Конечно, на русском

Мой любимый персонаж в повести — Анупрас Висгирда. Именно он, осеняя дорогу крестным знамением, помогает Гирдвайнису пересечь семь мостов к мельнице.
И еще очень жалко чудесных коней. Но пока слова «кони Гирдвайниса» что-то значат, бег этих коней никто не остановит.
Уже создав предлагаемую здесь аудиоверсию поэмы, я после 32-ой строфы добавила еще 3 новых — о конях Гирдвайниса и Анупрасе Висгирде:

Мчались ночью те кони
Серой в яблоках масти,
Наподобие молний,
За несчастьем и счастьем.

Их в простую телегу
Запрягал он, как нищий.
Мчались рысью и бегом –
Сила удали ищет.

Сватом Висгирду взял он.
Видел-слышал тот мало,
Но язык лошадиный
Понимал, как родимый.
И знамением крестным
Осенял гибло место.

Имя Анупрас служило также одним из псевдонимов автора Казиса Боруты. Я слышу в нем связь с древним, многозначным именем Онуфрий.
А Висгирда по-литовски значит «Все слышащий». Его ложно-простой облик и «подслеповатость» сродни облику пройслеровского Юро.

Я в конце октября купила вильнюсское издание 1988 года через OZON

Женя, начало этого литературоведения — Ваши с Мариусом глубокие комментарии к этому замечательному источнику.

Друзья! Желаю предупредить вас, что читаю имя Шамиссо по-своему, с ударением на последнем слоге, – учитывая его французское происхождение. Так мне кажется благозвучнее.

Благодарю за все лайки и комментарии, Marius!

Могу до бесконечности кружить
Над Пустошью заснеженною этой,
На сны, в которых суждено прожить,
Роняя сверху стебли горицвета.

14 ноября 2022 года

Мои стихи в этой аудиокниге — естественное выражение моего благоговения перед этим исключительным текстом. Он производит на меня сильнейшее впечатление. Каждый фрагмент требует восхищенного выдоха, вздоха. Этот вздох и есть — поэзия.

Да. Думаю, баллады о Робин Гуде в переводе Гумилева и Георгия Иванова, которые сами собой запоминались в детстве, — источник всех моих поэм. Я обязательно их должна озвучить.

При переводе главным было — сохранить преобладающую лиричную (а не разговорную) тональность автора; точность при смене прошедшего и настоящего времени в пределах небольшого фрагмента; и, конечно, восстановить пробелы детской адаптации текста (сцена у мертвого жернова, попытка самоубийства Мертена и — неизвестно, почему? — сцена со стеблями горицвета на Пустоши).

Благодарю! Главное было — сохранить преобладающую лиричную (а не разговорную) тональность автора; точность при смене прошедшего и настоящего времени в пределах небольшого фрагмента; и, конечно, восстановить пробелы детской адаптации текста (сцена у мертвого жернова, попытка самоубийства Мертена и — неизвестно, почему? — сцена со стеблями горицвета на Пустоши).

Отфрид Пройслер родился в Северной Богемии в 1923 году. Окончив школу, был отправлен воевать на восточный фронт, а в 1944 г. попал в советский плен. В 1949 г. вернулся из плена, где выжил только благодаря помощи русской женщины врача. Больше 20 лет работал учителем и директором школы в Баварии и, став детским писателем, до последних лет жизни ничего не писал о войне. Если не считать этой сказки о черной мельнице — самой яркой метафоры войны и плена — и победы Добра над злом.
Большинству русских читателей сказочная повесть «Крабат» знакома по сокращенному переводу 80-х годов, адаптированному для детей.
Е. В. Хафизова предлагает вниманию слушателей свой новый перевод, а также версификацию каждого эпизода повести. Эта непривычная современным читателям форма поэтической импрессии, поэтического резюмирования прозы традиционна для искусства классицизма и романтизма (Ш. Перро, «Ундина» Ф. де Ла Мотт Фуке и В. А. Жуковского) и всецело одобрена Лоренцем Битчем, внуком Отфрида Пройслера. Перевод и сказочная поэма Е. В. Хафизовой хранятся в музее Krabat-Mühle Schwarzkollm.

Совершенно верно, Женя!

И Вам спасибо, Капитан!