Лёва, дорогой, когда ты ходишь по их городам своими ножками, всматриваешься в лица, общаешься с людьми (с кем, разумеется, в состоянии изъясниться), живёшь у них, видишь всё своими глазами, — необходимость во всех этих цифрах отпадает. Я понимаю, что, как в известном анекдоте, туризм от эмиграции нужно отличать, но, в целом, ты суть схватываешь довольно быстро. А живут они, в целом хорошо, уровень жизни высокий, преступность низкая, люди довольные, всё везде чистенько, ухожено, спокойно. Даже тюрьмы там порой лучше наших санаториев. Конечно, не без своих проблем живут. И это не рай, конечно. И совершенной эту систему, согласен, не назовёшь. Но людям хорошо. Нет страха. Нет всего этого тотального лицемерия коммунистического и околокоммунистического строя, когда мыслить надо только так, как мыслит партия и дорогой товарищ Ын (или -ин), когда свобода зажата в железные тиски, когда в людях насильственно вырывают веру, разрушают храмы, воздвигая на их местах бронзовых идолов. А где не разрушают, там сидит товарищ из отдела и следит, чтобы мысль проповедника звучала в унисон с линией партии. Когда льётся кровь невинных людей, когда ночью приезжает чёрный воронок, и семья уже не видит доброго и хорошего человека. Всё это страшно, Лёва, очень страшно и очень плохо, даже если и обещает в будущем хорошие цифры. Жизнь — это вообще не про цифры. Цифры можно потерпеть, если только это не цифры невинно убиенных. Общество преображать надо, надо стремиться к лучшему. Но строители коммунизма пошли какой-то ужасной, нелепой дорогой, и на всех своих путях породили страшных, замысловатых, кровожадных демонических чудовищ (одни только красные кхмеры чего стоят). Если такова цена за будущие правильные цифры, то к чёрту все эти цифры, дорогой Лёва. Пусть называется неправильно, пусть там будут какие-то «спекуляции», но человек там действительно «вольно дышит», а не звучит эта песня из радостного репродуктора, висящего рядом с портретом улыбающегося вождя. Рай будет на Земле, я в это верю. Но не здесь и сейчас, и не таким путём. Ум материалиста это ни понять, ни вместить не может, а коммунистические идеи стоят на прочном основании диалектического материализма и научного атеизма, и всё другое для неё — не вариант.
А ведь приказчик-мироед был умным человеком и на своем месте. Драл с мужиков три шкуры, они ему платили всеобщей ненавистью. И приказчик радовался их ненависти — они такие же как он, только глупее. Он понимал никто из них не решится «убить дракона», т.к. по сути своей будет такой же душегуб. И каждый был достоин своей участи при его рабском мышлении. «Раб не мечтает о свободе, раб мечтает о своих рабах».<br/>
И победила приказчика не «Божья кара». Бог никого не карает и не наказывает, и даже не взыскует (нигде в Святом Писании нет такого). И не неугасимая свечка или пахота в праздничный день. Эти элементы в рассказе нужны для более яркого контраста, для увязки с библейскими притчами. Сам Лев Толстой был человеком глубоко верующим и наверняка знал пример канонизации даже за добровольную работу в праздничный день. Знал он и ответ Христа ученикам фарисеев (притча об упавшей в колодец овце конечно о другом, но в прямом прочтении именно о работе в шабат и праздники). Победил приказчика даже не Петр Михеев с его философией жизни (Лев Толстой не случайно и неспроста так назвал персонаж, тут есть очень интересная расшифровка всего рассказа в плоскости, а с чего вдруг один мужичок оказался «не как все»). Приказчик сам приговорил себя к «смерти» увидев Смысл, поняв Истину через «непротивление» Петра Михеева. Толстой в ярких аллегориях эту смерть изобразил.<br/>
Тут у Толстого прямая параллель с ответом Иисуса Пилату: «Ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше» (Ин 19: 11). И то как Пилат пришёл к внутреннему конфликту, увидев свою трусость. В итоге Понтий Пилат покончил с собой. И приказчик Михаил Семенович (тут то же не случайное имя собственное) так же фактически сам себя и убил.<br/>
«Свечка» Толстого — замечательная сказка. Конечно, еще более утрированная, чем библейский сюжет. Зато аллегорией своей прекрасно раскрывает философию Смысла и позволяет нам увидеть о чем же на самом деле библейские притчи.<br/>
Александру спасибо за прочувствованное прочтение и прекрасную озвучку.
