продолжение<br/>
<br/>
Тексты в стол приветствуются если пишущий их не может не писать, но еще пишущий сам из дворянского сословия. Или имеет постоянную работу, не мешающую совмещать, как, например Кафка. Тогда да. Тогда можно позволить себе не заинтересовывать читателя.<br/>
Если же вы нищий на старте, и не писать вы не можете, и хотите сказать то что думаете и если еще умеете сказать… тогда ваши дела плохи. Вам придется научиться писать настолько сильно, чтобы была вероятность заинтересовать современную вам публику, без изменения текста. И если это сработает, и вас услышат — вы получите возможность жить и писать одновременно. После выполнения этой задачи, вы можете написать то, что смогут понять немногие. Заглянуть за. Для будущих людей.<br/>
<br/>
Дабы подтвердить мои слова возьмем два примера, Карел Чапек, выросший в интеллигентной семье врача в курортном городке и работавший журналистом и далее по нарастающей… И возьмем Чарльза Буковски, который родился в семье польских эмигрантов, в которой отец его бил до совершеннолетия, пока Чарли не смог ответить. Он попытался стать журналистом, но не смог устроиться без связей и опыта. В итоге работал на ненавидимой им почте лет 12 пока его случайно не признали. Чарльз это именно тот случай, когда не можешь не писать. И он рассылал годами свои тексты в редакции. Писал интересно, но не для читающей публики, а для тех, кому читать некогда. Работяги с мясокомбината заценили бы его «Бифштекс из звездной пыли», но они до библиотеки не доползают, а могут только до бара дойти, потому что это помогает забыться. И помогает сразу. Буковски хотел заработать на своих рассказах чтобы писать свободно, а не письма перекладывать по ячейкам 12 лет. Максимальной удачей является когда зарабатываешь от написанного. Заработаешь если интересно. С вами обеими согласен в одном, не сказанном вами но услышанном мной — настоящий писатель, если он настолько отчаянный самоубийца, не меняет своего текста ради интереса читателя.<br/>
При всем при этом он может, должен и неизбежно будет интересовать. Вопрос лишь в том, будут ли это его современники, или же все случится после его смерти. Если писатель пишет не интересно в принципе, и если он не нейробиолог, то это просто хреновый писатель.<br/>
<br/>
Нет простого метафизического ответа или Да или Нет. Есть диалектический ответ. Хочешь быть писателем — сумей писать и при этом не сдохнуть.<br/>
Если будешь писать в стол для себя и работать вахтами, тогда писать будешь урывками и ни для кого. Насколько это нужно на мир обозлиться? А если твои тексты не найдут после твоей смерти. Это что, получается, сгниют вместе с тобой? А если это были хорошие работы, и ты даже не пытался их обнародовать — это перед человечеством преступление. Без преувеличений. Вот кто то один, черт его задери, человек возьмет и прочитает или послушает в свободное время твою писанину, и ему одному понравится. И он на время очаруется твоим трудом. Тыж ему жизнь обезболишь на время, писатель.<br/>
А если ты ради собственного благоденствия забудешь про того самого чертом подранного одного, и станешь менять текст в угоду многих, как донцова какая ни будь. Жизнь проживешь нормально, и даже будет ощущение что что то сделал. А то, что сделал, то приумножит человеческое в людях? «А нужно ли?» спросит нас донцова. «Да нужно» ответим мы ей. Это действительно то самое, что нам очень нужно. Не хотим превращаться в скотину. Это не по людски. Кто изменяет свои тексты в угоду многих — тот дарья донцова.<br/>
<br/>
Вы приводили в пример Толстого. Не любил я Толстого. Мне в школе любовь к нему отбили. Пытался потом читать. Войну и мир взял приступом — осел на отрывке с усами Наташи Ростовой. Пытался снова — привалило дубом в Богучарове. Не могу. Потом смотрю «Казаки», анука гляну. Вот это да, думаю, Лев Николаевич, вы чего? Вот это про живых людей, да еще, кажется про вас, да и про мое гнилье подсознательное тоже. А потом друг мне в тайгу «Исповедь» Толстого передал с вахтовкой. Я как почитал… Читаю, точно цитировать не могу, в общем, пишет Лев Николаевич, мол, яж писал чтобы признание получать и гонорар иметь, меня жена каждый день по листу писать заставляла когда я не хотел, этож не то все, я чуть из-за этой бессмысленности усилий не застрелился. Как то так дядька писал. Это же такой человечище был. И сижу я в лесу и думаю, дорогой ты мой человек Лев Николаевич, не могу я прочитать твою «Войну и Мир», а чайку бы тебе заварил с радостью, родной, не посмотрел бы, что ты из дворян. Мужик хороший.<br/>
<br/>
В итоге считаю, если появился на свет нищебродом, и не писать не можешь, то пиши хорошо, живо на сколько можешь, а значит интересно. Пиши для людей, чтобы было «Вперед и выше». Написанное распространяй, но текст не меняй, чтобы понравиться. Повезет — кидай работу, живи за счет написанного, чтобы написать больше. Не повезет, все что успеешь — публикуй задаром, уже молодец.<br/>
<br/>
Вот так думаю я. В жизни диалектика работает, а не метафизика. Возьмите хотя бы эволюцию — две противоположности, наследственность и изменчивость находятся в постоянной борьбе и в единстве своем дают результат. Что будет если выбрать только наследственность — вечная инфузория туфелька, болтающаяся в Тихом океане? А что будет, если выбрать только изменчивость — Припять?
Ник этого джентльмена не «эсквайр», а Square II, что в настоящее время не гарантирует рыцарское звание. В самом общем виде в 21 веке это означает «почтенный отец семейства». Просьба постить исключительно по теме: третье издание книги Алексея Ракитина. <br/>
Я, ничтоже сумняшеся, развиваю его версию. Я считаю, что нагнали на перевале туристов не «транзитные разведчики», а отборные спецназовцы армии США. Причем финского происхождения. Почему? Да просто в 10-й русскоговорящей группе спецназа армии США их было немало. А уродовать трупы убитых людей — их почерк. Почерк финских егерей. Во время советско-финских войн было составлено немало актов обнаружения трупов красноармейцев с ужасными повреждениями на лицах. Были ли финны садистами с нарушенной психикой? Нет, это для запугивания оккупантов. Советские оккупанты — как звучит? А ведь это правда!<br/>
Знаете ли вы, что Советский Союз выторговал себе Финляндию 23 августа 1939 года на Московском договоре Молотова — Риббентропа. Совершенно секретное особой важности приложение опубликовано летом 2019 года. До этого утверждалось, что это ложь и провокация. Соответственно, СССР в лице Сталина (он лично вёл переговоры) предложил Финляндии обмен территориями. Вы СССР отдадите приграничную область, на которой расположены приграничные укрепления. А СССР отдаст вам кусок карельской тайги вдвое больше! Ах, не хотите? И тогда 31 ноября 1939 года без объявления войны «ломят танки широкие просеки, самолёты кружат в облаках. Невысокое солнышко осени зажигает огни на штыках.»<br/>
Народы Финляндии — а это финны, карелы и шведы героически защищали родную землю. Финляндия отстояла независимость, хотя и утратила 10 процентов земли, на которой проживало 12 процентов населения. <br/>
Не смогли победить маленькую Финляндию!<br/>
Вот почему Адольф Гитлер считал СССР «колоссом на глиняных ногах». Поэтому в плане Барбаросса его разработчик Фридрих Паулюс указал: начало операции 15 мая 1941 года. А до зимы — загнать остатки советских войск за Урал.<br/>
Но вернёмся к финнам. Были в финской армии разведывательные подразделения — егеря. Они не только воевали с Советами на линии фронта. Они совершали разведывательные выходы. Среди этих егерей был командир отделения — Лаури Тёрни. После мирного договора между Финляндией и СССР, заключённого 10 марта 1940 года, его родной город — Виипури стал советским городом Выборг. Его семья потеряла жильё. Он знал русский язык. У него был русский друг. Но теперь ненависть к советским оккупантам затмила всё.<br/>
Шло время. Ноябрьские переговоры 1940 года. Вячеслав Михайлович Молотов в Берлине в<br/>
ведёт переговоры. Да-да, с ним самим, с Адольфом Алоизовичем!<br/>
Тот пытался склонить СССР к нападению на Великобританию. Индия будет ваша! Но нет, у СССР планы на Финляндию и Болгарию. А вас Болгария об этом просила? Трижды Адольф повторил эту фразу!<br/>
Переговоры зашли в тупик. После них Гитлер распорядился ввести в действие План Барбаросса.<br/>
Готовясь к нападению на СССР, Гитлер самонадеянно передвинул дату начала с 15 мая на 22 июня. До зимы управимся! Эта самонадеянность приведёт его к самоубийству в прямом смысле этого слова. А пока он агитирует финнов напасть вместе. Какова формулировка диктатора: «он рассчитывает на смелый народ Финляндии, одержимый желанием мести!»<br/>
Не срослось с одновременным нападением. Но Гитлер надеялся на товарища Сталина, и тот его не подвёл. Ранним утром 25 июня 1941 года советские бомбардировщики обрушили бомбы на финские аэродромы. В этот же день Финляндия объявила войну СССР.<br/>
Вернёмся к Лаури Тёрни. Он отучился в Германии. Он уже офицер Ваффен СС. Он возвращается в родную Финляндию, чтоб воевать за неё. За два года войны он становится капитаном финской армии. Его служба оценена несколькими наградами, среди которых высшая — Крест Маннергейма. Он командует ротой и продолжает выходы за линию фронта. Известно, что он был жесток, занимался боксом. Подчинённые его побаивались. Он делал не только устные, но и физические замечания. Как говорится, с занесением в грудную клетку. <br/>
Практика уродования трупов была именно со стороны финнов. То, что Тёрни убивал пленных, после допроса, было известно всем. Обычно без использования огнестрельного оружия.<br/>
Впрочем, на суде после войны ни один сослуживец не пожелал свидетельствовать против него.<br/>
Поэтому его осудили на срок в восемь лет только за неподчинение приказу. Когда Финляндия вышла из войны, а затем и вступила в антигитлеровскую коалицию, Тёрни ушел на подводной лодке в Германию. Где и продолжил войну на Восточном фронте. Под другим именем — Аулис Хаапалайнен. Служил в зондеркоманде, получил два Железных креста, дослужился до гауптштурмфюрера СС.<br/>
После войны, отсидев несколько лет, бежал в США. Гражданство там получил под именем Ларри Торн.<br/>
Его опыт был востребован. Вместе с другими финнами, начал службу в дивизии «Зелёные береты». Был инструктором по войне в зимних условиях и по рукопашному бою. На трупах дятловцев остались характерные повреждения, причинённые опытным рукопашника.<br/>
Потом Торн продолжил службу в сверхсекретной 10-й группе американского спецназа. Их забрасывали в СССР, где они выполняли разведывательные и диверсионные задания. Большой опыт отморозка был использован! Может быть, и не этот офицер командовал группой спецназовцев на перевале. Но финский автор книги о Торне на презентации сообщил секретную информацию, что две медали «Пурпурное сердце» им получены за операции в СССР. Одна — за ликвидацию двойного агента. Мог ли это быть Семён Золотарёв?<br/>
И два ранения Торн получил при выполнении заданий. Конечно, туристы сопротивлялись убийцам.<br/>
Всё это похоже на финский «почерк» уродовать трупы. Как во время советско-финских войн. Акты обнаружения трупов красноармейцев есть в Интернете. Раздеты и разуты, переломы рёбер. Лица порезаны финками. Глаза выколоты. Это не могли сделать советские спецназовцы, это финские способы устрашения. Они и во Вторую Мировую ходили на задания, закинувшись первитином. Море по колено и прёт от собственного могущества. <br/>
И в армии США их снабжали амфетамином.<br/>
Язык у трупа вырывали, проткнув шомполом, или вырезали финкой. Наводя ужас на советских оккупантов.<br/>
Это были не германцы. Это не англичане. Это не украинцы — воины Украинской Повстанческой Армии. <br/>
Это — финны. Возможно, этот ублюдок Ларри Торн, национальный герой Финляндии и США не был на перевале. Но догадка об этнических финнах, считаю, верная.
