Вспомните Ли Чайлда. Вот там действительно драки, вывихи и переломы практически в каждом абзаце. Но если их просто пропускать — детективы замечательные.
Ну всё хорошо. Чехов велик. Прочтение неплохое. <br/>
Но… Простите, вот прямо ухо резало. ☹️<br/>
Фамилия писателя с портрета — ЛажЕчников (с ударением на ‘е’). <br/>
Иван Иванович Лажечников — знаменитый русский писатель. Родился в 1792 в Подмосковной Коломне. Сейчас там находится его дом-музей. Пожалуй его самое известное произведение — ‘Ледяной дом’. <br/>
Ну как человек, который читает классику, не знает, как правильно произнести фамилию одного из этих классиков? 🫤
Я вам вопрос задала, Александр. Не ради чего мне слушать Мединского, а ради чего из века в век в мире кровь, насилие, вражда, войны? Вы его слушали, он вам всё разжевал, как я понимаю, вот и ответьте мне на мой вопрос. Пожалуйста.
Конечно же, мне очень приятно лицезреть Сказку своего народа и всё ж более смотрю на неё глазами Критика. В нашей сказке: «Вернулся Добрый Саид к костру и бросил её в Огонь». Вспомним Пушкинского Балду, не слывущего добрым, но без никаких раздумий, третьим своим щелчком отправляющего на тот свет попа. Как видим, и там и тут месть, вплоть до убийства, за лицемерие ли, за неуёмную жадность ли, остающейся нормой даже и сейчас.<br/>
Мы все, пишущие и сочиняющие, не должны повторять ошибок наших предков и даже классиков и подвергать ситуацию вплоть до «интегрального исчисления». <br/>
Возьмём пример с Балдой и попом: ведь Попадья всё знает, но во время расправы всё молчит. А ведь сам же Пушкин пишет: «Ум у бабы догадлив, на всякие хитрости повадлив». И в самый ответственный момент она должна выдать что-то, чтоб спасти своего прежадного мужа.<br/>
А в нашей сказке, на мой взгляд: Лиса, как Умная, должна, наоборот, молчать, а Саид, как воистину Добрый, передаёт мешок со змеем Лисе со словами: «Низкий поклон тебе, Лиса, ты и меня спасла и лучше меня знаешь, что делать с этой Змеёй.<br/>
И вот таким образом, наш Саид не запятнал своё Доброе имя».
Привет дружище, Магомед! Да я конечно мог сразу удалить это послание фейковое, но подумал надо юморнуть (совсем не язвительно), а вдруг это настоящий профи и что то посоветует, поправит, даст пример: всегда ведь хочется верить и думать о хорошем. Я всегда учусь и воспринимаю критику положительно. Но нет человек как всегда, только для того зарегился и отправил одно послание, чтобы подзадеть :) Категория такая-живут этим :) Насчет сдалась мне эта поэзия, да сдалась: Она мне тоже нравится. Я по приглашению организаторов принял участие в поэтическом международном конкурсе «Поэзия голосом 2013»в Риге и стал лауреатом, заняв третье место среди профессионалов и любителей. В это же время многому научился у ведущих мастеров художественного слова. Конкурс был настоящим.<br/>
<br/>
Вот члены жюри: Председатель жюри: Журналист, поэт, победитель международного литературного конкурса «2-й открытый Чемпионат Балтии по русской поэзии-2013» — Александр Спарбер. Москва. Члены: киноактер, актер театра им Моссовета, народный артист России- Валерий Яременко. Москва (Россия); театральный режиссер, режиссер-постановщик радиоспектаклей, член союза театральных деятелей, член РАО- Елена Резникова, Москва (Россия); актер театра и кино, режиссер Виктор Мишин, Рига (Латвия); поэт прозаик, переводчик, критик, лауреат многих премий 2005, 2010, 2012 г.г, победитель поэтических чтений имени Анахарсиса «Ольвийские агоны» 2013- Владимир Гутковский, Киев (Украина);<br/>
театральный критик, худ.руководитель Рижского Театрального Сообщества Православной Молодёжи, зав отделом культуры еженедельника «Суббота» — Наталья Захарьят, Рига (Латвия);<br/>
актер театра и кино, педагог, доцент Ярославского гос.театрального института, худ. руководитель курса «Мастерство актера» Андрей Зубков. Ярославль (Россия).<br/>
Спасибо всем кто откликнулся.
