Согласна, что ужасного здесь нет. Есть грустное. Всё, что было с нами в детстве нам кажется более значительным, особенно, если это связано с трагедией и незавершённостью действий, отношений… И это некоторых, действительно мучает всю жизнь…
2 книга тоже очень интересная, переживаешь, вместе с героями радуюешся успехам и победам героев, но… уж много наивных нубских разговоров(диалогов) без смысловой нагрузки между персами, раздражает немного(
Книга мне понравилась. Фильм гораздо хуже. Книга психологичнее и более глубокая что ли… А фильм очень поверхностный, но с красивыми декорациями и эффектами. Послушала бы и другие произведения этого автора.
Что я слышу! В вашем посту мне показались небольшие нотки дискриминации по национальному признаку)) Вы хотите сказать, что еврейские пророки и мудрецы написавшие такой замечательный труд как Танах пользовались подсказками, и у кого- то, что-то спрашивали? Ах и ох))
Вы просто не знаете контекст — почему умнейший человек эпохи написал книгу про пуканье. Советую послушать лекцию Евгения Жаринова о Рабле (есть на торрентах и Вконтакте).
Рабле понимал, что писать серьёзную книгу о морали бестолку — её никто не будет читать. Библия сотни лет пыталась поменять общество и не смогла.
Поэтому Рабле взял популярный жанр, как упаковку, и вложил серьёзные идеи. Это сработало. Книга оказала настолько мощное воздействие на общество, что то перешло из Средневековья в эпоху Возрождения. Рабле стал основателем современной Европы, её ценностей. Мы оцениваем современным взглядом и не видим сути. А суть в том, что для людей того времени текст был нормой, понятным.
Сейчас похожую миссию выполняет мультик «Рик и Морти». Кажется, что он дурацкий, с рыганием и ругательствами. Но его разбирают с точки зрения философии и идей экзистенциалистов. Через смешной мультик до зрителя доносят глубокие идеи о морали, обществе, свободе выбора, о заблуждениях.
Грустный рассказ о несчастной детской любви, который делается еще трагичнее благодаря великолепному чтению. И, мне кажется, что ему не место в разделе «Ужасы».
Это удивительное произведение. И его не надо ассоциировать с Хрониками, да это Макс, но это всё таки другой Макс, мне кажется автор пытался выплеснуть боль которая тогда в нём была. И если вы не поняли это произведение, значит вы совсем не понимаете Макса Фрая
Ух какая опасная актуальная вещь!
Если чем и победим другие расы, то именно простодушием, которым всегда питалось истинное чувство правоты перед всеми и за все. Я во всем с вами и всегда. Да, мы всегда честно требуем только необходимого, ничего лишнего! Требуем по праву — честно! Чувство любого, когда он обижен за Россию, — самое справедливое. Это народное чувство. Как ни у кого другого. Никто и никогда не хотел считаться с нашими правами, требованиями, которые только справедливы. И сегодня мы честно объявляем: отныне мы становимся нацией истребляющей! Англосаксам придется передать нам вместе с Ближним Востоком, Африкой, Азией — и эту роль, это право.
Я не позволю вам сыграть в слишком знакомую игру: не удастся вам простодушно отречься от своего вождя. Умыть руки, которыми тянулись к Нему, старались коснуться хотя бы одежды или крыла машины. Я не сам, мы не сами пришли — вы нас позвали.
Я должен был пистолет поднести к виску и только угрозой, что ухожу, выйду из игры, — только этим снова повернул события в нашу пользу. У вас на все и всегда есть алиби. И все равно мы возникли не сами по себе, мы — из вашей всегдашней правоты, мы — из вашей простодушной обиды на всех: на банкиров, на красных, на Запад, на Восток, на поражение, на голод, на своих, на чужих. Вы нас позвали!..
