Поделка от талантливого рассказчика. Но всё же поделка. Я не вынес поток этого увлекательного бреда, когда дослушал до голубя, клюющего плоть главного героя.
Озвучка отличная, но произведение, мягко говоря, для узкого круга читателей. История изложена в виде дневника, который для имитации достоверности привязан к некоторым настоящим историческим событиям. Автор широкими мазками вымалёвывает шпионско-агентурную деятельность спецслужб разных государств, которые вершат историю планеты. Все эти «чекисты» показаны параноиками, погрязшими в бессмысленных подозрениях, убийствах, алкоголизме и прочих пороках. Дослушивать до конца эту пургу, пожалуй, не буду.
Замечательный рассказ в хорошей озвучке. Удивляет только столь безответственное поведение Холмса: он за несколько недель осознал степень опасности, но в час икс не бросился на помощь на автомобиле, а предпочёл поехать поездом на следующий день после завтрака. Или мог бы предупредить местную полицию, но не предупредил. Ну не сволочь?
6 июня 2025 года исполняется 226 лет со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина — великого русского поэта, писателя, драматурга и основоположника современного русского литературного языка. Его творчество стало духовной основой русской культуры, а имя Пушкина навсегда вошло в историю как символ художественного совершенства и национального самосознания. И сегодня, через 226 лет после его рождения, Пушкин остаётся живым в своих произведениях, в языке, которым мы говорим, в культуре, которую мы сохраняем и развиваем. Его творчество изучают в школе. Его читают в вузах. Его биографию мы знаем на зубок, а с десяток стихов наизусть. Вот несколько интересных фактов о великом поэте:
Пушкин с детства отличался необыкновенной памятью и превосходным знанием французской словесности. Ему стоило прочесть два раза страницу какого-нибудь стихотворения, и он мог повторить оное наизусть без всякой ошибки.
Стихи ему грезились даже во сне, так что он ночью вскакивал с постели и записывал их впотьмах.
Он никогда не испытывал профессиональной зависти и старался видеть дарование во всяком начале, поощрять его словом и делом и радоваться ему.
Порой Пушкин писал своих героев с себя. Вообще он любил придавать своим героям собственные вкусы и привычки. Нигде он так не «самовыразился», как в описании Чарского в «Египетских ночах».
У Пушкина был талисман. Золотой перстень с резным восьмиугольным сердоликом был подарен Пушкину в Одессе княгиней Воронцовой. Он носил его постоянно, соединял даже свой талант с участью этого перстня, по поводу которого написал свое стихотворение «Талисман». На смертном одре передал перстень поэту Жуковскому.
Насколько Пушкин любил общество близких ему людей, настолько же не любил бывать на званых обедах в честь его. Он часто жаловался, что на этих обедах чувствовал себя стесненным, точно на параде.
Пушкин не любил стоять рядом со своею женою и шутил, что ему подле нее быть унизительно: так мал был он в сравнении с нею ростом.
Поэт тщательно берег свои рукописи не только неизданные, но и черновые, в которых были места, искаженные цензурою, либо первоначальные наброски.
Каждому свой Кафка, он как эхо в лабиринтах души. Мрачный, больной, чувствующий малейшее прикосновение ветра при движении колесницы его души над жизнью, положеной ему.
Одиночество, тоска, отверженность и… отчаянно-высокое приветствование всего, что эта жизнь выложила перед ним на прилавок.
Чтец предельно умиротворён своим чтением и графином водки, на волевых дочитывал. Ну, дочитал и славненько.