---//---<br/>
<br/>
Родзянко прямо сказал Феликсу Юсупову,(Князь Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон (11 (23) марта 1887, Санкт-Петербург)<br/>
<br/>
что законным путем с моим отцом ничего нельзя поделать — «никаких он выдающихся преступлений не совершал» Есть только один выход, утверждал он, — «убийство».<br/>
<br/>
К моменту появления моего отца в столице, богатый отпрыск Феликс Юсупов только что отметил свой 18 день рождения.<br/>
<br/>
Когда Феликс Юсупов слушал рассказ придворной дамы и одногодки Марии Головиной о моем отце ему было 22 года, на лице его играла какая-то странная улыбка. Он действительно предвкушал игру. Ставка в этой игре была высокая. Не просто жизнь его или жизнь отца, а нечто большее.<br/>
<br/>
Юсупов был весьма образован. Но лишь «в научном настроении духа». В смысле нравственном он был совершенным невеждой. Он был нераскаянный.<br/>
<br/>
В юности Феликс, не знающий дисциплины, рос в обстановке полной вседозволенности.<br/>
<br/>
В молодом возрасте Феликс где то в 13-14 лет с братом который был его старше на 4 года переодевались в женские платья и развлекались в городе и тогда же участвовал в групповушке с новым знакомым и его подрушкой который был старше его. Позже он говорил: «Меня так поразило только что сделанное открытие, что по своему юношескому невежеству я не разбирался, кто какого пола».<br/>
<br/>
Как то по возвращении из Парижа в Санкт-Петербург Николай его брат и Поля невеста брата устроили Феликсу двухнедельный ангажемент на выступления в фешенебельном кафе-кабаре «Аквариум». Феликс позаимствовал для такого случая драгоценности матери. Его выступления в кабаре пользовались колоссальным успехом у публики 7 дней, пока его не узнали друзья матери. Дома ждала бурная сцена. Николай, его брат, взял всю вину на себя, и дело было вскоре забыто.<br/>
<br/>
Феликс оставил карьеру певицы кабаре, но продолжал искать приключений под видом женщины и пускался во все более рискованные предприятия.<br/>
<br/>
И вот отец Феликса накинулся на сбившегося с пути сына и пересказал все слухи о нём а на самом деле лишь стыдливо приуменьшенную правду, ходившие в обществе и открывающие истинную картину жизни сына.<br/>
<br/>
Он представил Феликсу длинный список проступков, опозоривших имя семьи. Феликс сделал некоторые выводы. Но ни в коем случае не желал перемены в своем образе жизни.<br/>
<br/>
Причем необходимо заметить, что пребывание на той ступени общественного положения, на какой находились Юсуповы вообще, все-таки с возрастом вынудило Феликса умерить желания эпатировать. Он старался загнать внутрь свой порок, но не для того, чтобы, раскаявшись, изжить его. Напротив, он пестовал его. Феликс стал более изощренным в своем разврате. Он сделал порок частью собственных светских манер.<br/>
<br/>
Юсупов слыл любителем странностей разного рода. Он сам неоднократно заявлял, что его буквально тянет к «экзотическим лицам» и пояснял: «к маньякам, садистам, хамам...».<br/>
<br/>
После встречи моего отца(где-то 40 лет) и Феликса Юсупова(22 года) в 1909 году Мария Головина спросила у отца, как ему показался Феликс, тот ответил: «Напуганный мальчик и страшный».<br/>
<br/>
«Кем напуганный?» — спросила Мария Евгеньевна.<br/>
<br/>
«Собой и напуганный», — ответил отец.<br/>
<br/>
«А почему страшный?»<br/>
<br/>
Отец промолчал, чем привел Марию Евгеньевну в полное замешательство. Больше в тот день отец не хотел говорить о Юсупове.<br/>
<br/>
---//---
---//---<br/>
<br/>
Родзянко прямо сказал Феликсу Юсупову,(Князь Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон (11 (23) марта 1887, Санкт-Петербург)<br/>
<br/>
что законным путем с моим отцом ничего нельзя поделать — «никаких он выдающихся преступлений не совершал» Есть только один выход, утверждал он, — «убийство».<br/>
<br/>
К моменту появления моего отца в столице, богатый отпрыск Феликс Юсупов только что отметил свой 18 день рождения.<br/>
<br/>
Когда Феликс Юсупов слушал рассказ придворной дамы и одногодки Марии Головиной о моем отце ему было 22 года, на лице его играла какая-то странная улыбка. Он действительно предвкушал игру. Ставка в этой игре была высокая. Не просто жизнь его или жизнь отца, а нечто большее.<br/>
<br/>
Юсупов был весьма образован. Но лишь «в научном настроении духа». В смысле нравственном он был совершенным невеждой. Он был нераскаянный.<br/>
<br/>
В юности Феликс, не знающий дисциплины, рос в обстановке полной вседозволенности.<br/>
<br/>
В молодом возрасте Феликс где то в 13-14 лет с братом который был его старше на 4 года переодевались в женские платья и развлекались в городе и тогда же участвовал в групповушке с новым знакомым и его подрушкой который был старше его. Позже он говорил: «Меня так поразило только что сделанное открытие, что по своему юношескому невежеству я не разбирался, кто какого пола».<br/>
<br/>
Как то по возвращении из Парижа в Санкт-Петербург Николай его брат и Поля невеста брата устроили Феликсу двухнедельный ангажемент на выступления в фешенебельном кафе-кабаре «Аквариум». Феликс позаимствовал для такого случая драгоценности матери. Его выступления в кабаре пользовались колоссальным успехом у публики 7 дней, пока его не узнали друзья матери. Дома ждала бурная сцена. Николай, его брат, взял всю вину на себя, и дело было вскоре забыто.<br/>
<br/>
Феликс оставил карьеру певицы кабаре, но продолжал искать приключений под видом женщины и пускался во все более рискованные предприятия.<br/>
<br/>
И вот отец Феликса накинулся на сбившегося с пути сына и пересказал все слухи о нём а на самом деле лишь стыдливо приуменьшенную правду, ходившие в обществе и открывающие истинную картину жизни сына.<br/>
<br/>
Он представил Феликсу длинный список проступков, опозоривших имя семьи. Феликс сделал некоторые выводы. Но ни в коем случае не желал перемены в своем образе жизни.<br/>
<br/>
Причем необходимо заметить, что пребывание на той ступени общественного положения, на какой находились Юсуповы вообще, все-таки с возрастом вынудило Феликса умерить желания эпатировать. Он старался загнать внутрь свой порок, но не для того, чтобы, раскаявшись, изжить его. Напротив, он пестовал его. Феликс стал более изощренным в своем разврате. Он сделал порок частью собственных светских манер.<br/>
<br/>
Юсупов слыл любителем странностей разного рода. Он сам неоднократно заявлял, что его буквально тянет к «экзотическим лицам» и пояснял: «к маньякам, садистам, хамам...».<br/>
<br/>
После встречи моего отца(где-то 40 лет) и Феликса Юсупова(22 года) в 1909 году Мария Головина спросила у отца, как ему показался Феликс, тот ответил: «Напуганный мальчик и страшный».<br/>
<br/>
«Кем напуганный?» — спросила Мария Евгеньевна.<br/>
<br/>
«Собой и напуганный», — ответил отец.<br/>
<br/>
«А почему страшный?»<br/>
<br/>
Отец промолчал, чем привел Марию Евгеньевну в полное замешательство. Больше в тот день отец не хотел говорить о Юсупове.<br/>
<br/>
---//---
<spoiler>Ну почему же с потерями? Агент, как я понял, получал комиссионные, когда мужик тратил время рационально. Сначала ему удавалось держать баланс работа-дом, но потом случился карьерный скачок, и работа потребовала больше времени. Семейное времяпрепровождение вновь стало напрягать. Я думал он просто разведётся.</spoiler><br/>
Идея, в целом, интересная, но вот все эти <spoiler>метания — хочу больше времени на работу, семью, игры, но не хочу выбирать, оптимизировать и налаживать баланс, все эти импульсивные рациональные решения — что нанять агента, что убрать — меня лично постоянно сбивали с толку.</spoiler><br/>
В общем неоднозначное впечатление осталось.
