Благодарю Булдакова Олега, за интересное прочтение произведения.<br/>
<br/>
Многие люди в нашем мире занимают не свое место. В этом виноваты не они, а система заставляющая людей подстраиваться под ее порядки. Хотя многих они не утраивают. Система поощряет людей совершать восхождение по социальной лестнице занимая всеми правдами и не правдами «не свое место», чтобы пользоваться в большей мере благами, на которые простым людям не приходится рассчитывать. От подобного устройства страдают, как те, кто остается внизу, так и те, кто достигает вершин, приобретая неприязненное отношение большей части общества.<br/>
Самый богатый человек на земле царь Соломон, в книге Библии Екклезиаст записал: «Умножается имущество, умножаются и потребляющие его; и какое благо для владеющего им: разве только смотреть своими глазами?» <br/>
Чтобы устранить дисбаланс в обществе, вероятно, нужно последовать совету апостола Павла: «И не сообразуйтесь больше с этой системой вещей, но преобразуйтесь, обновляя свой ум, чтобы вам удостоверяться, в чём состоит добрая, желанная и совершенная воля Бога».<br/>
Для изменения общества, возможно, нужно начать с себя.
Удивительный сборник! Я только Эдуарда Асадова слушала с такими чувствами, вернее читала.Но здесь, конечно, много зависело от мастерства чтецов.Спасибо Дикону, и, конечно, Ивану-его бархатный баритон просто очаровывает слух… Ну и жду продолжения Барона!
Голос и мелодия несколько раз опрокинули меня из сюжетной лодки на коврик для медитации, но я упрямо залезала обратно и любопытство победило — я дослушала :) <br/>
Эйприл, сестрёнка! твой поцелуй, посланный мне, рождённой в апреле, солнечным пёрышком коснулся носа, спасибо, милая! <br/>
Прекрасный рассказ. Картина эта — абсолютно «моя», обладай я чем-то большим, чем умением водить кистью по бумаге, я бы создавала именно такие — серебряные горы, сапфировое небо, золотистые, голубые, нежно-розовые звёзды, сине-изумрудные травы, пусть бы всё в них дышало, дрожало, переливалось, жило. Ждало…<br/>
Хол, он хороший, он честно пытался понять. Но — он хотел увидеть, в этом всё дело, нельзя хотеть, это не даст ничего кроме боли в затылке и досады. Просто — видеть, вот в чём секрет. Видеть, не призывая фантазию. <br/>
Она знала, что останется на её картине, дротики — а почему бы и нет? И Милдред будет, не повышая голоса, говорить: «Том, Ричи, перестаньте немедленно!», а Хол, посмотрев поверх газеты, непременно возразит: «Ну они же дети, милая», чувствуя себя каждый раз немного предателем, гоня эту мысль, потому что какой же он предатель, чёрт возьми!<br/>
Хол — холст, ему немного не хватило стать тем, кто явил бы миру — свою ослепительно прекрасную картину. И это болью отозвалось, потому что он — видел звёзды на картине, их мягкую переливающуюся пульсацию. И не сможет этого забыть. Может, когда-нибудь, спустя много лет, тревожным сырым мартовским вечером, глядя на огонь в камине, он поднимет глаза и засияют ему навстречу разлитые зеркальца луговых озёр, повеет холодом снежных вершин и в глухой тишине дома нежно зазвучит пение трав и дыхание вечности…
"… И вся её загадочность существует только если смотреть на неё глазами Филиппа (или его больного дядюшки). И потом, в финале, хочется стряхнуть с себя эти чужие глаза, и сказать — ну я же вижу с самого начала совсем по-другому!.."<br/>
<br/>
Великолепно, очень точно Вы нашли эти слова — захотелось их повторить, процитировать, чтобы выделить для внимания читающих Ваш комментарий!<br/>
Я думаю, что в этом романе писательница достигла вершин психологизма… настолько убедительно доказав опасность зависимости от чужого мнения.
Большинство персонажей своего романа «Остров сокровищ» Роберт Льюис Стивенсон придумал. Но один из пиратов является исторической фигурой. Израэль Хендс — реальный британский пират, был вторым по старшинству в шайке знаменитого Эдварда Тича по прозвищу Чёрная борода.<br/>
Израэль Хендс родился в Англии в 1701 году и прожил 46 лет. Для человека его профессии не так уж и мало. Хендс был пиратом. Он грабил корабли, злоупотреблял спиртным, играл в карты и время от времени жульничал, за это другой пират Эдвард Тич как- то раз прострелил ему ногу. Всё бы ничего, но в этот момент на горизонте появился королевский фрегат, завязался бой, который команда Тича проиграла. Раненный Хендс бежал, но был схвачен и предстал перед судом. Ему грозила виселица. То, что произошло потом, сегодня назвали бы сделка с правосудием, а тогда Хендс просто сдал нескольких своих подельников и сумел избежать петли. Его отправили в отдалённую тюрьму, где бывший пират вскоре ослеп. Освобождённый по королевской амнистии, он тихо спился в лондонских трущобах.<br/>
Сто лет о бедняге Хендсе никто не вспоминал, пока однажды его имя не появилось на страницах романа «Остров сокровищ». Стивенсон отвёл ему роль дежурного на захваченной пиратами «Испаньоле». Хендс охранял корабль, когда остальная команда отправилась на остров. Но не только этим ограничивается присутствие Хендса в романе. Наверняка каждый из нас знает, что такое собирательный образ в литературе. Так вот некоторые литературоведы считают Израэля Хендса образом «разбирательным». Они уверены, что он послужил прототипом для нескольких героев романа. Каждому книжному пирату что-то не досталось от их реального коллеги. Так например: Джону Сильверу не досталось ноги, Пью — глаз и, наконец, Билли Бонсу — чувство меры, от чего, если верить Стивенсону, последний и умер в точности, как Израэль Хендс.