Спасибо, дорогая Bracha, за Ваши слова! Тревогу и грусть, которую Вы испытали, я тоже очень хорошо понимаю и разделяю. Ведь многие произведения, которые я озвучивал, были написаны и изданы во второй «октаве» 20 века: в период с 1907 по 1915 г. И именно их пасторальная безмятежность и доброта создавали эту тревогу, стоило хоть на мгновение отвлечься и взглянуть в то тёмное историческое окно. Особенно это явственно ощущалось в трилогии про Иринку, в рассказе «Камушек», в дореволюционных рассказах Павла Сурожского (вот сейчас пишу Вам и листаю свой драгоценный экземпляр его рассказов, подписанный на форзаце некоему «Казакову Алексѣю, окончившему курсъ въ Усть-Ижорскомъ земскомъ начальномъ училищѣ отъ Петроградского уезднаго земства». Внизу — фамилии преподавателей и дата: 31 декабря 1915 года). Утешает лишь то, что, несмотря на даты издания и близкие к ним даты написания, всё же рассказы эти написаны немолодыми уже авторами, а так как рассказы эти во многом автобиографичны, то их герои всё-таки жили под светлым кровом мира и безмятежности, по крайней мере, в свои лучшие, молодые годы. А в этой благословенной второй октаве авторы почувствовали потребность записать, в определённом смысле «законсервировать» этот чудный пасторальный мир. Записать свой сон, как герой «Калейдоскопа». Запечатать письмо в бутылку и кинуть её в начинавшее бушевать море — в надежде, что это послание доплывёт до будущих поколений. И ведь доплыло же! <br/>
<br/>
Моей мечты невольно минет день,<br/>
Как знать — а вдруг, с душой, подвижней моря<br/>
Другой поэт её полюбит тень<br/>
В нетронуто-торжественном уборе<br/>
Полюбит, и познает, и поймёт,<br/>
И увидав, что тень проснулась, дышит — <br/>
Благословит немой её полёт<br/>
Среди людей, которые не слышат. <br/>
(Ин. Анненский) <br/>
<br/>
Тень проснулась. Тень дышит. Море, отбушевав, выкинуло своё вечное Послание на песчаный берег. Море ведь бушует только на поверхности, в глубине своей сберегая тишину и безмятежность. И дивный жемчуг, и прекрасный янтарь, хранимые для тех, кто их однажды найдёт, оценив по достоинству. И будет строить из них новый, прекрасный мир — тот самый, о котором и шептали эти старые жёлтые страницы…
А Откровение Иоанна, из Н.З. с этими же четырьмя животными — это тогда почему не хоррор? ) Иезекииль на фоне этого Н.З. послания — просто сама безмятежность ) Вавилов и Вознесенский, кстати, не убоялись именно этой, новозаветной версии. Хотя её-то куда больше следовало бояться, ибо она припечатана очень страшными словами: «И я также свидетельствую всякому слышащему слова пророчества книги сей: если кто приложит что к ним, на того наложит Бог язвы, о которых написано в книге сей. И если кто отнимет что от слов книги пророчества сего, у того отнимет Бог участие в книге жизни, и в святом граде, и в том, что написано в книге сей».<br/>
Процесс насыщения смыслами вполне может взаимодействовать с процессом извлечения оных — в этом нет никакого противоречия, ничего такого, что надо поставить во взаимоисключающее положение. Ровно по этой же причине любой читатель/слушатель книги является её соавтором. Потому, что одновременно считывает и действительно заложенные автором смыслы, и развивает и дополняет их своим воображением, основанным на собственном опыте и близких ему образах. Это подобно строителю дома, продолжающему работу того, кто вырыл котлован и заложил его фундамент. В результате такого синергического труда и рождается сложный (сложенный) симбиоз или тандем, в котором автор как бы передаёт эстафетную палочку (своё перо) читателю, доводящему своей филигранной работой его, в каком-то смысле слова, неоконченный труд.<br/>
<br/>
Моей мечты бесследно минет день…<br/>
Как знать! А вдруг с душой, подвижней моря<br/>
Другой поэт её полюбит тень<br/>
В нетронуто-торжественном уборе.<br/>
Полюбит, и познает, и поймёт.<br/>
И увидав, что тень проснулась, дышит, — <br/>
Благословит немой её полёт<br/>
Среди людей, которые не слышат<br/>
(Ин. Анненский)<br/>
Поэтому, думаю, не стоит пренебрежительно плевать в «кровавый» колодец В.З. В нём действительно много реальных драгоценных смыслов. Если я вижу много тины на берегу моря, и не имею желания ковыряться в ней, это ещё не значит, что среди неё не спрятаны драгоценные куски янтаря. Да, порой это В.З. море мрачно и сурово, и облака над ним темны, и штормит оно нещадно. Но, как говорил другой поэт-философ:<br/>
<br/>
В бездну мрака огневую<br/>
Льет струю свою живую<br/>
Вечная любовь.<br/>
Из пылающей темницы<br/>
Для тебя перо Жар-птицы<br/>
Я добуду вновь.<br/>
Свет из тьмы. Над черной глыбой<br/>
Вознестися не могли бы<br/>
Лики роз твоих,<br/>
Если б в сумрачное лоно<br/>
Не впивался погружённый<br/>
Тёмный корень их.
Ну что ж! Для начала, вроде полагаются слова поддержки и не могу отыскать в себе даже слабого их отзвука. Единственное, разве что: «Не верь себе» в исполнении слышу впервые.<br/>
Даже в названии стихов Капустин умудрился отличиться: «Стих с дополнением» и «Стих без названия-007». Мой дорогой, в мире очень много стихов с эпиграфами, Но Вы Первый, кто додумался их неприлично обозвать, да ещё и задвинуть эпиграф в самый конец (Конец — это только начало «Мумия»). Извините, а вы Льва Толстого произносносите тоже как «Эл Толстой», раз у нас «О Барбье»?! Получилось почти как: «О-о-о, Ма-рат!».<br/>
А стихи без названия обзываются по первой строке, но только не Последней, а то от вас можно всего ожидать. <br/>
Оба стиха написано ямбом. Это когда ударение на чётном слоге, если это только для вас что-либо значит. И написал я это не зря. Примеры, в скобках верный вариант:<br/>
закрадЁтся ль печаль (закрАдиц: а ль пичаль)<br/>
напевом заУченным (напевам заучЕнным)<br/>
христианИн (христиАнин)<br/>
грозоЮ и вьюгой (гразоЙ и вьюгай) — здесЯ ударения у вас верны, но через «Ю» вы добавляете лишний слог, чем нарушаете Ритм. Особенно рваный ритм не переносят Женщины, когда мы с ними в любовном порыве, ну, вы меня понимаете. <br/>
И иже с ними:<br/>
с шумноЮ быть (с шумнаЙ быть)<br/>
чтобЫ раз об этом (штоб рас аб этам)<br/>
невольно узнать (нивольна узнаВАть) — а вот тут, наоборот, вы сократили слог, что не менее печально.<br/>
когда жЕ стеснится (кагда ш стисниц: а)<br/>
И ещё несколько моментов, не влияющих на ритм, Но раздражающих Слух: тоТ кровь кипит (то крофь кипит), добравшиХся морщин (дабравшыЙся марщ: ин).<br/>
Но всё это мелочи, если сравнивать с вашей рУбленой манерой исполнения, начисто исключающей Напевность. Вы, полагаю, знаете, что песни (настоящие песни, а не рэп) получаются наложением музыки на стихи, а не на прозу. И вот потому исполнение стихов и прозы Глубоко Противоположно. <br/>
И если сможете преодолеть Первую Преграду, можно будет перейти и на Выделение и Паузы.<br/>
Дорогой Григорий, я вот чуть ли не 100-ый раз делаю подробные анализы и хоть Одна Собака перечислила мне хоть Копейку. Да ещё и поносят последними словами, которое тоже вроде должно монетизироваться. Обозвал, скажем, Лопухом — извол выложить Лимон. Но вы то Не из этого Ибн Легиона и достойно оцените мой более чем 2-ух часовой Труд над вашим творчеством.<br/>
Всегда ваш попкорный слуга.
