Картина называется: «Жужжащий слепень дое*ался »!<br/>
<br/>
«Критики похожи на слепней, которые мешают лошади пахать землю. Лошадь работает, все мускулы натянуты, как струны на контрабасе, а тут на крупе садится слепень и щекочет и жужжит. Нужно встряхивать кожей и махать хвостом. О чем он жужжит? Едва ли ему понятно это. Просто — характер у него беспокойный и заявить о себе хочется — мол, тоже на земле живу! Вот видите — могу даже жужжать, обо всем могу жужжать! Я двадцать пять лет читаю критики на мои рассказы, а ни одного ценного указания не помню, ни одного доброго совета не слышал. Только однажды Скабичевский произвел на меня впечатление, он написал, что я умру в пьяном виде под забором.» — Антон Чехов<br/>
<br/>
„Критиканы — это обычно те люди, которые были бы поэтами, историками, биографами, если бы могли, но испробовав свои таланты в этих или иных областях и потерпев неудачу, решили заняться критикой.“ — Антон Павлович Чехов<br/>
<br/>
„Нет слабых людей есть дураки, которые критикуют вас за то, что они сами потерпели неудачу“…
Бородин Леонид! Преклоняю оба колена перед Вашим талантом! Видел в рассказах Василия Макаровича. Переслушал все рассказы и всех других чтецов. Но Вы!!!.. Слышал все интонации автора. Все его задумки. Всю его боль и все его радости. Я точно знаю, я стал чище. Лучше стал. Ни в какое сравнение с другими авторами и чтецами. Простите другие. Не могу пока слушать других авторов и чтецов. Всё суета. Александр Синица и Ярмольник Леонид очень близко. Теперь вся фантастика, Бредбери и Шекли не близко, а всё мимо теперь. Рядом их нет. Простите если обидел кого. До глубины души тронуло. И Чехов далеко. И Зощенко. Может и шок. Пройдет. А может и нет. Простите.
Критики (Читай «критиканы») похожи на слепней, которые мешают лошади пахать землю. Лошадь работает, все мускулы натянуты, как струны на контрабасе, а тут на крупе садится слепень и щекочет и жужжит. Нужно встряхивать кожей и махать хвостом. О чем он жужжит? Едва ли ему понятно это. Просто — характер у него беспокойный и заявить о себе хочется — мол, тоже на земле живу! Вот видите — могу даже жужжать, обо всем могу жужжать! Я двадцать пять лет читаю критики на мои рассказы, а ни одного ценного указания не помню, ни одного доброго совета не слышал. Только однажды Скабичевский произвел на меня впечатление, он написал, что я умру в пьяном виде под забором, — Антон Павлович Чехов.
Просто прелесть и талантище чтецов и особенно ИВАН ПОЛИТАЙ читал за двоих, а впечатление, что разные исполнители. Спасибо огромное за доставленное удовольствие. А где теперь, Максим? И как быстро летит время, прошло 18 лет от премьеры спектакля в Молодежном театре. Что теперь с театром? Вы просто молодцы, ИВАН и ОЛЬГА, что возродили эту пьесу здесь в клубе. Мы также вдвоем с Марией читали ее, когда начинали свое творчество по озвучиванию книг. На моей странице в книге сборнике Чехов Антон «Предложение, Хамелеон и др. рассказы» есть эта запись. Почему и я заинтересовался вашей работой и прослушал с интересом. Продолжайте озвучивать книги. Еще послушаю другую вашу работу, Иван и отпишусь. Всего вам доброго!!!
