Поиск

Мне как автору эти мини-лекции от Д. Быкова дают очередную порцию для размышлений и с моей стороны было бы глупо не послушать другого автора, лектора, критика, который знает изнаночную сторону писательского ремесла. Считаю, глупо игнорировать знающего человека в этом вопросе.<br/>
Быков говорит:<br/>
«Есть несколько крючков для читателя, они давно известны (Да, они давно известны, но почему-то ими пренебрегают даже писатели с опытом!). Во-первых, читатель обожает тайну (Да, действительно это так. Вот почему большинство читателей тащатся от детективов и фантастики). Во-вторых, читатель ловится на идентификацию — на то, что касается непосредственно его. Читать про себя — это же дико интересно. Главное, внушить читателю, что книга именно про него (Читая книги, я часто ловил себя на мысли, что у меня есть нечто общее с ГГ и это меня вдохновляло на чтение. Но то было, когда я был юн). Третье — читатель любит динамику, быстрое чередование событий. Скупой рассказ о быстрых и ярких событиях всегда цепляет. По этой причине читатели любят хорошие репортажи, всегда, даже если это их совсем не касается» (Именно поэтому Д.Быков не фанат Ромена Ролана).<br/>
<br/>
И все же почему Роллан «промахивается» мимо этих крючков?<br/>
Если следовать логике Быкова, становится ясно, почему «Жан-Кристоф» сегодня идет тяжело:<br/>
Отсутствие «скупости»: Роллан делает ровно противоположное тому, что советует Быков. Вместо «скупого рассказа о быстрых событиях» он дает полноводный, избыточный поток рефлексии. Читатель тонет в пафосе раньше, чем успевает заглотить крючок динамики.<br/>
Проблема идентификации: В «Кола Брюньоне» (кстати, единственный рассказ, который оценил Быков) идентификация работает — мы узнаем в герое живого, витального человека. В «Очарованной душе» или «Кристофе» герои слишком монументальны, слишком «идейны», чтобы обычный человек мог легко сказать: «Это про меня».<br/>
<br/>
Горький, Толстой и «крючок» репортажа<br/>
Ваше замечание о том, что Горький знал мужика «из первых рук», напрямую соотносится с третьим пунктом — любовью читателя к репортажности.<br/>
<br/>
А вот почему же Горький цепляет своими рассказами и романами. Горький действует как «репортер»: Его ранние рассказы («Челкаш», «Мои университеты») — это, по сути, жесткие, динамичные репортажи из бездны. Он бил читателя реальностью, которую тот мог потрогать. Это и был тот самый «крючок», на который поймалась вся Россия.<br/>
<br/>
Ну, тем поговорим о боге. Толстой и его «тайна»: Толстой же мастерски владел первым крючком — тайной. Не детективной, а экзистенциальной. Он заставлял читателя чувствовать, что за простым описанием косьбы или бала скрывается какая-то огромная, пугающая истина о жизни и смерти.<br/>
<br/>
Есть мнение, что Горький испытывал трепет перед «богом», «побаивался» Толстого именно потому, что понимал: его собственная «репортажная» правда может со временем устареть (как устаревают новости), а толстовская «тайна» — вечна.<br/>
<br/>
О том, как другие авторы использовали писательские крючки (приёмы) можно говорить до бесконечности. Места не хватит. Но, для этого всегда найдется тот самый иноагент (читайте «инакомыслящий») как Дмитрий Быков (кажется, только от иноагентов и можно чему-то полезному научиться, остальные — это отстой, предсказуемы)

Большое спасибо за внимание к рассказу! Про «неожиданность»… ну так-то я и конкурсы хоррора выигрывала))), быть может, нет таких рассказов в моей озвучке… пока… но на просторах инета найти можно #DenBluesCupidon читали и Темный маршал, светлая память… <br/>
Про бабушку. На сайте, где премьера рассказа была, помнится, дискуссия нехилая развернулась по психологии персонажей. Прямо напомнили. Ну, тут я что могу сказать. Сколько людей, столько характеров. Мудрость обиду «лечит», вы правы, но не предотвращает. Да и на внука ли она? Может, на жизнь свою долгую. Рассказ ведь не о мести, а о… люди говорят, о любви, наверное, так получилось, мне кажется, о чувстве вины. Но я однозначно сказать не берусь, я ж не придумываю, так вот у них там все получилось, мое дело рассказать.<br/>
Еще раз спасибо за внимание к рассказу, за столь развернутый отзыв.<br/>
Про закладных, вы абсолютно правы. Про кота… тема была «все любят котиков», вот мне и навеяло. И за внимание к музыке спасибо, я стараюсь, когда делаю, чтоб все уместно было. Благодарю!

Большое спасибо за внимание к рассказу и мнение. Вы правы. Художественный текст имеет свойство к разным трактовкам через призму личного читательского опыта. Иными словами: картина в глазах смотрящего.<br/>
В рассказе два пространства: явь и навь. У них свои законы, то, что в нави хорошо, в яви невозможно. Ваня, охваченный чувством вины, невольно нарушает табу, открывает ворота в навь. Бабушка ли это? Его ли? В яви она нежить. Призванная реализовать недополученное при жизни. Да, близкие нуждаются в любви, она выше страха, ибо велика и над всем остальным. <br/>
Кот, страж между мирами в славянской традиции, встает на страже, он не зол на нежить, он лишь стремится, чтобы явь и навь, не соприкоснулись. Но… <br/>
И болезни героя в яви — это своего рода, попадание в навь. А вот уход Вани в тридевятое царство мне самой объяснил внимательный читатель: не мог выбрать с кем остаться и… <br/>
По поводу любви… тут, пожалуй, правы слушатели. Она примиряет даже не примиримое. Она сильнее границ миров. Поиск ее в себе в первую очередь — главная идея. Мне очень радостно, что это почувствовали.<br/>
Когда я пишу, я не всегда сама до конца осознаю, куда идет история. Мои герои «рассказывают» мне о себе. Я лишь доношу все, что с ними произошло, до читателей-слушателей. Я отвечаю за подачу, сам сюжет за рамками моей воли, словно так случилось, а я не могу это поменять, ибо не я это придумала. <br/>
На счет отрицательных героев и молодежи. Ребенок не рождается дурным. Он вбирает то, что вкладывают. Но, думаю, вы согласитесь, что в массовой культуре, действительно, идет романтизация отрицательных персонажей. Я в свое время посмотрела «Джокер» с прекрасными актерами, режиссером… и вообще фильм на высоте. Но если внешнее очистить до фабулы… Мы видим реабилитацию зла. <br/>
А сказка всегда была направлена народной мудростью на то, чтобы слушатель мог отличить добро от зла. <br/>
Простите мне мою многословность, но вы вместе со слушателями подняли очень важные, острые проблемы. Да, в двух словах в комментариях их не решишь, но молчать нет сил. <br/>
Еще раз спасибо за неравнодушие.