Если различать повесть и рассказ, то у Кинга иногда всё может казаться целым романом))<br/>
Вот Вам весь список 20 рассказов из Лавки, выбирайте коротенькие)): <a href="https://akniga.org/series/%D0%9B%D0%B0%D0%B2%D0%BA%D0%B0%20%D0%B4%D1%83%D1%80%D0%BD%D1%8B%D1%85%20%D1%81%D0%BD%D0%BE%D0%B2" target="_blank" rel="nofollow noreferrer noopener">akniga.org/series/%D0%9B%D0%B0%D0%B2%D0%BA%D0%B0%20%D0%B4%D1%83%D1%80%D0%BD%D1%8B%D1%85%20%D1%81%D0%BD%D0%BE%D0%B2</a>
Прочитана книга замечательно и получил от прослушивания самые лучшие впечатления.А вот сама книга таких впечатлений не оставила.Видимо я что-то в ней не понял, хотя детективы люблю.
Извините, не угадали, не привык — моя жена также и мой лучший друг :D просто ни разу в жизни не доводилось видеть «просто дружбу» между мужчиной и женщиной, чтоб без «фьють» совсем :D <br/>
С другой стороны, понятна и идея страхов, что подобным «фьютем» старую дружбу и испортить можно (а вот такое уже встречается везде)
— II — <br/>Короче. Он говорит, что, когда они вдвоем с напарником нас на удачу искали, так на какой-то палаточный лагерь набрели. Как возможно это, не знаю, но ведь палатку печально известного Скотта нашли же как то, так почему и этому не быть?<br/>
Говорит, лагерь разрушен практически в ноль. Но складская палатка еще стояла кое как, почти вся под снегом, они ее по флагштоку с какой-то тряпкой, видимо флагом, распознали. Ну и повезло — пару разодранных ящиков с пеммиканом нашли. Какому кретину понадобилось так ящики с провизией разносить, нервничал что ли кто? Но, говорит, это точно не ветер. Представляешь, две трети банок разорваны. Чудно так, на разный манер. Словно упражнялся кто. А банки тридцатых годов, браток. Вот качество. Или холод сохранил? В общем, эта жратва их спасла. Они там же в палатке керосиновую лампу нашли разбитую, и керосин там был, везучие ребята. Ну они на лампе, на этой, даже нагреть пайку сумели. Видать, потому не отравились. Два дня они там отлеживались. Погода, Мак, говорит более-менее хорошая была. Они днем спали, потому что солнце грело, а ночью вокруг костерка из того, что удалось найти, бегали как гребаные индейцы, чтоб не заледенеть во сне.<br/>
Так вот, что-то странное слышали они теми ночами. Говорит, как будто ветер сквозь кованные перила на высоком мосту гудел, может слышал? Протяжно так. Как флейта или свирель. Не разбираюсь я в этих инструментах, я ж не дирижёр, но слушать даже этот рассказ было, мне вот лично, жутковато. Я знаю, что подобный звук может создаваться в высокогорных ущельях. Но здесь нет гор. Здесь нет никакого признака подобного. Даже на картах. Тут только снег. Равнина. Иногда в ясную погоду поздней весной тут облака выстраиваются причудливым образом на горизонте, но не более. Да, похоже на горы, но это совершенно точно облака, просто из-за того, что взгляду не за что ухватиться, кажутся они необычными, ну и все. А звуки подобные я сам не слышал никогда. Так, может ледник в заливе Мак-Мердо обрушится, мы тут, относительно не далеко — звук обрушения до нас долетает. Но это больше на гром похоже, никак не на то, о чем этот бедолага нам порассказал.<br/>
А на третью ночь, что-то я отвлекся, на третью ночь они почему-то разошлись. И это совсем уж странно. Тот второй парняга пошел почему-то в сторону, от куда доносился звук. Прямо ночью ушел. Или может Мак просто что-то не договаривает? По мне так они оба помешались от физических перегрузок, вот и разошлись куда глаза глядят. При просьбах уточнить этот момент, МакРиди почему-то цепенел и смотрел куда-то в пол, всегда в одну точку. И так могло продолжаться несколько часов. Мы, после двух подобных попыток, перестали его об этом спрашивать.<br/>
<br/>
Странная история.<br/>
Почему-то у половины смены какое-то недомогание началось со вчерашнего дня. Болезнь, не болезнь… Да вот я сегодня на умывальнике, в помывочной, чьи-то зубы нашел. Металлокерамику. Кому пришло в голову у себя изо рта их выкручивать? Странно. Я сегодня присматривался мимоходом — у всех зубы на месте.<br/>
<br/>
Ладно. Высылаю это все в комментарии к тебе, на удачу, может дойдет. Привет тебе и всем, кого знаю с другой стороны Земли. Сообщи там кому ни будь, что, во-первых, у нас тут «местный» в экспедицию записался, потому что из-за этой проклятой погоды у нас вообще сигналы не проходят, хоть с голубями отсылай. А во-вторых, надо же антарктического афроамериканца искать, нельзя бросить.<br/>
А, этого потеряшку нашего зовут, полное имя — R. J. MacReady, прям вот так вот ищи, а то по-нашему тамошние не поймут.<br/>
<br/>
Что-то душно мне как-то. Муторно. Простудился что ли.<br/>
Ну давай, товарищ, пока. Рассчитываю на тебя.<br/>
<br/>
До нескорого.