Специально для вас выделю из теста:<br/>
«Для «малой прессы» была характерна привязанность к православному календарю. Целые полосы отводились под рисунки, юморески, сценки, рассказы, посвященные Рождеству, Крещению, Пасхе, Троице и другим церковным праздникам. Объясняется это, очевидно, тем, что «малая пресса» ориентировалась на демократического читателя, пусть даже и не верующего, но не выходящего за рамки бытового православия. ЧЕХОВ, СОТРУДНИЧАВШИЙ С «МАЛОЙ ПРЕССОЙ» В 1880-Е ГОДЫ, НЕ МОГ ПРОЙТИ МИМО РОЖДЕСТВЕНСКОГО И СВЯТОЧНОГО РАССКАЗОВ. ВСЕГДА ОСТРО ОЩУЩАЯ ШТАМП И СТЕРЕОТИП, ОН И В ЭТОМ СЛУЧАЕ ВСТУПАЛ В СЛОЖНЫЕ ОТНОШЕНИЯ С ЖАНРОМ. <br/>
1) рождественский и святочный рассказ у Чехова необходимо отличать от многочисленных юморесок на новогодние темы. («Завещание старого, 1883 года», «Мошенники поневоле» и др.).<br/>
2) писатель НЕРЕДКО ПАРОДИРОВАЛ И ЖАНР, И ЕГО ОСНОВНЫЕ ПРИЗНАКИ. Так, уже первый «святочный рассказ» «Кривое зеркало» (1883) БЫЛ ПОСТРОЕН НА ПРОФАНАЦИИ САКРАЛЬНОГО. Десакрализация праздничного времени будет означать особую соотнесенность с «памятью жанра». Особенно наглядно это видно в рассказах «Восклицательный знак» (1885), «Ночь на кладбище» (1886), означенных в подзаголовках как святочные, в рассказе «То была она» (1886) и др. В этих рассказах есть элемент литературной игры: ЖАНРОВОЕ ОЖИДАНИЕ ЧИТАТЕЛЕЙ НЕ СБЫВАЕТСЯ.»<br/>
<br/>
Вы будете задаваться одним и тем же вопросом «почему?!..» <br/>
Да потому, что это ЧЕХОВ! Думаю, не хотел подражать своим предшественникам, короче, быть пошлым. <br/>
Вот таки и сейчас сочиняют горе-писатели кучу пошлой фантастики, не говоря уже о фэнтези, и детективы лишь бы только плыть по течению, русло которого было создано великими. Есть также те, кто тупо и слепо подражают Шукшину… Да я сам такой же! В общем, надо искать что-то свое! Чехов всегда находил.
Есть рассказы у Чехова, звучащие как анекдоты, например, «Смерть чиновника» или «Хамелеон», а есть у него рассказы, звучащие как притча. Говорю «как», потому что Чехов, как всегда, не морализаторствует, повествуя о превратностях жизни. Вот как раз рассказ «Агафья» и напоминает притчу или басню о супружеской неверности, человеческой беспечности, из которой сам читатель должен извлечь для себя мораль.<br/>
<br/>
Агафья — молодая женщина, видно, еще не рожавшая, кровь горячая, бурлячая, хочется ей любить, любить страстно, отдаваться полностью и без остатка страстям, а иначе, она бы вовремя смоталась с огородов домой. Жизнь уныла, коротка, а хочется ей острых ощущений, которых она, видимо, не получает от намного старшего ее мужа. С Савкой, кажется, ей хорошо, душевно, комфортно, тем более он любит природу, птичек замечает, например, соловья — тоже чеховский прием, как лучше показать естество человека. С другой стороны, модель поведения Савки как у дитяти — он непосредственный, простоват, что думает, то и говорит, водкой угостит, если есть. <br/>
Агафья же, я думаю, испытывает к Савке и нечто материнское, еще ею не реализованное. Одной лишь скотской страсти для нее мало, она любит молодого мужчину и как мать. Тянуло ее еще не рожавшую к Савке…<br/>
<br/>
Финал рассказа уже с самого начала предсказуем. Вот никак не подумаешь о том, что она, будучи такой еще молодой и дурой, могла бы манипулировать уже зрелым мужем. Разумеется, концовка рассказа должна была закончиться либо драмой, либо трагедией. Но и здесь Чехов в своем репертуаре — он дает чтителю додумать продолжение. И все же, как было трудно Агафье возвращаться домой… <br/>
<br/>
В свое время и я озвучил этот рассказ. Это было, когда я озвучивал Чехова бессистемно, как это делают все чтецы, начитывающие Чехова. Сейчас же у меня есть и система озвучания чеховских произведений, и своя методика, о которой я еще расскажу в свое книге.
