Поиск

За пять лет без малого 200 отзывов на ленинскую работу «Государство и революция»! Внушает трепет! ))) <br/>
Вначале, чисто из праздного любопытства, пробежался по всему массиву отзывов под ленинской работой. А потом решил проанализировать на предмет контраргументов к девяти ленинским тезисам. Эмоциональные отзывы я, разумеется, отсеивал, чтобы не тратить время. Итог получился довольно жёсткий:<br/>
<br/>
• серьёзных теоретических контраргументов к ленинским тезисам в этих отзывах НЕТ, а есть обычный повторяющийся набор психологических возражений, бытовых страхов, логических подмен и споров не с Лениным, а с карикатурой на Ленина.<br/>
• И, как всегда, единственные зачатки серьёзной критики — это не из этих комментариев, а из академической и политико-философской традиции 20 века (Вебер, Поппер, Арендт, Мизес и пр.), и никто из критиков ленскиной работы и, увы, самого Ленина, даже не упомянул здесь, практически не представил. Ну, на худой конец, кто-нибудь вспомнил о карде Каутском с его работами «Диктатура пролетариата» и статьи против большевиков 1917–19 гг.<br/>
<br/>
1. С кем спорят авторы отзывов, так это не с Лениным.<br/>
<br/>
Ключевая проблема всех «анти»-реплик: они не критикуют «Государство и революцию» как текст, а спорят с:<br/>
– позднесоветским опытом<br/>
– сталинской практикой<br/>
– хрущёвскими лозунгами<br/>
– бытовыми воспоминаниями («колбаса», «очереди», «газеты вместо бумаги»)<br/>
– собственным представлением о «коммунизме как рае завтра»<br/>
<br/>
Но Ленин в «Государстве и революции»:<br/>
– не описывает быт<br/>
– не обещает изобилие<br/>
– не отменяет государство завтра<br/>
– не говорит о равенстве доходов<br/>
– не рисует финал, а описывает механизм власти и переход<br/>
Получается, почти 90% возражений — мимо объекта критики.<br/>
<br/>
2. Основные «контраргументы» и почему они, как всегда, когда критикуют Ленина, несостоятельны.<br/>
<br/>
Разберём повторяющиеся линии возражений.<br/>
<br/>
2.1. «Это утопия, люди такие не бывают»<br/>
<br/>
Это самый частый аргумент.<br/>
Проблема: Ленин не строит антропологическую утопию. <br/>
Он не говорит: «Люди станут добрыми»<br/>
Он говорит: «Пока существуют классы — будет насилие; пока есть государство — это диктатура класса».<br/>
Аргумент «люди плохие» вообще не бьёт по ленинскому тезису, потому что у Ленина:<br/>
– государство существует именно потому, что люди конфликтны<br/>
– диктатура пролетариата нужна именно потому, что сопротивление неизбежно<br/>
Это не контраргумент, а эмоциональное неприятие вывода.<br/>
<br/>
2.2. «Коммунизм невозможен рядом с капитализмом»<br/>
<br/>
Это уже ближе к делу, но:<br/>
– Ленин прямо пишет, что:<br/>
– отмирание государства возможно только при всемирной победе социализма<br/>
– в переходный период государство усиливается, а не исчезает<br/>
То есть возражение формулируется так:<br/>
«Коммунизм невозможен, если есть капитализм»<br/>
Ленин отвечает:<br/>
«Да. Именно поэтому и есть эпоха социализма, диктатура пролетариата и международная борьба»<br/>