Здравствуйте, Нина Гуркова и Iрина Iринка.<br/>
<br/>
Хотел сначала сразу сказать, что прочитано произведение Вами прекрасно. Лучше его, пожалуй, не возможно озвучить. Но потом подумал, что это будет попыткой подкупа. Потом хотел стереть, но, как видите, не стер. Потому что прочитано то действительно отлично. Но Вы, пожалуйста, не будьте мне благодарны за мою оценку, потому что я сейчас буду говорить по поводу обсуждаемой Вами с Ириной темой. Острой темой.<br/>
<br/>
Вот как думаю я.<br/>
Чапек — дядечка по жизни хороший и самоотверженный. Нацистам поперек горла стоял. Из страны не уехал. Умер геройски от двустороннего воспаления легких когда работал на ликвидации последствий наводнения. Гестапо застало его уже мертвым. Твари не успели.<br/>
В итоге, сам Карел Чапек, судя по жизни, мужчина был чертовски дерзкий. Сочувствовал простым людям. Почему то их в литературе принято называть маленькими. Знал я сам много простых людей, у которых за пол жизни событий на пару жизней наберется. Почти каждый. Как расскажут ребята… да не умеют они рассказывать. Да что там расскажут, сам когда увидишь их в работе, думаешь что за человек то такой передо мной.<br/>
<br/>
Сразу прошу, если не интересно, Вы дальше не читайте. Потому что будет позиция моя развернута предельно, как есть. Это может утомить. И позиция эта противоположна Вашей ровно на 50%. Получается, я к вам полубоком стою. И к Ирине выходит тоже. Получается, не понравлюсь сразу двум хорошим людям. Но сказать я должен.<br/>
<br/>
Так вот. Я сначала расскажу про одного «маленького» большого человека, которого сам знал. Живет он в Хакассии, в маленьком городке. Живет с мамой. Ростом чуть пониже моего, ну наверное 1м 60 см. Лет ему где то 35. Выглядит он почему то моложе, потому что повадки у него как у подростка, честное слово. Но не в плохом смысле, а в том что прост он очень, предельно прост — рубаха парень.<br/>
И этот рубаха парень однажды по пьянке был избит кем то и брошен в сугробе. Нашли его утром, еле живого. Сильно он голову отморозил в том сугробе за ночь, и стал, «благодаря» избившим его «людям» еще проще. Все меня просил золото ему показать как выглядит на лотке, когда только намоешь. Мы там в Хакассии на золотодобыче впервые повстречались.<br/>
<br/>
Ах да. Этот «маленький» Человек, чтобы у мамы своей на шее не сидеть, месяцев по 10 подряд в тайге на приисках работает. Мониторщиком. Это значит стоит на гидропушке этот парень метр-шестьдесят и направляет струю воды, которой однажды, ради смеха, сдуло обнаглевшего медведя (проверено), на золотосодержащую породу, он размывает ее и золото вместе с грязным потоком оседает потом на коврах. Это поверхностное описание процесса, но подробнее и не нужно. А нужно понять, что дело это мокрое, тяжелое, и в день такой рабочий-гиромониторщик вот так вот трудится 11 часов. Каждый день. Без выходных. 8-10 месяцев. И получает 100 тысяч. Сейчас. А тогда, 3 года назад — 80. Да, что скрывать, часто ребята не справляются, так чтобы подряд, потому что плечи устают да и сам сатанеть начинаешь месяц на второй. Часто на другие, более легкие должности переходят, за меньшую плату, а потом обратно. Заметьте — из-за денег. Но работают, если нормальный человек, по товарищески, не ханыжат, там от каждого трудяги общий результат зависит. И если халтуришь ты, то твоему напарнику работать приходится вдвойне. Выходит, люди работают и из-за денег (для себя) и из-за товарищества (для всех). Этот ключевой диалектический факт прошу запомнить.<br/>
<br/>
Все вроде бы по сути рассказал, да нет. Это ведь весной и летом терпимо, а потом осень, и это еще ничего. Но потом зима. И казалось бы, пора домой. Но так как мы живем в чудесное время — кредиты берут не только отдельные люди, но и фирмы. А чтобы банкиры были довольны, и простой капитала был минимальным, Николай Николаевич (так парня этого зовут, хотя мы его звали Коля Коля, там у всех погремухи, не удивляйтесь, я так вообще Исусом был, потому что не стригся и плохих привычек не имел)… Коля, в общем, при встречном ветре в -20 мороза два месяца в хим-комбинезоне ОЗК, с ног до головы в сосульках, жарил из гидропушки по полузамерзшим кучам с таким же отчаянным напарником, имени которого не знаю. До него ребята выдерживали неделю. Они вдвоем 2 месяца почти.<br/>
Я до сих пор считаю, что это невозможно. Я бы не смог. Но они делали это. Коля Коля делал это.<br/>
<br/>
«Маленький» Человек. Когда в ряд с этим парнем Колей, исходя из добрых побуждений по настоящему доброго, умелого дядьки, Кареля Чапека, ставится какой то филистер, о котором идет речь в книге, который что то там пытается нарыть о себе, что то вспомнить, и что то обязательно вспоминает, чтобы оправдать свою жизнишку ради милого себя, я скажу нет, я не сочувствую, как бы прекрасно не был озвучен рассказ. Я не сочувствую. И дрянь рассказ. Не стоит о таких людях писать оправданий. Понимаю если бы это был Гоголевский Башмачкин, так тот же трудяга был самозабвенный, он каллиграфию любил. И шинель ему нужна была для продолжения жизни ради умножения красоты слов. А это что за ходячий чемодан. Роется там в себе, грязном лохмотье своем, ищет себе оправдание. Не выношу дальше главы. Читал, мальца, критиков по данной работе. Судите меня за это. Послушаю лучше в Вашем исполнении что ни будь другое.<br/>
<br/>
Таких как Николай Николаевич я встречал десятки. Ничерта они не вспоминают, что ими сделано. Помнят другие. Им напомнишь, они улыбнутся только, а попросишь рассказать — если в настроении и ты не чужой, расскажут отлично. А обычно, про напарника больше расскажут. Жаль Чапек Колю не знал. Да он сам как Коля.<br/>
<br/>
Ну, что ж. За это меня возненавидите Вы, а за вот это меня возненавидит Ирина. Или нет. В общем. О текстах в стол.<br/>
<br/>
См. далее
Ну что книгу я прочёл. Меня как ни странно хватило. Для меня это уже не плохо. Скажу пару слов в общем. Книга несомненно достойна внимания и прочтения. На фоне многих и многих выделяется. Я её правда к ЛитРПГ уже не могу отнести, это произведение несколько про другое. Меня несомненно радует что книга вызывает чувства и эмоции, да пусть мне и не всё нравится и не всё я принимаю. Но это чистой воды субъективизм и вкусовщина. Нравится не нравится это уже личное мнение. Но если говорить непредвзято читать книгу стоит. Автор заставляет подумать и покидаться мозгами, пошевелить головными булками и напрячь извилины кому не лень.<br/>
Теперь всё по порядку. Буду двигаться последовательно: сюжет, герои, мир, атмосфера, язык написания. Возможно будут спойлеры, так что осторожно. Я предупредил мысли в охапку собрал. Поехали.<br/>
№ 1. Сюжет.<br/>
Тут все и хорошо и не очень, серединка на половинку, так скажем. Есть вроде как интрига и некая тайна, это хорошо. И при этом снова клише и штампы. Герой особенный он не такой как все, Он замешан в глобальных событиях. Честно вот я уже устал от глобальны и мировых заговоров. Не раз уже писал и снова это пишу. Очень интересный ход с Владом Цепешом, который непонятно как нашёл номер героя, и звонил ему, нагоняя таинственности (мне сначала показалось, что это нпс связывается с героем магия и всё такое) оказался банальным пшиком и простите бездарно слитым моментом, я ожидал большего. Но мы имеем банальную войну кланов, которая в восьмидесяти процентах книг данного жанра присутствует. Это зацепило достаточно сильно, автор сначала нагнал интриги, а потом просто превратил это в балаган. Крутой бос мафии лается с человеком «никто» это глупо. Если говорить в целом то сюжет достаточно прямолинеен и цикличен. Это не плохо, хотя и не хорошо в части повторов. Мы всю книгу по сути наблюдали как герой жрёт охотится, получает травмы, плавает в кале. Меняются только локации да и то не часто. Много ли по сути произошло в книги? Нет не много. Сначала всё шло довольно медленно, а под конец всё получилось несколько скомкано. Но всё же несмотря на эти минусы и то даже не минусы а то что не понравилось лично мне, читать интересно. Хотя и отсутствие концовки и некой истории мне не нравится. <br/>
№ 2. Герой.<br/>
Тут всё лично для меня куда хуже. Мне герой не понравился. Думает он мало, понимания того, за кого он играет и как ему это надо делать нет. Планирование у него отсутствует, оно ему не надо, вот он от всех и огребает при том что сильнее и быстрее. Он наслаждается убийствами и получает от них удовольствие. Для меня это странно и неприемлемо. Когда игра его затягивает, он всё больше и больше рассуждает, и ведёт себя как наркоман. Все слова о том, что он хочет защищать, остались лишь словами. Он просрал первое дитя, сделав это по собственной глупости и непредусмотрительности, а потом её же и обвинил во всём сдохла ну и чёрт с ней. Пусть её сожрут крысы. А то что он ей приказ ждать отдавал, и она вроде как его не могла ослушаться, это ерунда. Да и оставил он её в состоянии мягко говоря не слишком нормальном. И вместо того чтобы бежать от злого монстра зная, что там больная нпс лежит и его союзник, он решил поохотится и отдался на волю инстинкта. Для меня он из нормального человека превратился по книги в больного нестабильного индивида нарика. Рассуждения которого о том что нет света и тени это лишь оправдания себя. Ну и в конце его игра доконала, но он этому только рад. Такой себе ГГ. Уж простите мне он ведётся таким и мне это не нравится.<br/>
Второстепенные герои мне в память не врезались. Они были просто картонными декорациями в которые автор ничего не вложил. Типичная девушка язвит хохмит учит симпатии не вызывает. А больше кроме русалки никого и нет.<br/>
№ 3. Мир.<br/>
Не раскрыт. Я понимаю, автор нацелился на серию, которая по всей видимости будет долгая. Но даже так раскрыто слишком мало. Не хватает визуальности. Миру не хватает глубины. Основная лока где обитает герой, почти не описана. Но мы знаем там много говна и воняет. Как то маловато для описания старых катакомб и канализации. Вон Михайлов про это целый роман написал и получилось ведь. И атмосфера есть и красота и визуальность… Даже не надо вставлять через каждое слово, слово «дерьмо». Не хватает миру шарма и изюминки и это ни есть гут. Короче меня не зацепило.<br/>