Буду писать не как литкритик, а как рядовой читатель, а также почитатель чеховской прозы.<br/>
<br/>
Для начала, более 600 произведений, которые я «читал до дыр» последние 10 месяцев, давали и дают мне пищу для размышлений. Именно тот хороший писатель, кто, во-первых, заставляет работать воображение читателя, во-вторых, думать и, в-третьих, мудреть, то есть, становиться человечным. Ну, а если этот хороший писатель пишет неповторимым слогом, как Чехов, то мы имеем дело с богом писательского дела, каковым и является Чехов. <br/>
«Зелёная коса» — одно из моих любимых чеховских произведений. (Есть, кстати, и три не любимых мною, которые, как всегда, написаны хорошим слогом, но психологически меня выводящие. И тем ни менее и их я озвучил, в частности, рассказы «Враги» и «Доктор», пьеса «Безотцовщина» (др. названия пьесы: «Пьеса без названия», «Платонов»).<br/>
Сожалею, что многие свои рассказы Чехов не перевел в жанр драматургии, в частности, «Зеленая коса». Это была бы удачная пьеса в виде комедии в двух действиях, а может, даже в трех, опять же затрагивающая такие щепетильные темы, как то: юношеская любовь, дружба и проблема отцов и детей. Если бы эта была пьеса, то неплохо бы изменить характер одного из персонажей, а именно, Микшадзе младший, который страстно и пылко любит Олю и готов поразить своего соперника. Я уже несколько месяцев подумываю написать пьесу-трагикомедию по мотивам расказа, но важен также сам конец. Разумеется, это не хэппи-энд. С любовью не шутят! <br/>
Вообще, люблю чеховские диалоги, полилоги полные как динамизма, так и драматизма, что я, кстати, и показываю артистической манерой художественного прочтения, учитывая не только интонацию, но и особый «чеховский темп слога» (ЧТС), и чего, кстати, не делают многие чтецы, разумеется, в силу своей неопытности или непонимания, а, может, литературного кретинизма (сравните с географическим кретинизмом). Под чеховским драматизмом я, разумеется, подразумеваю напряжённость действия, свойственная драме, в чем Чехов, кстати, — великий мастер! Я озвучил все его пьесы и, между прочим, через них я многому научился как чтец. Посоветовал бы многим чтецам начитывать именно пьесы. Чтение пьес развивает чтецкую интуицию, умение показать голосами персонажей с их риторикой, речевыми особенностями и т.п. <br/>
И еще, думаю, проживи Чехов еще лет пять, перевел бы ряд своих рассказов их жанра прозы в жанр драматургии, как он это сделал с рассказами суть «Предложение», «Юбилей», «Свадьба», «Ночь перед судом», хотя последнее — не законченная пьеса, но я все же ее озвучил и выложил как в виде рассказа, так и незаконченной пьесы…<br/>
Напомню, Александр, я даже и не пытался вас в чем-то переубедить, а лишь высказал свою точку зрения, с которой вы можете не согласиться. Но меня радует, что вы неравнодушный человек. Вот по этой причине я не поленился и отреагировал на ваш комментарий.<br/>
С Новым годом Вас! Мир Вашему дому!
Антон, наш уважаемый, Павлович Чехов, писал короткие рассказы и пьесы, в противовес Льву Николаевичу Толстому, который, судя по его имени — Толстой — должен был писать нечто толстое, что для всех Антонов далеко от краткости, которая является сестрой таланта. Вы указываете Антону на то, что дескать школа виновата в том, что ему не привили вкуса ко всему толстому, но такова природа Антона — он любит все мини, малюсенькое, быстротечное, короткое. Так что, он не виновать и то же имеет право на свою точку зрения. И мне как-то смешно, что его кто-то заминусовал — явно кто-то не любит кгда кто-то течет против течения. Ведь, Толстой гений и все это должны признавать, а то как то не порядок!..
Читал, но суть не в этом. Мне важны не хвалебные дифирамбы, а реальная критика в аутентичном понимании ее. Иногда она попадается, но это редкость, когда дают дельные советы. Но если есть огромное желание, то могут и в личку написать автору, я не против. А что до комментариев, то это в основном люди выставляются, не более. Ведь, каждый хочет о себе заявить хотя бы так. Ведь, и вы не исключение. Вот, вы и выставились. Нарцисс! )<br/>
<br/>
«Я двадцать пять лет читаю критики (критиканство!!!) на мои рассказы, а ни одного ценного указания не помню, ни одного доброго совета не слышал. Только однажды Скабичевский произвел на меня впечатление, он написал, что я умру в пьяном виде под забором» — Чехов.