— I — <br/>Здравствуй дорогой товарищ.<br/>
<br/>
Не знаю, дойдет ли до тебя это письмо. Здесь очень плохая связь. Сейчас у нас зима, и среднесуточная температура в конце августа -28 C°. Сильнейшая, аномальная метель, и я не знаю, переживет ли этот день наша интернет-радиовышка.<br/>
Дело в том, что… Ты, наверное, мне не поверишь. Но, возможно тебе известна эта дурацкая история о двух сгоревших в конце XX, антарктических станциях? Норвежской и американской полярных экспедиций. Все что я знаю о них наверняка, так это то, что это просто местные байки. Ими пугают новичков вроде меня. У нас в генераторной есть книжная полка. Там, представь, нашел потрепанную макулатуру в мягкой обложке, в пятнах от солярки. Писанина та еще. Но доложу тебе, во время полярной ночи, чтиво и попроще может испортить нервы. Как раз по теме этой самой истории. На названии как раз масляное пятно — механикам предыдущих смен было некогда руки мыть, да это им уже и не помогает. Они на 40% состоят из ГСМ. Такая у них работа. Отличные парни. Я здесь у них ошиваюсь порой, потому что грохот генератора, это своего рода успокоительное, на разумном расстоянии, конечно. В общем, кое как удалось прочитать название. Автор вроде бы Питер Вотс или Уотс (плохо вижу). А название «Ничтожества». Так вот, походу все эти тутошние байки из этой книжки. Или она сама основана на них. Короче, в этой обстановочке впечатление она на меня произвела изрядное.<br/>
Но. Сказать то я хотел не о том, как у меня дела. Меня тревожит кое-что гораздо более странное.<br/>
Я знаю, что у тебя есть возможность распространить эту информацию. Если ты, конечно, посчитаешь нужным. Мои слова, скорее всего, потеряются в комментариях. Но ты там уж найди, не поленись. Перейдем же к сути.<br/>
Видишь ли, тут такое произошло. Не знаю, как он выжил. Но этот янки добрался до нашей базы. Представь, выглядит что любой среднестатистический батя в молодости, с фотографий восьмидесятых. Только на их, американский манер. Еще и в шляпе. Дурацкой такой. У него из теплых вещей только куртка и толстовка с капюшоном. И в шляпе, в Антарктиде, ковбой хренов. МакРиди зовут. Скажу прямо, из таких гвозди делать. Это физически невозможно выжить в наших условиях в такой вот экипировке. Как он вывез, не знаю. И ты подумай, минут через двадцать в тепле он уже был в относительно нормальной форме. Любой бы неделю отлеживался. И что совсем уж фантастично — у него нет обморожений. Кремень мужик.<br/>
Так вот. По-английски я худо-бедно шпрехаю, подтянул чисто чтобы комиссию пройти перед трудоустройством. Более-менее понимаю, что он балакает по-своему. Да и парень он не слишком то разговорчивый. Понял я, что был напарник у него, да что-то там такое непонятное случилось, сам себе объяснишь, что это было, а я, так, понять не могу, как может такое быть вообще, чтоб вот взяли и разошлись в разные стороны. Может на расовой почве конфликт случился, тот парень чернокожим был, у них там в Штатах вроде бы до сих пор с этим вопросом не все складно. Да вот я бы, со стороны глядя, не сказал, что Мак — националист. Не люблю таких. Дядька этот с нами всеми по-простому себя ведет, не смотрит, что мы русская экспедиция, да и эта ситуация в мире, сам знаешь. Мне кажется, ну, на мой взгляд, кажется, он не в курсе. Словно он и впрямь из восьмидесятых.<br/>
Что он нам, в немногословной манере своей, тут за два дня порассказал… Это кранты. Ложись и в потолок таращись — такой уровень абсурда. Мы его не перебивали. А по мне так дядечка этот мозги себе то отморозил изрядно. Шляпа, видно, греет череп, все-таки, плохо.