Сыт я по горло, до подбородка.<br/>
Даже от песен стал уставать.<br/>
Лечь бы на дно, как подводная лодка,<br/>
Чтоб не могли запеленговать.<br/>
<br/>
Друг подавал мне водку в стакане,<br/>
Друг говорил, что это пройдет.<br/>
Друг познакомил с Веркой по пьяни — <br/>Мол, Верка поможет, а водка спасет.<br/>
<br/>
Не помогли ни Верка, ни водка.<br/>
С водки похмелье, а с Верки — что взять?<br/>
Лечь бы на дно, как подводная лодка,<br/>
Чтоб не могли запеленговать.<br/>
<br/>
Сыт я по горло, сыт я по глотку.<br/>
Ох, надоело петь и играть!<br/>
Лечь бы на дно, как подводная лодка,<br/>
И позывных не передавать.<br/>
<br/>
1964 г. Высоцкий
В начале книги Айнз достиг новых вершин своего ничтожества. Вот что мешает ему выставить горничную в соседнюю комнату, и звать только при необходимости? Непонятно вообще, он — повелитель или заключённый?
Случайно, что говорится, наткнулась и пройти мимо не смогла. Ни память о войне, ни совесть не позволили. Слушала и душа радовалась. Какая страна, какие люди! <br/>
Скрип снега, гармонь фоном и голоса героев все пришлось к месту. И, конечно, грустинка… эх, дороги… кабы не война… Гениальный по простоте подбора слов и слогу Александр Твардовский! А голос Дмитрия молодой, может, и не совсем Вася Теркин в моем представлении, но чтение очень понравилось, интонации верные, добрые! Понравилось безоговорочно.
Только от исполнения — райское наслаждение. Как всегда, А.Клюквин неповторим, чтение шедевральное, поклон и визги восторга!!! <br/>
«—Бедный Эдвард...», а вот это бабушка надвое сказала.<br/>
Нужно идти туда, куда хочется, а не туда, куда якобы «надо», если конечно возможно.
Конечно же, пройти мимо «Двенадцати» никак нельзя. На мой взгляд, здесь Блок преследовал только одну цель: доказать Самому Революцьонному Маяку, что он может писать и похлеще его на потребу дня. И это ему удалось! Но позже пришло и осознание фатальной глупости, связанной с концовкой поэмы.<br/>
По чтецу. Я уже писал не раз, что те новшества, которые привносит чтец, ни в коем рази не должны нарушать ритма. В слове «революцИонный» 6 слогов, а без «И» — 5. Вроде при чтении ритм прослеживается, но он настолько же рваный, как «Трах-тах-тах».<br/>
Возможно, вам помогла бы тихая фоновая музыка, ибо у вас напрочь отсутствует певучесть и плавность. А без этого нет поэзии! Даже Революцьонной!<br/>
Малость покоробил момент, где бледный весь Петруха горюет "… эту девку я любил", но абсолютно холодным голосом. Так нельзя, дорогой! Этот момент одна из вершин поэмы и им Блок нам говорит: «Хотите Революций, извольте, но вырвите из своего сердца любовь, жалость и прочую требуху.
Один из соавторов этой книги — Эдуард Резник — это не тот замечательный Эдуард Резник, который автор Круговорота носков в природе и прочей чудесной прелести:)
У Нормана был реальный прототип, который был пострашнее книжного. Эдвард Теодор Гин — кому интересно, почитайте. <a href="https://ru.wikipedia.org/wiki/Гин,_Эд" target="_blank" rel="nofollow noreferrer noopener">ru.wikipedia.org/wiki/Гин,_Эд</a><br/>
Булдаков, как всегда, на высоте…
Сначала удивилась, что нет километровой ленты комментариев с боями и неразберихой. Но потом пришла к выводу: неинтересно. Не интересен мне Эдуард Лимонов, не интересны его книги. Что-то там прочитала по молодости и благополучно забыла. Сейчас попытка №2. Ничего не изменилось. Ну, вроде неплохо пишет, во многом с ним согласна (в основном, с жизненными выводами, к которым мы все в конце концов приходим), ну, местами — молодец, местами — выпендрежник и эпатажник. Ничего особенного. Такой правды о России и русских, о загранице, о войнах, о человеке вообще — уже по самое горло. <br/>
Так что читателям, видимо, не интересно даже спорить. А может, админы устроили принудительный мир?