«Не сотвори себе кумира и всякаго подобия, елика на небеси горе и елика на земли низу, и елика в водах под землею: да не поклонишися им, ни послужиши им», — Свт. Григорий Палама.<br/>
<br/>
(Втор. 5, 8; Рим. 1:23; 1 Ин. 5:21) Не воздавай им божеских почестей: ибо все они суть творения единого Бога, созданные Сыном и Словом во Святом Духе. Сие Слово Божие, в последние веки восприявши плоть от девственного чрева, явилось на земле и обитало между людьми. Для спасения человеческого подъявши страдание и смерть и воскресши, Оно вознеслось с плотию на небеса, и возсело одесную величие на высоких. С сим же телом опять приидет во славе судить живых и мертвых.<br/>
<br/>
Посему из любви к Слову, вочеловечившемуся ради нас, имей изображение Его, чтобы оно напоминало тебе о Изображаемом, коему ты и должен поклоняться, поклоняясь иконе, возводя чрез нее ум свой к самому достопоклоняемому телу Спасителя, возседшему одесную Отца на небесах. Подобно сему имей и иконы святых, покланяйся им, не как богам, – что нечестиво, но с телесным поклонением и расположением к ним, и с подобающим чествованием, возносясь умом чрез образ к изображенному. Так и Моисей поставил изображение херувимов во святилище (Исх. 25:18-20; Исх. 37). Самое святое святых служило образом пренебесных (предметов), а часть скинии, доступная мирским людям, носила образ всего мира. Моисей назвал эти отделение скинии святыми, восхваляя не твари, но чрез них содетеля мира – Бога (Исх. 26:33; Чис. 6:20; Евр. 9:1-5). Подобно сему и ты не боготвори икон Владыки Христа и святых, но чрез них покланяйся сначала Сотворшему нас по образу Своему, а потом, по неизреченному человеколюбию, благоволившему возстановить в нас образ Свой и восприявшему его на Себя. Покланяйся не только иконе Бога, но и образу креста Его. Ибо крест есть знамение величайшее и победоносное оружие Христа над диаволом и всеми силами врагов, так что, видя изображение его, они трепещут и обращаются в бегство. Это изображение явилось очень славным и соделало величайшие чудеса еще во времена пророков, когда не явилось еще Первообраза. При втором же пришествии распятого на нем Господа Иисуса Христа, грядущего судить живых и мертвых, явится пред Ним и это великое и страшное знамя Его, «с силою и славою многою» (Мф. 24:30).<br/>
<br/>
Итак чествуй его ныне, чтобы тогда ты мог взирать на него с упованием и удостоиться спрославление с ним. Покланяйся и иконам святых, как сраспявшихся с Господом, изображая крест на лице своем, и приводя на память, что они соделались общниками Христовых страданий. Равным образом чествуй и священные гробницы и нетленные останки их; ибо благодать Божия не оставила их, как Божество не оставляло достопоклоняемого Тела Христова во время живоносной Его смерти. Делая это, и славя прославивших Бога, как явивших себя по делам совершенными в любви Божией, и сам будешь прославлен с ними от Бога, и воспоешь с Давидом: «мне зело честни быша друзи Твои, Боже» (Пс. 138:17)
Я, как всегда.извиняюсь за многословие<br/>
Но учитывая /добрейшие пожелания критиков/ стараюсь исправиться....:)<br/>
не пол лу ча ется...:( <br/>
С удовольствием прослушал/реальную/ сказку..., как жалко, что нельзя просто уйти в придуманные миры…, фантазии и другие измерения......../их у меня мноого, с детства накопил.....:)/<br/>
Родился, чувствую, не в свое время, и мир мой существует параллельно, где то с этим… <br/>
Слушая сказку, вспоминал свое детство. Был пацаном впечатлительным<br/>
Ни с кем, особо не сходился. Друзей было мало, но ими дорожил… <br/>
По натуре одиночка и держась обособленно, жил в своих мирах…, если бы сказка была традиционной рассказал бы иное, связанное с предсказаниями и… короче не буду давать пищу для тех, кто выхватывая комменты слушателей, самоутверждается изгаляясь и ругая их../Комменты, убеждения слушателя/<br/>
Обещал, как то при случае рассказать ужастик из жизни/таких случаев, ужастиков, у меня много, есть и забавные/<br/>
Надеюсь рассказ по теме-навеян прослушанной сказке.<br/>
<br/>
В моем детстве была тоже Мора. постараюсь покороче…<br/>
Жил в коммуналке, двухэтажный дом…, на два подьезда<br/>
В соседнем жила старуха/по описанию, как мора/ Всклоченные космы и злой взгляд, глаза желтые и мутные. Она всегда меня провожала, зло смотря в след и о чем то думая…<br/>
Потом она умерла……., я почти обрадовался, на тот момент, что не увижу больше старуху….<br/>
Прошли каникулы и опять пришлось ходить в школу… Задали задание по немецкому, и за помощью бегал в соседний подъезд к двум студентками /ин яз/.Жили они в соседнем подъезде, где ранее жила старуха, только на втором этаже…<br/>
Стемнело, надо возвращаться домой собрал тетради. вышел за дверь попрощавшись…<br/>
Стал спускаться по темной лестнице вниз и….., почувствовал что то необъяснимое в низу,<br/>
напротив двери покойной бабки, мимо которой я должен был пройти.<br/>
