткнули идола. Спели ему, сплясали перед ним, вознесли к нему мольбу. А потом? Перерезали горло ребенку? Бросили к ногам Перуна шкуру и на ней быстро по очереди вошли в дрожащую от холода девку, после чего срубили ей, уже бесчувственной, голову — может, тем самым топором? Или в таких случаях положено отдавать девку Перуну непорченой? Значит, сразу топором по шее? Все это не могло помочь никак. Могло только подарить людям надежду. И они надеялись. До следующей ночи…
Они могли биться и умереть достойно. Могли после первых же смертей бежать, не по опасной узкой дороге в Карачев, а за реку, к далекому Киеву. Боялись, волоты настигнут их? Наверное. Но они могли сделать хоть что-то! Не сдаваться.
А они взяли и пали на колени перед божеством.
И божество покарало их за слабость.
Илья вернулся к Перуну. Еще раз посмотрел на него пристально.
— Нет, ты не бог, — сказал он идолу.
Проходя мимо Перуна, Илья дал ему крепкого пинка. Идол со стоном покосился.
Петровичи на идола дружно харкнули.
Илья никогда не рушил языческих святынь. Прежняя вера русов не задевала и не оскорбляла его. Она была не так уж проста, кстати. И совсем не глупа. Она смыкалась с другими верованиями теснее, чем могло показаться на первый взгляд. Отец Ульфа чтил бога Тора, чьим славянским отражением был Перун. И христианское имя самого Ильи было в честь громовержца. При желании он мог бы увязать в уме: Тор-Перун-Илия, как все близко! Но вот этому уродскому Перуну-Соловому он с удовольствием врезал и от имени Тора, чей знак носил на шее, и от Илии, чей христианский крест висел там же.
Покопавшись одной рукой за воротом, Илья достал знак в виде буквы Т и показал его идолу.
— Помнишь? — спросил он. — Это Мьелльнир, молот Тора.
Убрал значок на место, взвесил в руке новообретенное оружие.
— А это просто молот.
Наступил одной ногой на бревно, чтобы не подпрыгнуло, — и с плеча треснул молотом Перуна в зубы.
— Потому что ты не бог.
Он бил, пока от морды идола не осталось ничего. Взял размочаленное бревно под мышку и уволок к костру. Вскоре из рощи потянуло дымом.»©Дивов