Это я вам еще не показал, список того что вам предстоит услышать.<br/>
<br/>
Адлова, Вера | Мирка<br/>
Амичис, Эдмондо Де | Сердце<br/>
Ампелонов, Александр Львович | Новоселье<br/>
Арджилли, Марчелло | Ватага из Сан Лоренцо<br/>
Астахов, Евгений Евгеньевич | Рукопись в кожаном переплете<br/>
Бахревский, Владислав Анатольевич | Агей<br/>
Бётхер, Альфред | Поведение — двойка<br/>
Бодрова, Анна Григорьевна | Аринкино утро<br/>
Бременер, Макс Соломонович | Тебе посвящается<br/>
Бременер, Макс Соломонович | Чур, не игра!<br/>
Бродская, Дина Леонтьевна | Марийкино детство<br/>
Бруштейн, Александра Яковлевна | Дорога уходит в даль…<br/>
Вайсберг, Леонид Маркович | Тайна корабельного кладбища. И я плавал по Дунаю<br/>
Василевская, Ванда Львовна | Комната на чердаке<br/>
Василенко, Иван Дмитриевич | В неосвещенной школе<br/>
Василенко, Иван Дмитриевич | Звездочка<br/>
Васкес-Виго, Кармен | Мятные леденцы<br/>
Вельм, Альфред | Пуговица, или серебряные часы с ключиком<br/>
Вивье, Колетт | Автостоп<br/>
Вольф, Сергей | Завтра утром, за чаем<br/>
Вольф, Сергей Евгеньевич | Мне на плечо сегодня села стрекоза<br/>
Герлих, Гюнтер | Девочка и мальчик<br/>
Голицын, Сергей Михайлович | Сорок изыскателей, За березовыми книгами<br/>
Голицын, Сергей Михайлович | Тайна старого Радуля<br/>
Гринин, Михаил Ефимович | Пароход идёт в Ростов<br/>
Дворкин, Илья Львович | Взгляни на небо<br/>
Дворкин, Илья Львович | Голова античной богини<br/>
Дворкин, Илья Львович | Трава пахнет солнцем<br/>
Домагалик, Януш | Конец каникул<br/>
Домагалик, Януш | Принцесса и мальчишки<br/>
Достян, Ричи Михайловна | Тревога<br/>
Дубов, Николай Иванович | Мальчик у моря<br/>
Железников, Владимир | Ночной ветер<br/>
Жиляр, Мадлен | Тайная тропа к Бори-Верт<br/>
Иванов, Сергей Анатольевич | Бывший Булка и его дочь<br/>
Иванов, Сергей Анатольевич | «Лето я провела хорошо...»<br/>
Иванов, Сергей Анатольевич | Тринадцатый год жизни<br/>
Кальвино, Итало | Космикомические истории<br/>
Кальвино, Итало | Паломар<br/>
Киселев, Владимир | Девочка и птицелет<br/>
Кнорре, Федор Фёдорович | Оля<br/>
Козлов, Юрий | Качели в Пушкинских Горах<br/>
Коларова, Яромира | О чем не сказала Гедвика<br/>
Коршунов, Михаил | Девять возвращений<br/>
Коршунов, Михаил Павлович | Трагический иероглиф<br/>
Котовщикова, Аделаида Александровна | Нитка кораллов<br/>
Красовская, Галина | Серебряное дерево<br/>
Кузьмин, Лев Иванович | Привет тебе, Митя Кукин!<br/>
Курбатов, Константин Иванович | Волшебная гайка<br/>
Линь, Ван | Дальние края<br/>
Ляшенко, Михаил Юрьевич | Человек-луч<br/>
Маклосски, Роберт | Приключения Гомера Прайса<br/>
Максимов, Анатолий Николаевич | Чудаки с Улики. Зимние птицы<br/>
Матвеева, Елена Александровна | Черновой вариант<br/>
Матвеева, Людмила | Виртуальная любовь в 6 «Б»<br/>
Матвеева, Людмила Григорьевна | Продлёнка<br/>
Матвеева, Людмила Григорьевна | Ступеньки, нагретые солнцем<br/>
Минчковский, Аркадий Миронович | Старик прячется в тень<br/>
Минчковский, Аркадий Миронович | Футбол с девчонками<br/>
Мирер, Александр | Субмарина «Голубой кит»<br/>
Мирер, Александр Исаакович | Дом скитальцев<br/>
Михайловская, Кира Николаевна & Шамков, Михаил Исаакович | Мальчик на главную роль<br/>
Михасенко, Геннадий Павлович | Кандаурские мальчишки<br/>
Мусерович, Малгожата | Целестина, или Шестое чувство<br/>
Мухина, Лена | Блокадный дневник Лены Мухиной<br/>
Мухина-Петринская, Валентина Михайловна | Корабли Санди<br/>
Мэккин, Уолтер | Голуби улетели<br/>
Нестайко, Всеволод Зиновьевич | Единица «с обманом»<br/>
Нечаев, Леонид Евгеньевич | Ожидание друга, или признания подростка<br/>
Нечаев, Леонид Евгеньевич | Портрет<br/>
Новогрудский, Лев | Закрытие открытия<br/>
Ожоговская, Ганна | Чудо-юдо, Агнешка и апельсин<br/>
Перфильева, Анастасия Витальевна | Шпага д’Артаньяна<br/>
Печерский, Николай Павлович | Серёжка Покусаев, его жизнь и страдания<br/>
Покровский, Григорий Александрович | Честь<br/>
Полетаев, С. Е. & Миримский, Самуил Ефимович | История двух беглецов<br/>
Поликарпова, Татьяна | Две березы на холме<br/>
Полоцкая, Серафима Петровна | Роль, заметная на экране<br/>
Прилежаева, Мария Павловна | Семиклассницы<br/>
Прилежаева, Мария Павловна | С тобой товарищи<br/>
Прокофьева, Софья Леонидовна | Замок Чёрной Королевы<br/>
Прокофьева, Софья Леонидовна | Новые приключения желтого чемоданчика<br/>
Прокофьева, Софья Леонидовна | Остров капитанов<br/>
Прокофьева, Софья Леонидовна | Ученик волшебника<br/>
Пукк, Холгер Янович | Юри<br/>
Пукк, Хольгер Янович | Виллу-филателист<br/>
Разумневич, Владимир Лукьянович | Веснушки — от хорошего настроения<br/>
Раннамаа, Сильвия | КАДРИ<br/>
Ржига, Богумил | Адам и Отька<br/>
Роллечек, Наталия | Деревянные четки<br/>
Русанова, Ольга | Сестры<br/>
Рязанова, Екатерина Михайловна | На пороге юности<br/>
Сабинина, Людмила Николаевна | Родео Лиды Карякиной<br/>
Сантарова, Алена | Катя, Катенька, Катрин<br/>
Сая, Казис Казисович | Эй, прячьтесь!<br/>
Сен-Марку, Жани | Фаншетта, или Сад Надежды<br/>
Серков, Иван Киреевич | Мы с Санькой в тылу врага<br/>
Сещицкая, Кристина | Мой волшебный фонарь<br/>
Сидоров, Виктор | Федька Сыч теряет кличку<br/>
Сидоров, Виктор Степанович | Тайна Белого камня<br/>
Смирнов, Василий Иванович | Ребята Скобского дворца<br/>
Снопкевич, Халина | 2x2=мечта<br/>
Соловейчик, Симон Львович | Мокрые под дождем<br/>
Стрелкова, Ирина | ЧЁТ И НЕЧЕТ<br/>
Суомела, Эркки К. | Чужая страна — черника<br/>
Тани, Синсукэ | Дети из дома № 300<br/>
Тот, Шандор Шомоди | Второе рождение Жолта Керекеша<br/>