мне 55, много видела, много пережила, стала циничной и думала, что из меня уже невозможно ничем выбить слезу. Но слушаю, слушаю второй день эту книгу и реву белугой. <br/>
Это великая книга! Надо ставить ее в один ряд с Достоевским, ибо в простых словах, простых, невыдуманных сюжетах рассказывается о всей правде нашей жизни. Сколько пришлось пережить нашему бедному народу, и как он стоек, крепок ни смотря ни на что (и, дай Бог, таким и останется!). Сколько знакомых лиц, характеров, ситуаций! Какие удивительные прекрасные люди — вот кто истинная соль земли, вот кто истинные герои. Какая прекрасная мама у автора — это просто вплощение материнского образа, ее бесконечной любви, самоотверженности, силе и мужестве. Поневоле приходят на ум ассоциации со своими корнями, оттуда, из лесов и деревень (а все мы корнями оттуда). Как она похожа на моих замечательных бабушку и маму, царствие им небесное. <br/>
Спасибо, Сергей Трофифимович, за Вашу прекрасную книгу!
Жесть, какое же задротство, Господи!!!<br/>
Ребят, если Вы не системные администраторы, то делать там нечего.<br/>
При чём, у меня есть несколько знакомых системников, нетривиальных (остроумных и забавных), так вот они бы даже рядом с книгой этой не присели…<br/>
В общем, мнение субъективное конечно, нестерпимо скучно.<br/>
К чтецу тоже есть вопросы, но это вкусовщина, не хочу человека зря критиковать. Не все любят театралов и профессиональных дикторов (наверное кто-нибудь не любит внятную речь, даже наверняка).
Те частоты, что резонируют в данном помещении или приподняты в данном микрофоне, совпадают с теми, что завышены в Вашем устройстве, на котором Вы слушаете. Вот разборчивость и снижается.
некроритуалы еще ладно. мерзко но не опасно. а вот тхаги, и опять же варны))
Но… Простите, вот прямо ухо резало. ☹️<br/>
Фамилия писателя с портрета — ЛажЕчников (с ударением на ‘е’). <br/>
Иван Иванович Лажечников — знаменитый русский писатель. Родился в 1792 в Подмосковной Коломне. Сейчас там находится его дом-музей. Пожалуй его самое известное произведение — ‘Ледяной дом’. <br/>
Ну как человек, который читает классику, не знает, как правильно произнести фамилию одного из этих классиков? 🫤
Серьезно — с фобиями бороться надо. У меня, напр., в детстве жуткая арахнофобия была. Изжил полностью.
Мы все, пишущие и сочиняющие, не должны повторять ошибок наших предков и даже классиков и подвергать ситуацию вплоть до «интегрального исчисления». <br/>
Возьмём пример с Балдой и попом: ведь Попадья всё знает, но во время расправы всё молчит. А ведь сам же Пушкин пишет: «Ум у бабы догадлив, на всякие хитрости повадлив». И в самый ответственный момент она должна выдать что-то, чтоб спасти своего прежадного мужа.<br/>
А в нашей сказке, на мой взгляд: Лиса, как Умная, должна, наоборот, молчать, а Саид, как воистину Добрый, передаёт мешок со змеем Лисе со словами: «Низкий поклон тебе, Лиса, ты и меня спасла и лучше меня знаешь, что делать с этой Змеёй.<br/>
И вот таким образом, наш Саид не запятнал своё Доброе имя».
<br/>
Вот члены жюри: Председатель жюри: Журналист, поэт, победитель международного литературного конкурса «2-й открытый Чемпионат Балтии по русской поэзии-2013» — Александр Спарбер. Москва. Члены: киноактер, актер театра им Моссовета, народный артист России- Валерий Яременко. Москва (Россия); театральный режиссер, режиссер-постановщик радиоспектаклей, член союза театральных деятелей, член РАО- Елена Резникова, Москва (Россия); актер театра и кино, режиссер Виктор Мишин, Рига (Латвия); поэт прозаик, переводчик, критик, лауреат многих премий 2005, 2010, 2012 г.г, победитель поэтических чтений имени Анахарсиса «Ольвийские агоны» 2013- Владимир Гутковский, Киев (Украина);<br/>
театральный критик, худ.руководитель Рижского Театрального Сообщества Православной Молодёжи, зав отделом культуры еженедельника «Суббота» — Наталья Захарьят, Рига (Латвия);<br/>
актер театра и кино, педагог, доцент Ярославского гос.театрального института, худ. руководитель курса «Мастерство актера» Андрей Зубков. Ярославль (Россия).<br/>
Спасибо всем кто откликнулся.