Возражение повторяет ленинскую мысль, выдавая её за опровержение.<br/>
<br/>
2.3. «Распределение = кормушка = новая элита»<br/>
<br/>
Это единственный аргумент, который потенциально мог бы быть серьёзным.<br/>
Но в отзывах он подаётся так:<br/>
– без анализа механизмов<br/>
– без сравнения с капиталистическим распределением<br/>
– без ответа на ленинский тезис об уничтожении бюрократической касты (выборность, отзывность, зарплата рабочего)<br/>
Критика уровня:<br/>
«Все равно будут паразиты»<br/>
Это не контраргумент, а антропологический скепсис, который одинаково:<br/>
– уничтожает и капитализм<br/>
– и демократию<br/>
– и рынок<br/>
– и любое государство вообще<br/>
Ленин, кстати, лучше этих комментаторов понимает риск вырождения, поэтому и делает акцент на сломе аппарата, а не на лозунгах.<br/>
<br/>
2.4. «В СССР этого не сделали — значит теория ложна»<br/>
<br/>
Это логическая ошибка post hoc.<br/>
Теория государства ≠ практика конкретного государства.<br/>
Иначе пришлось бы сказать:<br/>
– демократия ложна, потому что США вели войны<br/>
– христианство ложно, потому что инквизиция<br/>
– рынок ложен, потому что олигархи<br/>
Это критика реализации, а не опровержение тезисов.<br/>
<br/>
3. Чего в этих отзывах НЕТ (а должно быть, если критика серьёзная).<br/>
<br/>
Отсутствуют:<br/>
– анализ тезиса о государстве как аппарате насилия<br/>
– анализ тезиса о невозможности «надклассового» государства<br/>
– разбор Маркса и Энгельса, на которых Ленин опирается<br/>
– альтернативная теория государства (Вебер, Плюрализм, Элиты)<br/>
– аргумент о неизбежной автономизации власти как структуры (Михельс, Парето)<br/>
То есть никто не бьёт в центр ленинской конструкции.<br/>
<br/>
4. Итоговый диагноз<br/>
<br/>
Если говорить строго:<br/>
<br/>
95% отзывов — это не критика Ленина, а бытовая терапия травмы от СССР<br/>
4% — эмоциональная антиутопическая риторика<br/>
1% — смутное ощущение, что власть отчуждается от масс, но без теории<br/>
<br/>
Серьёзного интеллектуального контраргумента ленинским тезисам в этом массиве НЕТ.<br/>
Но — и это важно —<br/>
это не значит, что таких контраргументов не существует вообще.<br/>
Просто они лежат не в этих незамысловатых комментариях обычных людей, а в академической философии и политологии.<br/>
<br/>
5. Что нужно, чтобы разбить все ДЕВЯТЬ ленинских тезиса в работе «Государство и революция»? <br/>
<br/>
1. Сопоставить ленинские тезисы с их главными научными контраргументами 20 века (без демагогии!!!)<br/>
2. Показать, где Ленин силён, а где именно уязвим теоретически<br/>
3. Разобрать «Государство и революцию» как текст власти, а не идеологии — в духе Фуко/Арендт<br/>
4. Или, НА ХУДОЙ КОНЕЦ, превратить свою критику в жёсткое политологическое эссе о том, почему спор вокруг Ленина до сих пор не закрыт.<br/>
<br/>
И еще, ленинская работа действительно сильная, хорошо продуманная. Но! нет ничего совершенного — и в ней можно найти бреши. Только уметь надо! А чтобы уметь — надо уметь думать! Разумеется, если есть чем.

