Поиск

Слушала в исполнении Романа Волкова, очень печалилась за трудолюбивого дедушку-фронтовика, только под конец слегка приободрилась. У Кобзева во второй части ржала натурально в голос, прошу прощения у всех! Кто торопится, можно включить 2-ю часть 12 мин. 40 сек., всё равно это отрывок из сорокинской «Нормы».

какой то бред. по крайней мере желания слушать это после 1% ноль процентов.

<a href="https://www.youtube.com/watch?v=fUAaTSmDqS8" target="_blank" rel="nofollow noreferrer noopener">www.youtube.com/watch?v=fUAaTSmDqS8</a>

Альтернативная концовка в середине текста сильно сбивает с толка. Но если без нее, то довольно интересная «неведомая фигня» :D<br/>
Начитка великолепная.<br/>
Благодарю!

Мне 30 и я читала абы как в детстве это произведение. Но сейчас я скажу с уверенностью… Прикольная штука!!! Уж больно много вина пьют… А детям в 5 классе читать дают…

Хорошая книга. Приятный слог, детям 8 и 9 лет — зашло отлично!

Соглашусь, хоть она и звучит в начале около 3-х минут, но перекрывает голос. А вот хорал, звучащий в конце, тот терпим.<br/>
Но чтецу нужно работать над скороговорками, ибо слова, произносимые им в темпе, неясны и слабо различимы. Особенно слова «закутав», «тюрьму». А в слове «умЕршие» неверно поставлено ударение «Умершие».

всё было хорошо до 4 -ой части. когда пошли скучные рассуждение про энергии монотонные. на это интересность закончилась.

<a href="https://akniga.org/simmons-den-na-k2-s-kanakaridesom" target="_blank" rel="nofollow noreferrer noopener">akniga.org/simmons-den-na-k2-s-kanakaridesom</a>

Мухлюет нечисть или автор забыл.После последней " помощи" Коленьки) оставалось 9 глифов, а не 8.В проклятой деревне.

Что со звуком? 2 чтеца что-ли читают? То громко, то не слышно.

перед этим был рассказ «Проклятая деревня».И там из 13 глифов осталось 9.А в этой книге почему-то указали, что после деревни осталось 8.Путаются))

Там после 9 минуты резкий и громкий звук будильника. Ну понятно что стишок про будильник, но детей спать укладываю. А так идеально на ночь убаюкивает.

Книга действительно интересная, так как и в самом деле представляет необычный взгляд на историю города и содержит много новых интересных фактов, особенно о роли еврейской общины и периоде румынской оккупации. Вместе с тем она написана весьма неряшливо, выбор «фактов» достаточно случаен и часто не связан с темой (например, биография М. Бернеса). Но самое главное, что многие общеизвестные и, казалось бы, не подлежащие сомнению факты беспардонно искажены. Вот примеры:<br/>
Ольвия и Херсонес в Крыму?<br/>
Бродская синагога на углу Пушкинской и Жукова?<br/>
Здание театра – старейшее здание Одессы?<br/>
Антанта – союз Германии, Австро-Венгрии, Болгарии и Турции?<br/>
Дельта Миссисипи – северо-западная часть штата Миссисипи?<br/>
М. Бернес был почти неизвестен, пока не был приглашен на пробы в «Два бойца»?<br/>
И так далее. <br/>
При этом большинство подобных сомнительных утверждений имеет весьма отдаленное отношение к теме книги, и можно было бы не придираться, но такие ляпы подрывают доверие и к другим, «новым и интересным» сообщениям – а что, если и там такая же степень достоверности?<br/>
Безусловное достоинство книги – внимательный анализ развития и роли еврейской общины. Не берусь судить о давних временах, но неоднократные сожаления автора об исчезновении евреев уже в 50-е годы несколько преувеличены. Я помню ситуацию примерно с 1960 года; тогда при населении города около 600 тыс., евреи составляли примерно четверть. В последующие годы (1960 – 1990) население выросло до миллиона с чем-то за счет приезжих, и это, конечно, в основном были украинцы, русские, молдаване и т.д., но особо заметного оттока евреев не было (конечно, Одесса все время «поставляла» ученых, музыкантов, артистов, писателей всему Союзу, однако от этого не оскудевала). На фоне наплыва новых жителей процент евреев сократился, но общее число едва ли заметно уменьшилось. Автор в своих выводах опирается на статистику и переписи, но им полностью доверять нельзя. Как раз в 50-е – 60-е годы ассимиляция на уровне культуры, образования и т.д. шла очень быстро, и новое поколение теряло специфически «одесские», в т.ч. еврейские особенности языка, поведения, образа мыслей. Большое распространение получила практика смены национальности (тем более, что в советское время пресловутый «5-й пункт» серьезно осложнял жизнь, например, при поступлении в вуз). Еврейские семьи «записывали» своих детей русскими, украинцами – да кем угодно, у нас в лаборатории одно время работал типично одесский парень, который был по паспорту «коми». Так что к концу 80-х у нас было не меньше 150 тыс. евреев, и это была очень заметная и активная община: как только благодаря перестройке упали запреты, появились разнообразные фестивали еврейской культуры, праздники, концерты, еврейские школы и т.п. Это было очень интересное время, и многие «русские» с удовольствием обнаруживали свои еврейские корни. Чудесный «праздник свободы» закончился, как только свободы стало еще больше, и открылись границы. Буквально за 3 – 4 года, все, кто мог, уехали. Именно в то время, примерно к 1996 г. облик города изменился совершенно и окончательно.

Начала слушать с 3 части и увидела две предыдущие. Там она в чулках с кровью на лице, а в начале набожный приют, стало интересно проследить этот путь. Очень неожиданно появился Благовещенск, кстати, автомобильного моста на Китай в нём нет. Он за городом в километрах 15. Очаровала колыбельная, захотелось выучить. Раздражала мягкая Р в слове «церковь» и голос Ярины, который ни как не вяжется с внешностью. В целом слушается интересно и увлекательно.

Очень понравились первые 2 рассказа. То, что касается детей, всегда находит в душе отклик. А здесь еще такое приятное неспешное повествование. Как то легко о сложном. Без надрыва, но глубоко. Мне очень близок такой подход.