Это было так ощутимо, что холод прошел у меня волной по спине…<br/>
Я затаился… боясь ступать на площадку ведущую на вторую лестницу…, услышал: хрршшшшш<br/>
Звук был низкий и липкий.<br/>
С ужасом застыв я искал выход, ноги категорически отказывались ступать на лестничную площадку…<br/>
На второй площадке окно, с выходом на улицу, оно было слегка приоткрыто <br/>
Я быстро сделал два шага, распахнул окно и спрыгнул с высоты четырех метров в низ на улицу,<br/>
Приземлился на корточки стукнувшись больно подбородком, вскочил и отбежал по инерции в перед. Все произошло быстро, от боли успел подумать: Черт, напридумывал, теперь вот ноги отдробил и……., как ни хотел не поворачиваться обернулся…… хрршшшшш!!!<br/>
В проеме, чуть в глубине от окна стоял темный силуэт… <br/>
Лица видно не было, но…… я ощущал взгляд. Злобный, холодный, жесткий<br/>
Дал стрекача и влетел домой, почти вышибив дверь, перепугав свою бабушку <br/>
Она, молча, выслушала, ничего не казала и долго молчала………<br/>
В соседний подъезд, больше, старался не ходить, когда стемнеет<br/>
А проходя мимо бабкиной двери, чувствовал, что то злое, притаившееся…<br/>
Фото не размещаю. Но, учитывая, что правила для того и существуют чтоб их нарушать не обещаю следовать советам доброжелателей…<br/>
Спасибо любимой исполнительнице в женской озвучке -Ахвердян Лиле <br/>
и автору Кожину Олегу за замечательную /релистичную/сказку…
Прослушал вашего Гумилёва — однозначно будет получше Высоцкого. Но там в одном двустишии, где было три слова с буквой «Ш», обнаружил, что у вас некоторые проблемы с его произношением, ибо его вы тянете и он у вас превращается… превращается… в «Ш с хвостиком». Так вот слово «тишь» вы стараетесь проговорить так, чтоб он звучал с «Ь», но если бы наши чтецы (не только вы) интресовались транскрипцией слов, то знали б, что «Ь» здесь нужно отбрасывать. Другое слово со слогом «ши» вы также проговариваете как есть, из-за чего «Ш» умягчается, а нужно бы «шЫ». И третье слово с «ше»: в безударном положении — как «шЫ», а в ударном — «шЭ». И в итоге: никакого тебе умягчения!!!<br/>
Совершенно не понял, дорогая Елена, в самом начале, где «ритм везде одинаков». Не спорю, Ритм — всему голова, но при декламации без гармонии Ритма, Паузы, Интонации и Выделения — нет стиха. Прозу ещё как-то можно начитывать прямо с листа без работы над текстом, но если это стих, то лучше сразу проставить все ритмовые ударения, паузы (боковой чертой), интонации (стрелками ↑↓) и выделение определяющих слов (подчеркнуть). <br/>
Давайте попробуем разобрать самый сложный из вашей выборки «Дурацкий сон». Видите ли, в этом стихе очень много ударных слов с одним слогом в Неударном Положении, то есть таких, которые трудно произнести без выделения, особенно если они стоят в начале слова. Но так как стих паписан хореем, то эти слова в нечётном положении будут нарушать Ритм (об котором в самом начале вы так пеклись). В нашем случае, это слова «я (8 раз), но (6-7 раз), сон и др.)» и попробуй-ка тут увернуться, чтоб не угодить впросак. Что и с вами также имело место — где-то наполовину. <br/>
То же самое касается и Пауз, угадать которые с ходу можно только при длительном акцентировании на этом моменте. И чтоб вы знали, каждая лишняя пауза — это торможение действа и ненужный напряг слушателя. Возьмём для примеру один стишок (паузы ваши):<br/>
Во сне я лгал / и предавал, <br/>
И льстил / легко я…<br/>
А я и не подозревал<br/>
В себе / такое!<br/>
Получается, что все Паузы смысловые, раз нет знаков препинаний. Тут можно подумать, что лгать хорошо, а предавать плохо. Но ведь хреново и то и другое! Тогда для чего она?! Дальше, 2-ая строка: мы уже знаем, что он и Лгун и всё остальное и потому здесь пауза тоже ни к чему. И только в последней строке она обоснована, ибо обобщение, но эта пауза выдалась жиденькой и можно было его малость продлить. <br/>
По Интонациям: сколько я вот ни прислушивался, так и не смог определиться, где у вас Верх, а где Низ. Насколько понял, вы для себя пришли к какой-то усреднённой ин-ции, что после точки, восклицательного знака и в конце строки, когда предложение ещё продолжается. Я вам писал, что всё на одной волне и вполне возможно, что как раз по этой причине. Над этим вам нужно всерьез работать: где точка — одна жирная И вниз, точка с запятой или многоточие — тоже вниз, но не так ярко. Также нужно и варьировать И вверх.<br/>
По выделению:<br/>
Но / это мне / приснился сон,<br/>
А не другому.<br/>
У вас выделены слова «Но, приснился». Но ведь здесь налицо противопоставление, что именно «мне, а не другому». Вот именно эти и слова нужно было выделить подъёмом голоса.<br/>
Всё это я написал к тому, чтоб Стихоткачество (намёк на вашу сказочку) не казалась вам Малиной. Задатки у вас, но работы непочатый край. В инете есть хорошие труды Горской по стихосложению и чтению стихов. <br/>
Всего!
