Прямой эфир

«В мой самый лучший, светлый день,
В тот день Христова Воскресенья,
Мне вдруг примнилось искупленье,
Какого я искал везде.
Мне вдруг почудилось, что, нем,
Изранен, наг, лежу я в чаще,
И стал я плакать надо всем
Слезами радости кипящей».

Николай Гумилев, 10 марта – конец мая 1915

«Этимологию фамилии Гумилева Орест Высотский возводит к латинскому „humilis“ — „смиренный“. Удивительно, как сквозь детскую маску Человека-Льва проступает у зрелого Гумилева лицо подлинного имени – Смирения» (Павел Фокин).

В фильме „Франческо“ (1989, в главной роли Микки Рурк) есть сцена 1:42:50, прекрасно иллюстрирующая тезисы гумилиатов (70-е годы 12 века, Ломбардия) и францисканцев (начало 13 века, Сполето).

Франциска Ассизского вспоминает в своей тюремной исповеди и Оскар Уайльд.

«За страданием всегда кроется — душа. А издеваться над страждущей душой — это ужасно. И поистине неприглядна жизнь тех, кто на это способен».

«Может быть, всё, что мне осталось прекрасного в жизни, сосредоточено в некоей минуте самоуничижения, кротости и смирения. Так или иначе, я могу двигаться дальше, согласно предначертаниям моего пути, и стать достойным того, что со мной произошло, достойно приняв всё, что выпало мне на долю».

«Слово нужно настраивать, как скрипку: и подобно тому как излишек или недостаток вибраций в дрожании струны дают фальшивую ноту, чрезмерность или недостаток в словах мешают выразить мысль».

«В искусстве благие намерения ничего не стоят. Все дурное в искусстве — следствие благих намерений».

«Красота и Страдание идут рука об руку и несут одну и ту же благую весть».

«Благополучие, Наслаждение и Успех бывают грубого помола и суровой пряжи, но Страдание — самое чуткое из всего, что есть на свете. Это рана, которая кровоточит от прикосновения любой руки, кроме руки Любви».