Твен Марк - Принц и нищий

Куда бы судьба тебя не бросала, как бы трудно тебе не пришлось, ты не вправе отступать от цели и предавать себя. Лишь испив до дна свою чашу и познав всё, выпавшее на твою долю ты сможешь сказать себе: «Я что-то в этой жизни понял...». Песней об этом заканчивается во МХАТе спектакль «Принц и нищий» лауреата Ленинской премии Сергея Михалкова, старинное представление для взрослых и детей с музыкой и танцами по мотивам Марка Твена, сценическая редакция, интермедия и тексты песен Леся Танюка, который осуществил постановку этого спектакля. Пьеса имеет колорит зрелища, разыгрываемого актёрами старой бродячей лондонской труппы елизаветинской эпохи. Оформил её художник Борис Мессерер, музыку написал композитор Михаил Болотин. Песням свойственна озорная стремительность ритма, затейливая аранжировка, композитор прекрасно знает и мелос эпохи, в которой происходит действие условного «Принца и нищего», и современную музыкальную фактуру. Так, в спектакле использовано звучание старинных народных английских инструментов – рожков, бубенчиков, волынок, специфических ударных и др.
Начав с пьесы С. Михалкова «Том Кенти» (написанной в 1938 году и имевшей большую сценическую историю), театр пришёл к принципиально новому произведению, к мюзиклу, адресованному всем возрастам. Тут мы имеем пример подлинного сотрудничества драматурга с театром, когда репетиции до такой степени увлекали драматурга, что он с актёрами заново пересоздал своё произведение, выйдя далеко за пределы собственно Марка Твена и обратившись к тому, что послужило истоками для создания новой версии о двойниках. Привлекая сюда и кельтский фольклор и староанглийский эпос о Робин Гуде, и детскую «пиратскую» традицию, и многое иное. Театр последовал за автором и перевёл его идеи на язык современной поэтической песни, пантомимы и пластики. Стихи к пьесе С. Михалкова рождались непосредственно на репетициях, возникая как бы из самого действия. Именно эта естественность их рождения привела к тому, что эти песни тут же запели за кулисами бутафоры, электрики и рабочие сцены, – не дожидаясь, когда их исполнят на подмостках весёлые комедианты времен Эразма Роттердамского и Томаса Мора.
Важно ещё и то, что эти песни написаны во славу сложного и прекрасного площадного народного театра, и поют их именно драматические актёры, поют бесхитростно и от души, вкладывая в своё исполнение и творческий азарт и весёлое озорство сценической выдумки.
Музыкальная история о двойниках, которых жизнь заставила поменяться местами и ролями и пройти через сложные испытания, не только взывает к добру в человеке. Она ещё и во многом поучительна. Она как бы говорит зрителям и слушателям: во всех случаях – когда судьбы каприз слепой возвысит тебя над толпой, сделав тебя калифом на час, и когда тот же каприз сбросит тебя вниз – выход один. Доверься собственному чувству, прислушайся к голосу своего сердца, не предавай себя. Даже в самой малости. Какие бы карнавальные бубенцы искушений ни звучали над тобой, в какие бы актёрские тряпки ни рядила тебя жизнь, за какими бы гримами ты ни прятал своё лицо, – надо прежде всего быть человеком.
Человеком во все времена.
Человеком на все времена.