Послушал я рассказ Пантографа «ВовремЯ», и сейчас поделюсь впечатлениями…<br/>
<br/>
Творчество данного автора напомнило мне одновременно сочинения Олега Роя и Пауло Коэльо (имел несчастье познакомиться с творчеством этих авторов). Писево попроще, но направление и даже «литературный» стиль примерно в том же духе… Но перейду к самому произведению.<br/>
<br/>
Если сказать коротко, то это графоманство. Потому как смысла в рассказе нет от слова «совсем». Нет идеи, нет урока, нет назидания, даже развлечь читателя Пантограф толком не смог, поскольку сюжет беспомощно слаб. И даже если рассказ был бы написан образцовым русским литературным языком без сора, чтобы вообще не придраться, он всё равно остался бы графоманским. Но он и написан на троечку с плюсом. Хотя, есть писатели пишущие и похуже, произведения которых — не графоманство, потому, что там есть или научно-фантастическая идея, или морально-нравственный посыл, или просто, чёрт возьми, они пишут увлекательно, как Дюма, например, или Бушков. Этот же текст беспомощен во всех отношениях.<br/>
<br/>
Ну вот смотрите. Берём главного героя. Женатый мужик за 40, шастает по гостиницам, фоткает на улицах молоденьких тёлочек, подкатывает к ним… — такой себе герой. Его сын — совершенно никакой. В смысле, читатель не представляет себе — что он за человек. Главный герой с сыном общается нелепыми фразами, отношения их — как отношения роботов из старого кино. Таинственная героиня с лилией на гладко выбритом лобке вообще никак не раскрыта. Её «таинственность» и «загадочность» — ширма скрывающая беспомощность автора. Сцены, ситуации картонны настолько, что что даже смешны…<br/>
<br/>
Выходит такой мужик из гостиницы «Англетер» (Что он там делал? Зачем «Англетер»? Потому, что Питер?) и видит девку возле Исаакия и… начинает её без палева фоткать… Нафига? Зачем? Потом подкатывает к ней, та говорит, что зовут её Лилия (потому, что у неё лилия на лобке — очень «оригинально») и что у неё тут свидание. На свидание приходит сын мужика, который потом знакомит папку с новой подружкой, которую внезапно звать не Лилия, а как-то по-другому… Папаня начинает следить за девкой, выясняет, что та таскается с какими-то мужиками — то с одним на набережной целуется, то с другим на БМВ катается… Потом его слежку вычисляет какой-то «мэн и блэк» из неназванной спецслужбы и говорит ему, чтобы завязывал следить за их сотрудницей… (Да, всякие там «мэн-ин-блэки» так обычно и говорят сорокалетним фотоохотникам и детективам-любителям...) А потом сынишка женится на этой девке, та родит ему пацана и они разводятся… Потом главный герой делает ДНК-экспертизу на предмет установления отцовства своего внука и выясняет… — там-тадам-тадам-тадам — что отец внука не сын, а он сам, и вспоминает как нажрался в сауне с друзьями и потом они вызвали проституток… <br/>
<br/>
Ну, вы знаете этих проституток… Они же вообще не предохраняются. Какие презервативы? Что вы! Только так — без всяких там кондомов, как сто и тысячу лет назад… И вообще, девушка с лилией на лобке — никакая не проститутка, а спецагент, и была в сауне на задании… А зачем замуж выходила за сынка главного героя? Зачем развелась и ребёнка бросила? А это секрет! Не спрашивайте! Секретное задание у неё такое было… Ну, вы знаете этих секретных спецагентов…<br/>
<br/>
Пантограф пишет, такое впечатление, сам не знает о чём и, самое главное, для чего. Читать это, подозреваю, мало кто хочет, кроме родственников Пантографа и его коллег по работе. И тогда Пантограф берётся озвучивать эти свои литературные потуги и выкладывает оные в Интернет. Но и это у него получается плохо. Пантограф гудит, Пантограф бубнит, Пантограф не выговаривает буквы и не умеет накладывать музыку, но ему очень хочется. (В середине рассказа есть момент, где за музыкальной вставкой в течение минуты совершенно неслышен его бубнёж.)<br/>
<br/>
Короче, ни читать, ни слушать шыдевры Пантографа я никому не советую.
И победила приказчика не «Божья кара». Бог никого не карает и не наказывает, и даже не взыскует (нигде в Святом Писании нет такого). И не неугасимая свечка или пахота в праздничный день. Эти элементы в рассказе нужны для более яркого контраста, для увязки с библейскими притчами. Сам Лев Толстой был человеком глубоко верующим и наверняка знал пример канонизации даже за добровольную работу в праздничный день. Знал он и ответ Христа ученикам фарисеев (притча об упавшей в колодец овце конечно о другом, но в прямом прочтении именно о работе в шабат и праздники). Победил приказчика даже не Петр Михеев с его философией жизни (Лев Толстой не случайно и неспроста так назвал персонаж, тут есть очень интересная расшифровка всего рассказа в плоскости, а с чего вдруг один мужичок оказался «не как все»). Приказчик сам приговорил себя к «смерти» увидев Смысл, поняв Истину через «непротивление» Петра Михеева. Толстой в ярких аллегориях эту смерть изобразил.<br/>
Тут у Толстого прямая параллель с ответом Иисуса Пилату: «Ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше» (Ин 19: 11). И то как Пилат пришёл к внутреннему конфликту, увидев свою трусость. В итоге Понтий Пилат покончил с собой. И приказчик Михаил Семенович (тут то же не случайное имя собственное) так же фактически сам себя и убил.<br/>
«Свечка» Толстого — замечательная сказка. Конечно, еще более утрированная, чем библейский сюжет. Зато аллегорией своей прекрасно раскрывает философию Смысла и позволяет нам увидеть о чем же на самом деле библейские притчи.<br/>
Александру спасибо за прочувствованное прочтение и прекрасную озвучку.