Дорогой Айрат, подобная литра, увы-увы, до сих пор актуальна, как была актуальна в прошлом столетии в перестроечный период и когда схлопнулся Союз, когда у людей не было достаточно инфы, когда рухнула коммунистическая идеология, «железная стена» и открылись шлюзы для иноагентов.<br/>
Сие произведение, «Мёртвая вода», и связанная с ним «Концепция общественной безопасности» (КОБ) являются до сих пор предметом, увы, широких дискуссий и вызывают большую критику, что неудивительно. Я поражаюсь тому, что широкие слои грамотного населения все никак не вылезут из тьмы заговоров и какой был Сталин хороший. Все это в прошлом, а надо двигаться дальше. Я понимаю, там, где вы живете общество уже лет как двадцать стагнирует, что отражается на умах и настроениях населения. <br/>
<br/>
Какие я увидел недостатки.<br/>
Недостатки и спорные моменты, которые чаще всего отмечают критики и эксперты, можно разделить на несколько категорий, включая юридические, академические и методологические.<br/>
1. Юридический и идеологический недостаток<br/>
Самый значимый и объективно зафиксированный недостаток связан с правовым статусом работы: Признание экстремистским материалом: Ранняя редакция книги «Мёртвая вода» (издание 2004 г.) была признана экстремистским материалом решением Лефортовского суда г. Москвы от 20.11.2013 г… <br/>
Цензурирование текста: данная редакция 2015 года помечена как «Цензурированная». В ней удалена часть текста предыдущих редакций, чтобы изъять все фрагменты, которые послужили основанием для признания книги экстремистской. Удаленные фрагменты заменены пометками < удалено цензурой>.<br/>
<br/>
2. Академическая и методологическая критика<br/>
С точки зрения научного сообщества и экспертов, основные недостатки касаются следующих аспектов: Псевдонаучный характер: Критики указывают на отсутствие общепризнанной академической базы и эмпирических доказательств для ключевых концепций работы, особенно для «Достаточно общей теории управления» (ДОТУ). Терминология работы часто считается нестандартной и самобытной, что мешает её интеграции в традиционные научные дисциплины.<br/>
Опора на конспирологию: Основной нарратив книги строится на представлении о существовании многовекового, скрытого «глобального предиктора» или закулисной элиты, которая тайно управляет мировыми процессами. Использование таких конспирологических объяснений исторических и социальных явлений расценивается как упрощенный и ненаучный подход.<br/>
Сложность изложения: Текст изобилует большим количеством специфических терминов, аббревиатур (КОБ, ДОТУ, ВП СССР, ГП и др.) и уникальных толкований, что делает его крайне сложным для восприятия читателем, не погруженным в лексикон и идеологию «Внутреннего предиктора СССР».<br/>
Исторический ревизионизм: Работа предлагает собственные, альтернативные трактовки исторических событий и процессов, часто направленные на то, чтобы вписать их в рамки теории глобального управления и заговора.<br/>
Теперь более подробно по «Исторический ревизионизм». Приведу примеры.<br/>
На основе критики и анализа работ КОБ, можно выделить следующие наиболее часто упоминаемые примеры таких альтернативных трактовок, которые служат основой для концепции:<br/>
1. Трактовка христианства и Крещения Руси как инструмента ГП<br/>
Альтернативная трактовка: КОБ рассматривает авраамические религии (включая христианство) как один из приоритетов обобщённых средств управления (идеологический/мировоззренческий приоритет), разработанных древним египетским жречеством — предшественником современного «Глобального предиктора».<br/>