Я выбрал борьбу со всеми и до полной победы, что означает — и я это не скрывал никогда! — полное уничтожение побежденных. Вы на это согласились, пошли за мной, за ними. Потому что я угадал вас, угадал то, чего вы сами стыдились всегда, боялись в себе. Мы повязаны. Не рассчитывайте, что вам простят то, чего не простят мне. Если победим не мы.
Исходник:
Если чем и победим другие расы, то именно простодушием, которым всегда питалось истинно немецкое чувство правоты перед всеми и за все. Кто больше меня предан этому гениальному немецкому чувству? Так не надо хотя бы передо мной хитрить. Я во всем с вами и всегда. Да, мы всегда честно требуем только необходимого, ничего лишнего! Требуем по праву немецкой культуры, немецкого трудолюбия — честно!
Чувство любого немца, когда он обижен за Германию, — самое справедливое. Это народное чувство. Как ни у кого другого. Никто и никогда не хотел считаться с нашими правами, требованиями, которые только справедливы. И сегодня мы честно объявляем: отныне мы становимся нацией истребляющей! Англосаксам придется передать нам вместе с Ближним Востоком, Африкой, Азией — и эту роль, это право.
Ваша, немцы, простодушная честность, она и моя тоже. Но я не позволю вам сыграть в слишком знакомую игру: не удастся вам простодушно отречься от своего фюрера. Умыть руки, которыми тянулись к Нему, старались коснуться хотя бы одежды или крыла машины. Я не сам, мы не сами пришли — вы нас позвали. Но не были бы вы немцами: и здесь вы простодушничаете, хитрите! Вы не вышли с нами на мюнхенские улицы, осторожненько выглядывали из-за штор, когда мы шли под пули. Вы не дали мне все голоса, хотя и поманили нас. А этот ублюдок Штрассер едва не расколол партию, и едва все не погибло.
Я должен был пистолет поднести к виску и только угрозой, что ухожу, выйду из игры, — только этим снова привлек Их глаза и повернул события в нашу пользу. У вас на все и всегда есть алиби. И все равно мы возникли не сами по себе, мы — из вашей всегдашней правоты, мы — из вашей простодушной немецкой обиды на всех: на банкиров, на красных, на Запад, на Восток, на поражение, на голод, на своих, на чужих. Вы нас позвали!..
Я выбрал борьбу со всеми и до полной победы, что означает — и я это не скрывал никогда! — полное уничтожение побежденных. Вы на это согласились, пошли за мной, за ними. Потому что я угадал вас, угадал то, чего вы сами стыдились всегда, боялись в себе. Мы повязаны. Не рассчитывайте, что вам простят то, чего не простят мне. Если победим не мы.
А.Адамович «Каратели»
А не мерзко выщипывать у живого попугая перья? А совокупление со шлюхой — не мерзко? Повествование идет от мужчины, потому ему больше сочувствия. Ей тоже не не легко. Они не мерзкие, они — старые. Старость — это страдание, уготованное Богом для всех. Старики заслуживают сострадания и жалости даже больше, чем дети. Просто детей любить легко и приятно. И дело совсем не в коте.
Рабле понимал, что писать серьёзную книгу о морали бестолку — её никто не будет читать. Библия сотни лет пыталась поменять общество и не смогла.
Поэтому Рабле взял популярный жанр, как упаковку, и вложил серьёзные идеи. Это сработало. Книга оказала настолько мощное воздействие на общество, что то перешло из Средневековья в эпоху Возрождения. Рабле стал основателем современной Европы, её ценностей. Мы оцениваем современным взглядом и не видим сути. А суть в том, что для людей того времени текст был нормой, понятным.
Сейчас похожую миссию выполняет мультик «Рик и Морти». Кажется, что он дурацкий, с рыганием и ругательствами. Но его разбирают с точки зрения философии и идей экзистенциалистов. Через смешной мультик до зрителя доносят глубокие идеи о морали, обществе, свободе выбора, о заблуждениях.