Тублин, Валентин Соломонович | Золотые яблоки Гесперид<br/>
Тунгал, Леэло Феликсовна | Четыре дня Маарьи<br/>
Туричин, Илья Афроимович | Закон тридцатого. Люська<br/>
Уильямс, Роберт | Джинн третьего класса<br/>
Федоров, Николай Тимонович | Богиня победы<br/>
Фролова, Майя Флоровна | Солнечная Северяния<br/>
Фролов, Вадим Григорьевич | Что к чему…<br/>
Хилдик, Эдмунд Уоллес | Питер Брейн и его друзья<br/>
Хименес, Хуан Рамон | Платеро и я. Андалузская элегия<br/>
Хольц-Баумерт, Герхард | Автостопом на север<br/>
Хондзыньская, Зофья | Встречаются во мраке корабли<br/>
Цинберг, Тамара Сергеевна | Седьмая симфония<br/>
Цубота, Дзёдзи | Дети на ветру<br/>
Чтвртек, Вацлав | О добром разбойнике Румцайсе, Мане и сыночке их Циписеке<br/>
Шим, Эдуард Юрьевич | Ребята с нашего двора<br/>
Штительман, Михаил Ефимович | Повесть о детстве<br/>
Эмден, Эсфирь Михайловна | Школьный год Марины Петровой<br/>
Эргле, Зента Эрнестовна | Ребята нашего двора. Вот это было лето!<br/>
Юнке, Альваро | Мужчины двенадцати лет<br/>
Юргелевич, Ирена | Чужой<br/>
Юрьев, Зиновий Юрьевич | Дарю вам память<br/>
Ярункова, Клара | Брат Молчаливого Волка<br/>
Ярункова, Клара | Единственная<br/>
Ярункова, Клара | Мой тайный дневник
Там формат такой был, уже сколько раз писали((( Николай ради интереса, в Наварре хоть одна радиостанция без муз подложки выходит? Экстрим где ночует Эдуард Суровый не в счёт)!
Немало под страшною ношей,<br/>
Под страшною ношей,<br/>
Немало под страшною ношей<br/>
Легло безымянных парней.<br/>
Но то, что вот этот – Алеша,<br/>
Алеша, Алеша,<br/>
Но то, что вот этот – Алеша,<br/>
Известно Болгарии всей.<br/>
<br/>
Действительно, «Алеша» стал воплощением образа всех тех Алексеев, Иванов, Павлов, Сергеев, Александров и других, многих и многих, кто погиб в бою с фашистами.<br/>
Однако, по счастью, тот человек, с которого ваяли «Алешу», пережил войну и прожил долгую, плодотворную жизнь. Это — рядовой сводной роты Третьего Украинского фронта Алексей Иванович Скурлатов. Он служил стрелком 10-го отдельного лыжного батальона 922 стрелкового полка. В одном из боев получил тяжелое ранение. Его даже приняли за мертвого, но чудом он выжил. После этого был переведен в связисты. Восстанавливал телефонную линию между Софией и Пловдивом. Там Скурлатов познакомился с Методи Витановым, который трудился на телефонной станции и был активным членом болгарского Сопротивления. Эти два бойца стали друзьями.<br/>
Именно Витанов передал скульпторам, которые трудились над созданием памятника, фотографию Скурлатова. Вдохновленные образом красивого парня, они увековечили его в камне. Причем, сам Алексей долгое время даже не догадывался об этом.<br/>
В 1962 году советский композитор Эдуард Колмановский посетил Болгарию. Побывал он и в Пловдиве, где, конечно же, увидел величественный памятник. У него возникла идея создать песню, посвященную бойцам, освобождавшим братскую страну от фашистов.<br/>
Известный поэт Константин Ваншенкин поддержал идею и написал стихи к песне. В 1967 году ее исполнил легендарный ансамбль Советской Армии имени Александрова – как раз у подножия памятника. На следующий год она прозвучала на IX Всемирном фестивале молодежи и студентов, который проходил в Софии. Вскоре песня была переведена на болгарский язык. Ее подхватили болгарские певцы – Маргрет Николова, Георги Кордов, Бисер Киров и даже Бедрос Киркоров.<br/>
Эта песня стала гимном Пловдива. Она звучала каждое утро, транслируемая радиостанцией города.<br/>
Когда Алексей Скурлатов, живший на Алтае, услышал песню «Алеша» по радио, он пошутил: «Может, это про меня? Я ведь там был». А ведь власти СССР искали человека, с которого была создана скульптура. Наконец, нашли и послали его фотографии Методи Витанову, который сразу же узнал друга.<br/>
Трижды его пытались снести – в 1989, 1993 и 1996 годах. И трижды общественность города не позволила это сделать. Вокруг «Алеши» устраивали живые цепи, и девушки, как в песне, по-прежнему дарили ему цветы.<br/>
<br/>
В 1996 году, после очередной попытки сноса, Верховный суд Болгарии принял решение, что эта скульптура, как памятник Второй Мировой войны, не может быть уничтожена. Однако это не означает, что опасность для монумента миновала. Его неоднократно оскверняли, наносили оскорбительные нацистские надписи.<br/>
3 ноября 2013 года Алексей Скурлатов скончался. Ему был 91 год… А памятник, который жители отстояли в нелегкой борьбе, по-прежнему возвышается над болгарским городом, в освобождении которого он участвовал. И на День Победы ему снова принесут цветы.<br/>
<br/>
Здесь куча источников, извините за небольшой плагиат…<br/>
<a href="https://www.youtube.com/watch?v=qFDAIFD5PPI" target="_blank" rel="nofollow noreferrer noopener">www.youtube.com/watch?v=qFDAIFD5PPI</a>
Когда-то прочитала такую историю из жизни Асадова. Когда к нему приходили друзья со своими горестями, он просил их стать в центре комнаты и закрыть глаза. «А теперь иди». Друг делал несколько неверных шагов. «Что, тяжело? Открой глаза. Замечательно, правда? Мир вокруг сияет красками. Жить хочется. Наслаждайся. Я вот в живу в темноте и не хнычу». Жалующемуся становилось стыдно. И такими мелкими казались его горести по сравнению с тем, что друг не видит.<br/>
Рассказала своими словами. Однако, зная эту историю можно понять, почему Асадов выбрал для Баллады такой сюжет. Прочитано исключительно хорошо. Спасибо.<br/>
P.S.<br/>
Долгие годы считала, что стихи Асадова — это детство и юность. Уже в молодости их вытеснили поэты Серебряного века. Теперь понимаю, что стихи Эдуарда Асадова — это вечные ценности.
