Книга оказалась лучше, чем предполагалось.
Правда гг постоянно рефлексирует, страдает из-за девушки и совершенно не думает о родных.
Если честно, в книге многовато ВОДЫ
во первых я не могу поверить а незнания немцев, на их действия можно было посмотреть в самой Германии и в странах ближней Европы, в лагеря смерти даже экскурсии устраивали. все прекрасно знали что такое гитлеровцы-и что они творят в СССР можно было понять не смотря ни на какую их прессу.
Во вторых я могу понять родителей что желают смерти убийцам сына, не взирая на то что он не прав. сын для них прав без обсуждения
но тех кто желает за это смерти всей стране, я понять не могу.
да и плевать не него строго говоря, я скорее про то на сколько он достоверный информатор и можно верить его рассказу
Простите, не совсем понял, кто «оно будет ударным»? Окончание? А чего тогда БОйко, а БойкО? Первый слог? Тищенко, Мищенко, Лещенко — хорошо, а Короленко, Литвиненко, Порошенко — тук как? Так что же это ваше традиционное ударное Оно?..
Он уехал из разоренной страны после гибели сына в «красном терроре», а это значит не за конкретную вину, а просто «каждого десятого» или подобное. С каким чувством и с какой картиной уехал, с тем и продолжал жить. Поэтому так и писал. Про действия немцев узнавал из местной окупационной прессы.
Новой страны не видел.
Я вполне могу понять и не осуждать его.
Интересная книга. Логика гг максимально приближена к настоящему и адекватному мировоззрению и мне не понятна критика этой его черты характера. Правило кислородной маски в самолете, сначала надень на себя, а потом спасай остальных… Обстановка располагает.
Нет ненужных соплей и душевных терзаний, нет читерства и вагона «плюшек», чем обычно грешат в подобных рассказах.
Понравилось. Музыкальное сопровождение и начитка- превосходно.
у моей любимой писательницы габриэль витткоп есть сборник под названием мастерская подделок с небольшими стилизациями на язык писателей, которые когда-то формировали её вкус. с произведениями большинства из них я уже знакома, но вот дошло дело до лафонтеновских басен. влияние их на культуру известно, но мне стало особенно забавно, когда среди множества других отсылок я встретила в басне про льва и мышь историю, похожую на сюжет басни льва толстого с таким же названием, которая, в свою очередь, послужила текстом для патопсихологической диагностической методики…
Буря в стакане воды. Сделанный из мухи слон. Драма в ясельной группе…
Как ещё лучше передать впечатление от рассказа?
Чего ни коснись, из всего делается трагедия: «адский холод», от которого почти не спасает огромный скафандр, на поверку оказывается -1°С.
Глубина погружения (на несчастном Ганимеде, к тому же, с его низкой гравитацией) 2 км здесь является чем-то запредельным, давление «чудовищным», ага. А ничего, что на Земле люди опускались на глубину больше 9 километров? Это, на минуточку, условия более чудовищные не просто в разы, а даже на порядок!
И так постоянно.
Декламатор всячески подчëркивает это настроение (в смысле задумку автора) своим голосом, что, как ни странно, уместно в данном случае.
Главная польза — в выводе:«Точно формулируйте свои мысли и высказывания! Точно дейстуйте!» Правильный ответ на любое предложение — благодарность. Скажи «Спасибо!» и иди дальше молча.
Вы все написали правильно, но не всё так просто. Бендер — это образ собирательный.
Так, Сергей Шаргунов, глубочайший исследователь творчества Катаева, в своем исследовании «Погоня за вечной весной» указывает, цитирую:
<< В полиции в числе многих одесситов служили катаевский товарищ поэт Анатолий Фиолетов вплоть до рокового финала, и его брат, виртуозный мошенник, а затем инспектор уголовного розыска Осип Беньяминович Шор. Этот артистичный аферист, по утверждению Катаева, стал прототипом Остапа Бендера в «Двенадцати стульях». >>
Но и это еще не всё!
Тот же Шаргунов указывает, что одним из прототипов Бендера был… САМ КАТАЕВ!!!
ИиП наделили Бендера шутками Катаева, Бендер говорил как Катаев, а в портрет Бендера в первом издании Стульев кисти Кукрыниксы был, по сути, шаржем на Катаева.
Шаргунова — весьма советую. Очень информативная и познавательная вещь. И там много очень-очень интересного не только про Катаева.
Правда гг постоянно рефлексирует, страдает из-за девушки и совершенно не думает о родных.
Если честно, в книге многовато ВОДЫ
Во вторых я могу понять родителей что желают смерти убийцам сына, не взирая на то что он не прав. сын для них прав без обсуждения
но тех кто желает за это смерти всей стране, я понять не могу.
да и плевать не него строго говоря, я скорее про то на сколько он достоверный информатор и можно верить его рассказу
Простите, не совсем понял, кто «оно будет ударным»? Окончание? А чего тогда БОйко, а БойкО? Первый слог? Тищенко, Мищенко, Лещенко — хорошо, а Короленко, Литвиненко, Порошенко — тук как? Так что же это ваше традиционное ударное Оно?..
Новой страны не видел.
Я вполне могу понять и не осуждать его.
Нет ненужных соплей и душевных терзаний, нет читерства и вагона «плюшек», чем обычно грешат в подобных рассказах.
Понравилось. Музыкальное сопровождение и начитка- превосходно.
чтение отличное, спасибо исполнителям.
Рассказик покорил своей добротой, заботой, вниманием и любовью к своим родным.
Озвучка порадовала.
Как ещё лучше передать впечатление от рассказа?
Чего ни коснись, из всего делается трагедия: «адский холод», от которого почти не спасает огромный скафандр, на поверку оказывается -1°С.
Глубина погружения (на несчастном Ганимеде, к тому же, с его низкой гравитацией) 2 км здесь является чем-то запредельным, давление «чудовищным», ага. А ничего, что на Земле люди опускались на глубину больше 9 километров? Это, на минуточку, условия более чудовищные не просто в разы, а даже на порядок!
И так постоянно.
Декламатор всячески подчëркивает это настроение (в смысле задумку автора) своим голосом, что, как ни странно, уместно в данном случае.
Вы все написали правильно, но не всё так просто. Бендер — это образ собирательный.
Так, Сергей Шаргунов, глубочайший исследователь творчества Катаева, в своем исследовании «Погоня за вечной весной» указывает, цитирую:
<< В полиции в числе многих одесситов служили катаевский товарищ поэт Анатолий Фиолетов вплоть до рокового финала, и его брат, виртуозный мошенник, а затем инспектор уголовного розыска Осип Беньяминович Шор. Этот артистичный аферист, по утверждению Катаева, стал прототипом Остапа Бендера в «Двенадцати стульях». >>
Но и это еще не всё!
Тот же Шаргунов указывает, что одним из прототипов Бендера был… САМ КАТАЕВ!!!
ИиП наделили Бендера шутками Катаева, Бендер говорил как Катаев, а в портрет Бендера в первом издании Стульев кисти Кукрыниксы был, по сути, шаржем на Катаева.
Шаргунова — весьма советую. Очень информативная и познавательная вещь. И там много очень-очень интересного не только про Катаева.
С ув., АБ