Мартынов Леонид – Река Тишина

«Храни меня, дождь» — это название у меня позаимствовали для фильма, вот фильм и лезет во все поисковые системы.

Храни меня, дождь.
Как море, пусть буду я мокрым,
Сливаясь с водой,
Как с почвой сливается мёртвый.

Спаси меня, дождь.
На всех пусть лицом своим серым
Я буду похож,
Как шпрота на шпроту в консервах.

Уйми меня, дождь.
Глуши прорицанья и крики.
Когда ты идёшь,
Всеведущих уши закрыты.

Кляни меня, дождь.
И если, пошлявшись по лужам,
Труп жалкий найдёшь —
не плачь. Значит – больше не нужен.

Едрёны же вошь!
Последняя ты мне надежда.
Храни меня, дождь.
Пусть посуху минет Невежда.
­­­______
Так звучал мой исходный стих.

Я сам не исполнял ни это стихотворение, ни песню, на него написанную. А вот текст песни чуть не поссорил её соавторов.

История песни «Сладкая планета», которую мы написали с Сергеем Шариковым из «Ариэля», похожа в одном пункте: это название тоже стащили. В центре образной системы песни — река, но не реальная из воды, а фольклорная — из молока. С неё пять лет начинались все концерты группы. И вот — появилась конфета с таким названием. Хотя, может, придумал рецепт — фанат группы? Тогда можно только порадоваться!

Это чистовик рукописи.
В 1978 году я нагрянул в Челябинск с тетрадкой новых стихов, и однажды ночью Ростислав Гепп прочитал её всю вслух в компании наших ровесников, и откровенно хвалил тексты, считая, что я на нижнем этаже уже сплю. В следующую встречу, в Минске, он показал мелодию, которая меня совершенно очаровала, и попросил изменить слова, поскольку оригинальный стих никак не походил на советскую песню. Я убрал все «сомнительные» места и заменил их более мягкой лирикой, а в качестве псевдонима выбрал фамилию одного из моих белорусских предков, что жил двести с лишним лет назад в селе Кунава и дал начало славному роду Цариков, – Залесский.
Вот так «Храни меня, дождь» стал самым известным моим текстом, впрочем значительно изменив если не содержание, то форму.
Несколько слов вставил в песню и сам Стас, но я не стал ему перечить, восхищённый музыкой и стилем исполнения. Песня стала его хитом на всю жизнь.

Я думаю, и для Никитиных мне пришлось бы текст менять. Тут ведь и без выражения не обошлось, помимо резких и рельефных образов, переданных вполне приличными словами.

Чувство схожести, созвучности у меня было и в юности с ним, несмотря на разницу в полвека.

Первая часть стихов Антокольского уже на сайте. Жду запросов на дополнение ко второй части.

Удивительно, Вы описываете то, что я чувствую! Только у меня это оформляется не в текст, а в интонации при прочтении стихотворения… Именно два человека, и один, и нельзя разделить это двойственное ощущение и дать точный ответ. А окончательного ответа — вообще быть не может, потому что мы здесь касаемся вечности.

Вы тут раскрываете секреты поэта, и всё же… Надо быть поэтом. Никто из нас — такого не напишет, и не написал!