О как вас приплющило то, уважаемый) Теперь я вас понял. Вы зашли в комментарии под первую попавшуюся книгу и «излили душу». Просто здесь предполагается обсуждение книги Юрия Симоненко. Вроде по имени-фамилии понятно, что автор русский. И время звучания сразу видно, даже не открывая. И аннотация есть. <br/>
<br/>
То что вы записали жанры повестей и рассказов в «мусор» — это, как говорится, штришок к вашему облику. Есть множество хороших и даже великих повестей. Есть авторы, у которых нет вообще романов. Тот же А.П. Чехов одни рассказы писал — по вашему «мусор». Ну и ваше наяривание кулачком на всё иностранное — тоже кое о чем говорит. Сайт вам не нравится? А мне нравится. И много кому ещё нравится. Короче, пишите свои кляузы и жалобы лучше сразу в Спорт Лото)
Жаль, что ничто не понял этого рассказа, судя по комментам! <br/>
<br/>
То, что Андрей Андреевич перековался в хорошего такого торгаша, пусть и не крупного, но дело у него пошло, банкротом не стал, наследство матери использовал с умом, даже приумножит, бог дастЪ, сделало рассказ хэппиэндовским.<br/>
Но, есть одно «но», чего не хотят многие маленькие люди увидеть в рассказе! Город не изменился, но изменился главный герой (Он был начале возвышенным, а стал как все в конце!), подстроившись под этот закосневший город. <br/>
А сколько было вот таких Сидоровых Андреев Андреевичей, которые хотели, но которые ничего нового не изобрели, не создали, только ради того, чтобы остаться на плаву, занимаясь тем, чем все заурядные люди могут заниматься. А таких Сидоровых, Петровых, Ивановых пруд пруди по всей Матушке-Россеи! Нет, не новатор, а обычный человечек, рассуждающий так: «Лучше синица в руке, чем журавль в небе». <br/>
Чехов высмеивал Сидоровых, Сидоровых, Петровых, Ивановых Подзатылковых и прочих тварей. А сколько на этом сайте мне вот таких Сидоровых, Петровых, Ивановых и Подзатылкиных и пр. попадаются! «Как бы чего не вышло!..»<br/>
Народ, Чехов жил и вторил в 19 веке, а был очень прогрессивным человеком, до которого ныне живущим людям срать и срать!<br/>
<br/>
Чтец до сих пор не научился читать чеховские рассказы. Тянет чеховский слог, звняюсь за выражение, как кота за яйца.
Большинство, если и читают/слушают чеховские рассказы, то, как правило, юмористические, легкие для понимания, не напрягающие извилины. Что касается его пьес и повестей практически не читают, хотя, как я думаю, именно в них Чехов раскрылся как выдающийся драматург и прозаик. Самая крутая чеховская повесть, на мой взгляд, это — «Степь». В ней есть все, что нужно для души и ума. А какие колоритные персонажи! А как описана природа степной зоны России. Один еврей Моисей чего стоит! А его брат инсургент Соломон. Из таких потом рождались Троцкие. Можно много говорить об этой повести. Но скажу как чтец. Чтецы должны читать подобные произведения ля повышения своего чтецкого мастерства. <br/>
Жаль, у нас не было своего Чехова. Но, хорошо что я владею русским языком, пусть даже и не так сильно, но достаточно, чтобы читать и понимать русских классиков. <br/>
<br/>
Писано 28 февраля 2020 г.
