Пестов Николай – Жизнь для вечности

Пестов Николай «Жизнь для Вечности…» (год издания 2010).

Читает дама, жаль не указано кто именно. Голос прекрасный. Читает исключительно.

Книга о Боге, сыне и вере… Повесть о юном воине Христовом…

Автор — Николай Евграфович Пестов — богослов, историк православной Церкви, доктор химических наук и специалист в области технологии минеральных удобрений, профессор, кавалер ордена Ленина. Книга «Жизнь для вечности» — самая первая в творчестве автора. Причиной ее появления стало трагическое событие — смерть горячо любимого сына Николая, погибшего в 1943 году на фронте в 19 лет в своем втором бою. Повествование о любимом сыне, который с верой жил и с верой отдал свою жизнь, чтобы жили другие…

Основной декорацией действия является полузамерзшая казарма; средой ‑ молодежь в форме курсантов. Заключительные сцены – на фронте и поле боя. И на этом суровом фоне расцвели те нежные, благоухающие цветы движений сердца и мыслей Коли, которые наполняют душу той радостью, которую пробуждает в душе всякая красота. С последним письмом завершилась его жизненная задача. Как заключительный аккорд жизненной мелодии, прозвучали финальные строки. Они вплели в его терновый венец последний ароматный цветок из подробностей последних часов его жизни… «жребий его и таких как он со избранными». Николай Пестов по прозвищу «профессор», выпускник московской школы № 346. Прекрасный математик, он готовился поступить в университет… самые трудные задачи щелкал, как орехи. В августе 1943 года батальон, где служил командиром взвода Коля Пестов, производил разведку боем. Атака была удачной, немцы понесли большие потери. Этот бой был первым и последним для Коли Пестова. Он спит на братской могиле под городом Спас-Деменском. В кармане шинели на убитом были найдены стихи-молитва, невероятно глубокие по своему смыслу:

Послушай, Бог… Еще ни разу в жизни
С Тобой не говорил я, но сегодня
Мне хочется приветствовать Тебя.
Ты знаешь… с детских лет всегда мне говорили,
Что нет Тебя… и я, дурак, поверил.
Твоих я никогда не созерцал творений.
И вот сегодня ночью я смотрел
Из кратера, что выбила граната,
На небо звездное, что было надо мной;
Я понял вдруг, любуяся мерцаньем,
Каким жестоким может быть обман.
Не знаю, Боже, дашь ли Ты мне руку?
Но я Тебе скажу, и Ты меня поймешь.
Не странно ль, что среди ужаснейшего ада
Мне вдруг открылся свет, и я узнал Тебя.
А кроме этого мне нечего сказать.
Вот только, что я рад, что я Тебя узнал…
На полночь мы назначены в атаку,
Но мне не страшно: Ты на нас глядишь.
Сигнал!.. Ну, что ж, я должен отправляться…
Мне было хорошо с Тобой… Еще хочу сказать,
Что, как Ты знаешь, битва будет злая
И, может, ночью же к Тебе я постучусь.
И вот, хоть до сих пор я не был Твоим другом,
Позволишь ли Ты мне войти, когда приду?
Но… кажется, я плачу. Боже мой.
Ты видишь, со мной случилось то, что ныне я прозрел.
Прощай, мой Бог… иду… и вряд ли уж вернусь.
Как странно… но теперь я смерти не боюсь.
Александр Зацепа, 1944 год.

Прочтя эту «свою», неподражаемо искреннюю молитву, кто может сомневаться в том, что Бог «его поймет», «даст ему руку» и «позволит войти» в Его светлое Небесное Царство, этому воину, отдавшему жизнь за Родину… Мог бы, тысячу раз плюсанул. В «избранное».

В музыкальной подложке произведения Шуберта Франца Петера. Во вступлении — «Вечерняя серенада. Лебединая песнь». Изумительно!