№ 4. Атмосфера.<br/>
Ну она такая себе не слишком ярко выраженная. Уюта и тепла в книге нет, ламповости тоже, хотя тут и не об этом, тут вроде как всё мрачно и жутко. Но я в это не верю. Вот когда я вторую дьябло вспоминаю вот там мрачно и жутко. А тут больше грязь как человеческая, так и обычная кишки кровь и говно. Этого много и на это слишком сильный поставлен акцент. И это мрачности не добавляет, а лишь делает куда скучнее и приземлённый. Мало описаний мало акцентов. Атмосферы мало.<br/>
№ 5. Язык написания.<br/>
Ну тут всё лучше, хотя тоже не без огрехов. Слог лёгкий и хорошо воспринимается, слушается живо и интересно. Но много мата который вот совсем тут даже и не нужен. Много говна и чернухи. Можно и без этого сделать всё изящней. Мат конечно несколько добавил живости, но его можно и не применять. А так больше претензий нет.<br/>
№ 6 Озвучка.<br/>
Тут, всё замечательно. Олег Олегович просто молодец. А Вальс на костях вообще попал в точку. Да и тролль в целом. Но есть маленькая просьба. Олег олегович, зловещности в голос бы побольше, шипящих и злобных интонаций. Но Олег Олегович как всегда на высоте.<br/>
Итог.<br/>
Несмотря на все минусы у серии есть потенциал. И если автор более внимательно и чутко отнесётся к серии будет вполне себе хорошо. Я прочитал и прям негатива в душе нет. Так что читать книгу стоит. Да и моё мнение не есть истина в последней инстанции. Решать вам а будете ли вы это делать опираясь на прочитанное только что или нет дело ваше. Выбор за вами.
Тут один потц упрекнул народ, что они реагируют на короткие рассказы, написав отзыв под моим рассказом в моей озвучке, цитата: «Скоро рассказики будут в пару предложений».<br/>
Этот потц даже не знал, что однажды Эрнест Хемингуэй заключил пари, что напишет самый короткий рассказ, причем способный растрогать даже отъявленного мерзавца. И Хэм выиграл пари. ОН написал на ресторанной салфетке следующее: «Продаются детские ботиночки. Неношеные» (в оригинале — «For sale: baby shoes, never worn»).<br/>
<br/>
А вот еще образцы самых коротких рассказов:<br/>
<br/>
Фредерик Браун сочинил кратчайшую страшную историю из когда-либо написанных:<br/>
<br/>
«Последний человек на Земле сидел в комнате. В дверь постучались…»<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Американский писатель О. Генри выиграл конкурс на самый короткий рассказ, который имеет все составляющие традиционного рассказа — завязку, кульминацию и развязку:<br/>
<br/>
«Шофер закурил и нагнулся над бензобаком, посмотреть много ли осталось бензина. Покойнику было двадцать три года».<br/>
<br/>
Алан Е. Майер «Невезение»<br/>
<br/>
Я проснулся от жестокой боли во всем теле. Я открыл глаза и увидел медсестру, стоящую у моей койки.<br/>
— Мистер Фуджима, — сказала она, — вам повезло, вам удалось выжить после бомбардировки Хиросимы два дня назад. Но теперь вы в госпитале, вам больше ничего не угрожает.<br/>
Чуть живой от слабости, я спросил:<br/>
— Где я?<br/>
— В Нагасаки, — ответила она.<br/>
<br/>
Джейн Орвис «Окно»<br/>
<br/>
С тех пор как Риту жестоко убили, Картер сидит у окна. Никакого телевизора, чтения, переписки. Его жизнь — то, что видно через занавески. Ему плевать, кто приносит еду, платит по счетам, он не покидает комнаты. Его жизнь — пробегающие физкультурники, смена времен года, проезжающие автомобили, призрак Риты.<br/>
<br/>
Картер не понимает, что в обитых войлоком палатах нет окон.<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Англичане тоже организовывали конкурс на самый короткий рассказ. Но по условиям конкурса в нем должны были быть упомянуты королева, Бог, секс, тайна. Первое место присудили автору такого рассказа:<br/>
<br/>
«О Боже, — воскликнула королева, — я беременна и не знаю от кого!»<br/>
<br/>
Лариса Керкленд «Предложение»<br/>
<br/>
Звездная ночь. Самое подходящее время. Ужин при свечах. Уютный итальянский ресторанчик. Маленькое черное платье. Роскошные волосы, блестящие глаза, серебристый смех. Вместе уже два года. Чудесное время! Настоящая любовь, лучший друг, больше никого. Шампанского! Предлагаю руку и сердце. На одно колено. Люди смотрят? Ну и пусть! Прекрасное бриллиантовое кольцо. Румянец на щеках, очаровательная улыбка.<br/>
<br/>
Как, нет?!<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Классический пример лаконичности спартанцев — их ответ на письмо царя Македонии Филиппа II, завоевавшего многие греческие города:<br/>
<br/>
«Советую вам сдаться немедленно, потому что, если моя армия войдет в ваши земли, я уничтожу ваши сады, порабощу людей и разрушу город».<br/>
<br/>
На это спартанские эфоры ответили одним словом: «Если».<br/>
<br/>
Чарльз Энрайт «Призрак»<br/>
<br/>
Как только это случилось, я поспешил домой, чтобы сообщить жене печальное известие. Но она, похоже, совсем меня не слушала. Она вообще меня не замечала. Она посмотрела прямо сквозь меня и налила себе выпить. Включила телевизор. В этот момент раздался телефонный звонок. Она подошла и взяла трубку. Я увидел, как сморщилось ее лицо. Она горько заплакала.<br/>
<br/>
Роберт Томпкинс «В поисках Правды»<br/>
<br/>
Наконец в этой глухой, уединенной деревушке его поиски закончились. В ветхой избушке у огня сидела Правда.<br/>
Он никогда не видел более старой и уродливой женщины.<br/>
— Вы — Правда?<br/>
Старая, сморщенная карга торжественно кивнула.<br/>
— Скажите же, что я должен сообщить миру? Какую весть передать?<br/>
Старуха плюнула в огонь и ответила:<br/>
— Скажи им, что я молода и красива!<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Виктор Гюго отправил издателю рукопись романа «Отверженные» с сопроводительным письмом:<br/>
<br/>
«?»<br/>
<br/>
Ответ был не менее лаконичен:<br/>
«!»<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
B конкурсe на самую короткую автобиографию победила одна пожилая француженка, которая написала:<br/>
<br/>
«Раньше у меня было гладкое лицо и мятая юбка, а теперь — наоборот».<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
И в заключение знаменитый моностих Валерия Брюсова 1895 года:<br/>
<br/>
«О закрой свои бледные ноги».<br/>
Самые короткие в мире рассказы<br/>
004<br/>
Однажды редактор журнала «New Time» Стив Мосс решил провести конкурс, участникам которого предлагалось написать рассказ длиной в 55 слов, но чтобы при этом в тексте сохранялись стройный сюжет, проработанность персонажей и необычная развязка. Он получил отклик таких масштабов, что по результатам конкурса удалось собрать целый сборник, получивший название «Самые короткие в мире рассказы»<br/>
<br/>
Несчастная<br/>
<br/>
Говорят, зло не имеет лица. Действительно, на его лице не отражалось никаких чувств. Ни проблеска сочувствия не было на нем, а ведь боль просто невыносима. Разве он не видит ужас в моих глазах и панику на моем лице? Он спокойно, можно сказать, профессионально выполнял свою грязную работу, а в конце учтиво сказал: «Прополощите рот, пожалуйста».<br/>
<br/>
Дэн Эндрюс<br/>
<br/>
Рандеву<br/>
<br/>
Зазвонил телефон.<br/>
— Алло, — прошептала она.<br/>
— Виктория, это я. Давай встретимся у причала в полночь.<br/>
— Хорошо, дорогой.<br/>
— И пожалуйста, не забудь захватить с собой бутылочку шампанского, — сказал он.<br/>
— Не забуду, дорогой. Я хочу быть с тобой сегодня ночью.<br/>
— Поторопись, мне некогда ждать! — сказал он и повесил трубку.<br/>
Она вздохнула, затем улыбнулась.<br/>
— Интересно, кто это, — сказала она.<br/>
<br/>
Николь Веддл<br/>
<br/>
Чего хочет дьявол<br/>
<br/>
Два мальчика стояли и смотрели, как сатана медленно уходит прочь. Блеск его гипнотических глаз все еще туманил их головы.<br/>
— Слушай, чего он от тебя хотел?<br/>
— Мою душу. А от тебя?<br/>
— Монетку для телефона-автомата. Ему срочно надо было позвонить.<br/>
— Хочешь, пойдём поедим?<br/>
— Хочу, но у меня теперь совсем нет денег.<br/>
— Ничего страшного. У меня полно.<br/>
<br/>
Брайан Ньюэлл<br/>
<br/>
Судьба<br/>
<br/>
Был только один выход, ибо наши жизни сплелись в слишком запутанный узел гнева и блаженства, чтобы решить все как-нибудь иначе. Доверимся жребию: орел — и мы поженимся, решка — и мы расстанемся навсегда.<br/>
Монетка была подброшена. Она звякнула, завертелась и остановилась. Орел.<br/>
Мы уставились на нее с недоумением.<br/>
Затем, в один голос, мы сказали: «Может, еще разок?»<br/>
<br/>
Джей Рип<br/>
<br/>
Вечерний сюрприз<br/>
<br/>
Блестящие колготки туго и соблазнительно облегали прекрасные бедра — чудесное дополнение к легкому вечернему платью. От самых кончиков бриллиантовых сережек до носков изящных туфелек на тонких шпильках — все было просто шикарно. Глаза с только что наведенными тенями рассматривали отражение в зеркале, и накрашенные яркой красной помадой губы растягивались от удовольствия. Внезапно сзади послышался детский голос:<br/>
«Папа?!»<br/>
<br/>
Хиллари Клэй<br/>
<br/>
Благодарность<br/>
<br/>
Шерстяное одеяло, что ему недавно дали в благотворительном фонде, удобно обнимало его плечи, а ботинки, которые он сегодня нашел в мусорном баке, абсолютно не жали.<br/>
Уличные огни так приятно согревали душу после всей этой холодящей темноты…<br/>
Изгиб скамьи в парке казался таким знакомым его натруженной старой спине.<br/>
«Спасибо тебе, Господи, — подумал он, — жизнь просто восхитительна!»<br/>
<br/>
Эндрю Э. Хант<br/>
<br/>
Высшее образование<br/>
<br/>
— В университете мы просто протирали штаны, — сказал Дженнингс, вымывая грязные руки. — После всех этих сокращений бюджета они многому вас не научат, они просто ставили оценки, и все шло своим чередом.<br/>
— Так как же вы учились?<br/>
— А мы и не учились. Впрочем, можешь посмотреть, как я работаю.<br/>
Медсестра открыла дверь.<br/>
— Доктор Дженнингс, вы нужны в операционной.<br/>
<br/>
Рон Баст<br/>
<br/>
Решающий миг<br/>
<br/>
Она почти слышала, как двери ее тюрьмы захлопываются.<br/>
Свобода ушла навсегда, теперь ее судьба в чужих руках, и никогда ей не увидеть воли.<br/>
В голове ее замелькали безумные мысли о том, как хорошо бы сейчас улететь далеко-далеко. Но она знала, что скрыться невозможно.<br/>
Она с улыбкой повернулась к жениху и повторила: «Да, я согласна».