Цитата: «не гуманист и не человеколюб Чехов».<br/>
<br/>
О, да вы провокатор, батенька! )))<br/>
Нет, вы меня не расстроили, вы меня потешили, Гос. Аля-Скабичевский! Чехов уже как сто с лишним лет не нуждается в адвокатах. Его полижанровые произведения сами за себя говорят. Надо просто прислушаться к ним, прежде сбавив градус недоброжелательства к автору. <br/>
Чехов ведь и таких как вы изобразил в своих произведениях. Наверное, в этом он антигуманен? Высмеивая глупость? Скорее всего! Это амплуа называется резонер. Да, да, вы, батенька, резонер! Ради бога, не обижайтесь на правду. Я же не по злобе. Я даже не стану вам советовать что-т перечитать из чеховского, ибо с Чеховым у вас априори не лады. Как я понял, чеховский гуманизм вы обозвали антигуманизмом и в том же роде. Кстати, меня многие плохие считаю плохим, хорошие — хорошим. Так и у вас с Чеховым! ))) <br/>
Однако после беседы с вами я еще больше проникся к Чехову, вернее, к его творениям, так как вы меня заставили еще кое что перечитать, переслушать, опять проанализировать. И я все больше и больше убеждаюсь, что Чехов был настоящим гуманистом. И ведь в жизни он лечил бесплатно людей, себя не щадя, и на острове Сахалин был, после чего условия жизни каторжан улучшились. Почему-то мне кажется, вы не открывали книгу Остров Сахалин. Я кстати и ее озвучил, но подлежит пока что редакции. <br/>
<br/>
Далее вы пишите:<br/>
<br/>
«И чем больше я, в вашем, исполнении его узнаю, тем больше согласен с критиками его творчества».<br/>
<br/>
Что, так ужасно я озвучиваю чеховскую прозу или, наоборот, гениально? ))<br/>
Вообще, без ложной скромности, я озвучиваю его гениально. <br/>
И еще, мне почему-то кажется, что своими озвучками я заставил вас очень понервничать: вы, наконец, внутренне приняли Чехова, прослушав рассказы именно в моем исполнении, поняв, вернее, осознав, насколько автор гениален, но вот прежние ваши ложные стереотипы с негативным окрасом по душу Чехова пока что не дают вам покоя. Оттого и соответственная реакция, можно сказать, идиосинкразия — кожа, глаза краснеют, чесотка итд,. Да, да, это ваша реакция! Я даже вижу, как вы рьяно и горячо обсуждаете Чехова в тесном кругу своих товарищей, возможно, жены и как они с вами соглашаются, и какое от этого чувство удовлетворения вы получали, ибо: «О! я не такой как все, у меня есть свое мнение на этот счет! Мне никто не может что-либо навязать, даже Чехов со своим ложным гуманизмом!» )))) Кстати, так и рождаются резонеры! )) А сколько на этом сайте резонеров! Я вообще, думаю что этот сайт и ему подобные — это «место изменить нельзя» ))) <br/>
<br/>
Однако! Мы оба с вами в равном положении. Весь мир даже и не заметит, что я сказал о Чехове, ибо я ноль без палочки, тем более не заметит вас, что вы «хорошего» сказали о Чехове. Чтобы нас заметили сегодня, мы должны с вами стать отпетыми негодяями, коими ни вы, ни я не являемся. Так что, вы мне ровня, как я — Вам!<br/>
<br/>
Александр, если где я и включил жескач, то не по злобе. Ничего личного, Александр.<br/>
Мир вашему дому!<br/>
И спасибо Вам за беседу. <br/>
<br/>
PS. На счет «Летающие острова». Я планирую сделать отдельный сборник, куда войдут с одноименным названием чеховские пародии на западных писателей. А это, как вы знаете, «Шведская спичка», «Кавардак в Риме», «Ненужная победа», «Жены артистов» итд
ну все же не таким. я читал его рассказы про проституцию-по мне так да глубина слаба-тут Чехов не дотянул-но и равнодушия в них нет. впрочем был он даже таким-так писатель часто работает не на свойствах своей души-а на больной проблеме. Роулинг-говорят в школе была толстая одинокая девочка которую все дразнили-так возник Гарри Поттер))<br/>
а публичные дома… ну что делать если я тоже не ханжа и отношусь к явлению спокойно)) я и сам в 20 лет шастал)) и тоже не всегда трезвый-там ведь хочется фронтовые 100 грамм для храбрости. для меня это совершенно не негативный принцип на любом уровне)) т.е. я не увидел ужаса даже в комменте-что на ней женится что ли?))<br/>
но конечно я понимаю что эпоха диктует свои правила-и от Чехова широты своих взглядов не требую. для своего времени они продвинутые и гуманные<br/>
ну а его Мизогиния это уже к психологам))
Спасибо вам за эти слова — они для меня очень важны. Любое упоминание о местах, где люди пережили боль и утраты, всегда рискует задеть живую струну, особенно если автор видел происходящее лишь со стороны. Вы правы: если бы я почувствовал всё это не через новости, не через рассказы, а собственной кожей — многое в книге звучало бы иначе. Ирония часто рождается от беспомощности, а беспомощность — от расстояния. Когда рядом страдают люди, никакой иронии не остаётся, и остаётся только человеческое сочувствие.<br/>
Живи сегодня Чехов или Толстой, они бы раньше написали подобное произведение, и разумеется, лучше во сто крат. Я же сделал то, что смог.<br/>
Я благодарен вам за то, что прочитали, за то, что нашли силы написать, и за вашу доброту — несмотря на всё, через что вы прошли. И особенно за то, что мои чтения могли хоть немного поддержать вас в тяжёлое время. Это для меня — честь. Берегите себя.