В 40-летнем возрасте Роберт Стивенсон решил навсегда оставить Европу и перебраться с семьёй на Самоа. Писатель надеялся, что тёплый климат тихоокеанского острова поможет ему избавиться от «кровавого Джека» — туберкулёза. На своей вилле он устроился со всеми удобствами, даже установил камин, хотя никакой надобности в нём в 40-гадусную жару не было и нанял несколько местных жителей в качестве домашних работников. Поначалу Стивенсон и его жена Фанни относились к самоанцам с осторожностью, но вскоре, изучив их язык, культуру и традиции, прониклись к островитянам симпатией. Если в имении случались какие-то происшествия, и хозяева, и служащие собирались на семейный совет, чтобы сообща найти решение. В итоге чета Стивенсон стала принимать все проблемы местных общин близко к сердцу. Более всего их беспокоило то угнетённое положение, в которое поставили самоанцев белые люди, европейские и американские колонизаторы. Пришельцы развязывали на острове междоусобные войны, стравливали вождей племён и пытались устраивать марионеточное правительство. Стивенсон посчитал своим долгом остановить беззаконие и защитить права туземцев. Он встречался с главами кланов и колониальными чиновниками, помогал организовывать госпитали и лечить раненых, но главное в ущерб своей литературной деятельности занялся публицистикой и засыпал лондонские газеты письмами, в которых правдиво рассказал о драме, развернувшейся в Тихом океане. «Державы должны полностью уйти, оставить туземцев в покое и позволить им управлять островами по своему усмотрению»,- заявлял он.
Если мировая общественность во многом восприняла поступки Стивенсона как чудачество, то жители Самоа прониклись к нему глубоким уважением. Они дали ему прозвище Тузитала (Рассказчик) и проложили через тропический лес дорогу благодарности, назвав её «Тропа любящих сердец». Установленная на ней табличка гласила: «Мы храним в памяти исключительную доброту мистера Р. Л. Стивенсона и его полную любви заботу о нас во время наших горестных испытаний. Поэтому мы приготовили ему такой подарок, который сохранится навсегда, — построили эту дорогу». До сих пор самоанцы считают британского писателя своим национальным героем и оберегают его дом, единственное во всём государстве здание с камином.
Пушкин с детства отличался необыкновенной памятью и превосходным знанием французской словесности. Ему стоило прочесть два раза страницу какого-нибудь стихотворения, и он мог повторить оное наизусть без всякой ошибки.
Стихи ему грезились даже во сне, так что он ночью вскакивал с постели и записывал их впотьмах.
Он никогда не испытывал профессиональной зависти и старался видеть дарование во всяком начале, поощрять его словом и делом и радоваться ему.
Порой Пушкин писал своих героев с себя. Вообще он любил придавать своим героям собственные вкусы и привычки. Нигде он так не «самовыразился», как в описании Чарского в «Египетских ночах».
У Пушкина был талисман. Золотой перстень с резным восьмиугольным сердоликом был подарен Пушкину в Одессе княгиней Воронцовой. Он носил его постоянно, соединял даже свой талант с участью этого перстня, по поводу которого написал свое стихотворение «Талисман». На смертном одре передал перстень поэту Жуковскому.
Насколько Пушкин любил общество близких ему людей, настолько же не любил бывать на званых обедах в честь его. Он часто жаловался, что на этих обедах чувствовал себя стесненным, точно на параде.
Пушкин не любил стоять рядом со своею женою и шутил, что ему подле нее быть унизительно: так мал был он в сравнении с нею ростом.
Поэт тщательно берег свои рукописи не только неизданные, но и черновые, в которых были места, искаженные цензурою, либо первоначальные наброски.
Одиночество, тоска, отверженность и… отчаянно-высокое приветствование всего, что эта жизнь выложила перед ним на прилавок.
Чтец предельно умиротворён своим чтением и графином водки, на волевых дочитывал. Ну, дочитал и славненько.
Если мировая общественность во многом восприняла поступки Стивенсона как чудачество, то жители Самоа прониклись к нему глубоким уважением. Они дали ему прозвище Тузитала (Рассказчик) и проложили через тропический лес дорогу благодарности, назвав её «Тропа любящих сердец». Установленная на ней табличка гласила: «Мы храним в памяти исключительную доброту мистера Р. Л. Стивенсона и его полную любви заботу о нас во время наших горестных испытаний. Поэтому мы приготовили ему такой подарок, который сохранится навсегда, — построили эту дорогу». До сих пор самоанцы считают британского писателя своим национальным героем и оберегают его дом, единственное во всём государстве здание с камином.