Здравствуйте!<br/>
Интересно, Лев Николаевич Толстой в своем публицистическом труде 1905 года «Единое на потребу» публикует рассуждения Никколо Макиавелли о власти. Ничего не меняется за столетия! """" «Война, военное искусство и дисциплина должны составлять главнейший предмет забот каждого государя. Все его мысли должны быть направлены к изучению и усовершенствованию военного искусства и ремесла; он не должен увлекаться ничем другим, так как в этом искусстве вся тайна силы власти государя, и, благодаря ему, не только наследственные государи, но даже и обыкновенные граждане могут достигать верховного управления. Презирать военное искусство значит идти к погибели, владеть им в совершенстве, значит обладать возможностью приобретения верховной власти…<br/>
<br/>
Ни один государь, следовательно, не должен ни на минуту забывать о военном деле и в особенности должен постоянно упражняться в нем, в мирное время…<br/>
<br/>
Страсть к завоеваниям — дело, без сомнения, весьма обыкновенное и естественное: завоеватели, умеющие достигать своих целей, достойны скорее похвалы, нежели порицания, но создавать планы, не будучи в состоянии их осуществлять, — и неблагоразумно, и нелепо.<br/>
<br/>
Завоеватель может тремя способами удержать за собою покоренные страны, управляющиеся до этого собственными законами и пользовавшиеся свободными учреждениями. Первый способ: разорить и обессилить их; второй: лично в них поселиться, и третий: оставить неприкосновенными существующие в них учреждения, обложив только жителей данью и учредив у них управления с ограниченным личным составом для удержания жителей в верности и повиновении…<br/>
<br/>
Государь не должен бояться осуждения за те пороки, без которых невозможно сохранение за собою верховной власти, так как, изучив подробно разные обстоятельства, легко понять, что существуют добродетели, которые ведут к погибели лицо, обладающее ими, и есть пороки усваивая которые, государи только могут достигнуть безопасности и благополучия…<br/>
<br/>
Государи, когда дело идет о верности и единстве их подданных, не должны бояться прослыть жестокими. Прибегая в отдельных случаях к жестокостям, государи поступают милосерднее, нежели тогда, когда от избытка снисходительности допускают развиваться беспорядкам, ведущим к грабежу и насилию, потому что беспорядки составляют бедствие целого общества, а казни поражают только отдельных лиц…<br/>
<br/>
Я нахожу, что желательно было бы, чтобы государи достигали одновременно и того и другого, но так как осуществить это трудно, и государям обыкновенно приходится выбирать, чтò в видах личной их выгоды, замечу, что полезнее держать подданных в страхе. Люди, говоря вообще, неблагодарны, непостоянны, лживы, боязливы и алчны; если государи осыпают их благодеяниями, они прикидываются приверженными к ним до самоотвержения и, как я уже выше говорил, если опасность далека, предлагают им свою кровь, средства и жизнь свою и детей своих; но, едва наступает опасность, — бывают не прочь от измены. Государь, слишком доверяющий подобным обещаниям и не принимающий никаких мер для своей личной безопасности, обыкновенно погибает, потому что привязанность подданных, купленных подачками, а не величием и благородством души, хотя и легко приобретается, но не прочна, и, в минуты необходимости, нельзя на нее полагаться. Кроме того, люди скорее бывают готовы оскорблять тех, кого любят, чем тех, кого боятся; любовь обыкновенно держится на весьма тонкой основе благодарности, и люди, вообще злые, пользуются первым предлогом, чтобы в видах личного интереса, изменить ей; боязнь же основывается да страхе наказания, никогда не оставляющем человека…<br/>
<br/>
В военное время, вообще располагая значительными армиями, государи могут быть жестокими без боязни, так как без жестокости трудно поддержать порядок и повиновение в войсках…<br/>
<br/>
Возвращаясь в вопросу, что выгоднее для государей, то ли, когда подданные их любят, или когда они их боятся, я заключаю, что так как в первом случае они бывают в зависимости от подданных, возбуждая же боязнь, бывают самостоятельны, то для мудрого правителя гораздо выгоднее утвердиться на том, что зависит от него, нежели на том, что зависит от других. При этом однако же, как я уже сказал, государи должны стараться не возбуждать к себе ненависти…<br/>
<br/>
Существуют два способа действия для достижения целей: путь закона и путь насилия. Первый способ — способ человеческий; второй — способ диких животных; но так как первый способ не всегда удается, то люди прибегают иногда и ко второму. Государи должны уметь пользоваться обоими способами.<br/>
<br/>
Государь, действуя грубой силой, подобно животным должен соединять в себе качества льва и лисицы. Обладая качествами только льва, он не будет уметь остерегаться и избегать западни, которую будут ему ставить; будучи же только лисицею, он не будет уметь защищаться против врагов, так что, для избежания сетей и возможности победы над врагами, государи должны быть и львами и лисицами.<br/>
<br/>
Те, которые захотят щеголять одной только львиной ролью, выкажут этим лишь крайнюю свою неумелость.<br/>
<br/>
Предусмотрительный государь не должен, следовательно, исполнять своих обещаний и обязательств, раз такое исполнение будет для него вредно, и если все мотивы, вынудившие его обещание, устранены. Конечно, если бы все люди были честны, — подобный совет можно было бы счесть за безнравственный, но так как люди обыкновенно не отличаются честностью, и подданные относительно государей не особенно заботятся о выполнении своих обещаний, то и государям относительно их не для чего быть щекотливыми. Для государей же не трудно всякое свое клятвопреступление прикрывать благовидными предлогами. В доказательство этого можно привести бесчисленные примеры из современной истории, можно указать на множество мирных трактатов и соглашений всякого рода, нарушенных государями или оставшихся мертвой буквою за неисполнением их. При этом станет очевидно, что в больших барышах оставались те государи, которые лучше умели подражать в своих действиях лисицам. Необходимо, однако же, последний способ действий хорошо скрывать под личиной честности, государи должны обладать великим искусством притворства и одурачивания, потому что люди бывают обыкновенно до того слепы и отуманены своими насущными потребностями, что человек, умеющий хорошо лгать, всегда найдет достаточно легковерных людей, охотно поддающихся обману…<br/>
<br/>
Государям, следовательно, нет никакой надобности обладать в действительности… хорошими качествами… но каждому из них необходимо показывать вид, что он всеми ими обладает. Скажу больше — действительное обладание этими качествами вредно для личного блага государя, притворство же и личина обладания ими — чрезвычайно полезны. Так, для государèй очень важно уметь выказываться милосердными, верными своему слову, человеколюбивыми, религиозными и откровенными; быть же таковыми на самом деле не вредно только в таком случае, если государь с подобными качествами сумеет в случае надобности, заглушит их и выказать совершенно противоположные.<br/>
<br/>
Едва ли кто-нибудь станет сомневаться в том, что государям, особенно только-что получившим власть или управляющим вновь возникающими монархиями, бывает невозможно согласовать свой образ действий с требованиями нравственности: весьма часто для поддержания порядка в государстве они должны поступать против законов совести, милосердия, человеколюбия, и даже против религии. Государи должны обладать гибкой способностью изменять свои убеждения сообразно обстоятельствам и как я сказал выше, если возможно, не избегать честного пути, но в случае необходимости, прибегать и к бесчестным средствам.<br/>
<br/>
Государи должны усиленно заботиться о том, чтобы каждая фраза, исходящая из их уст, представлялась продиктованной совместно всеми пятью перечисленными мною качествами, чтобы слушающему государя особа его представлялась самою истиною, самим милосердием, самим человеколюбием, самою искренностью и самим благочестием. Особенно важно для государей притворяться благочестивыми; в этом случае люди, судящие по большой части только по одной внешности, так как способность глубокого суждения дана не многим, — легко обманываются. Личина для государей необходима, так как большинство судит о них по тому, чем они кажутся, и только весьма немногие бывают в состоянии отличать кажущееся от действительного; и если даже эти немногие поймут настоящие качества государей, они не дерзнут высказать свое мнение, противное мнению большинства, да и побоятся посягнуть этим на достоинство верховной власти, представляемой государем. Кроме того, так как действия государей неподсудны трибуналам, то подлежат осуждению одни только результаты действий, а не самые действия. Если государь сумеет только сохранить свою жизнь и власть, то все средства, какие бы он ни употреблял для этого, будут считаться честными и похвальными».<br/>
<br/>
Здесь весь текст <a href="http://tolstoy-lit.ru/tolstoy/philosophy/edinoe-na-potrebu.htm" target="_blank" rel="nofollow noreferrer noopener">tolstoy-lit.ru/tolstoy/philosophy/edinoe-na-potrebu.htm</a>
<br/>
Тексты в стол приветствуются если пишущий их не может не писать, но еще пишущий сам из дворянского сословия. Или имеет постоянную работу, не мешающую совмещать, как, например Кафка. Тогда да. Тогда можно позволить себе не заинтересовывать читателя.<br/>
Если же вы нищий на старте, и не писать вы не можете, и хотите сказать то что думаете и если еще умеете сказать… тогда ваши дела плохи. Вам придется научиться писать настолько сильно, чтобы была вероятность заинтересовать современную вам публику, без изменения текста. И если это сработает, и вас услышат — вы получите возможность жить и писать одновременно. После выполнения этой задачи, вы можете написать то, что смогут понять немногие. Заглянуть за. Для будущих людей.<br/>
<br/>