<br/>
Родзянко прямо сказал Феликсу Юсупову,(Князь Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон (11 (23) марта 1887, Санкт-Петербург)<br/>
<br/>
что законным путем с моим отцом ничего нельзя поделать — «никаких он выдающихся преступлений не совершал» Есть только один выход, утверждал он, — «убийство».<br/>
<br/>
К моменту появления моего отца в столице, богатый отпрыск Феликс Юсупов только что отметил свой 18 день рождения.<br/>
<br/>
Когда Феликс Юсупов слушал рассказ придворной дамы и одногодки Марии Головиной о моем отце ему было 22 года, на лице его играла какая-то странная улыбка. Он действительно предвкушал игру. Ставка в этой игре была высокая. Не просто жизнь его или жизнь отца, а нечто большее.<br/>
<br/>
Юсупов был весьма образован. Но лишь «в научном настроении духа». В смысле нравственном он был совершенным невеждой. Он был нераскаянный.<br/>
<br/>
В юности Феликс, не знающий дисциплины, рос в обстановке полной вседозволенности.<br/>
<br/>
В молодом возрасте Феликс где то в 13-14 лет с братом который был его старше на 4 года переодевались в женские платья и развлекались в городе и тогда же участвовал в групповушке с новым знакомым и его подрушкой который был старше его. Позже он говорил: «Меня так поразило только что сделанное открытие, что по своему юношескому невежеству я не разбирался, кто какого пола».<br/>
<br/>
Как то по возвращении из Парижа в Санкт-Петербург Николай его брат и Поля невеста брата устроили Феликсу двухнедельный ангажемент на выступления в фешенебельном кафе-кабаре «Аквариум». Феликс позаимствовал для такого случая драгоценности матери. Его выступления в кабаре пользовались колоссальным успехом у публики 7 дней, пока его не узнали друзья матери. Дома ждала бурная сцена. Николай, его брат, взял всю вину на себя, и дело было вскоре забыто.<br/>
<br/>
Феликс оставил карьеру певицы кабаре, но продолжал искать приключений под видом женщины и пускался во все более рискованные предприятия.<br/>
<br/>
И вот отец Феликса накинулся на сбившегося с пути сына и пересказал все слухи о нём а на самом деле лишь стыдливо приуменьшенную правду, ходившие в обществе и открывающие истинную картину жизни сына.<br/>
<br/>
Он представил Феликсу длинный список проступков, опозоривших имя семьи. Феликс сделал некоторые выводы. Но ни в коем случае не желал перемены в своем образе жизни.<br/>
<br/>
Причем необходимо заметить, что пребывание на той ступени общественного положения, на какой находились Юсуповы вообще, все-таки с возрастом вынудило Феликса умерить желания эпатировать. Он старался загнать внутрь свой порок, но не для того, чтобы, раскаявшись, изжить его. Напротив, он пестовал его. Феликс стал более изощренным в своем разврате. Он сделал порок частью собственных светских манер.<br/>
<br/>
Юсупов слыл любителем странностей разного рода. Он сам неоднократно заявлял, что его буквально тянет к «экзотическим лицам» и пояснял: «к маньякам, садистам, хамам...».<br/>
<br/>
После встречи моего отца(где-то 40 лет) и Феликса Юсупова(22 года) в 1909 году Мария Головина спросила у отца, как ему показался Феликс, тот ответил: «Напуганный мальчик и страшный».<br/>
<br/>
«Кем напуганный?» — спросила Мария Евгеньевна.<br/>
<br/>
«Собой и напуганный», — ответил отец.<br/>
<br/>
«А почему страшный?»<br/>
<br/>
Отец промолчал, чем привел Марию Евгеньевну в полное замешательство. Больше в тот день отец не хотел говорить о Юсупове.<br/>
<br/>
---//---
<br/>
Родзянко прямо сказал Феликсу Юсупову,(Князь Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон (11 (23) марта 1887, Санкт-Петербург)<br/>
<br/>
что законным путем с моим отцом ничего нельзя поделать — «никаких он выдающихся преступлений не совершал» Есть только один выход, утверждал он, — «убийство».<br/>
<br/>
К моменту появления моего отца в столице, богатый отпрыск Феликс Юсупов только что отметил свой 18 день рождения.<br/>
<br/>
Когда Феликс Юсупов слушал рассказ придворной дамы и одногодки Марии Головиной о моем отце ему было 22 года, на лице его играла какая-то странная улыбка. Он действительно предвкушал игру. Ставка в этой игре была высокая. Не просто жизнь его или жизнь отца, а нечто большее.<br/>
<br/>
Юсупов был весьма образован. Но лишь «в научном настроении духа». В смысле нравственном он был совершенным невеждой. Он был нераскаянный.<br/>
<br/>
В юности Феликс, не знающий дисциплины, рос в обстановке полной вседозволенности.<br/>
<br/>
В молодом возрасте Феликс где то в 13-14 лет с братом который был его старше на 4 года переодевались в женские платья и развлекались в городе и тогда же участвовал в групповушке с новым знакомым и его подрушкой который был старше его. Позже он говорил: «Меня так поразило только что сделанное открытие, что по своему юношескому невежеству я не разбирался, кто какого пола».<br/>
<br/>
Как то по возвращении из Парижа в Санкт-Петербург Николай его брат и Поля невеста брата устроили Феликсу двухнедельный ангажемент на выступления в фешенебельном кафе-кабаре «Аквариум». Феликс позаимствовал для такого случая драгоценности матери. Его выступления в кабаре пользовались колоссальным успехом у публики 7 дней, пока его не узнали друзья матери. Дома ждала бурная сцена. Николай, его брат, взял всю вину на себя, и дело было вскоре забыто.<br/>
<br/>
Феликс оставил карьеру певицы кабаре, но продолжал искать приключений под видом женщины и пускался во все более рискованные предприятия.<br/>
<br/>
И вот отец Феликса накинулся на сбившегося с пути сына и пересказал все слухи о нём а на самом деле лишь стыдливо приуменьшенную правду, ходившие в обществе и открывающие истинную картину жизни сына.<br/>
<br/>
Он представил Феликсу длинный список проступков, опозоривших имя семьи. Феликс сделал некоторые выводы. Но ни в коем случае не желал перемены в своем образе жизни.<br/>
<br/>
Причем необходимо заметить, что пребывание на той ступени общественного положения, на какой находились Юсуповы вообще, все-таки с возрастом вынудило Феликса умерить желания эпатировать. Он старался загнать внутрь свой порок, но не для того, чтобы, раскаявшись, изжить его. Напротив, он пестовал его. Феликс стал более изощренным в своем разврате. Он сделал порок частью собственных светских манер.<br/>
<br/>
Юсупов слыл любителем странностей разного рода. Он сам неоднократно заявлял, что его буквально тянет к «экзотическим лицам» и пояснял: «к маньякам, садистам, хамам...».<br/>
<br/>
После встречи моего отца(где-то 40 лет) и Феликса Юсупова(22 года) в 1909 году Мария Головина спросила у отца, как ему показался Феликс, тот ответил: «Напуганный мальчик и страшный».<br/>
<br/>
«Кем напуганный?» — спросила Мария Евгеньевна.<br/>
<br/>
«Собой и напуганный», — ответил отец.<br/>
<br/>
«А почему страшный?»<br/>
<br/>
Отец промолчал, чем привел Марию Евгеньевну в полное замешательство. Больше в тот день отец не хотел говорить о Юсупове.<br/>
<br/>
---//---
Идея, в целом, интересная, но вот все эти <spoiler>метания — хочу больше времени на работу, семью, игры, но не хочу выбирать, оптимизировать и налаживать баланс, все эти импульсивные рациональные решения — что нанять агента, что убрать — меня лично постоянно сбивали с толку.</spoiler><br/>
В общем неоднозначное впечатление осталось.
