Дмитриева Валентина – В зелёном царстве

Очень, очень нас роднит с Вами это прекрасное рукоделие! :)) Так приятно было узнать об этом Вашем, столь много говорящем, прекрасном увлечении! Ведь это внешнее, зримое воплощение сокровенного тяготения Вашей души к прекрасному маленькому миру, в который можно войти лишь, сложив всю поклажу мнимого величия, через маленькие ворота игольного ушка.
В ответе Сергею здесь, в этой теме, я упоминал повесть Яна Ларри «Необыкновенные приключения Карика и Вали». Там есть замечательные строки, которые хочется здесь процитировать:
— А люди могут уменьшаться?
— А почему же нет?
— Ну как же, — нерешительно сказал Карик, — человек всё-таки царь природы и… вдруг…
— И вдруг?..
— И вдруг… Он будет меньше мухи… Это же…
— Что?
— Это же неприлично!
— Почему?
— Не знаю! Бабушка говорит — неприлично. Мы с Валей читали недавно книжку про Гулливера и лилипутов, а бабушка взяла да и порвала её. Бабушка рассердилась даже. Она сказала: человек больше всех животных, а потому все и подчиняются ему.
— А почему же прилично человеку быть меньше слона?
— Так то же слон!
— Глупости, мой мальчик, человек велик не ростом, а своим умом. И умный человек никогда не подумает даже, прилично или неприлично выпить уменьшительную жидкость и отправиться в странный мир насекомых, чтобы открыть многое такое, что очень нужно и полезно человеку…

А ещё вспомнился замечательный японский мультфильм «Ариэтти из страны лилипутов». С каким наслаждением я смотрел его впервые несколько лет назад! Мне почему-то кажется, что каждой моей родственной душе так или иначе близка эта тема, и она является одним из важнейших признаков этого родства :)

Возможно, в их числе были «Необыкновенные приключения Карика и Вали» Яна Ларри и «В стране Дремучих трав» Владимира Брагина? :) К сожалению, обе книги прошли в своё время мимо меня, а о последней я бы и не узнал, если б одна хорошая слушательница на Ютубе не упомянула о ней, сказав, что этот рассказ В. Дмитриевой напомнил ей светлые моменты детства, когда папа читал ей вслух эту книгу, по её просьбе вновь и вновь возвращаясь к захватывающим моментам… Но вообще, такая литература почему-то была редкой, труднодоступной. Напротив же, рассказы о всём большом и великом всегда поощрялись, равно как и вездесущая космическая тема. Во всех сферах бытия господствовал монументализм, гигантизм, раздувание идеи величия вождя, государства и человека. Именно этот вектор считался единственно правильным и получал всякую поддержку и «благословение свыше». Обратный же вектор вызывал подозрение и находился под строгим надзором. Недаром одни из самых первых под сталинскую раздачу попали именно микробиологи. А автор «Карика и Вали» получил в итоге 15 лет Гулага. Не за Карика, разумеется, но за «извращение советской действительности и дискредитацию [т.е. процесс уМАЛения достоинства ] комсомола, прессы и прочих [ великих ] мероприятий Советской власти». Ёщё бы! Написать самому (!) Сталину персональную анонимную повесть, в которой
«Посланец Марса узнает об ужасающей бедности страны, причиной которой является «гипертрофическая централизация всего нашего аппарата, связывающая по рукам и ногам инициативу на местах», о бездарности и бессмысленности большинства законов, о том, как выдумываются «враги народа», о трагическом положении крестьянства, о ненависти большевиков к интеллигенции и о том, что во главе большинства учебных заведений и научных учреждений стоят люди, «не имеющие никакого представления о науке».
С пронзительной прямотой загадочный автор сообщает о развале культуры: «Большевики упразднили литературу и искусство, заменив то и другое мемуарами да так называемым «отображением». Ничего более безыдейного нельзя, кажется, встретить на протяжении всего существования искусства и литературы. Ни одной свежей мысли, ни одного нового слова не обнаружите вы ни в театрах, ни в литературе». А еще в повести было сказано о мнимости свободы печати, которая «осуществляется с помощью предварительной цензуры», и о боязни людей говорить правду...» (см. fantlab.ru/autor6229 )
Так и хочется воскликнуть: как же это всё теперь вдруг стало понятным и знакомым!
Но начинали точить зуб на него именно с момента публикации повести о крошечных человечках, на которую из ДЕТИЗДАТА пришла следующая рецензия:
«Неправильно принижать человека до маленького насекомого. Так, вольно или невольно, мы показываем человека не как властелина природы, а как беспомощное существо. Говоря с маленькими школьниками о природе, мы должны внушить им мысль о возможности воздействовать на природу в нужном нам направлении».