Дабы подтвердить мои слова возьмем два примера, Карел Чапек, выросший в интеллигентной семье врача в курортном городке и работавший журналистом и далее по нарастающей… И возьмем Чарльза Буковски, который родился в семье польских эмигрантов, в которой отец его бил до совершеннолетия, пока Чарли не смог ответить. Он попытался стать журналистом, но не смог устроиться без связей и опыта. В итоге работал на ненавидимой им почте лет 12 пока его случайно не признали. Чарльз это именно тот случай, когда не можешь не писать. И он рассылал годами свои тексты в редакции. Писал интересно, но не для читающей публики, а для тех, кому читать некогда. Работяги с мясокомбината заценили бы его «Бифштекс из звездной пыли», но они до библиотеки не доползают, а могут только до бара дойти, потому что это помогает забыться. И помогает сразу. Буковски хотел заработать на своих рассказах чтобы писать свободно, а не письма перекладывать по ячейкам 12 лет. Максимальной удачей является когда зарабатываешь от написанного. Заработаешь если интересно. С вами обеими согласен в одном, не сказанном вами но услышанном мной — настоящий писатель, если он настолько отчаянный самоубийца, не меняет своего текста ради интереса читателя.<br/>
При всем при этом он может, должен и неизбежно будет интересовать. Вопрос лишь в том, будут ли это его современники, или же все случится после его смерти. Если писатель пишет не интересно в принципе, и если он не нейробиолог, то это просто хреновый писатель.<br/>
<br/>
Нет простого метафизического ответа или Да или Нет. Есть диалектический ответ. Хочешь быть писателем — сумей писать и при этом не сдохнуть.<br/>
Если будешь писать в стол для себя и работать вахтами, тогда писать будешь урывками и ни для кого. Насколько это нужно на мир обозлиться? А если твои тексты не найдут после твоей смерти. Это что, получается, сгниют вместе с тобой? А если это были хорошие работы, и ты даже не пытался их обнародовать — это перед человечеством преступление. Без преувеличений. Вот кто то один, черт его задери, человек возьмет и прочитает или послушает в свободное время твою писанину, и ему одному понравится. И он на время очаруется твоим трудом. Тыж ему жизнь обезболишь на время, писатель.<br/>
А если ты ради собственного благоденствия забудешь про того самого чертом подранного одного, и станешь менять текст в угоду многих, как донцова какая ни будь. Жизнь проживешь нормально, и даже будет ощущение что что то сделал. А то, что сделал, то приумножит человеческое в людях? «А нужно ли?» спросит нас донцова. «Да нужно» ответим мы ей. Это действительно то самое, что нам очень нужно. Не хотим превращаться в скотину. Это не по людски. Кто изменяет свои тексты в угоду многих — тот дарья донцова.<br/>
<br/>
Вы приводили в пример Толстого. Не любил я Толстого. Мне в школе любовь к нему отбили. Пытался потом читать. Войну и мир взял приступом — осел на отрывке с усами Наташи Ростовой. Пытался снова — привалило дубом в Богучарове. Не могу. Потом смотрю «Казаки», анука гляну. Вот это да, думаю, Лев Николаевич, вы чего? Вот это про живых людей, да еще, кажется про вас, да и про мое гнилье подсознательное тоже. А потом друг мне в тайгу «Исповедь» Толстого передал с вахтовкой. Я как почитал… Читаю, точно цитировать не могу, в общем, пишет Лев Николаевич, мол, яж писал чтобы признание получать и гонорар иметь, меня жена каждый день по листу писать заставляла когда я не хотел, этож не то все, я чуть из-за этой бессмысленности усилий не застрелился. Как то так дядька писал. Это же такой человечище был. И сижу я в лесу и думаю, дорогой ты мой человек Лев Николаевич, не могу я прочитать твою «Войну и Мир», а чайку бы тебе заварил с радостью, родной, не посмотрел бы, что ты из дворян. Мужик хороший.<br/>
<br/>
В итоге считаю, если появился на свет нищебродом, и не писать не можешь, то пиши хорошо, живо на сколько можешь, а значит интересно. Пиши для людей, чтобы было «Вперед и выше». Написанное распространяй, но текст не меняй, чтобы понравиться. Повезет — кидай работу, живи за счет написанного, чтобы написать больше. Не повезет, все что успеешь — публикуй задаром, уже молодец.<br/>
<br/>
Вот так думаю я. В жизни диалектика работает, а не метафизика. Возьмите хотя бы эволюцию — две противоположности, наследственность и изменчивость находятся в постоянной борьбе и в единстве своем дают результат. Что будет если выбрать только наследственность — вечная инфузория туфелька, болтающаяся в Тихом океане? А что будет, если выбрать только изменчивость — Припять?
Я, ничтоже сумняшеся, развиваю его версию. Я считаю, что нагнали на перевале туристов не «транзитные разведчики», а отборные спецназовцы армии США. Причем финского происхождения. Почему? Да просто в 10-й русскоговорящей группе спецназа армии США их было немало. А уродовать трупы убитых людей — их почерк. Почерк финских егерей. Во время советско-финских войн было составлено немало актов обнаружения трупов красноармейцев с ужасными повреждениями на лицах. Были ли финны садистами с нарушенной психикой? Нет, это для запугивания оккупантов. Советские оккупанты — как звучит? А ведь это правда!<br/>
Знаете ли вы, что Советский Союз выторговал себе Финляндию 23 августа 1939 года на Московском договоре Молотова — Риббентропа. Совершенно секретное особой важности приложение опубликовано летом 2019 года. До этого утверждалось, что это ложь и провокация. Соответственно, СССР в лице Сталина (он лично вёл переговоры) предложил Финляндии обмен территориями. Вы СССР отдадите приграничную область, на которой расположены приграничные укрепления. А СССР отдаст вам кусок карельской тайги вдвое больше! Ах, не хотите? И тогда 31 ноября 1939 года без объявления войны «ломят танки широкие просеки, самолёты кружат в облаках. Невысокое солнышко осени зажигает огни на штыках.»<br/>
Народы Финляндии — а это финны, карелы и шведы героически защищали родную землю. Финляндия отстояла независимость, хотя и утратила 10 процентов земли, на которой проживало 12 процентов населения. <br/>
Не смогли победить маленькую Финляндию!<br/>
Вот почему Адольф Гитлер считал СССР «колоссом на глиняных ногах». Поэтому в плане Барбаросса его разработчик Фридрих Паулюс указал: начало операции 15 мая 1941 года. А до зимы — загнать остатки советских войск за Урал.<br/>
Но вернёмся к финнам. Были в финской армии разведывательные подразделения — егеря. Они не только воевали с Советами на линии фронта. Они совершали разведывательные выходы. Среди этих егерей был командир отделения — Лаури Тёрни. После мирного договора между Финляндией и СССР, заключённого 10 марта 1940 года, его родной город — Виипури стал советским городом Выборг. Его семья потеряла жильё. Он знал русский язык. У него был русский друг. Но теперь ненависть к советским оккупантам затмила всё.<br/>
Шло время. Ноябрьские переговоры 1940 года. Вячеслав Михайлович Молотов в Берлине в<br/>
ведёт переговоры. Да-да, с ним самим, с Адольфом Алоизовичем!<br/>
Тот пытался склонить СССР к нападению на Великобританию. Индия будет ваша! Но нет, у СССР планы на Финляндию и Болгарию. А вас Болгария об этом просила? Трижды Адольф повторил эту фразу!<br/>
Переговоры зашли в тупик. После них Гитлер распорядился ввести в действие План Барбаросса.<br/>
Готовясь к нападению на СССР, Гитлер самонадеянно передвинул дату начала с 15 мая на 22 июня. До зимы управимся! Эта самонадеянность приведёт его к самоубийству в прямом смысле этого слова. А пока он агитирует финнов напасть вместе. Какова формулировка диктатора: «он рассчитывает на смелый народ Финляндии, одержимый желанием мести!»<br/>
Не срослось с одновременным нападением. Но Гитлер надеялся на товарища Сталина, и тот его не подвёл. Ранним утром 25 июня 1941 года советские бомбардировщики обрушили бомбы на финские аэродромы. В этот же день Финляндия объявила войну СССР.<br/>
Вернёмся к Лаури Тёрни. Он отучился в Германии. Он уже офицер Ваффен СС. Он возвращается в родную Финляндию, чтоб воевать за неё. За два года войны он становится капитаном финской армии. Его служба оценена несколькими наградами, среди которых высшая — Крест Маннергейма. Он командует ротой и продолжает выходы за линию фронта. Известно, что он был жесток, занимался боксом. Подчинённые его побаивались. Он делал не только устные, но и физические замечания. Как говорится, с занесением в грудную клетку. <br/>
Практика уродования трупов была именно со стороны финнов. То, что Тёрни убивал пленных, после допроса, было известно всем. Обычно без использования огнестрельного оружия.<br/>
Впрочем, на суде после войны ни один сослуживец не пожелал свидетельствовать против него.<br/>
Поэтому его осудили на срок в восемь лет только за неподчинение приказу. Когда Финляндия вышла из войны, а затем и вступила в антигитлеровскую коалицию, Тёрни ушел на подводной лодке в Германию. Где и продолжил войну на Восточном фронте. Под другим именем — Аулис Хаапалайнен. Служил в зондеркоманде, получил два Железных креста, дослужился до гауптштурмфюрера СС.<br/>
После войны, отсидев несколько лет, бежал в США. Гражданство там получил под именем Ларри Торн.<br/>
Его опыт был востребован. Вместе с другими финнами, начал службу в дивизии «Зелёные береты». Был инструктором по войне в зимних условиях и по рукопашному бою. На трупах дятловцев остались характерные повреждения, причинённые опытным рукопашника.<br/>
Потом Торн продолжил службу в сверхсекретной 10-й группе американского спецназа. Их забрасывали в СССР, где они выполняли разведывательные и диверсионные задания. Большой опыт отморозка был использован! Может быть, и не этот офицер командовал группой спецназовцев на перевале. Но финский автор книги о Торне на презентации сообщил секретную информацию, что две медали «Пурпурное сердце» им получены за операции в СССР. Одна — за ликвидацию двойного агента. Мог ли это быть Семён Золотарёв?<br/>
И два ранения Торн получил при выполнении заданий. Конечно, туристы сопротивлялись убийцам.<br/>
Всё это похоже на финский «почерк» уродовать трупы. Как во время советско-финских войн. Акты обнаружения трупов красноармейцев есть в Интернете. Раздеты и разуты, переломы рёбер. Лица порезаны финками. Глаза выколоты. Это не могли сделать советские спецназовцы, это финские способы устрашения. Они и во Вторую Мировую ходили на задания, закинувшись первитином. Море по колено и прёт от собственного могущества. <br/>
И в армии США их снабжали амфетамином.<br/>
Язык у трупа вырывали, проткнув шомполом, или вырезали финкой. Наводя ужас на советских оккупантов.<br/>
Это были не германцы. Это не англичане. Это не украинцы — воины Украинской Повстанческой Армии. <br/>
Это — финны. Возможно, этот ублюдок Ларри Торн, национальный герой Финляндии и США не был на перевале. Но догадка об этнических финнах, считаю, верная.