До вчерашнего дня не знала про Бориса Рыжего, про его стихи. Узнала, благодаря чтецу (спасибо дорогой «Еси Чё Тоятут»!🤝). Потом, конечно, читала про него, читала его… Талантливый и очень глубокий, ранимый человек. Гиперэмпат. Это очень сильно чувствуется уже по стихам. Отсюда и суицид, видимо: душа болела за всех и каждого. <br/>
Не рифмоплет, не поэт уровня «любитель», а именно Поэт. И если приблизительно до середины 90-х стихи еще набирали силу, то в оставшиеся 5-6 лет короткой жизни могучие крылья Пегаса подняли поэзию Рыжего на высоту уровня серьезных, признанных поэтов. Можно только представить, каких еще вершин достигло бы его творчество, доживи он до зрелого возраста. <br/>
<br/>
Спасибо за этот стих-мечту! Мне до моря 2-2,5 часа езды (если без пробок) и какой особенной любовью люблю я море, когда еще нет отдыхающих и ты один на один с «Синей вечностью». Что уж тут говорить о писателе-выпивохе, творящем под сенью типовой многоэтажки неблагополучного «прокопчённого» района. Не добрался, да. И все же его душа ощутила солёное дыхание стихии!🌊
<br/>
Многие люди в нашем мире занимают не свое место. В этом виноваты не они, а система заставляющая людей подстраиваться под ее порядки. Хотя многих они не утраивают. Система поощряет людей совершать восхождение по социальной лестнице занимая всеми правдами и не правдами «не свое место», чтобы пользоваться в большей мере благами, на которые простым людям не приходится рассчитывать. От подобного устройства страдают, как те, кто остается внизу, так и те, кто достигает вершин, приобретая неприязненное отношение большей части общества.<br/>
Самый богатый человек на земле царь Соломон, в книге Библии Екклезиаст записал: «Умножается имущество, умножаются и потребляющие его; и какое благо для владеющего им: разве только смотреть своими глазами?» <br/>
Чтобы устранить дисбаланс в обществе, вероятно, нужно последовать совету апостола Павла: «И не сообразуйтесь больше с этой системой вещей, но преобразуйтесь, обновляя свой ум, чтобы вам удостоверяться, в чём состоит добрая, желанная и совершенная воля Бога».<br/>
Для изменения общества, возможно, нужно начать с себя.
Эйприл, сестрёнка! твой поцелуй, посланный мне, рождённой в апреле, солнечным пёрышком коснулся носа, спасибо, милая! <br/>
Прекрасный рассказ. Картина эта — абсолютно «моя», обладай я чем-то большим, чем умением водить кистью по бумаге, я бы создавала именно такие — серебряные горы, сапфировое небо, золотистые, голубые, нежно-розовые звёзды, сине-изумрудные травы, пусть бы всё в них дышало, дрожало, переливалось, жило. Ждало…<br/>
Хол, он хороший, он честно пытался понять. Но — он хотел увидеть, в этом всё дело, нельзя хотеть, это не даст ничего кроме боли в затылке и досады. Просто — видеть, вот в чём секрет. Видеть, не призывая фантазию. <br/>
Она знала, что останется на её картине, дротики — а почему бы и нет? И Милдред будет, не повышая голоса, говорить: «Том, Ричи, перестаньте немедленно!», а Хол, посмотрев поверх газеты, непременно возразит: «Ну они же дети, милая», чувствуя себя каждый раз немного предателем, гоня эту мысль, потому что какой же он предатель, чёрт возьми!<br/>
Хол — холст, ему немного не хватило стать тем, кто явил бы миру — свою ослепительно прекрасную картину. И это болью отозвалось, потому что он — видел звёзды на картине, их мягкую переливающуюся пульсацию. И не сможет этого забыть. Может, когда-нибудь, спустя много лет, тревожным сырым мартовским вечером, глядя на огонь в камине, он поднимет глаза и засияют ему навстречу разлитые зеркальца луговых озёр, повеет холодом снежных вершин и в глухой тишине дома нежно зазвучит пение трав и дыхание вечности…
<br/>
Великолепно, очень точно Вы нашли эти слова — захотелось их повторить, процитировать, чтобы выделить для внимания читающих Ваш комментарий!<br/>
Я думаю, что в этом романе писательница достигла вершин психологизма… настолько убедительно доказав опасность зависимости от чужого мнения.
