Избранное

Лесков — необыкновенный рассказчик, это классик литературы, а какой тонкий и витиеватый юмор. Спасибо Хафизовой Е., очень напористо читает.

Море было его розовой детской мечтой.
Море было его тяжёлой морской долей.
Море было его суровым военным подвигом.
Море стало его вдохновением — и навсегда! — призванием литератора.
( Писатель Сергей Сартаков. )

Имя в литературе — великое дело. Но бывают и прозвища — ничуть не меньше. Силычем в русской литературе раз и навсегда прозвали Алексея Силантьевича Новикова-Прибоя (настоящее фамилия Новиков, Прибой — псевдоним), юбилей которого 145 лет отмечают сегодня 24 марта. Он был словно создан для моря и странствий и его жизнь местами читается, как настоящий приключенческий роман.
Будущий писатель родился 24 марта (по н. ст.) 1877 года в с. Матвеевское Спасского уезда Тамбовской губернии в крестьянской семье. Азы грамоты Алексей постигал с отцом, потом его отдали на обучение дьячку местной церкви, который называл его «непокорной тварью» и грозился «вышибить дьявола» из строптивого мальчугана. Но чуть позже непоседу отдали в школу в соседнем селе. Там учительница оказалась чуткой и внимательной и Алёша окончил школу лучшим учеником.
Случайная встреча с моряком, у которого на бескозырке было написано «Победитель бурь» заронила в душу мальчика мечту о море. Восхищённый 13-летний мальчик полюбопытствовал, что такое море. Моряк показал ввысь: «Такое же большое, как небо».
Когда пришла повестка о воинской повинности, Алексей Новиков добился назначения во флот и был направлен на Балтику. Во время русско-японской войны оказался в огне Цусимского сражения, затем пережил более восьми месяцев плена. После возвращения в Россию издал под псевдонимом А. Затёртый две брошюры о Цусимском бое, тут же запрещённой цензурой. Под запрет попал и сам автор, так, что ему пришлось бежать в Англию. В эмиграции будущий автор «Цусимы» познакомился с Горьким, о чём впоследствии написал: «Горький поставил меня на ноги. После учёбы у него я твёрдо и самостоятельно вошёл в литературу».
Часть произведений Алексея Силыча до 1913 года печатались под фамилией Новиков, а часть под псевдонимом Прибой, и, чтобы избежать путаницы, он, по совету В.В. Вересаева стал печататься под двойной фамилией — Новиков-Прибой.
Главной книгой писателя стал роман-эпопея «Цусима». Ещё с первых дней своей службы на броненосце «Орёл» Алексей Силыч вёл дневник. Эти материалы легли в основу романа. Главы первой части книги написаны в 1932 году, завершён роман в 1940-ом. «Цусима» — выдающийся вклад в русскую и мировую литературу, Только до Великой Отечественной войны она переиздавалась не менее семи раз. «Цусима» переведена на 8 языков мира, причём первыми её перевели японцы, выбросив героику русских моряков и критику в свой адрес.
К.Г. Паустовский отметил в «Литературной газете»: «Цусима» стала великой удачей писателя. Здесь тема настолько потрясает, что перестаёшь замечать всё то, что принято замечать у писателя: язык, стиль, композицию".
В годы Великой отечественной войны писатель выступал со статьями и очерками о моряках, работал над романом «Капитан 1-го ранга», но тяжёлая болезнь помешала писателю завершить своё произведение. А.С. Новиков-Прибой скончался в Москве 29 апреля 1944 года. Он не дожил не только до Победы, но и до освобождения святыни каждого русского моряка — Севастополя.

Из писем дедушки я узнала больше, чем из учебников по истории и психологии.

Мы утратили ряд навыков язычников. Они любого незнакомца за человека не разу не держали по умолчанию.и знали как доказать что это человек и по каким признакам палится разная нечисть принявшая облик человека. А герой наивно беспечен. Платит конечно не за учтивость. Учтиво проигнорить и послать не сложно. Герой опять же забыв архаику не знает что приветствие не учтивость. А включение в свой круг

Самая яркая из прочитанных в далёком детстве историй Брэдбери. Холодом веет от ветиверово-специевых просторов вельда, тоска и безысходность дышит знойным маревом. Золотисто-терракотовые дали заливает тревога и всё становится свинцово-серым, чужеродным.
Нда, пожалуй, лет через дцать этот рассказ можно будет перенести из раздела фантастики в триллеры. Ибо существование такой комнаты перестанет быть милой выдумкой. И если в детстве основной линией моих переживаний было непонимание вяло-слабых родителей и ужас перед их детьми, то сейчас подумалось, что я и сама бы прикупила себе такую вот игрушку. Не умный дом, нет, тут я люблю сама, но — иметь возможность распахнуть дверь и, замерев на пороге, шагнуть в свой мир, плотно закрыв за собой реальность на пару часов.
Здесь море шёлком искрится на солнце, тёплая галька, небо бездонно и нет людей. Это прекрасно! Так прекрасно, что раскидала бы для достоверности десяток огрызков кукурузы, банки из-под пива и окурки.
Этот мир — мой, опасность в том, что и я стану — его.
Не знаю, где бы искала силы ограничиваться, условно говоря, двумя часами. Чтоб себя за капюшон и к двери, а следом, к примеру, перебирает ножками малыш единорога, тычась носом под колено, Гендальф сидит у костра, задумчиво глядя в огонь или Горбаш согласился сделать со мной кружок другой над лесом…
Комната расцветаюших мечтаний, спасение от безумия или… кандалы разума.
Озвучено великолепно, звуковой фон, манера чтения, некоторая отстранённость — гармонично сплелись с моими ощущениями, благодарю!