Сетон-Томпсон — самый лучший писатель-анималист. Его книги никогда не строятся умилении перед «нашими друзьми» и «братьями меньшими». В них есть и прекрасное, и случайное, и трагичное — всё, как в жизни. И они учат не воспринимать животных как игрушки. А ещё у него очень увлекательная автобиография.

У Докинза читала только «Эгоистичный ген», и то по диагонали, смотрела выступления и дебаты. Предложила вам поскольку тематика та же, а книги Сапольски появились относительно недавно. Видеолекции у него смотрела несколько раз — он совершенно не занудный, прекрасная манера подачи материала, он очень о многом говорит доступно и по существу, придерживаясь научного подхода.
Маркова не читала, добавлю в список, спасибо!

Простите за вторжение. Если вы читали Докинза, возможно, вам понравится Роберт Сапольски. У него пара книг на русском. И ещё в интернете есть его стэнфордский видеокурс «Биология поведения человека», там он многие темы вашего последнего абзаца затрагивает. Хотя, возможно, вы уже всё видели.

Вполне себе приличный чтец. Большие паузы, но можно ускорить. В целом книгу слушать не мешает, голос приятный, запись чистая, не кашляет, нет музыки в фоне. Непонятно, к чему недовольство… Книга — явно не мейнстрим, так что огромное спасибо чтецу, что озвучил!

У озвучки Герасимова в 23 фрагменте нет куска — происходит перескок в конце абзаца
«тайна не должна выйти за пределы комнаты.
Дороти попыталась объяснить ему, что это ее обязанность как психолога – рассказать обо всем его адвокатам. Но Аллен возразил: нет никакой гарантии, что это поможет, а если поднимется газетная шумиха, то их жизнь в тюрьме станет невыносимой.
Появился Дэвид, которого легко было узнать по манере поведения маленького мальчика, и стал умолять ее сдержать обещание. Доктор Тернер попросила разрешения вновь поговорить с Артуром – и тот вновь возник с хмурым видом.
– Должен сказать, мадам, вы на редкость упорны. – В его голосе слышалось недовольство.
Дороти долго убеждала его, и наконец у нее появилось ощущение, что Артур начинает сдаваться.
– Признаюсь, не люблю спорить с дамами, – сказал он и откинулся назад. – Если вы считаете, что то необходимо, и если другие согласятся, я дам свое согласие. Но вам придется получить согласие у каждого.
Потребовались многие часы на то, чтобы каждому «вышедшему» объяснить...»