Израэль Хендс родился в Англии в 1701 году и прожил 46 лет. Для человека его профессии не так уж и мало. Хендс был пиратом. Он грабил корабли, злоупотреблял спиртным, играл в карты и время от времени жульничал, за это другой пират Эдвард Тич как- то раз прострелил ему ногу. Всё бы ничего, но в этот момент на горизонте появился королевский фрегат, завязался бой, который команда Тича проиграла. Раненный Хендс бежал, но был схвачен и предстал перед судом. Ему грозила виселица. То, что произошло потом, сегодня назвали бы сделка с правосудием, а тогда Хендс просто сдал нескольких своих подельников и сумел избежать петли. Его отправили в отдалённую тюрьму, где бывший пират вскоре ослеп. Освобождённый по королевской амнистии, он тихо спился в лондонских трущобах.<br/>
Сто лет о бедняге Хендсе никто не вспоминал, пока однажды его имя не появилось на страницах романа «Остров сокровищ». Стивенсон отвёл ему роль дежурного на захваченной пиратами «Испаньоле». Хендс охранял корабль, когда остальная команда отправилась на остров. Но не только этим ограничивается присутствие Хендса в романе. Наверняка каждый из нас знает, что такое собирательный образ в литературе. Так вот некоторые литературоведы считают Израэля Хендса образом «разбирательным». Они уверены, что он послужил прототипом для нескольких героев романа. Каждому книжному пирату что-то не досталось от их реального коллеги. Так например: Джону Сильверу не досталось ноги, Пью — глаз и, наконец, Билли Бонсу — чувство меры, от чего, если верить Стивенсону, последний и умер в точности, как Израэль Хендс.
Даже от песен стал уставать.<br/>
Лечь бы на дно, как подводная лодка,<br/>
Чтоб не могли запеленговать.<br/>
<br/>
Друг подавал мне водку в стакане,<br/>
Друг говорил, что это пройдет.<br/>
Друг познакомил с Веркой по пьяни — <br/>Мол, Верка поможет, а водка спасет.<br/>
<br/>
Не помогли ни Верка, ни водка.<br/>
С водки похмелье, а с Верки — что взять?<br/>
Лечь бы на дно, как подводная лодка,<br/>
Чтоб не могли запеленговать.<br/>
<br/>
Сыт я по горло, сыт я по глотку.<br/>
Ох, надоело петь и играть!<br/>
Лечь бы на дно, как подводная лодка,<br/>
И позывных не передавать.<br/>
<br/>
1964 г. Высоцкий
Скрип снега, гармонь фоном и голоса героев все пришлось к месту. И, конечно, грустинка… эх, дороги… кабы не война… Гениальный по простоте подбора слов и слогу Александр Твардовский! А голос Дмитрия молодой, может, и не совсем Вася Теркин в моем представлении, но чтение очень понравилось, интонации верные, добрые! Понравилось безоговорочно.
«—Бедный Эдвард...», а вот это бабушка надвое сказала.<br/>
Нужно идти туда, куда хочется, а не туда, куда якобы «надо», если конечно возможно.
По чтецу. Я уже писал не раз, что те новшества, которые привносит чтец, ни в коем рази не должны нарушать ритма. В слове «революцИонный» 6 слогов, а без «И» — 5. Вроде при чтении ритм прослеживается, но он настолько же рваный, как «Трах-тах-тах».<br/>
Возможно, вам помогла бы тихая фоновая музыка, ибо у вас напрочь отсутствует певучесть и плавность. А без этого нет поэзии! Даже Революцьонной!<br/>
Малость покоробил момент, где бледный весь Петруха горюет "… эту девку я любил", но абсолютно холодным голосом. Так нельзя, дорогой! Этот момент одна из вершин поэмы и им Блок нам говорит: «Хотите Революций, извольте, но вырвите из своего сердца любовь, жалость и прочую требуху.
Булдаков, как всегда, на высоте…
Так что читателям, видимо, не интересно даже спорить. А может, админы устроили принудительный мир?
Ох автор загадочности то понапустил 😎 Говард и Эдвард нервно курят
<br/>
Адлова, Вера | Мирка<br/>
Амичис, Эдмондо Де | Сердце<br/>
Ампелонов, Александр Львович | Новоселье<br/>
Арджилли, Марчелло | Ватага из Сан Лоренцо<br/>
Астахов, Евгений Евгеньевич | Рукопись в кожаном переплете<br/>
Бахревский, Владислав Анатольевич | Агей<br/>
Бётхер, Альфред | Поведение — двойка<br/>
Бодрова, Анна Григорьевна | Аринкино утро<br/>
Бременер, Макс Соломонович | Тебе посвящается<br/>
Бременер, Макс Соломонович | Чур, не игра!<br/>
Бродская, Дина Леонтьевна | Марийкино детство<br/>
Бруштейн, Александра Яковлевна | Дорога уходит в даль…<br/>
Вайсберг, Леонид Маркович | Тайна корабельного кладбища. И я плавал по Дунаю<br/>
Василевская, Ванда Львовна | Комната на чердаке<br/>
Василенко, Иван Дмитриевич | В неосвещенной школе<br/>
Василенко, Иван Дмитриевич | Звездочка<br/>
Васкес-Виго, Кармен | Мятные леденцы<br/>
Вельм, Альфред | Пуговица, или серебряные часы с ключиком<br/>
Вивье, Колетт | Автостоп<br/>
Вольф, Сергей | Завтра утром, за чаем<br/>
Вольф, Сергей Евгеньевич | Мне на плечо сегодня села стрекоза<br/>
Герлих, Гюнтер | Девочка и мальчик<br/>
Голицын, Сергей Михайлович | Сорок изыскателей, За березовыми книгами<br/>
Голицын, Сергей Михайлович | Тайна старого Радуля<br/>
Гринин, Михаил Ефимович | Пароход идёт в Ростов<br/>
Дворкин, Илья Львович | Взгляни на небо<br/>