Я не понимаю, какой смысл пережевывать старую жвачку, которую любой может сам подобрать в Нете по своему желанию. Лучше поделитесь собственной мыслью о произведении (разумеется, если она у вас есть) — можно, в историческом контексте. А можно сравнить былое с сегодняшним днем, показав, насколко Чехов актуален и сегодня. Вот вам сюжет <a href="https://youtu.be/xbo5GkFwaAE?si=jYS6VQGS4ZhErrAQ" target="_blank" rel="nofollow noreferrer noopener">youtu.be/xbo5GkFwaAE?si=jYS6VQGS4ZhErrAQ</a> <br/>
<br/>
Чем пережевывать одно и то же, лучше пишите свое — очерки, статьи, эссе, рассказы, романы, повести итп. И публикуйтесь. Главное — выговориться, сделать действительно полезное для общества дело. За вас уже достаточно написали за Чехова. Ну, а если вы это делаете ради лайков, то, да, продолжайте заполнять и без того туго набитое пространство, в котором уже негде яблоку упасть. <br/>
<br/>
На худой конец, расскажите о своих впечатлениях, от исполнения чтеца. Кстати, чтец Пётр Василевский, как к примру, и Олег Булдаков, очень самобытный чтец, которого ни с кем из прилизанных чтецов не спутаешь. У него есть свой исполнительский шарм. Об этом вот пишите, если не можете о главном.
Николай Александрович Лейкин один из самых популярных и плодовитых беллетристов второй половины XIX века. Он автор 36 романов и повестей, 11 пьес и более 10 тыс. юмористических сцен. Его рассказы-сценки из жизни купцов и мещан печатали в петербургской газете, журналах «Стрекоза» и «Будильник». Вскоре Лейкин приобрёл права на издание журнала «Осколки», стал его редактором и печатался уже там. С помощью бытовых комических сценок, он рассчитывал приохотить к чтению городской простой народ и повысить его грамотность. При Лейкине «Осколки» стали самым популярным юмористическим журналом России. Он пригласил к сотрудничеству перспективных молодых писателей, среди которых был и Антон Чехов. Чехов называл «Осколки» своей литературной купелью, а Лейкина — крёстным батькой.<br/>
Огромную славу Лейкину принесла повесть «Наши за границей», юмористическое описание поездки супругов Николая Ивановича и Глафиры Семёновны Ивановых в Париже и обратно. Только при жизни автора книга переиздавалась 24 раза. Вскоре «Наши за границей» превратились в целый литературный сериал о заграничных вояжах купеческой четы.<br/>
Николай Некрасов говорил Лейкину: «У вас хорошо выходит, вы знаете тот быт, из которого пишите, но одно могу посоветовать — у вас добродушно всё, а вы, батенька, злобы, злобы побольше». Однако Николай Лейкин остался верен себе, показывал комическую сторону обыденной жизни беззлобно вышучивал своих героев, помещал их в нелепые ситуации, давал говорящие фамилии. Есть у него, например, купец Семивёдров и купчиха Кукишева, литератор Заливалов, барон Киндербальзам. С лёгкой руки Лейкина стали крылатыми выражения: «Вот тебе и фунт изюма», «Моё почтение с кисточкой». А ещё актуальная сегодня фраза о поведении некоторых российских туристов за рубежом — «на вершине Эйфелевой башни задымился русский самовар».