<br/>
Хотел сначала сразу сказать, что прочитано произведение Вами прекрасно. Лучше его, пожалуй, не возможно озвучить. Но потом подумал, что это будет попыткой подкупа. Потом хотел стереть, но, как видите, не стер. Потому что прочитано то действительно отлично. Но Вы, пожалуйста, не будьте мне благодарны за мою оценку, потому что я сейчас буду говорить по поводу обсуждаемой Вами с Ириной темой. Острой темой.<br/>
<br/>
Вот как думаю я.<br/>
Чапек — дядечка по жизни хороший и самоотверженный. Нацистам поперек горла стоял. Из страны не уехал. Умер геройски от двустороннего воспаления легких когда работал на ликвидации последствий наводнения. Гестапо застало его уже мертвым. Твари не успели.<br/>
В итоге, сам Карел Чапек, судя по жизни, мужчина был чертовски дерзкий. Сочувствовал простым людям. Почему то их в литературе принято называть маленькими. Знал я сам много простых людей, у которых за пол жизни событий на пару жизней наберется. Почти каждый. Как расскажут ребята… да не умеют они рассказывать. Да что там расскажут, сам когда увидишь их в работе, думаешь что за человек то такой передо мной.<br/>
<br/>
Сразу прошу, если не интересно, Вы дальше не читайте. Потому что будет позиция моя развернута предельно, как есть. Это может утомить. И позиция эта противоположна Вашей ровно на 50%. Получается, я к вам полубоком стою. И к Ирине выходит тоже. Получается, не понравлюсь сразу двум хорошим людям. Но сказать я должен.<br/>
<br/>
Так вот. Я сначала расскажу про одного «маленького» большого человека, которого сам знал. Живет он в Хакассии, в маленьком городке. Живет с мамой. Ростом чуть пониже моего, ну наверное 1м 60 см. Лет ему где то 35. Выглядит он почему то моложе, потому что повадки у него как у подростка, честное слово. Но не в плохом смысле, а в том что прост он очень, предельно прост — рубаха парень.<br/>
И этот рубаха парень однажды по пьянке был избит кем то и брошен в сугробе. Нашли его утром, еле живого. Сильно он голову отморозил в том сугробе за ночь, и стал, «благодаря» избившим его «людям» еще проще. Все меня просил золото ему показать как выглядит на лотке, когда только намоешь. Мы там в Хакассии на золотодобыче впервые повстречались.<br/>
<br/>
Ах да. Этот «маленький» Человек, чтобы у мамы своей на шее не сидеть, месяцев по 10 подряд в тайге на приисках работает. Мониторщиком. Это значит стоит на гидропушке этот парень метр-шестьдесят и направляет струю воды, которой однажды, ради смеха, сдуло обнаглевшего медведя (проверено), на золотосодержащую породу, он размывает ее и золото вместе с грязным потоком оседает потом на коврах. Это поверхностное описание процесса, но подробнее и не нужно. А нужно понять, что дело это мокрое, тяжелое, и в день такой рабочий-гиромониторщик вот так вот трудится 11 часов. Каждый день. Без выходных. 8-10 месяцев. И получает 100 тысяч. Сейчас. А тогда, 3 года назад — 80. Да, что скрывать, часто ребята не справляются, так чтобы подряд, потому что плечи устают да и сам сатанеть начинаешь месяц на второй. Часто на другие, более легкие должности переходят, за меньшую плату, а потом обратно. Заметьте — из-за денег. Но работают, если нормальный человек, по товарищески, не ханыжат, там от каждого трудяги общий результат зависит. И если халтуришь ты, то твоему напарнику работать приходится вдвойне. Выходит, люди работают и из-за денег (для себя) и из-за товарищества (для всех). Этот ключевой диалектический факт прошу запомнить.<br/>
<br/>
Все вроде бы по сути рассказал, да нет. Это ведь весной и летом терпимо, а потом осень, и это еще ничего. Но потом зима. И казалось бы, пора домой. Но так как мы живем в чудесное время — кредиты берут не только отдельные люди, но и фирмы. А чтобы банкиры были довольны, и простой капитала был минимальным, Николай Николаевич (так парня этого зовут, хотя мы его звали Коля Коля, там у всех погремухи, не удивляйтесь, я так вообще Исусом был, потому что не стригся и плохих привычек не имел)… Коля, в общем, при встречном ветре в -20 мороза два месяца в хим-комбинезоне ОЗК, с ног до головы в сосульках, жарил из гидропушки по полузамерзшим кучам с таким же отчаянным напарником, имени которого не знаю. До него ребята выдерживали неделю. Они вдвоем 2 месяца почти.<br/>
Я до сих пор считаю, что это невозможно. Я бы не смог. Но они делали это. Коля Коля делал это.<br/>
<br/>
«Маленький» Человек. Когда в ряд с этим парнем Колей, исходя из добрых побуждений по настоящему доброго, умелого дядьки, Кареля Чапека, ставится какой то филистер, о котором идет речь в книге, который что то там пытается нарыть о себе, что то вспомнить, и что то обязательно вспоминает, чтобы оправдать свою жизнишку ради милого себя, я скажу нет, я не сочувствую, как бы прекрасно не был озвучен рассказ. Я не сочувствую. И дрянь рассказ. Не стоит о таких людях писать оправданий. Понимаю если бы это был Гоголевский Башмачкин, так тот же трудяга был самозабвенный, он каллиграфию любил. И шинель ему нужна была для продолжения жизни ради умножения красоты слов. А это что за ходячий чемодан. Роется там в себе, грязном лохмотье своем, ищет себе оправдание. Не выношу дальше главы. Читал, мальца, критиков по данной работе. Судите меня за это. Послушаю лучше в Вашем исполнении что ни будь другое.<br/>
<br/>
Таких как Николай Николаевич я встречал десятки. Ничерта они не вспоминают, что ими сделано. Помнят другие. Им напомнишь, они улыбнутся только, а попросишь рассказать — если в настроении и ты не чужой, расскажут отлично. А обычно, про напарника больше расскажут. Жаль Чапек Колю не знал. Да он сам как Коля.<br/>
<br/>
Ну, что ж. За это меня возненавидите Вы, а за вот это меня возненавидит Ирина. Или нет. В общем. О текстах в стол.<br/>
<br/>
См. далее
Теперь всё по порядку. Буду двигаться последовательно: сюжет, герои, мир, атмосфера, язык написания. Возможно будут спойлеры, так что осторожно. Я предупредил мысли в охапку собрал. Поехали.<br/>
№ 1. Сюжет.<br/>
Тут все и хорошо и не очень, серединка на половинку, так скажем. Есть вроде как интрига и некая тайна, это хорошо. И при этом снова клише и штампы. Герой особенный он не такой как все, Он замешан в глобальных событиях. Честно вот я уже устал от глобальны и мировых заговоров. Не раз уже писал и снова это пишу. Очень интересный ход с Владом Цепешом, который непонятно как нашёл номер героя, и звонил ему, нагоняя таинственности (мне сначала показалось, что это нпс связывается с героем магия и всё такое) оказался банальным пшиком и простите бездарно слитым моментом, я ожидал большего. Но мы имеем банальную войну кланов, которая в восьмидесяти процентах книг данного жанра присутствует. Это зацепило достаточно сильно, автор сначала нагнал интриги, а потом просто превратил это в балаган. Крутой бос мафии лается с человеком «никто» это глупо. Если говорить в целом то сюжет достаточно прямолинеен и цикличен. Это не плохо, хотя и не хорошо в части повторов. Мы всю книгу по сути наблюдали как герой жрёт охотится, получает травмы, плавает в кале. Меняются только локации да и то не часто. Много ли по сути произошло в книги? Нет не много. Сначала всё шло довольно медленно, а под конец всё получилось несколько скомкано. Но всё же несмотря на эти минусы и то даже не минусы а то что не понравилось лично мне, читать интересно. Хотя и отсутствие концовки и некой истории мне не нравится. <br/>
№ 2. Герой.<br/>
Тут всё лично для меня куда хуже. Мне герой не понравился. Думает он мало, понимания того, за кого он играет и как ему это надо делать нет. Планирование у него отсутствует, оно ему не надо, вот он от всех и огребает при том что сильнее и быстрее. Он наслаждается убийствами и получает от них удовольствие. Для меня это странно и неприемлемо. Когда игра его затягивает, он всё больше и больше рассуждает, и ведёт себя как наркоман. Все слова о том, что он хочет защищать, остались лишь словами. Он просрал первое дитя, сделав это по собственной глупости и непредусмотрительности, а потом её же и обвинил во всём сдохла ну и чёрт с ней. Пусть её сожрут крысы. А то что он ей приказ ждать отдавал, и она вроде как его не могла ослушаться, это ерунда. Да и оставил он её в состоянии мягко говоря не слишком нормальном. И вместо того чтобы бежать от злого монстра зная, что там больная нпс лежит и его союзник, он решил поохотится и отдался на волю инстинкта. Для меня он из нормального человека превратился по книги в больного нестабильного индивида нарика. Рассуждения которого о том что нет света и тени это лишь оправдания себя. Ну и в конце его игра доконала, но он этому только рад. Такой себе ГГ. Уж простите мне он ведётся таким и мне это не нравится.<br/>
Второстепенные герои мне в память не врезались. Они были просто картонными декорациями в которые автор ничего не вложил. Типичная девушка язвит хохмит учит симпатии не вызывает. А больше кроме русалки никого и нет.<br/>
№ 3. Мир.<br/>
Не раскрыт. Я понимаю, автор нацелился на серию, которая по всей видимости будет долгая. Но даже так раскрыто слишком мало. Не хватает визуальности. Миру не хватает глубины. Основная лока где обитает герой, почти не описана. Но мы знаем там много говна и воняет. Как то маловато для описания старых катакомб и канализации. Вон Михайлов про это целый роман написал и получилось ведь. И атмосфера есть и красота и визуальность… Даже не надо вставлять через каждое слово, слово «дерьмо». Не хватает миру шарма и изюминки и это ни есть гут. Короче меня не зацепило.<br/>
№ 4. Атмосфера.<br/>
Ну она такая себе не слишком ярко выраженная. Уюта и тепла в книге нет, ламповости тоже, хотя тут и не об этом, тут вроде как всё мрачно и жутко. Но я в это не верю. Вот когда я вторую дьябло вспоминаю вот там мрачно и жутко. А тут больше грязь как человеческая, так и обычная кишки кровь и говно. Этого много и на это слишком сильный поставлен акцент. И это мрачности не добавляет, а лишь делает куда скучнее и приземлённый. Мало описаний мало акцентов. Атмосферы мало.<br/>
№ 5. Язык написания.<br/>
Ну тут всё лучше, хотя тоже не без огрехов. Слог лёгкий и хорошо воспринимается, слушается живо и интересно. Но много мата который вот совсем тут даже и не нужен. Много говна и чернухи. Можно и без этого сделать всё изящней. Мат конечно несколько добавил живости, но его можно и не применять. А так больше претензий нет.<br/>
№ 6 Озвучка.<br/>
Тут, всё замечательно. Олег Олегович просто молодец. А Вальс на костях вообще попал в точку. Да и тролль в целом. Но есть маленькая просьба. Олег олегович, зловещности в голос бы побольше, шипящих и злобных интонаций. Но Олег Олегович как всегда на высоте.<br/>
Итог.<br/>
Несмотря на все минусы у серии есть потенциал. И если автор более внимательно и чутко отнесётся к серии будет вполне себе хорошо. Я прочитал и прям негатива в душе нет. Так что читать книгу стоит. Да и моё мнение не есть истина в последней инстанции. Решать вам а будете ли вы это делать опираясь на прочитанное только что или нет дело ваше. Выбор за вами.
