Чудесно, просто чудесно! Ради этого и сажусь за микрофон — делиться эмоциями от книг, которые люблю, с людьми, готовыми эти эмоции воспринять, потому что они им нужны.
Прекрасно сказано! Гейман удивительно тонко подметил и ярко описал, на сколько мир язычества чужд современной этике, основанной на христианстве. А заодно предложил интересную мысль, что современные боги, то есть воплощения технического прогресса, по сути своей, тоже языческие и столь же чужды христианской морали, как древние. Иначе просто невозможна была бы эта война за души смертных, за выживание и возвышение божественных сущностей.
За это я и люблю этот роман — он, как и любое произведение высокой литературы, больше, чем просто сюжет. Конечно, он может развлечь, но для желающих большего в нем есть и философия, и этика, и эстетика.
Главное качество Сервилии — не подлость. Цезарь увидел ее, как идеальное чудовище. То есть это человек из той же породы, что и Сулла, с теми же достоинствами и пороками. Ну, как тут устоять и не подчинить себе подобное? С Суллой-то такое бы не прокатило. )
Помимо этого, Сервилия во многом мыслит, рассуждает и ведет себя по-мужски. В Риме таких женщин почти нет, это уникальное качество. Цезарь специально ее проверил, и она не попалась в его ловушки. Это его поразило и стало привлекать в ней всё больше.
В том-то и смысл, что Цезарь в этих романах — такой же стервец, как Сервилия, даже намного хуже. Подобное притянулось к подобному. Маккалоу обманывает читателей описаниями его внешности и многократным подчеркиванием того, что Цезарь безупречен, и создается впечатление, что она в него влюблена и описывает идеального мужчину с точки зрения современного человека.
Но если присмотреться, все эти восторги — мысли других персонажей с их древнеримской точки зрения. Цезарь, по их мнению, идеальный римлянин-аристократ, то есть аморальный, бессердечный, хитрый, умный и безжалостный человек, для которого политика и власть превыше всего в жизни. И он умеет пользоваться всеми этими качествами лучше, чем любой из его современников-конкурентов, что их одновременно восхищает и раздражает.
Благодарю. На данный момент серия романов «Владыки Рима» — моя opus magnum, и я работаю над ней со всем тщанием. Приятно получить подтверждение того, что труды мои не напрасны.
Дорогие слушатели, я приступил к записи четвертого из семи объемных романов об упадке и крушении Римской республики, написанных блистательной Колин Маккалоу. Дело это неспешное, так как приходится часто прерываться на заказы издательств, но всё свободное время посвящаю данной работе. С учетом этих обстоятельств, на 2026 год «Женщинам Цезаря», «Цезарю», «Октябрьскому коню» и «Антонию и Клеопатре» отведено по три месяца.
Кроме этого, хотелось бы закончить сагу о ведьмаке Сапковского и «Лос-Анджелесский квартет» Эллроя, а также продолжить большую серию романов про королевского стрелка Шарпа авторства Бернарда Корнуэлла (пять уже записано, остальные 18 ждут своей очереди). Это основные направления моей чтецкой деятельности до следующего января.
Пока же вашему вниманию предлагаются первые 15 % монументального и восхитительного романа о Риме Помпея Великого и богача Красса, золотоязыкого Цицерона и аристократичного Лукулла, скандального Клодия и несгибаемого Катона. И, конечно же, великолепного Цезаря, который готов на всё, чтобы стать первым человеком в Риме, то есть больше, чем царем или императором.
Даже если бы захотел, не смогу его убрать — это не добавленный звуковой эффект, а шелест настоящих страниц книги, которую я специально купил для записи и теперь поставил отдыхать на одну из полок домашней библиотеки. Самые любимые и важные для себя произведения записываю, читая их печатные версии. )
Очень рад найти своего слушателя, то есть человека со схожим художественным и эстетическим восприятием. В эту книгу я вложил весь свой пятнадцатилетний опыт профессионального музыканта, вокалиста и десятилетний — работы на театральной сцене. Каждый нюанс здесь продуман, решен и выполнен абсолютно осмысленно и точно.
Вы смешиваете перевод «Алисы» Кэрролла с английского и перевод данного произведения Сапковского с польского. Их невозможно совместить таким образом, о котором вы говорите. Они написаны разными людьми, в разных стилях, на разных языках и про разное. То, что русскому читателю кажется само собой разумеющимся (фраза про кошек и мошек), польскому не придет в голову. У него свой перевод «Алисы». )
Так ведь он не застрелился, а сам стал колдуном. Насчет же апатичности жителей, это попытка применить свой современный менталитет и послезнание к ситуации начала XX века, другой стране, другим людям. Да и современные «неапатичные» обыватели ничего не сделают и ограничатся болтовней в чатиках, если кому-то из них покажется, что местный богач в трехэтажном особняке — колдун. Посмотрел бы я, как они пойдут его сжигать вместе с домом. )))
За это я и люблю этот роман — он, как и любое произведение высокой литературы, больше, чем просто сюжет. Конечно, он может развлечь, но для желающих большего в нем есть и философия, и этика, и эстетика.
Помимо этого, Сервилия во многом мыслит, рассуждает и ведет себя по-мужски. В Риме таких женщин почти нет, это уникальное качество. Цезарь специально ее проверил, и она не попалась в его ловушки. Это его поразило и стало привлекать в ней всё больше.
Но если присмотреться, все эти восторги — мысли других персонажей с их древнеримской точки зрения. Цезарь, по их мнению, идеальный римлянин-аристократ, то есть аморальный, бессердечный, хитрый, умный и безжалостный человек, для которого политика и власть превыше всего в жизни. И он умеет пользоваться всеми этими качествами лучше, чем любой из его современников-конкурентов, что их одновременно восхищает и раздражает.
Кроме этого, хотелось бы закончить сагу о ведьмаке Сапковского и «Лос-Анджелесский квартет» Эллроя, а также продолжить большую серию романов про королевского стрелка Шарпа авторства Бернарда Корнуэлла (пять уже записано, остальные 18 ждут своей очереди). Это основные направления моей чтецкой деятельности до следующего января.
Пока же вашему вниманию предлагаются первые 15 % монументального и восхитительного романа о Риме Помпея Великого и богача Красса, золотоязыкого Цицерона и аристократичного Лукулла, скандального Клодия и несгибаемого Катона. И, конечно же, великолепного Цезаря, который готов на всё, чтобы стать первым человеком в Риме, то есть больше, чем царем или императором.