<br/>
Моей мечты невольно минет день,<br/>
Как знать — а вдруг, с душой, подвижней моря<br/>
Другой поэт её полюбит тень<br/>
В нетронуто-торжественном уборе<br/>
Полюбит, и познает, и поймёт,<br/>
И увидав, что тень проснулась, дышит — <br/>
Благословит немой её полёт<br/>
Среди людей, которые не слышат. <br/>
(Ин. Анненский) <br/>
<br/>
Тень проснулась. Тень дышит. Море, отбушевав, выкинуло своё вечное Послание на песчаный берег. Море ведь бушует только на поверхности, в глубине своей сберегая тишину и безмятежность. И дивный жемчуг, и прекрасный янтарь, хранимые для тех, кто их однажды найдёт, оценив по достоинству. И будет строить из них новый, прекрасный мир — тот самый, о котором и шептали эти старые жёлтые страницы…
Процесс насыщения смыслами вполне может взаимодействовать с процессом извлечения оных — в этом нет никакого противоречия, ничего такого, что надо поставить во взаимоисключающее положение. Ровно по этой же причине любой читатель/слушатель книги является её соавтором. Потому, что одновременно считывает и действительно заложенные автором смыслы, и развивает и дополняет их своим воображением, основанным на собственном опыте и близких ему образах. Это подобно строителю дома, продолжающему работу того, кто вырыл котлован и заложил его фундамент. В результате такого синергического труда и рождается сложный (сложенный) симбиоз или тандем, в котором автор как бы передаёт эстафетную палочку (своё перо) читателю, доводящему своей филигранной работой его, в каком-то смысле слова, неоконченный труд.<br/>
<br/>
Моей мечты бесследно минет день…<br/>
Как знать! А вдруг с душой, подвижней моря<br/>
Другой поэт её полюбит тень<br/>
В нетронуто-торжественном уборе.<br/>
Полюбит, и познает, и поймёт.<br/>
И увидав, что тень проснулась, дышит, — <br/>
Благословит немой её полёт<br/>
Среди людей, которые не слышат<br/>
(Ин. Анненский)<br/>
Поэтому, думаю, не стоит пренебрежительно плевать в «кровавый» колодец В.З. В нём действительно много реальных драгоценных смыслов. Если я вижу много тины на берегу моря, и не имею желания ковыряться в ней, это ещё не значит, что среди неё не спрятаны драгоценные куски янтаря. Да, порой это В.З. море мрачно и сурово, и облака над ним темны, и штормит оно нещадно. Но, как говорил другой поэт-философ:<br/>
<br/>
В бездну мрака огневую<br/>
Льет струю свою живую<br/>
Вечная любовь.<br/>
Из пылающей темницы<br/>
Для тебя перо Жар-птицы<br/>
Я добуду вновь.<br/>
Свет из тьмы. Над черной глыбой<br/>
Вознестися не могли бы<br/>
Лики роз твоих,<br/>
Если б в сумрачное лоно<br/>
Не впивался погружённый<br/>
Тёмный корень их.
Даже в названии стихов Капустин умудрился отличиться: «Стих с дополнением» и «Стих без названия-007». Мой дорогой, в мире очень много стихов с эпиграфами, Но Вы Первый, кто додумался их неприлично обозвать, да ещё и задвинуть эпиграф в самый конец (Конец — это только начало «Мумия»). Извините, а вы Льва Толстого произносносите тоже как «Эл Толстой», раз у нас «О Барбье»?! Получилось почти как: «О-о-о, Ма-рат!».<br/>
А стихи без названия обзываются по первой строке, но только не Последней, а то от вас можно всего ожидать. <br/>
Оба стиха написано ямбом. Это когда ударение на чётном слоге, если это только для вас что-либо значит. И написал я это не зря. Примеры, в скобках верный вариант:<br/>
закрадЁтся ль печаль (закрАдиц: а ль пичаль)<br/>
напевом заУченным (напевам заучЕнным)<br/>
христианИн (христиАнин)<br/>
грозоЮ и вьюгой (гразоЙ и вьюгай) — здесЯ ударения у вас верны, но через «Ю» вы добавляете лишний слог, чем нарушаете Ритм. Особенно рваный ритм не переносят Женщины, когда мы с ними в любовном порыве, ну, вы меня понимаете. <br/>
И иже с ними:<br/>
с шумноЮ быть (с шумнаЙ быть)<br/>
чтобЫ раз об этом (штоб рас аб этам)<br/>
невольно узнать (нивольна узнаВАть) — а вот тут, наоборот, вы сократили слог, что не менее печально.<br/>
когда жЕ стеснится (кагда ш стисниц: а)<br/>
И ещё несколько моментов, не влияющих на ритм, Но раздражающих Слух: тоТ кровь кипит (то крофь кипит), добравшиХся морщин (дабравшыЙся марщ: ин).<br/>
Но всё это мелочи, если сравнивать с вашей рУбленой манерой исполнения, начисто исключающей Напевность. Вы, полагаю, знаете, что песни (настоящие песни, а не рэп) получаются наложением музыки на стихи, а не на прозу. И вот потому исполнение стихов и прозы Глубоко Противоположно. <br/>
И если сможете преодолеть Первую Преграду, можно будет перейти и на Выделение и Паузы.<br/>
Дорогой Григорий, я вот чуть ли не 100-ый раз делаю подробные анализы и хоть Одна Собака перечислила мне хоть Копейку. Да ещё и поносят последними словами, которое тоже вроде должно монетизироваться. Обозвал, скажем, Лопухом — извол выложить Лимон. Но вы то Не из этого Ибн Легиона и достойно оцените мой более чем 2-ух часовой Труд над вашим творчеством.<br/>
Всегда ваш попкорный слуга.