Этот потц даже не знал, что однажды Эрнест Хемингуэй заключил пари, что напишет самый короткий рассказ, причем способный растрогать даже отъявленного мерзавца. И Хэм выиграл пари. ОН написал на ресторанной салфетке следующее: «Продаются детские ботиночки. Неношеные» (в оригинале — «For sale: baby shoes, never worn»).<br/>
<br/>
А вот еще образцы самых коротких рассказов:<br/>
<br/>
Фредерик Браун сочинил кратчайшую страшную историю из когда-либо написанных:<br/>
<br/>
«Последний человек на Земле сидел в комнате. В дверь постучались…»<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Американский писатель О. Генри выиграл конкурс на самый короткий рассказ, который имеет все составляющие традиционного рассказа — завязку, кульминацию и развязку:<br/>
<br/>
«Шофер закурил и нагнулся над бензобаком, посмотреть много ли осталось бензина. Покойнику было двадцать три года».<br/>
<br/>
Алан Е. Майер «Невезение»<br/>
<br/>
Я проснулся от жестокой боли во всем теле. Я открыл глаза и увидел медсестру, стоящую у моей койки.<br/>
— Мистер Фуджима, — сказала она, — вам повезло, вам удалось выжить после бомбардировки Хиросимы два дня назад. Но теперь вы в госпитале, вам больше ничего не угрожает.<br/>
Чуть живой от слабости, я спросил:<br/>
— Где я?<br/>
— В Нагасаки, — ответила она.<br/>
<br/>
Джейн Орвис «Окно»<br/>
<br/>
С тех пор как Риту жестоко убили, Картер сидит у окна. Никакого телевизора, чтения, переписки. Его жизнь — то, что видно через занавески. Ему плевать, кто приносит еду, платит по счетам, он не покидает комнаты. Его жизнь — пробегающие физкультурники, смена времен года, проезжающие автомобили, призрак Риты.<br/>
<br/>
Картер не понимает, что в обитых войлоком палатах нет окон.<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Англичане тоже организовывали конкурс на самый короткий рассказ. Но по условиям конкурса в нем должны были быть упомянуты королева, Бог, секс, тайна. Первое место присудили автору такого рассказа:<br/>
<br/>
«О Боже, — воскликнула королева, — я беременна и не знаю от кого!»<br/>
<br/>
Лариса Керкленд «Предложение»<br/>
<br/>
Звездная ночь. Самое подходящее время. Ужин при свечах. Уютный итальянский ресторанчик. Маленькое черное платье. Роскошные волосы, блестящие глаза, серебристый смех. Вместе уже два года. Чудесное время! Настоящая любовь, лучший друг, больше никого. Шампанского! Предлагаю руку и сердце. На одно колено. Люди смотрят? Ну и пусть! Прекрасное бриллиантовое кольцо. Румянец на щеках, очаровательная улыбка.<br/>
<br/>
Как, нет?!<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Классический пример лаконичности спартанцев — их ответ на письмо царя Македонии Филиппа II, завоевавшего многие греческие города:<br/>
<br/>
«Советую вам сдаться немедленно, потому что, если моя армия войдет в ваши земли, я уничтожу ваши сады, порабощу людей и разрушу город».<br/>
<br/>
На это спартанские эфоры ответили одним словом: «Если».<br/>
<br/>
Чарльз Энрайт «Призрак»<br/>
<br/>
Как только это случилось, я поспешил домой, чтобы сообщить жене печальное известие. Но она, похоже, совсем меня не слушала. Она вообще меня не замечала. Она посмотрела прямо сквозь меня и налила себе выпить. Включила телевизор. В этот момент раздался телефонный звонок. Она подошла и взяла трубку. Я увидел, как сморщилось ее лицо. Она горько заплакала.<br/>
<br/>
Роберт Томпкинс «В поисках Правды»<br/>
<br/>
Наконец в этой глухой, уединенной деревушке его поиски закончились. В ветхой избушке у огня сидела Правда.<br/>
Он никогда не видел более старой и уродливой женщины.<br/>
— Вы — Правда?<br/>
Старая, сморщенная карга торжественно кивнула.<br/>
— Скажите же, что я должен сообщить миру? Какую весть передать?<br/>
Старуха плюнула в огонь и ответила:<br/>
— Скажи им, что я молода и красива!<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
Виктор Гюго отправил издателю рукопись романа «Отверженные» с сопроводительным письмом:<br/>
<br/>
«?»<br/>
<br/>
Ответ был не менее лаконичен:<br/>
«!»<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
B конкурсe на самую короткую автобиографию победила одна пожилая француженка, которая написала:<br/>
<br/>
«Раньше у меня было гладкое лицо и мятая юбка, а теперь — наоборот».<br/>
<br/>
* * *<br/>
<br/>
И в заключение знаменитый моностих Валерия Брюсова 1895 года:<br/>
<br/>
«О закрой свои бледные ноги».<br/>
Самые короткие в мире рассказы<br/>
004<br/>
Однажды редактор журнала «New Time» Стив Мосс решил провести конкурс, участникам которого предлагалось написать рассказ длиной в 55 слов, но чтобы при этом в тексте сохранялись стройный сюжет, проработанность персонажей и необычная развязка. Он получил отклик таких масштабов, что по результатам конкурса удалось собрать целый сборник, получивший название «Самые короткие в мире рассказы»<br/>
<br/>
Несчастная<br/>
<br/>
Говорят, зло не имеет лица. Действительно, на его лице не отражалось никаких чувств. Ни проблеска сочувствия не было на нем, а ведь боль просто невыносима. Разве он не видит ужас в моих глазах и панику на моем лице? Он спокойно, можно сказать, профессионально выполнял свою грязную работу, а в конце учтиво сказал: «Прополощите рот, пожалуйста».<br/>
<br/>
Дэн Эндрюс<br/>
<br/>
Рандеву<br/>
<br/>
Зазвонил телефон.<br/>
— Алло, — прошептала она.<br/>
— Виктория, это я. Давай встретимся у причала в полночь.<br/>
— Хорошо, дорогой.<br/>
— И пожалуйста, не забудь захватить с собой бутылочку шампанского, — сказал он.<br/>
— Не забуду, дорогой. Я хочу быть с тобой сегодня ночью.<br/>
— Поторопись, мне некогда ждать! — сказал он и повесил трубку.<br/>
Она вздохнула, затем улыбнулась.<br/>
— Интересно, кто это, — сказала она.<br/>
<br/>
Николь Веддл<br/>
<br/>
Чего хочет дьявол<br/>
<br/>
Два мальчика стояли и смотрели, как сатана медленно уходит прочь. Блеск его гипнотических глаз все еще туманил их головы.<br/>
— Слушай, чего он от тебя хотел?<br/>
— Мою душу. А от тебя?<br/>
— Монетку для телефона-автомата. Ему срочно надо было позвонить.<br/>
— Хочешь, пойдём поедим?<br/>
— Хочу, но у меня теперь совсем нет денег.<br/>
— Ничего страшного. У меня полно.<br/>
<br/>
Брайан Ньюэлл<br/>
<br/>
Судьба<br/>
<br/>
Был только один выход, ибо наши жизни сплелись в слишком запутанный узел гнева и блаженства, чтобы решить все как-нибудь иначе. Доверимся жребию: орел — и мы поженимся, решка — и мы расстанемся навсегда.<br/>
Монетка была подброшена. Она звякнула, завертелась и остановилась. Орел.<br/>
Мы уставились на нее с недоумением.<br/>
Затем, в один голос, мы сказали: «Может, еще разок?»<br/>
<br/>
Джей Рип<br/>
<br/>
Вечерний сюрприз<br/>
<br/>
Блестящие колготки туго и соблазнительно облегали прекрасные бедра — чудесное дополнение к легкому вечернему платью. От самых кончиков бриллиантовых сережек до носков изящных туфелек на тонких шпильках — все было просто шикарно. Глаза с только что наведенными тенями рассматривали отражение в зеркале, и накрашенные яркой красной помадой губы растягивались от удовольствия. Внезапно сзади послышался детский голос:<br/>
«Папа?!»<br/>
<br/>
Хиллари Клэй<br/>
<br/>
Благодарность<br/>
<br/>
Шерстяное одеяло, что ему недавно дали в благотворительном фонде, удобно обнимало его плечи, а ботинки, которые он сегодня нашел в мусорном баке, абсолютно не жали.<br/>
Уличные огни так приятно согревали душу после всей этой холодящей темноты…<br/>
Изгиб скамьи в парке казался таким знакомым его натруженной старой спине.<br/>
«Спасибо тебе, Господи, — подумал он, — жизнь просто восхитительна!»<br/>
<br/>
Эндрю Э. Хант<br/>
<br/>
Высшее образование<br/>
<br/>
— В университете мы просто протирали штаны, — сказал Дженнингс, вымывая грязные руки. — После всех этих сокращений бюджета они многому вас не научат, они просто ставили оценки, и все шло своим чередом.<br/>
— Так как же вы учились?<br/>
— А мы и не учились. Впрочем, можешь посмотреть, как я работаю.<br/>
Медсестра открыла дверь.<br/>
— Доктор Дженнингс, вы нужны в операционной.<br/>
<br/>
Рон Баст<br/>
<br/>
Решающий миг<br/>
<br/>
Она почти слышала, как двери ее тюрьмы захлопываются.<br/>
Свобода ушла навсегда, теперь ее судьба в чужих руках, и никогда ей не увидеть воли.<br/>
В голове ее замелькали безумные мысли о том, как хорошо бы сейчас улететь далеко-далеко. Но она знала, что скрыться невозможно.<br/>
Она с улыбкой повернулась к жениху и повторила: «Да, я согласна».