Чехов Антон Павлович «Рассказы. Повести. Пьесы. БВЛ. Том №123» (аудиокнига 2022).<br/>
<br/>
Самая важная способность хорошего исполнителя – уметь передать глубину произведения. Не заискивая и не снисходя. Без морализаторства, занудства и ханжества. Просто, но умело. С уважением к слушателю… Это как поделиться тем, что впечатлило. Именно это желание и исполнительское умение становится крючком для читательского интереса… В жизни хороший рассказчик – редкость. Мы привыкли обсуждать, вести диалог, а слушать сложнее. Нужно, чтобы сошлись вместе по-настоящему гений писателя, интересное произведение и мастерство чтеца: понятно, последовательно, образно, увлекательно передавать замысел автора. Хороший чтец не просто рисует перед нами скелет ситуации – он наращивает на него «мясо»: живописует характеры, выписывает образы, наполняет интонационно реплики, подробности внешнего вида, одежды и быта персонажей… Он говорит и о своих чувствах, и это дополняет книгу, которая становится живее, полнокровнее. Становится всё понятно, хотя реальность описывается от него далекая. Как это получается? Все дело в искусстве прочтения предложений, эпитетов, диалогов. Но простота – это не примитивность, это ясность мысли. Поэтому неспешный Чеховский текст так легко читается и воспринимается. Много глаголов, много наречий – они создают динамику и объем картинки. Прилагательные писатель использует экономно и точно там, где нужно. Ну, и какой-то секретный ингредиент добавляет, который делает плавный и неспешный текст увлекательным. Да так, что даже стационарная картинка выглядит динамичнее, чем некоторые современные блокбастеры.<br/>
Слушаешь, вроде бы просто интересные рассказы… А пристальнее присмотришься – волшебство. А всё вместе — эти истории, словно лоскутки, образуют целую картину современного мира. Уютную, живую, настоящую, без приглаженности, выхолощенности и лукавства.<br/>
Любить, как известно, нельзя заставить. Зато можно показать то, что любишь сам. Это-то и сделал Джахангир Абдуллаев… замечательно! В «избранном».
Нет, Лана, в данном случае даже ваш тембр, со всеми окрасами, уже бессилен перед ужасами и страшилками беспощадного Севера. А ведь Олександер был почти прав, когда сомневался, что вам не вытянуть сугубо мужских историй. Но вы решили надерзить и уже самого себя чувствую виноватым, что потакал вам.<br/>
Понимаешь, Лана, автор и чтец, в принципе, выполняют одну и ту же задачу — донести «правдивую» и достоверную историю, которая заинтриговала б или даже потрясла б нас всех до глубины души. И здесь чтецу и легче и неимоверно тяжелей одновременно. Мы все знаем об том, что поэту легче найти себе поклонников мелодекламацией, наигрывая под гитару свои стишки. Также и одаренный чтец может так начитать совершенно бездарную вещицу, что многие останутся в восторге. Но вы то ведь, Южная Домашняя Собачка, насколько я понимаю, берётесь за историю Северной Волчицы и подносите нам всё это, как будто б перед нами «Охотничьи рассказы» Тургенева. Дорогая Лана, такой вам совет: если вы наметили даже малюсенький рассказ, то должны знать про его автора всю подноготную и подбирать не понравившиеся рассказы, а те, в которых вы попадали, бывали в перекликающихся ситуациях (скажем, не на Аляске, а на Камчатке, не на упряжи собак, а хотя бы туристом в палатке и слышали в ночи леденящий душу рёв медведя или волчий вой). А тем более, если уж замахнулись на самого Джека Лондона, который сам был одним из своих собственных же персонажей, переболел цингой, еле выжил, то и в вашей прошедшей жизни, обязательно должны быть отклики и переживания, наедине с природой и даже с риском для жизни. Иначе вам никто не поверит!<br/>
Я уже писал, что мужикам легче начитывать такие вещи, потому как жизнь их мотает по разным краям и в каких только только ситуациях они не поперебывают и под конец почти что калеки. Но зато есть, что рассказать! <br/>
Отчего бы Акниге не обратить свои взоры на этот народный эпос или скажем направлять лучших на командировку в Приморье или на Чукотку за историями, да и для обновления. Да ведь и сам Чехов искал вдохновения на далёкой Камчатке…
<br/>