Вот Вам весь список 20 рассказов из Лавки, выбирайте коротенькие)): <a href="https://akniga.org/series/%D0%9B%D0%B0%D0%B2%D0%BA%D0%B0%20%D0%B4%D1%83%D1%80%D0%BD%D1%8B%D1%85%20%D1%81%D0%BD%D0%BE%D0%B2" target="_blank" rel="nofollow noreferrer noopener">akniga.org/series/%D0%9B%D0%B0%D0%B2%D0%BA%D0%B0%20%D0%B4%D1%83%D1%80%D0%BD%D1%8B%D1%85%20%D1%81%D0%BD%D0%BE%D0%B2</a>
С другой стороны, понятна и идея страхов, что подобным «фьютем» старую дружбу и испортить можно (а вот такое уже встречается везде)
И снова слезы… как в детстве…<br/>
Вот уж действительно — ДРУГ!
Говорит, лагерь разрушен практически в ноль. Но складская палатка еще стояла кое как, почти вся под снегом, они ее по флагштоку с какой-то тряпкой, видимо флагом, распознали. Ну и повезло — пару разодранных ящиков с пеммиканом нашли. Какому кретину понадобилось так ящики с провизией разносить, нервничал что ли кто? Но, говорит, это точно не ветер. Представляешь, две трети банок разорваны. Чудно так, на разный манер. Словно упражнялся кто. А банки тридцатых годов, браток. Вот качество. Или холод сохранил? В общем, эта жратва их спасла. Они там же в палатке керосиновую лампу нашли разбитую, и керосин там был, везучие ребята. Ну они на лампе, на этой, даже нагреть пайку сумели. Видать, потому не отравились. Два дня они там отлеживались. Погода, Мак, говорит более-менее хорошая была. Они днем спали, потому что солнце грело, а ночью вокруг костерка из того, что удалось найти, бегали как гребаные индейцы, чтоб не заледенеть во сне.<br/>
Так вот, что-то странное слышали они теми ночами. Говорит, как будто ветер сквозь кованные перила на высоком мосту гудел, может слышал? Протяжно так. Как флейта или свирель. Не разбираюсь я в этих инструментах, я ж не дирижёр, но слушать даже этот рассказ было, мне вот лично, жутковато. Я знаю, что подобный звук может создаваться в высокогорных ущельях. Но здесь нет гор. Здесь нет никакого признака подобного. Даже на картах. Тут только снег. Равнина. Иногда в ясную погоду поздней весной тут облака выстраиваются причудливым образом на горизонте, но не более. Да, похоже на горы, но это совершенно точно облака, просто из-за того, что взгляду не за что ухватиться, кажутся они необычными, ну и все. А звуки подобные я сам не слышал никогда. Так, может ледник в заливе Мак-Мердо обрушится, мы тут, относительно не далеко — звук обрушения до нас долетает. Но это больше на гром похоже, никак не на то, о чем этот бедолага нам порассказал.<br/>
А на третью ночь, что-то я отвлекся, на третью ночь они почему-то разошлись. И это совсем уж странно. Тот второй парняга пошел почему-то в сторону, от куда доносился звук. Прямо ночью ушел. Или может Мак просто что-то не договаривает? По мне так они оба помешались от физических перегрузок, вот и разошлись куда глаза глядят. При просьбах уточнить этот момент, МакРиди почему-то цепенел и смотрел куда-то в пол, всегда в одну точку. И так могло продолжаться несколько часов. Мы, после двух подобных попыток, перестали его об этом спрашивать.<br/>
<br/>
Странная история.<br/>
Почему-то у половины смены какое-то недомогание началось со вчерашнего дня. Болезнь, не болезнь… Да вот я сегодня на умывальнике, в помывочной, чьи-то зубы нашел. Металлокерамику. Кому пришло в голову у себя изо рта их выкручивать? Странно. Я сегодня присматривался мимоходом — у всех зубы на месте.<br/>
<br/>
Ладно. Высылаю это все в комментарии к тебе, на удачу, может дойдет. Привет тебе и всем, кого знаю с другой стороны Земли. Сообщи там кому ни будь, что, во-первых, у нас тут «местный» в экспедицию записался, потому что из-за этой проклятой погоды у нас вообще сигналы не проходят, хоть с голубями отсылай. А во-вторых, надо же антарктического афроамериканца искать, нельзя бросить.<br/>
А, этого потеряшку нашего зовут, полное имя — R. J. MacReady, прям вот так вот ищи, а то по-нашему тамошние не поймут.<br/>
<br/>
Что-то душно мне как-то. Муторно. Простудился что ли.<br/>
Ну давай, товарищ, пока. Рассчитываю на тебя.<br/>
<br/>
До нескорого.
