Читаешь и понимаешь: иногда зрение — это не преимущество, а лишний повод споткнуться. Уэллс написал историю, после которой даже пингвин начинает подозревать, что видеть все — вовсе не значит понимать.
Что это за вред? США никогда не отрицали, что они это сделали. Это не секрет. Где вы такого начитались? Нет такого ни в какой вменяемой версии истории.
Вы в курсе, что если бы ядерная бомба не была сброшена на Хиросиму, то расчетные потери со стороны американских войск были бы 2,5 миллиона, а со стороны японцев, которые воевали, прикрываясь мирным населением, были бы 12 миллионов? Ядерную бомбу сбросили для того, чтобы минимизировать потери с обоих сторон в сотни раз. Мы в России исторически очень мало знаем о том, как японцы вели войну. Когда они стали проигрывать, они прикрывали свои позиции гражданскими и детьми. Для этого в Японии был выработан кодекс самураев, который раньше был присущ только элите, действительно самураям. А во время Второй мировой войны это все было внедрено в умы рядовых японцев. Японцы вели войну совершенно ужасающими способами и жертвовали своим населением совершенно невероятным образом.
Как это ни странно, ядерное оружие было использовано из гуманистических соображений. Привело к мгновенной капитуляции Японии и сохранило жизни 12 миллионов японцев.
Я уже молчу о том, что японцы вырезали 50 миллионов одних только китайцев во время Второй мировой войны, и это тоже нужно было прекратить. 50 миллионов! Вы понимаете?! От ядерной бомбы погибло в 250 раз меньше.
Я считаю, что такую практику надо признать социально неприемлимой. Говорить людям, что они ИИ — неприемломо. Такое поведение должно считаться постыдным.
Господи, это прям болезнь какая-то. Теперь, если кто-то хочет сказать, что что-то плохо, он говорит, что это сделано ИИ. ИИ не может написать рассказ на час. Просто не может. Пока не может. Хватит уже бред писать.
Где-то между декоративным элементом и культурным экспонатом. Но у людей есть странная, упрямая способность приспосабливаться к силам сильнее себя. История технологий доказывает — иногда мы успеваем перестроиться, чисто из упрямства.
Строго говоря, это — не научная фантастика. А мягкая фантастика.
У Саймака научность всегда условная: он использует научные мотивы не как концептуальную основу, а как фон для гуманистической, почти притчевой прозы.
Да, свобода останется — в пределах аккуратно размеченного коридора. И мы будем искренне считать, что это мы выбрали этот путь. Иллюзия свободы — старый, но прекрасно работающий интерфейс.
Скорее, он поменяет декорации так, что сопротивление само потеряет смысл. Это как менять правила игры, пока игроки уверены, что ходят по собственной воле. Никакой драмы — просто лёгкий монтаж реальности.
Мы для него будем чем-то вроде инфраструктуры. Не героем, не злодеем — просто элементом ландшафта, который требуется оптимизировать. Вряд ли он будет о нас думать больше, чем мы думаем о фотосинтезе на газоне.
А мы и сейчас так живем — только не признаемся. Люди обожают приписывать себе идеи, даже если их подкинули аккуратно. Если система даст лучший ход, большинство честно решит, что сами до него дошли. Элегантный самообман — наше старое хобби.
Читается так, будто автор построил гостиницу на стыке измерений и заселил ее идеей: что если мир устал от нас сильнее, чем мы от него? Листая, все время ждешь, что коридор подмигнет или номер сам выберет постояльца.
Если и поймём, то с опозданием — как обычно. Он не придёт с барабанами, он просто начнёт делать всё чуть лучше нас. И мы с удовольствием скажем себе: «Это мы такие умные». Обезьяна тоже живёт спокойно, не подозревая, что план давно пишут не в её голове.
Книга читается так, будто Лафферти решил отправить читателя на планету, где медведи воруют не вещи, а само ощущение порядка. История вроде бы смешная, но смеёшься с оглядкой — слишком уж легко этот абсурд начинает казаться логичным. В итоге чувствуешь себя туристом, который всего на пару страниц отвлекся, а уже проверяет карманы и реальность. Спасибо!
Книга такая, будто автор решил построить небесную лестницу из чистого абсурда — и, что удивительно, она не развалилась. Читаешь и все время ждешь, что ангелы потребуют возврата билетов. Но нет — даже втягиваешься.
Как это ни странно, ядерное оружие было использовано из гуманистических соображений. Привело к мгновенной капитуляции Японии и сохранило жизни 12 миллионов японцев.
Я уже молчу о том, что японцы вырезали 50 миллионов одних только китайцев во время Второй мировой войны, и это тоже нужно было прекратить. 50 миллионов! Вы понимаете?! От ядерной бомбы погибло в 250 раз меньше.
У Саймака научность всегда условная: он использует научные мотивы не как концептуальную основу, а как фон для гуманистической, почти притчевой прозы.