Согласна — простенько, но примагничивает. А «сойти» с дистанции хочется неоднократно.
Советую всем, кому интересна тема сталинских репрессий, прочесть обязательно «Дом на Набережной» и «Старик». Я, после того как здесь послушала «Дом», купила на Озоне бумажную за 1500. Бумажные, если они прочитаны, все таки дышат-живут. Книги как люди, люди как книги…
Я даже в качестве шутки не понимаю — Толстой не дотянул до пяти звёзд. Есть книги которые надо перечитывать всю жизнь по мере взросления Собственной души. Но читать Каренину в школе это диверсия
Рома, тысячелетия так было и так будет. Я уверена только в частном (персональном) конце света, о котором написала юная марина цветаева
РЕКВИЕМ
Уж сколько их упало в эту бездну,
Разверзтую вдали!
Настанет день, когда и я исчезну
С поверхности земли.
Застынет все, что пело и боролось,
Сияло и рвалось.
И зелень глаз моих, и нежный голос,
И золото волос.
И будет жизнь с ее насущным хлебом,
С забывчивостью дня.
И будет все — как будто бы под небом
И не было меня!
Изменчивой, как дети, в каждой мине,
И так недолго злой,
Любившей час, когда дрова в камине
Становятся золой.
Виолончель, и кавалькады в чаще,
И колокол в селе…
— Меня, такой живой и настоящей
На ласковой земле!
К вам всем — что мне, ни в чем не знавшей меры,
Чужие и свои?! —
Я обращаюсь с требованьем веры
И с просьбой о любви.
И день и ночь, и письменно и устно:
За правду да и нет,
За то, что мне так часто — слишком грустно
И только двадцать лет,
За то, что мне прямая неизбежность —
Прощение обид,
За всю мою безудержную нежность
И слишком гордый вид,
За быстроту стремительных событий,
За правду, за игру…
— Послушайте! — Еще меня любите
За то, что я умру
Елена Вячеславовна, сильно взволновала история Алексея и Александры, стала читать дальше, еще и еще, через стихи Иона Дегена вышла на журнал Родина и там нашла — малоизвестные истории, письма, воспоминания о жизни-подвигах наших советских людях. Журнал Роди — на уже не издается, но пусть живет сайт, как мемориал, — кому интересно: rodina-history.ru/2015/02/23/rodina-degen.html
Маша, прости но я считаю это дурная демагогия. Если исходить из того, что, дескать, «без воли Всевышнего и волос с головы не упадёт», и что «если человек умирает, значит настал час, который назначен ему свыше», можно оправдать ЛЮБОЕ убийство. Что убийство на войне необходимо, это банальность, и, в конечном счёте, всё упирается в вопрос, возможна ли вообще справедливая война. Толстой считал, что нет, я считаю, что да, но убийства святым это не делает. ПТСР тому порукой (Посттравматический синдром).
Одна из тех книг которые я купила бы в бумажном варианте для домашней библиотеки и о которой уже рассказываю домашним, друзьям и даже случайным знакомым в поликлинике. Без всякой назидательности автор рассказывает о том, что он читал вслух умирающей от рака мама. Речь о книгах как лекарстве от боли и смерти.
Взялось такое от предков — m.vk.com/video-11667846_153011523
На Кубани в станицах и на хуторах старики до сих пор так говорят. Мне лично трАва ооочень нравится :)
Советую всем, кому интересна тема сталинских репрессий, прочесть обязательно «Дом на Набережной» и «Старик». Я, после того как здесь послушала «Дом», купила на Озоне бумажную за 1500. Бумажные, если они прочитаны, все таки дышат-живут. Книги как люди, люди как книги…
РЕКВИЕМ
Уж сколько их упало в эту бездну,
Разверзтую вдали!
Настанет день, когда и я исчезну
С поверхности земли.
Застынет все, что пело и боролось,
Сияло и рвалось.
И зелень глаз моих, и нежный голос,
И золото волос.
И будет жизнь с ее насущным хлебом,
С забывчивостью дня.
И будет все — как будто бы под небом
И не было меня!
Изменчивой, как дети, в каждой мине,
И так недолго злой,
Любившей час, когда дрова в камине
Становятся золой.
Виолончель, и кавалькады в чаще,
И колокол в селе…
— Меня, такой живой и настоящей
На ласковой земле!
К вам всем — что мне, ни в чем не знавшей меры,
Чужие и свои?! —
Я обращаюсь с требованьем веры
И с просьбой о любви.
И день и ночь, и письменно и устно:
За правду да и нет,
За то, что мне так часто — слишком грустно
И только двадцать лет,
За то, что мне прямая неизбежность —
Прощение обид,
За всю мою безудержную нежность
И слишком гордый вид,
За быстроту стремительных событий,
За правду, за игру…
— Послушайте! — Еще меня любите
За то, что я умру
На Кубани в станицах и на хуторах старики до сих пор так говорят. Мне лично трАва ооочень нравится :)