Ревизионизм: Крещение Руси (Князь Владимир): Это событие представляется не как естественный цивилизационный выбор, а как акт внешнего управления, навязанный Руси через агентов влияния (в том числе упоминаются версии о еврейском происхождении Владимира или его связях с иудейскими миссионерами, как указывается в некоторых критических источниках, анализирующих ранние работы КОБ). Целью этого акта, по мнению авторов, было внедрение «библейской концепции управления», основанной на идеалах рабовладения и подчинения, что позволило ГП контролировать Русь.<br/>
Цель: Таким образом, тысячелетняя история Русской Православной Церкви и государства в значительной степени рассматривается через призму того, что она служит инструментом контроля, который отвлекает людей от осознания истинных механизмов управления миром.<br/>
<br/>
2. Причины распада СССР как результат внутреннего управления<br/>
<br/>
Альтернативная трактовка: КОБ утверждает, что распад СССР не был следствием чисто экономических, политических или социальных кризисов, а стал результатом преднамеренного и тщательно спланированного управления изнутри и извне.<br/>
Ревизионизм: Внутренний Предиктор (Внутренние силы): Авторы предполагают, что в управленческих эшелонах СССР (вплоть до Политбюро) действовала группа людей, которые, осознанно или неосознанно, были проводниками воли «Глобального предиктора». Эти люди целенаправленно принимали решения, ведущие к деградации экономики, общественной морали и, в итоге, к развалу страны (например, через неверную трактовку марксизма, алкогольную политику или технологическое отставание).<br/>
Вывод: Распад СССР подается как крупнейшая операция по управлению историческим процессом, осуществленная ГП, чтобы предотвратить создание справедливого, «богодержавного» общества на русской земле.<br/>
<br/>
3. Роль личности в истории и «Матричное управление»<br/>
<br/>
Альтернативная трактовка: Исторические фигуры (цари, лидеры, реформаторы) рассматриваются с точки зрения их роли в исполнении или противодействии планам ГП.<br/>
Ревизионизм: Иосиф Сталин: Его фигура, в отличие от общепринятой критики, часто оценивается КОБ положительно. Сталин представляется как управленец, который осознал или интуитивно вышел на уровень понимания «Глобального предиктора» и пытался строить альтернативную, справедливую концепцию управления, известную в КОБ как «богодержавие». Его смерть или отстранение от власти, соответственно, трактуется как успешное устранение ГП ключевого оппонента.<br/>
Александр I и Наполеон: Исторические войны и конфликты (например, Отечественная война 1812 года) часто интерпретируются как часть более крупной «матрицы управления» или столкновение концепций ГП, а не просто результат геополитических интересов держав.<br/>
Таким образом, исторический ревизионизм в «Мёртвой воде» заключается в том, что почти вся история человечества, особенно России, описывается как глобально управляемый процесс, а не как совокупность стихийных, случайных или чисто внутренних причинно-следственных связей.<br/>
<br/>
У меня к вам вопрос, Айрат: какое отношение имеет эта работа к моей статье?

Тут один потц упрекнул народ, что они реагируют на короткие рассказы, написав отзыв под моим рассказом в моей озвучке, цитата: «Скоро рассказики будут в пару предложений».<br/>
Этот потц даже не знал, что однажды Эрнест Хемингуэй заключил пари, что напишет самый короткий рассказ, причем способный растрогать даже отъявленного мерзавца. И Хэм выиграл пари. ОН написал на ресторанной салфетке следующее: «Продаются детские ботиночки. Неношеные» (в оригинале — «For sale: baby shoes, never worn»).<br/>
<br/>
А вот еще образцы самых коротких рассказов:<br/>
<br/>
Фредерик Браун сочинил кратчайшую страшную историю из когда-либо написанных:<br/>
<br/>
«Последний человек на Земле сидел в комнате. В дверь постучались…»<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Американский писатель О. Генри выиграл конкурс на самый короткий рассказ, который имеет все составляющие традиционного рассказа — завязку, кульминацию и развязку:<br/>