<br/>
(Втор. 5, 8; Рим. 1:23; 1 Ин. 5:21) Не воздавай им божеских почестей: ибо все они суть творения единого Бога, созданные Сыном и Словом во Святом Духе. Сие Слово Божие, в последние веки восприявши плоть от девственного чрева, явилось на земле и обитало между людьми. Для спасения человеческого подъявши страдание и смерть и воскресши, Оно вознеслось с плотию на небеса, и возсело одесную величие на высоких. С сим же телом опять приидет во славе судить живых и мертвых.<br/>
<br/>
Посему из любви к Слову, вочеловечившемуся ради нас, имей изображение Его, чтобы оно напоминало тебе о Изображаемом, коему ты и должен поклоняться, поклоняясь иконе, возводя чрез нее ум свой к самому достопоклоняемому телу Спасителя, возседшему одесную Отца на небесах. Подобно сему имей и иконы святых, покланяйся им, не как богам, – что нечестиво, но с телесным поклонением и расположением к ним, и с подобающим чествованием, возносясь умом чрез образ к изображенному. Так и Моисей поставил изображение херувимов во святилище (Исх. 25:18-20; Исх. 37). Самое святое святых служило образом пренебесных (предметов), а часть скинии, доступная мирским людям, носила образ всего мира. Моисей назвал эти отделение скинии святыми, восхваляя не твари, но чрез них содетеля мира – Бога (Исх. 26:33; Чис. 6:20; Евр. 9:1-5). Подобно сему и ты не боготвори икон Владыки Христа и святых, но чрез них покланяйся сначала Сотворшему нас по образу Своему, а потом, по неизреченному человеколюбию, благоволившему возстановить в нас образ Свой и восприявшему его на Себя. Покланяйся не только иконе Бога, но и образу креста Его. Ибо крест есть знамение величайшее и победоносное оружие Христа над диаволом и всеми силами врагов, так что, видя изображение его, они трепещут и обращаются в бегство. Это изображение явилось очень славным и соделало величайшие чудеса еще во времена пророков, когда не явилось еще Первообраза. При втором же пришествии распятого на нем Господа Иисуса Христа, грядущего судить живых и мертвых, явится пред Ним и это великое и страшное знамя Его, «с силою и славою многою» (Мф. 24:30).<br/>
<br/>
Итак чествуй его ныне, чтобы тогда ты мог взирать на него с упованием и удостоиться спрославление с ним. Покланяйся и иконам святых, как сраспявшихся с Господом, изображая крест на лице своем, и приводя на память, что они соделались общниками Христовых страданий. Равным образом чествуй и священные гробницы и нетленные останки их; ибо благодать Божия не оставила их, как Божество не оставляло достопоклоняемого Тела Христова во время живоносной Его смерти. Делая это, и славя прославивших Бога, как явивших себя по делам совершенными в любви Божией, и сам будешь прославлен с ними от Бога, и воспоешь с Давидом: «мне зело честни быша друзи Твои, Боже» (Пс. 138:17)
Но учитывая /добрейшие пожелания критиков/ стараюсь исправиться....:)<br/>
не пол лу ча ется...:( <br/>
С удовольствием прослушал/реальную/ сказку..., как жалко, что нельзя просто уйти в придуманные миры…, фантазии и другие измерения......../их у меня мноого, с детства накопил.....:)/<br/>
Родился, чувствую, не в свое время, и мир мой существует параллельно, где то с этим… <br/>
Слушая сказку, вспоминал свое детство. Был пацаном впечатлительным<br/>
Ни с кем, особо не сходился. Друзей было мало, но ими дорожил… <br/>
По натуре одиночка и держась обособленно, жил в своих мирах…, если бы сказка была традиционной рассказал бы иное, связанное с предсказаниями и… короче не буду давать пищу для тех, кто выхватывая комменты слушателей, самоутверждается изгаляясь и ругая их../Комменты, убеждения слушателя/<br/>
Обещал, как то при случае рассказать ужастик из жизни/таких случаев, ужастиков, у меня много, есть и забавные/<br/>
Надеюсь рассказ по теме-навеян прослушанной сказке.<br/>
<br/>
В моем детстве была тоже Мора. постараюсь покороче…<br/>
Жил в коммуналке, двухэтажный дом…, на два подьезда<br/>
В соседнем жила старуха/по описанию, как мора/ Всклоченные космы и злой взгляд, глаза желтые и мутные. Она всегда меня провожала, зло смотря в след и о чем то думая…<br/>
Потом она умерла……., я почти обрадовался, на тот момент, что не увижу больше старуху….<br/>
Прошли каникулы и опять пришлось ходить в школу… Задали задание по немецкому, и за помощью бегал в соседний подъезд к двум студентками /ин яз/.Жили они в соседнем подъезде, где ранее жила старуха, только на втором этаже…<br/>
Стемнело, надо возвращаться домой собрал тетради. вышел за дверь попрощавшись…<br/>
Стал спускаться по темной лестнице вниз и….., почувствовал что то необъяснимое в низу,<br/>
напротив двери покойной бабки, мимо которой я должен был пройти.<br/>
Это было так ощутимо, что холод прошел у меня волной по спине…<br/>
Я затаился… боясь ступать на площадку ведущую на вторую лестницу…, услышал: хрршшшшш<br/>
Звук был низкий и липкий.<br/>
С ужасом застыв я искал выход, ноги категорически отказывались ступать на лестничную площадку…<br/>
На второй площадке окно, с выходом на улицу, оно было слегка приоткрыто <br/>
Я быстро сделал два шага, распахнул окно и спрыгнул с высоты четырех метров в низ на улицу,<br/>
Приземлился на корточки стукнувшись больно подбородком, вскочил и отбежал по инерции в перед. Все произошло быстро, от боли успел подумать: Черт, напридумывал, теперь вот ноги отдробил и……., как ни хотел не поворачиваться обернулся…… хрршшшшш!!!<br/>
В проеме, чуть в глубине от окна стоял темный силуэт… <br/>
Лица видно не было, но…… я ощущал взгляд. Злобный, холодный, жесткий<br/>
Дал стрекача и влетел домой, почти вышибив дверь, перепугав свою бабушку <br/>
Она, молча, выслушала, ничего не казала и долго молчала………<br/>
В соседний подъезд, больше, старался не ходить, когда стемнеет<br/>
А проходя мимо бабкиной двери, чувствовал, что то злое, притаившееся…<br/>
Фото не размещаю. Но, учитывая, что правила для того и существуют чтоб их нарушать не обещаю следовать советам доброжелателей…<br/>
Спасибо любимой исполнительнице в женской озвучке -Ахвердян Лиле <br/>
и автору Кожину Олегу за замечательную /релистичную/сказку…
Совершенно не понял, дорогая Елена, в самом начале, где «ритм везде одинаков». Не спорю, Ритм — всему голова, но при декламации без гармонии Ритма, Паузы, Интонации и Выделения — нет стиха. Прозу ещё как-то можно начитывать прямо с листа без работы над текстом, но если это стих, то лучше сразу проставить все ритмовые ударения, паузы (боковой чертой), интонации (стрелками ↑↓) и выделение определяющих слов (подчеркнуть). <br/>