Дворкин, Илья Львович | Голова античной богини<br/>
Дворкин, Илья Львович | Трава пахнет солнцем<br/>
Домагалик, Януш | Конец каникул<br/>
Домагалик, Януш | Принцесса и мальчишки<br/>
Достян, Ричи Михайловна | Тревога<br/>
Дубов, Николай Иванович | Мальчик у моря<br/>
Железников, Владимир | Ночной ветер<br/>
Жиляр, Мадлен | Тайная тропа к Бори-Верт<br/>
Иванов, Сергей Анатольевич | Бывший Булка и его дочь<br/>
Иванов, Сергей Анатольевич | «Лето я провела хорошо...»<br/>
Иванов, Сергей Анатольевич | Тринадцатый год жизни<br/>
Кальвино, Итало | Космикомические истории<br/>
Кальвино, Итало | Паломар<br/>
Киселев, Владимир | Девочка и птицелет<br/>
Кнорре, Федор Фёдорович | Оля<br/>
Козлов, Юрий | Качели в Пушкинских Горах<br/>
Коларова, Яромира | О чем не сказала Гедвика<br/>
Коршунов, Михаил | Девять возвращений<br/>
Коршунов, Михаил Павлович | Трагический иероглиф<br/>
Котовщикова, Аделаида Александровна | Нитка кораллов<br/>
Красовская, Галина | Серебряное дерево<br/>
Кузьмин, Лев Иванович | Привет тебе, Митя Кукин!<br/>
Курбатов, Константин Иванович | Волшебная гайка<br/>
Линь, Ван | Дальние края<br/>
Ляшенко, Михаил Юрьевич | Человек-луч<br/>
Маклосски, Роберт | Приключения Гомера Прайса<br/>
Максимов, Анатолий Николаевич | Чудаки с Улики. Зимние птицы<br/>
Матвеева, Елена Александровна | Черновой вариант<br/>
Матвеева, Людмила | Виртуальная любовь в 6 «Б»<br/>
Матвеева, Людмила Григорьевна | Продлёнка<br/>
Матвеева, Людмила Григорьевна | Ступеньки, нагретые солнцем<br/>
Минчковский, Аркадий Миронович | Старик прячется в тень<br/>
Минчковский, Аркадий Миронович | Футбол с девчонками<br/>
Мирер, Александр | Субмарина «Голубой кит»<br/>
Мирер, Александр Исаакович | Дом скитальцев<br/>
Михайловская, Кира Николаевна & Шамков, Михаил Исаакович | Мальчик на главную роль<br/>
Михасенко, Геннадий Павлович | Кандаурские мальчишки<br/>
Мусерович, Малгожата | Целестина, или Шестое чувство<br/>
Мухина, Лена | Блокадный дневник Лены Мухиной<br/>
Мухина-Петринская, Валентина Михайловна | Корабли Санди<br/>
Мэккин, Уолтер | Голуби улетели<br/>
Нестайко, Всеволод Зиновьевич | Единица «с обманом»<br/>
Нечаев, Леонид Евгеньевич | Ожидание друга, или признания подростка<br/>
Нечаев, Леонид Евгеньевич | Портрет<br/>
Новогрудский, Лев | Закрытие открытия<br/>
Ожоговская, Ганна | Чудо-юдо, Агнешка и апельсин<br/>
Перфильева, Анастасия Витальевна | Шпага д’Артаньяна<br/>
Печерский, Николай Павлович | Серёжка Покусаев, его жизнь и страдания<br/>
Покровский, Григорий Александрович | Честь<br/>
Полетаев, С. Е. & Миримский, Самуил Ефимович | История двух беглецов<br/>
Поликарпова, Татьяна | Две березы на холме<br/>
Полоцкая, Серафима Петровна | Роль, заметная на экране<br/>
Прилежаева, Мария Павловна | Семиклассницы<br/>
Прилежаева, Мария Павловна | С тобой товарищи<br/>
Прокофьева, Софья Леонидовна | Замок Чёрной Королевы<br/>
Прокофьева, Софья Леонидовна | Новые приключения желтого чемоданчика<br/>
Прокофьева, Софья Леонидовна | Остров капитанов<br/>
Прокофьева, Софья Леонидовна | Ученик волшебника<br/>
Пукк, Холгер Янович | Юри<br/>
Пукк, Хольгер Янович | Виллу-филателист<br/>
Разумневич, Владимир Лукьянович | Веснушки — от хорошего настроения<br/>
Раннамаа, Сильвия | КАДРИ<br/>
Ржига, Богумил | Адам и Отька<br/>
Роллечек, Наталия | Деревянные четки<br/>
Русанова, Ольга | Сестры<br/>
Рязанова, Екатерина Михайловна | На пороге юности<br/>
Сабинина, Людмила Николаевна | Родео Лиды Карякиной<br/>
Сантарова, Алена | Катя, Катенька, Катрин<br/>
Сая, Казис Казисович | Эй, прячьтесь!<br/>
Сен-Марку, Жани | Фаншетта, или Сад Надежды<br/>
Серков, Иван Киреевич | Мы с Санькой в тылу врага<br/>
Сещицкая, Кристина | Мой волшебный фонарь<br/>
Сидоров, Виктор | Федька Сыч теряет кличку<br/>
Сидоров, Виктор Степанович | Тайна Белого камня<br/>
Смирнов, Василий Иванович | Ребята Скобского дворца<br/>
Снопкевич, Халина | 2x2=мечта<br/>
Соловейчик, Симон Львович | Мокрые под дождем<br/>
Стрелкова, Ирина | ЧЁТ И НЕЧЕТ<br/>
Суомела, Эркки К. | Чужая страна — черника<br/>
Тани, Синсукэ | Дети из дома № 300<br/>
Тот, Шандор Шомоди | Второе рождение Жолта Керекеша<br/>
Тублин, Валентин Соломонович | Золотые яблоки Гесперид<br/>
Тунгал, Леэло Феликсовна | Четыре дня Маарьи<br/>
Туричин, Илья Афроимович | Закон тридцатого. Люська<br/>
Уильямс, Роберт | Джинн третьего класса<br/>
Федоров, Николай Тимонович | Богиня победы<br/>
Фролова, Майя Флоровна | Солнечная Северяния<br/>
Фролов, Вадим Григорьевич | Что к чему…<br/>
Хилдик, Эдмунд Уоллес | Питер Брейн и его друзья<br/>
Хименес, Хуан Рамон | Платеро и я. Андалузская элегия<br/>
Хольц-Баумерт, Герхард | Автостопом на север<br/>
Хондзыньская, Зофья | Встречаются во мраке корабли<br/>
Цинберг, Тамара Сергеевна | Седьмая симфония<br/>
Цубота, Дзёдзи | Дети на ветру<br/>
Чтвртек, Вацлав | О добром разбойнике Румцайсе, Мане и сыночке их Циписеке<br/>