<br/>
«Шофер закурил и нагнулся над бензобаком, посмотреть много ли осталось бензина. Покойнику было двадцать три года».<br/>
<br/>
Алан Е. Майер «Невезение»<br/>
<br/>
Я проснулся от жестокой боли во всем теле. Я открыл глаза и увидел медсестру, стоящую у моей койки.<br/>
— Мистер Фуджима, — сказала она, — вам повезло, вам удалось выжить после бомбардировки Хиросимы два дня назад. Но теперь вы в госпитале, вам больше ничего не угрожает.<br/>
Чуть живой от слабости, я спросил:<br/>
— Где я?<br/>
— В Нагасаки, — ответила она.<br/>
<br/>
Джейн Орвис «Окно»<br/>
<br/>
С тех пор как Риту жестоко убили, Картер сидит у окна. Никакого телевизора, чтения, переписки. Его жизнь — то, что видно через занавески. Ему плевать, кто приносит еду, платит по счетам, он не покидает комнаты. Его жизнь — пробегающие физкультурники, смена времен года, проезжающие автомобили, призрак Риты.<br/>
<br/>
Картер не понимает, что в обитых войлоком палатах нет окон.<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Англичане тоже организовывали конкурс на самый короткий рассказ. Но по условиям конкурса в нем должны были быть упомянуты королева, Бог, секс, тайна. Первое место присудили автору такого рассказа:<br/>
<br/>
«О Боже, — воскликнула королева, — я беременна и не знаю от кого!»<br/>
<br/>
Лариса Керкленд «Предложение»<br/>
<br/>
Звездная ночь. Самое подходящее время. Ужин при свечах. Уютный итальянский ресторанчик. Маленькое черное платье. Роскошные волосы, блестящие глаза, серебристый смех. Вместе уже два года. Чудесное время! Настоящая любовь, лучший друг, больше никого. Шампанского! Предлагаю руку и сердце. На одно колено. Люди смотрят? Ну и пусть! Прекрасное бриллиантовое кольцо. Румянец на щеках, очаровательная улыбка.<br/>
<br/>
Как, нет?!<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Классический пример лаконичности спартанцев — их ответ на письмо царя Македонии Филиппа II, завоевавшего многие греческие города:<br/>
<br/>
«Советую вам сдаться немедленно, потому что, если моя армия войдет в ваши земли, я уничтожу ваши сады, порабощу людей и разрушу город».<br/>
<br/>
На это спартанские эфоры ответили одним словом: «Если».<br/>
<br/>
Чарльз Энрайт «Призрак»<br/>
<br/>
Как только это случилось, я поспешил домой, чтобы сообщить жене печальное известие. Но она, похоже, совсем меня не слушала. Она вообще меня не замечала. Она посмотрела прямо сквозь меня и налила себе выпить. Включила телевизор. В этот момент раздался телефонный звонок. Она подошла и взяла трубку. Я увидел, как сморщилось ее лицо. Она горько заплакала.<br/>
<br/>
Роберт Томпкинс «В поисках Правды»<br/>
<br/>
Наконец в этой глухой, уединенной деревушке его поиски закончились. В ветхой избушке у огня сидела Правда.<br/>
Он никогда не видел более старой и уродливой женщины.<br/>
— Вы — Правда?<br/>
Старая, сморщенная карга торжественно кивнула.<br/>
— Скажите же, что я должен сообщить миру? Какую весть передать?<br/>
Старуха плюнула в огонь и ответила:<br/>
— Скажи им, что я молода и красива!<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Виктор Гюго отправил издателю рукопись романа «Отверженные» с сопроводительным письмом:<br/>
<br/>
«?»<br/>
<br/>
Ответ был не менее лаконичен:<br/>
«!»<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
B конкурсe на самую короткую автобиографию победила одна пожилая француженка, которая написала:<br/>
<br/>
«Раньше у меня было гладкое лицо и мятая юбка, а теперь — наоборот».<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
И в заключение знаменитый моностих Валерия Брюсова 1895 года:<br/>
<br/>
«О закрой свои бледные ноги».<br/>
Самые короткие в мире рассказы<br/>
004<br/>
