Прямой эфир

Александр Сергеевич — имя моё,
Но не Пушкин, увы.
Мне 67 уже,
А я все дышу, и хожу,
Но живу совсем бестолково.
Когда мне было 15,
Ровесник века я,
Я хотел весь мир изменить,
Чтобы всем людям дышалось легко
И свободно!
Я боролся за счастье людей
И в борьбе этой беспощадной
Был я бит,
был судим,
был отправлен на каторгу.
Помню, как кричали старухи во след мне:
«Ирод проклятый, предатель!».
Но не злился на них,
ибо знал, что в державе моей
темень стоит беспросветная.
И мечтою одной лишь дышал я тогда,
Вырвать сердце свое из груди,
Осветив людям дорогу,
Подобно легендарному Данко,
Чтоб избавить народ
От невежества,
Мракобесия,
Рабства вековечного!
И был путь мой нелегок,
был он тернист,
были сомненья…
Но я вновь поднимался,
шел в бой, шел вперед,
не щадя живота своего.
Я и Зимний брал в Октябре,
и в Гражданской бивал Колчака,
с Интервентом также нещадно сражался,
на Востоке сражался с басмачеством,
на фронтах необъятной нашей русской державы.
И ценою жизней братьев своих,
кровью и потом одержали победу,
Но было все ж рано еще
Ликовать, воспевать торжество победителя:
Предстояла война еще грандиознее,
более трудная —
Извести навсегда мракобесие,
рабство,
невежество.