Если чем и победим другие расы, то именно простодушием, которым всегда питалось истинное чувство правоты перед всеми и за все. Я во всем с вами и всегда. Да, мы всегда честно требуем только необходимого, ничего лишнего! Требуем по праву — честно! Чувство любого, когда он обижен за Россию, — самое справедливое. Это народное чувство. Как ни у кого другого. Никто и никогда не хотел считаться с нашими правами, требованиями, которые только справедливы. И сегодня мы честно объявляем: отныне мы становимся нацией истребляющей! Англосаксам придется передать нам вместе с Ближним Востоком, Африкой, Азией — и эту роль, это право.
Я не позволю вам сыграть в слишком знакомую игру: не удастся вам простодушно отречься от своего вождя. Умыть руки, которыми тянулись к Нему, старались коснуться хотя бы одежды или крыла машины. Я не сам, мы не сами пришли — вы нас позвали.
Я должен был пистолет поднести к виску и только угрозой, что ухожу, выйду из игры, — только этим снова повернул события в нашу пользу. У вас на все и всегда есть алиби. И все равно мы возникли не сами по себе, мы — из вашей всегдашней правоты, мы — из вашей простодушной обиды на всех: на банкиров, на красных, на Запад, на Восток, на поражение, на голод, на своих, на чужих. Вы нас позвали!..
Я выбрал борьбу со всеми и до полной победы, что означает — и я это не скрывал никогда! — полное уничтожение побежденных. Вы на это согласились, пошли за мной, за ними. Потому что я угадал вас, угадал то, чего вы сами стыдились всегда, боялись в себе. Мы повязаны. Не рассчитывайте, что вам простят то, чего не простят мне. Если победим не мы.
Исходник:
Если чем и победим другие расы, то именно простодушием, которым всегда питалось истинно немецкое чувство правоты перед всеми и за все. Кто больше меня предан этому гениальному немецкому чувству? Так не надо хотя бы передо мной хитрить. Я во всем с вами и всегда. Да, мы всегда честно требуем только необходимого, ничего лишнего! Требуем по праву немецкой культуры, немецкого трудолюбия — честно!
Чувство любого немца, когда он обижен за Германию, — самое справедливое. Это народное чувство. Как ни у кого другого. Никто и никогда не хотел считаться с нашими правами, требованиями, которые только справедливы. И сегодня мы честно объявляем: отныне мы становимся нацией истребляющей! Англосаксам придется передать нам вместе с Ближним Востоком, Африкой, Азией — и эту роль, это право.
Ваша, немцы, простодушная честность, она и моя тоже. Но я не позволю вам сыграть в слишком знакомую игру: не удастся вам простодушно отречься от своего фюрера. Умыть руки, которыми тянулись к Нему, старались коснуться хотя бы одежды или крыла машины. Я не сам, мы не сами пришли — вы нас позвали. Но не были бы вы немцами: и здесь вы простодушничаете, хитрите! Вы не вышли с нами на мюнхенские улицы, осторожненько выглядывали из-за штор, когда мы шли под пули. Вы не дали мне все голоса, хотя и поманили нас. А этот ублюдок Штрассер едва не расколол партию, и едва все не погибло.
Я должен был пистолет поднести к виску и только угрозой, что ухожу, выйду из игры, — только этим снова привлек Их глаза и повернул события в нашу пользу. У вас на все и всегда есть алиби. И все равно мы возникли не сами по себе, мы — из вашей всегдашней правоты, мы — из вашей простодушной немецкой обиды на всех: на банкиров, на красных, на Запад, на Восток, на поражение, на голод, на своих, на чужих. Вы нас позвали!..
Я выбрал борьбу со всеми и до полной победы, что означает — и я это не скрывал никогда! — полное уничтожение побежденных. Вы на это согласились, пошли за мной, за ними. Потому что я угадал вас, угадал то, чего вы сами стыдились всегда, боялись в себе. Мы повязаны. Не рассчитывайте, что вам простят то, чего не простят мне. Если победим не мы.
А.Адамович «Каратели»