Однажды редактор журнала «New Time» Стив Мосс решил провести конкурс, участникам которого предлагалось написать рассказ длиной в 55 слов, но чтобы при этом в тексте сохранялись стройный сюжет, проработанность персонажей и необычная развязка. Он получил отклик таких масштабов, что по результатам конкурса удалось собрать целый сборник, получивший название «Самые короткие в мире рассказы»<br/>
<br/>
Несчастная<br/>
<br/>
Говорят, зло не имеет лица. Действительно, на его лице не отражалось никаких чувств. Ни проблеска сочувствия не было на нем, а ведь боль просто невыносима. Разве он не видит ужас в моих глазах и панику на моем лице? Он спокойно, можно сказать, профессионально выполнял свою грязную работу, а в конце учтиво сказал: «Прополощите рот, пожалуйста».<br/>
<br/>
Дэн Эндрюс<br/>
<br/>
Рандеву<br/>
<br/>
Зазвонил телефон.<br/>
— Алло, — прошептала она.<br/>
— Виктория, это я. Давай встретимся у причала в полночь.<br/>
— Хорошо, дорогой.<br/>
— И пожалуйста, не забудь захватить с собой бутылочку шампанского, — сказал он.<br/>
— Не забуду, дорогой. Я хочу быть с тобой сегодня ночью.<br/>
— Поторопись, мне некогда ждать! — сказал он и повесил трубку.<br/>
Она вздохнула, затем улыбнулась.<br/>
— Интересно, кто это, — сказала она.<br/>
<br/>
Николь Веддл<br/>
<br/>
Чего хочет дьявол<br/>
<br/>
Два мальчика стояли и смотрели, как сатана медленно уходит прочь. Блеск его гипнотических глаз все еще туманил их головы.<br/>
— Слушай, чего он от тебя хотел?<br/>
— Мою душу. А от тебя?<br/>
— Монетку для телефона-автомата. Ему срочно надо было позвонить.<br/>
— Хочешь, пойдём поедим?<br/>
— Хочу, но у меня теперь совсем нет денег.<br/>
— Ничего страшного. У меня полно.<br/>
<br/>
Брайан Ньюэлл<br/>
<br/>
Судьба<br/>
<br/>
Был только один выход, ибо наши жизни сплелись в слишком запутанный узел гнева и блаженства, чтобы решить все как-нибудь иначе. Доверимся жребию: орел — и мы поженимся, решка — и мы расстанемся навсегда.<br/>
Монетка была подброшена. Она звякнула, завертелась и остановилась. Орел.<br/>
Мы уставились на нее с недоумением.<br/>
Затем, в один голос, мы сказали: «Может, еще разок?»<br/>
<br/>
Джей Рип<br/>
<br/>
Вечерний сюрприз<br/>
<br/>
Блестящие колготки туго и соблазнительно облегали прекрасные бедра — чудесное дополнение к легкому вечернему платью. От самых кончиков бриллиантовых сережек до носков изящных туфелек на тонких шпильках — все было просто шикарно. Глаза с только что наведенными тенями рассматривали отражение в зеркале, и накрашенные яркой красной помадой губы растягивались от удовольствия. Внезапно сзади послышался детский голос:<br/>
«Папа?!»<br/>
<br/>
Хиллари Клэй<br/>
<br/>
Благодарность<br/>
<br/>
Шерстяное одеяло, что ему недавно дали в благотворительном фонде, удобно обнимало его плечи, а ботинки, которые он сегодня нашел в мусорном баке, абсолютно не жали.<br/>
Уличные огни так приятно согревали душу после всей этой холодящей темноты…<br/>
Изгиб скамьи в парке казался таким знакомым его натруженной старой спине.<br/>
«Спасибо тебе, Господи, — подумал он, — жизнь просто восхитительна!»<br/>
<br/>
Эндрю Э. Хант<br/>
<br/>
Высшее образование<br/>
<br/>
— В университете мы просто протирали штаны, — сказал Дженнингс, вымывая грязные руки. — После всех этих сокращений бюджета они многому вас не научат, они просто ставили оценки, и все шло своим чередом.<br/>
— Так как же вы учились?<br/>
— А мы и не учились. Впрочем, можешь посмотреть, как я работаю.<br/>
Медсестра открыла дверь.<br/>
— Доктор Дженнингс, вы нужны в операционной.<br/>
<br/>
Рон Баст<br/>
<br/>
Решающий миг<br/>
<br/>
Она почти слышала, как двери ее тюрьмы захлопываются.<br/>
Свобода ушла навсегда, теперь ее судьба в чужих руках, и никогда ей не увидеть воли.<br/>
В голове ее замелькали безумные мысли о том, как хорошо бы сейчас улететь далеко-далеко. Но она знала, что скрыться невозможно.<br/>
Она с улыбкой повернулась к жениху и повторила: «Да, я согласна».