Куприн Александр – Памяти Чехова

В начале 1900-х годов Горький жил на мызе неподалёку от посёлка Куоккала в Финляндии. 2-3 раза в неделю по ночам там устраивались фейерверки, которые Горький очень любил. Однажды вечером, это было в 1904 году, когда уже стемнело Горький вышел на лужайку и вырвал из земли уже заготовленные ракеты. «Сегодня фейерверка не будет, умер Чехов»,- произнёс он и вдруг по его лицу пробежала судорога и он поспешно скрылся в свою комнату.
Горький относился к Чехову с необычайным пиететом. Их переписка началась в 1898 году. В первом же письме Горький признался писателю в искренней горячей любви и разумеется спросил мнение о своих рассказах. Чехов увидел в молодом Горьком большой талант о чём ему прямо написал, однако указал и на недостатки, за что Горький был очень благодарен. В декабре 1898 года Чехов писал Горькому: «Вы спрашиваете какого я мнения о Ваших рассказах. Талант несомненный и притом настоящий, большой талант. Вы чувствуете превосходно, Вы умны и изящны, Вы пластичны, т. е., когда изображаете вещь, то видите её и ощупываете руками. Говорить теперь о недостатках? Это не так легко. У вас по-моему мнению нет сдержанности. Вы как зритель в театре, который выражает свои восторги так несдержанно, что мешает слушать себе и другим. Особенно эта несдержанность чувствуется в описаниях природы, в изображении женщин и любовных сцен. Это не размах, не широта кисти, а именно несдержанность».
Горький недоверчиво отнёсся к похвалам, а за критические замечания поблагодарил. «Хорошо мне! В славном Вашем письме чертовски много содержаний и лестного и грустного для меня. В своё изящество и талантливость я не поверю даже и тогда, если Вы ещё раз скажете мне об этом и два, и десять раз. Вы сказали, что я умён — тут я смеялся. Мне от этого стало и весело и горько. Я очень прошу Вас, дорогой Антон Павлович, не забывать обо мне. Будем говорить прямо — мне хочется, чтобы порой Вы указали мне мои недостатки, дали совет, вообще — отнеслись ко мне как к товарищу, которого нужно учить».
Переписка Горького и Чехова продолжалась несколько лет вплоть до смерти Чехова в 1904 году.

Большое спасибо Павлу Ломакину за прекрасное прочтение этого удивительного, живого и светлого произведения Александра Куприна. Слушала его и вот что мне подумалось… мне, в каком то смысле, повезло больше, чем близким современникам Антона Павловича — я не испытала этого горя, этой тяжёлой утраты. Чехов, любимый Чехов, всегда был со мной, с тех самых пор как я впервые услышала " Белолобый " в самом раннем детстве. Всегда был и всегда будет со мной.
Антон Павлович очень хотел счастливой светлой и чистой жизни для нас, потомков. Сбылись ли его мечты… Я очень надеюсь что ему сейчас хорошо, светло и спокойно. Спасибо.

Ох и нагнал в начале Куприн депресняка: «Чехова нет, Чехова нет!»
Да, как это «нет», когда есть и будет в каждой букве.
Похоже, сам Палыч к своей смерти отнёсся с большим юмором, чем его окружение. По крайней мере, так гласит легенда, связанная с бокалом 🍾 перед уходом классика в лучшие миры…