Шим, Эдуард Юрьевич | Ребята с нашего двора<br/>
Штительман, Михаил Ефимович | Повесть о детстве<br/>
Эмден, Эсфирь Михайловна | Школьный год Марины Петровой<br/>
Эргле, Зента Эрнестовна | Ребята нашего двора. Вот это было лето!<br/>
Юнке, Альваро | Мужчины двенадцати лет<br/>
Юргелевич, Ирена | Чужой<br/>
Юрьев, Зиновий Юрьевич | Дарю вам память<br/>
Ярункова, Клара | Брат Молчаливого Волка<br/>
Ярункова, Клара | Единственная<br/>
Ярункова, Клара | Мой тайный дневник
Под страшною ношей,<br/>
Немало под страшною ношей<br/>
Легло безымянных парней.<br/>
Но то, что вот этот – Алеша,<br/>
Алеша, Алеша,<br/>
Но то, что вот этот – Алеша,<br/>
Известно Болгарии всей.<br/>
<br/>
Действительно, «Алеша» стал воплощением образа всех тех Алексеев, Иванов, Павлов, Сергеев, Александров и других, многих и многих, кто погиб в бою с фашистами.<br/>
Однако, по счастью, тот человек, с которого ваяли «Алешу», пережил войну и прожил долгую, плодотворную жизнь. Это — рядовой сводной роты Третьего Украинского фронта Алексей Иванович Скурлатов. Он служил стрелком 10-го отдельного лыжного батальона 922 стрелкового полка. В одном из боев получил тяжелое ранение. Его даже приняли за мертвого, но чудом он выжил. После этого был переведен в связисты. Восстанавливал телефонную линию между Софией и Пловдивом. Там Скурлатов познакомился с Методи Витановым, который трудился на телефонной станции и был активным членом болгарского Сопротивления. Эти два бойца стали друзьями.<br/>
Именно Витанов передал скульпторам, которые трудились над созданием памятника, фотографию Скурлатова. Вдохновленные образом красивого парня, они увековечили его в камне. Причем, сам Алексей долгое время даже не догадывался об этом.<br/>
В 1962 году советский композитор Эдуард Колмановский посетил Болгарию. Побывал он и в Пловдиве, где, конечно же, увидел величественный памятник. У него возникла идея создать песню, посвященную бойцам, освобождавшим братскую страну от фашистов.<br/>
Известный поэт Константин Ваншенкин поддержал идею и написал стихи к песне. В 1967 году ее исполнил легендарный ансамбль Советской Армии имени Александрова – как раз у подножия памятника. На следующий год она прозвучала на IX Всемирном фестивале молодежи и студентов, который проходил в Софии. Вскоре песня была переведена на болгарский язык. Ее подхватили болгарские певцы – Маргрет Николова, Георги Кордов, Бисер Киров и даже Бедрос Киркоров.<br/>
Эта песня стала гимном Пловдива. Она звучала каждое утро, транслируемая радиостанцией города.<br/>
Когда Алексей Скурлатов, живший на Алтае, услышал песню «Алеша» по радио, он пошутил: «Может, это про меня? Я ведь там был». А ведь власти СССР искали человека, с которого была создана скульптура. Наконец, нашли и послали его фотографии Методи Витанову, который сразу же узнал друга.<br/>
Трижды его пытались снести – в 1989, 1993 и 1996 годах. И трижды общественность города не позволила это сделать. Вокруг «Алеши» устраивали живые цепи, и девушки, как в песне, по-прежнему дарили ему цветы.<br/>
<br/>
В 1996 году, после очередной попытки сноса, Верховный суд Болгарии принял решение, что эта скульптура, как памятник Второй Мировой войны, не может быть уничтожена. Однако это не означает, что опасность для монумента миновала. Его неоднократно оскверняли, наносили оскорбительные нацистские надписи.<br/>
3 ноября 2013 года Алексей Скурлатов скончался. Ему был 91 год… А памятник, который жители отстояли в нелегкой борьбе, по-прежнему возвышается над болгарским городом, в освобождении которого он участвовал. И на День Победы ему снова принесут цветы.<br/>
<br/>
Здесь куча источников, извините за небольшой плагиат…<br/>
<a href="https://www.youtube.com/watch?v=qFDAIFD5PPI" target="_blank" rel="nofollow noreferrer noopener">www.youtube.com/watch?v=qFDAIFD5PPI</a>
Рассказала своими словами. Однако, зная эту историю можно понять, почему Асадов выбрал для Баллады такой сюжет. Прочитано исключительно хорошо. Спасибо.<br/>
P.S.<br/>
Долгие годы считала, что стихи Асадова — это детство и юность. Уже в молодости их вытеснили поэты Серебряного века. Теперь понимаю, что стихи Эдуарда Асадова — это вечные ценности.
Не рифмоплет, не поэт уровня «любитель», а именно Поэт. И если приблизительно до середины 90-х стихи еще набирали силу, то в оставшиеся 5-6 лет короткой жизни могучие крылья Пегаса подняли поэзию Рыжего на высоту уровня серьезных, признанных поэтов. Можно только представить, каких еще вершин достигло бы его творчество, доживи он до зрелого возраста. <br/>
<br/>
Спасибо за этот стих-мечту! Мне до моря 2-2,5 часа езды (если без пробок) и какой особенной любовью люблю я море, когда еще нет отдыхающих и ты один на один с «Синей вечностью». Что уж тут говорить о писателе-выпивохе, творящем под сенью типовой многоэтажки неблагополучного «прокопчённого» района. Не добрался, да. И все же его душа ощутила солёное дыхание стихии!🌊