МакНилл Грэм – Дух мщения

Термин «прочтение» в отношении чтецкого дела или выразительного (художественного) чтения уместен, когда хотят подернуть техническую сторону озвучания текста. Например, при чтении характерны неправильное прочтение букв (замена, смешение), недочитывание концов слов, неправильные ударения, пропуски слов, недостаточное или даже искажённое понимание прочитанного.
Когда же хотят подчеркнуть то, что выходит за рамки просодики (духовный уровень), то используют термин исполнение. Можно текст прочитать грамотно, как это делают дикторы, но такое чтение не тронет струны души, а можно текст так прочитать или озвучить, что такое прочтение срони исполнению песни.
Вот, когда чтец начинает осознавать, что художественный текст — это поэзия в прозе и что текст обладает своеобразной музыкальностью, которую он доносит до слушателя, тогда это превращается в истинное исполнение — термин в его аутентичном смысле. Само слово исполнение относится к высокой стилистике. Вот почему люди более утонченные прибегают к этому термину, дабы подчеркнуть большое мастерство чтеца!!!
А в основном чтецы не выходят за уровень обычных ремесленников. Мастеров слова, настоящих исполнителей, по пальцам пересчитать можно!

Ираклий Андронников… Это замечательно, что упомянули этого мастера слова, величайшего пародиста. Это штучный товар!

«чтение художественное более подходит для небольших повестей, рассказов, где и исполнителю легче проявить своё мастерство».

увы, увы, большинство чтецов, как любителей, так и профессионалов, нарушают принципы именно художественного чтения, прибегая к дикторскому или закадровому чтению документалистики (чем, кстати, грешат Чонишвили и Клюквин, озвучивая прозу), разумеется, соблюдая просодику, тогда как любое художественное произведение невзирая на размер прозы, подлежит именно художественному чтению, где имеют место диалоги персонажей, художественное описание природы и сцен, а также выражение авторского текста, дабы воздействовать не только на сознание слушателей, но и на их подсознание, равно как у текста есть и подтекст, который можно показать голосом и манерой исполнения.
Художественное исполнение текстов отнимает много сил и энергии у чтеца (по себе знаю!). Вот почему чтецы-професионалы себя себя особенно не утруждают художественным чтением. Это и видно/слышится по манере их чтения. Да и потом, они уже лет тридцать как приучили два поколения к таким нейтральным аудиозаписям. Так что, меня понимают мало кто. Я люблю именно художественное прочтение. Вот поэтому я слушаю старых мастеров слова! Я могу перечислить целую плеяду.
Кстати, вы можете сравнить мое исполнение с прочтением Клюквина, скажем, рассказ Чехова «Крыжовник» или «Чингисхан» Василия Яна. Они на этом сайте есть.
В общем, тонкостей и нюансов много!

Да, пожалуй «исполнение» наиболее подходящее слово. Мой сын, выросший в англоговорящей среде вместо «записка» говорил «написка». Ну, где «начитка», там и «написка».

Чтобы оскорбить подлинного чтеца, а не какого-нибудь тупого или бездушного читатора, надо его назвать диктором. Дикторов тьма, чтецов по пальцем перечесть. Чтец формируется десятилетиями, а диктора можно подготовить за месяц.
PS/ Что касается Левитана и др. выдающихся дикторов, то они своим исполнением выходили за рамки просто дикторской работы. Это были настоящие артисты!
По факту, чтецкое и дикторское прочтение разнятся стилистически.

Кроме хейтеров и критиканствующих невежд, есть еще зоилы. Например, у меня есть несколько зоилов, кто имеет хорошо подвешенный язык и хорошо владеет чтецким искусством, разумеется, теоретически, ибо сами исполняя, демонстрируют лишь плохую работу. К зоилам стоит прислушиваться, ибо зерно в их критике есть. Но их беда в том, что они больше резонерствуют, нежели пытаются реально помочь объекту своей критики. В основе их критики лежит собственная нереализованность в том, чего ни сами страстно желали, но не могли. Обычно это называется завистью.
Для меня чтецкое дело — одна из сотен моих ипостасей. Бог наделил меня многими талантами, где талант чтеца — один из них. Поэтому я не парюсь, а выдаю то, что умею, что меня самого вдохновило.

Выше я написал то, что и вам лично хотелось бы адресовать:

«Термин «прочтение» в отношении чтецкого дела или выразительного (художественного) чтения уместен, когда хотят подернуть техническую сторону озвучания текста. Например, при чтении характерны неправильное прочтение букв (замена, смешение), недочитывание концов слов, неправильные ударения, пропуски слов, недостаточное или даже искажённое понимание прочитанного.
Когда же хотят подчеркнуть то, что выходит за рамки просодики (духовный уровень), то используют термин исполнение. Можно текст прочитать грамотно, как это делают дикторы, но такое чтение не тронет струны души, а можно текст так прочитать или озвучить, что такое прочтение срони исполнению песни.
Вот, когда чтец начинает осознавать, что художественный текст — это поэзия в прозе и что текст обладает своеобразной музыкальностью, которую он доносит до слушателя, тогда это превращается в истинное исполнение — термин в его аутентичном смысле. Само слово исполнение относится к высокой стилистике. Вот почему люди более утонченные прибегают к этому термину, дабы подчеркнуть большое мастерство чтеца!!!
А в основном чтецы не выходят за уровень обычных ремесленников. Мастеров слова, настоящих исполнителей, по пальцам перечесть!»