Интересно, Лев Николаевич Толстой в своем публицистическом труде 1905 года «Единое на потребу» публикует рассуждения Никколо Макиавелли о власти. Ничего не меняется за столетия! """" «Война, военное искусство и дисциплина должны составлять главнейший предмет забот каждого государя. Все его мысли должны быть направлены к изучению и усовершенствованию военного искусства и ремесла; он не должен увлекаться ничем другим, так как в этом искусстве вся тайна силы власти государя, и, благодаря ему, не только наследственные государи, но даже и обыкновенные граждане могут достигать верховного управления. Презирать военное искусство значит идти к погибели, владеть им в совершенстве, значит обладать возможностью приобретения верховной власти…<br/>
<br/>
Ни один государь, следовательно, не должен ни на минуту забывать о военном деле и в особенности должен постоянно упражняться в нем, в мирное время…<br/>
<br/>
Страсть к завоеваниям — дело, без сомнения, весьма обыкновенное и естественное: завоеватели, умеющие достигать своих целей, достойны скорее похвалы, нежели порицания, но создавать планы, не будучи в состоянии их осуществлять, — и неблагоразумно, и нелепо.<br/>
<br/>
Завоеватель может тремя способами удержать за собою покоренные страны, управляющиеся до этого собственными законами и пользовавшиеся свободными учреждениями. Первый способ: разорить и обессилить их; второй: лично в них поселиться, и третий: оставить неприкосновенными существующие в них учреждения, обложив только жителей данью и учредив у них управления с ограниченным личным составом для удержания жителей в верности и повиновении…<br/>
<br/>
Государь не должен бояться осуждения за те пороки, без которых невозможно сохранение за собою верховной власти, так как, изучив подробно разные обстоятельства, легко понять, что существуют добродетели, которые ведут к погибели лицо, обладающее ими, и есть пороки усваивая которые, государи только могут достигнуть безопасности и благополучия…<br/>
<br/>
Государи, когда дело идет о верности и единстве их подданных, не должны бояться прослыть жестокими. Прибегая в отдельных случаях к жестокостям, государи поступают милосерднее, нежели тогда, когда от избытка снисходительности допускают развиваться беспорядкам, ведущим к грабежу и насилию, потому что беспорядки составляют бедствие целого общества, а казни поражают только отдельных лиц…<br/>
<br/>
Я нахожу, что желательно было бы, чтобы государи достигали одновременно и того и другого, но так как осуществить это трудно, и государям обыкновенно приходится выбирать, чтò в видах личной их выгоды, замечу, что полезнее держать подданных в страхе. Люди, говоря вообще, неблагодарны, непостоянны, лживы, боязливы и алчны; если государи осыпают их благодеяниями, они прикидываются приверженными к ним до самоотвержения и, как я уже выше говорил, если опасность далека, предлагают им свою кровь, средства и жизнь свою и детей своих; но, едва наступает опасность, — бывают не прочь от измены. Государь, слишком доверяющий подобным обещаниям и не принимающий никаких мер для своей личной безопасности, обыкновенно погибает, потому что привязанность подданных, купленных подачками, а не величием и благородством души, хотя и легко приобретается, но не прочна, и, в минуты необходимости, нельзя на нее полагаться. Кроме того, люди скорее бывают готовы оскорблять тех, кого любят, чем тех, кого боятся; любовь обыкновенно держится на весьма тонкой основе благодарности, и люди, вообще злые, пользуются первым предлогом, чтобы в видах личного интереса, изменить ей; боязнь же основывается да страхе наказания, никогда не оставляющем человека…<br/>
<br/>
В военное время, вообще располагая значительными армиями, государи могут быть жестокими без боязни, так как без жестокости трудно поддержать порядок и повиновение в войсках…<br/>
<br/>
Возвращаясь в вопросу, что выгоднее для государей, то ли, когда подданные их любят, или когда они их боятся, я заключаю, что так как в первом случае они бывают в зависимости от подданных, возбуждая же боязнь, бывают самостоятельны, то для мудрого правителя гораздо выгоднее утвердиться на том, что зависит от него, нежели на том, что зависит от других. При этом однако же, как я уже сказал, государи должны стараться не возбуждать к себе ненависти…<br/>
<br/>
Существуют два способа действия для достижения целей: путь закона и путь насилия. Первый способ — способ человеческий; второй — способ диких животных; но так как первый способ не всегда удается, то люди прибегают иногда и ко второму. Государи должны уметь пользоваться обоими способами.<br/>
<br/>
Государь, действуя грубой силой, подобно животным должен соединять в себе качества льва и лисицы. Обладая качествами только льва, он не будет уметь остерегаться и избегать западни, которую будут ему ставить; будучи же только лисицею, он не будет уметь защищаться против врагов, так что, для избежания сетей и возможности победы над врагами, государи должны быть и львами и лисицами.<br/>
<br/>
Те, которые захотят щеголять одной только львиной ролью, выкажут этим лишь крайнюю свою неумелость.<br/>
<br/>
Предусмотрительный государь не должен, следовательно, исполнять своих обещаний и обязательств, раз такое исполнение будет для него вредно, и если все мотивы, вынудившие его обещание, устранены. Конечно, если бы все люди были честны, — подобный совет можно было бы счесть за безнравственный, но так как люди обыкновенно не отличаются честностью, и подданные относительно государей не особенно заботятся о выполнении своих обещаний, то и государям относительно их не для чего быть щекотливыми. Для государей же не трудно всякое свое клятвопреступление прикрывать благовидными предлогами. В доказательство этого можно привести бесчисленные примеры из современной истории, можно указать на множество мирных трактатов и соглашений всякого рода, нарушенных государями или оставшихся мертвой буквою за неисполнением их. При этом станет очевидно, что в больших барышах оставались те государи, которые лучше умели подражать в своих действиях лисицам. Необходимо, однако же, последний способ действий хорошо скрывать под личиной честности, государи должны обладать великим искусством притворства и одурачивания, потому что люди бывают обыкновенно до того слепы и отуманены своими насущными потребностями, что человек, умеющий хорошо лгать, всегда найдет достаточно легковерных людей, охотно поддающихся обману…<br/>
<br/>
Государям, следовательно, нет никакой надобности обладать в действительности… хорошими качествами… но каждому из них необходимо показывать вид, что он всеми ими обладает. Скажу больше — действительное обладание этими качествами вредно для личного блага государя, притворство же и личина обладания ими — чрезвычайно полезны. Так, для государèй очень важно уметь выказываться милосердными, верными своему слову, человеколюбивыми, религиозными и откровенными; быть же таковыми на самом деле не вредно только в таком случае, если государь с подобными качествами сумеет в случае надобности, заглушит их и выказать совершенно противоположные.<br/>
<br/>
Едва ли кто-нибудь станет сомневаться в том, что государям, особенно только-что получившим власть или управляющим вновь возникающими монархиями, бывает невозможно согласовать свой образ действий с требованиями нравственности: весьма часто для поддержания порядка в государстве они должны поступать против законов совести, милосердия, человеколюбия, и даже против религии. Государи должны обладать гибкой способностью изменять свои убеждения сообразно обстоятельствам и как я сказал выше, если возможно, не избегать честного пути, но в случае необходимости, прибегать и к бесчестным средствам.<br/>
<br/>
Государи должны усиленно заботиться о том, чтобы каждая фраза, исходящая из их уст, представлялась продиктованной совместно всеми пятью перечисленными мною качествами, чтобы слушающему государя особа его представлялась самою истиною, самим милосердием, самим человеколюбием, самою искренностью и самим благочестием. Особенно важно для государей притворяться благочестивыми; в этом случае люди, судящие по большой части только по одной внешности, так как способность глубокого суждения дана не многим, — легко обманываются. Личина для государей необходима, так как большинство судит о них по тому, чем они кажутся, и только весьма немногие бывают в состоянии отличать кажущееся от действительного; и если даже эти немногие поймут настоящие качества государей, они не дерзнут высказать свое мнение, противное мнению большинства, да и побоятся посягнуть этим на достоинство верховной власти, представляемой государем. Кроме того, так как действия государей неподсудны трибуналам, то подлежат осуждению одни только результаты действий, а не самые действия. Если государь сумеет только сохранить свою жизнь и власть, то все средства, какие бы он ни употреблял для этого, будут считаться честными и похвальными».<br/>
<br/>
Здесь весь текст <a href="http://tolstoy-lit.ru/tolstoy/philosophy/edinoe-na-potrebu.htm" target="_blank" rel="nofollow noreferrer noopener">tolstoy-lit.ru/tolstoy/philosophy/edinoe-na-potrebu.htm</a>