Давайте попробуем разобрать самый сложный из вашей выборки «Дурацкий сон». Видите ли, в этом стихе очень много ударных слов с одним слогом в Неударном Положении, то есть таких, которые трудно произнести без выделения, особенно если они стоят в начале слова. Но так как стих паписан хореем, то эти слова в нечётном положении будут нарушать Ритм (об котором в самом начале вы так пеклись). В нашем случае, это слова «я (8 раз), но (6-7 раз), сон и др.)» и попробуй-ка тут увернуться, чтоб не угодить впросак. Что и с вами также имело место — где-то наполовину. <br/>
То же самое касается и Пауз, угадать которые с ходу можно только при длительном акцентировании на этом моменте. И чтоб вы знали, каждая лишняя пауза — это торможение действа и ненужный напряг слушателя. Возьмём для примеру один стишок (паузы ваши):<br/>
Во сне я лгал / и предавал, <br/>
И льстил / легко я…<br/>
А я и не подозревал<br/>
В себе / такое!<br/>
Получается, что все Паузы смысловые, раз нет знаков препинаний. Тут можно подумать, что лгать хорошо, а предавать плохо. Но ведь хреново и то и другое! Тогда для чего она?! Дальше, 2-ая строка: мы уже знаем, что он и Лгун и всё остальное и потому здесь пауза тоже ни к чему. И только в последней строке она обоснована, ибо обобщение, но эта пауза выдалась жиденькой и можно было его малость продлить. <br/>
По Интонациям: сколько я вот ни прислушивался, так и не смог определиться, где у вас Верх, а где Низ. Насколько понял, вы для себя пришли к какой-то усреднённой ин-ции, что после точки, восклицательного знака и в конце строки, когда предложение ещё продолжается. Я вам писал, что всё на одной волне и вполне возможно, что как раз по этой причине. Над этим вам нужно всерьез работать: где точка — одна жирная И вниз, точка с запятой или многоточие — тоже вниз, но не так ярко. Также нужно и варьировать И вверх.<br/>
По выделению:<br/>
Но / это мне / приснился сон,<br/>
А не другому.<br/>
У вас выделены слова «Но, приснился». Но ведь здесь налицо противопоставление, что именно «мне, а не другому». Вот именно эти и слова нужно было выделить подъёмом голоса.<br/>
Всё это я написал к тому, чтоб Стихоткачество (намёк на вашу сказочку) не казалась вам Малиной. Задатки у вас, но работы непочатый край. В инете есть хорошие труды Горской по стихосложению и чтению стихов. <br/>
Всего!
<br/>
Творчество данного автора напомнило мне одновременно сочинения Олега Роя и Пауло Коэльо (имел несчастье познакомиться с творчеством этих авторов). Писево попроще, но направление и даже «литературный» стиль примерно в том же духе… Но перейду к самому произведению.<br/>
<br/>
Если сказать коротко, то это графоманство. Потому как смысла в рассказе нет от слова «совсем». Нет идеи, нет урока, нет назидания, даже развлечь читателя Пантограф толком не смог, поскольку сюжет беспомощно слаб. И даже если рассказ был бы написан образцовым русским литературным языком без сора, чтобы вообще не придраться, он всё равно остался бы графоманским. Но он и написан на троечку с плюсом. Хотя, есть писатели пишущие и похуже, произведения которых — не графоманство, потому, что там есть или научно-фантастическая идея, или морально-нравственный посыл, или просто, чёрт возьми, они пишут увлекательно, как Дюма, например, или Бушков. Этот же текст беспомощен во всех отношениях.<br/>
<br/>
Ну вот смотрите. Берём главного героя. Женатый мужик за 40, шастает по гостиницам, фоткает на улицах молоденьких тёлочек, подкатывает к ним… — такой себе герой. Его сын — совершенно никакой. В смысле, читатель не представляет себе — что он за человек. Главный герой с сыном общается нелепыми фразами, отношения их — как отношения роботов из старого кино. Таинственная героиня с лилией на гладко выбритом лобке вообще никак не раскрыта. Её «таинственность» и «загадочность» — ширма скрывающая беспомощность автора. Сцены, ситуации картонны настолько, что что даже смешны…<br/>
<br/>
Выходит такой мужик из гостиницы «Англетер» (Что он там делал? Зачем «Англетер»? Потому, что Питер?) и видит девку возле Исаакия и… начинает её без палева фоткать… Нафига? Зачем? Потом подкатывает к ней, та говорит, что зовут её Лилия (потому, что у неё лилия на лобке — очень «оригинально») и что у неё тут свидание. На свидание приходит сын мужика, который потом знакомит папку с новой подружкой, которую внезапно звать не Лилия, а как-то по-другому… Папаня начинает следить за девкой, выясняет, что та таскается с какими-то мужиками — то с одним на набережной целуется, то с другим на БМВ катается… Потом его слежку вычисляет какой-то «мэн и блэк» из неназванной спецслужбы и говорит ему, чтобы завязывал следить за их сотрудницей… (Да, всякие там «мэн-ин-блэки» так обычно и говорят сорокалетним фотоохотникам и детективам-любителям...) А потом сынишка женится на этой девке, та родит ему пацана и они разводятся… Потом главный герой делает ДНК-экспертизу на предмет установления отцовства своего внука и выясняет… — там-тадам-тадам-тадам — что отец внука не сын, а он сам, и вспоминает как нажрался в сауне с друзьями и потом они вызвали проституток… <br/>
<br/>
Ну, вы знаете этих проституток… Они же вообще не предохраняются. Какие презервативы? Что вы! Только так — без всяких там кондомов, как сто и тысячу лет назад… И вообще, девушка с лилией на лобке — никакая не проститутка, а спецагент, и была в сауне на задании… А зачем замуж выходила за сынка главного героя? Зачем развелась и ребёнка бросила? А это секрет! Не спрашивайте! Секретное задание у неё такое было… Ну, вы знаете этих секретных спецагентов…<br/>
<br/>
Пантограф пишет, такое впечатление, сам не знает о чём и, самое главное, для чего. Читать это, подозреваю, мало кто хочет, кроме родственников Пантографа и его коллег по работе. И тогда Пантограф берётся озвучивать эти свои литературные потуги и выкладывает оные в Интернет. Но и это у него получается плохо. Пантограф гудит, Пантограф бубнит, Пантограф не выговаривает буквы и не умеет накладывать музыку, но ему очень хочется. (В середине рассказа есть момент, где за музыкальной вставкой в течение минуты совершенно неслышен его бубнёж.)<br/>
<br/>
Короче, ни читать, ни слушать шыдевры Пантографа я никому не советую.
Тёмка — коньктурщик из коньюктурщиков!