<br/>
Не знаю, дойдет ли до тебя это письмо. Здесь очень плохая связь. Сейчас у нас зима, и среднесуточная температура в конце августа -28 C°. Сильнейшая, аномальная метель, и я не знаю, переживет ли этот день наша интернет-радиовышка.<br/>
Дело в том, что… Ты, наверное, мне не поверишь. Но, возможно тебе известна эта дурацкая история о двух сгоревших в конце XX, антарктических станциях? Норвежской и американской полярных экспедиций. Все что я знаю о них наверняка, так это то, что это просто местные байки. Ими пугают новичков вроде меня. У нас в генераторной есть книжная полка. Там, представь, нашел потрепанную макулатуру в мягкой обложке, в пятнах от солярки. Писанина та еще. Но доложу тебе, во время полярной ночи, чтиво и попроще может испортить нервы. Как раз по теме этой самой истории. На названии как раз масляное пятно — механикам предыдущих смен было некогда руки мыть, да это им уже и не помогает. Они на 40% состоят из ГСМ. Такая у них работа. Отличные парни. Я здесь у них ошиваюсь порой, потому что грохот генератора, это своего рода успокоительное, на разумном расстоянии, конечно. В общем, кое как удалось прочитать название. Автор вроде бы Питер Вотс или Уотс (плохо вижу). А название «Ничтожества». Так вот, походу все эти тутошние байки из этой книжки. Или она сама основана на них. Короче, в этой обстановочке впечатление она на меня произвела изрядное.<br/>
Но. Сказать то я хотел не о том, как у меня дела. Меня тревожит кое-что гораздо более странное.<br/>
Я знаю, что у тебя есть возможность распространить эту информацию. Если ты, конечно, посчитаешь нужным. Мои слова, скорее всего, потеряются в комментариях. Но ты там уж найди, не поленись. Перейдем же к сути.<br/>
Видишь ли, тут такое произошло. Не знаю, как он выжил. Но этот янки добрался до нашей базы. Представь, выглядит что любой среднестатистический батя в молодости, с фотографий восьмидесятых. Только на их, американский манер. Еще и в шляпе. Дурацкой такой. У него из теплых вещей только куртка и толстовка с капюшоном. И в шляпе, в Антарктиде, ковбой хренов. МакРиди зовут. Скажу прямо, из таких гвозди делать. Это физически невозможно выжить в наших условиях в такой вот экипировке. Как он вывез, не знаю. И ты подумай, минут через двадцать в тепле он уже был в относительно нормальной форме. Любой бы неделю отлеживался. И что совсем уж фантастично — у него нет обморожений. Кремень мужик.<br/>
Так вот. По-английски я худо-бедно шпрехаю, подтянул чисто чтобы комиссию пройти перед трудоустройством. Более-менее понимаю, что он балакает по-своему. Да и парень он не слишком то разговорчивый. Понял я, что был напарник у него, да что-то там такое непонятное случилось, сам себе объяснишь, что это было, а я, так, понять не могу, как может такое быть вообще, чтоб вот взяли и разошлись в разные стороны. Может на расовой почве конфликт случился, тот парень чернокожим был, у них там в Штатах вроде бы до сих пор с этим вопросом не все складно. Да вот я бы, со стороны глядя, не сказал, что Мак — националист. Не люблю таких. Дядька этот с нами всеми по-простому себя ведет, не смотрит, что мы русская экспедиция, да и эта ситуация в мире, сам знаешь. Мне кажется, ну, на мой взгляд, кажется, он не в курсе. Словно он и впрямь из восьмидесятых.<br/>
Что он нам, в немногословной манере своей, тут за два дня порассказал… Это кранты. Ложись и в потолок таращись — такой уровень абсурда. Мы его не перебивали. А по мне так дядечка этот мозги себе то отморозил изрядно. Шляпа, видно, греет череп, все-таки, плохо.
Это великая книга! Надо ставить ее в один ряд с Достоевским, ибо в простых словах, простых, невыдуманных сюжетах рассказывается о всей правде нашей жизни. Сколько пришлось пережить нашему бедному народу, и как он стоек, крепок ни смотря ни на что (и, дай Бог, таким и останется!). Сколько знакомых лиц, характеров, ситуаций! Какие удивительные прекрасные люди — вот кто истинная соль земли, вот кто истинные герои. Какая прекрасная мама у автора — это просто вплощение материнского образа, ее бесконечной любви, самоотверженности, силе и мужестве. Поневоле приходят на ум ассоциации со своими корнями, оттуда, из лесов и деревень (а все мы корнями оттуда). Как она похожа на моих замечательных бабушку и маму, царствие им небесное. <br/>
Спасибо, Сергей Трофифимович, за Вашу прекрасную книгу!
Ребят, если Вы не системные администраторы, то делать там нечего.<br/>
При чём, у меня есть несколько знакомых системников, нетривиальных (остроумных и забавных), так вот они бы даже рядом с книгой этой не присели…<br/>
В общем, мнение субъективное конечно, нестерпимо скучно.<br/>
К чтецу тоже есть вопросы, но это вкусовщина, не хочу человека зря критиковать. Не все любят театралов и профессиональных дикторов (наверное кто-нибудь не любит внятную речь, даже наверняка).