«Критики похожи на слепней, которые мешают лошади пахать землю. Лошадь работает, все мускулы натянуты, как струны на контрабасе, а тут на крупе садится слепень и щекочет и жужжит. Нужно встряхивать кожей и махать хвостом. О чем он жужжит? Едва ли ему понятно это. Просто — характер у него беспокойный и заявить о себе хочется — мол, тоже на земле живу! Вот видите — могу даже жужжать, обо всем могу жужжать! Я двадцать пять лет читаю критики на мои рассказы, а ни одного ценного указания не помню, ни одного доброго совета не слышал. Только однажды Скабичевский произвел на меня впечатление, он написал, что я умру в пьяном виде под забором.» — Антон Чехов<br/>
<br/>
„Критиканы — это обычно те люди, которые были бы поэтами, историками, биографами, если бы могли, но испробовав свои таланты в этих или иных областях и потерпев неудачу, решили заняться критикой.“ — Антон Павлович Чехов<br/>
<br/>
„Нет слабых людей есть дураки, которые критикуют вас за то, что они сами потерпели неудачу“…
«Для «малой прессы» была характерна привязанность к православному календарю. Целые полосы отводились под рисунки, юморески, сценки, рассказы, посвященные Рождеству, Крещению, Пасхе, Троице и другим церковным праздникам. Объясняется это, очевидно, тем, что «малая пресса» ориентировалась на демократического читателя, пусть даже и не верующего, но не выходящего за рамки бытового православия. ЧЕХОВ, СОТРУДНИЧАВШИЙ С «МАЛОЙ ПРЕССОЙ» В 1880-Е ГОДЫ, НЕ МОГ ПРОЙТИ МИМО РОЖДЕСТВЕНСКОГО И СВЯТОЧНОГО РАССКАЗОВ. ВСЕГДА ОСТРО ОЩУЩАЯ ШТАМП И СТЕРЕОТИП, ОН И В ЭТОМ СЛУЧАЕ ВСТУПАЛ В СЛОЖНЫЕ ОТНОШЕНИЯ С ЖАНРОМ. <br/>
1) рождественский и святочный рассказ у Чехова необходимо отличать от многочисленных юморесок на новогодние темы. («Завещание старого, 1883 года», «Мошенники поневоле» и др.).<br/>
2) писатель НЕРЕДКО ПАРОДИРОВАЛ И ЖАНР, И ЕГО ОСНОВНЫЕ ПРИЗНАКИ. Так, уже первый «святочный рассказ» «Кривое зеркало» (1883) БЫЛ ПОСТРОЕН НА ПРОФАНАЦИИ САКРАЛЬНОГО. Десакрализация праздничного времени будет означать особую соотнесенность с «памятью жанра». Особенно наглядно это видно в рассказах «Восклицательный знак» (1885), «Ночь на кладбище» (1886), означенных в подзаголовках как святочные, в рассказе «То была она» (1886) и др. В этих рассказах есть элемент литературной игры: ЖАНРОВОЕ ОЖИДАНИЕ ЧИТАТЕЛЕЙ НЕ СБЫВАЕТСЯ.»<br/>
<br/>
Вы будете задаваться одним и тем же вопросом «почему?!..» <br/>
Да потому, что это ЧЕХОВ! Думаю, не хотел подражать своим предшественникам, короче, быть пошлым. <br/>
Вот таки и сейчас сочиняют горе-писатели кучу пошлой фантастики, не говоря уже о фэнтези, и детективы лишь бы только плыть по течению, русло которого было создано великими. Есть также те, кто тупо и слепо подражают Шукшину… Да я сам такой же! В общем, надо искать что-то свое! Чехов всегда находил.
<br/>
Агафья — молодая женщина, видно, еще не рожавшая, кровь горячая, бурлячая, хочется ей любить, любить страстно, отдаваться полностью и без остатка страстям, а иначе, она бы вовремя смоталась с огородов домой. Жизнь уныла, коротка, а хочется ей острых ощущений, которых она, видимо, не получает от намного старшего ее мужа. С Савкой, кажется, ей хорошо, душевно, комфортно, тем более он любит природу, птичек замечает, например, соловья — тоже чеховский прием, как лучше показать естество человека. С другой стороны, модель поведения Савки как у дитяти — он непосредственный, простоват, что думает, то и говорит, водкой угостит, если есть. <br/>
Агафья же, я думаю, испытывает к Савке и нечто материнское, еще ею не реализованное. Одной лишь скотской страсти для нее мало, она любит молодого мужчину и как мать. Тянуло ее еще не рожавшую к Савке…<br/>
<br/>
Финал рассказа уже с самого начала предсказуем. Вот никак не подумаешь о том, что она, будучи такой еще молодой и дурой, могла бы манипулировать уже зрелым мужем. Разумеется, концовка рассказа должна была закончиться либо драмой, либо трагедией. Но и здесь Чехов в своем репертуаре — он дает чтителю додумать продолжение. И все же, как было трудно Агафье возвращаться домой… <br/>
<br/>
В свое время и я озвучил этот рассказ. Это было, когда я озвучивал Чехова бессистемно, как это делают все чтецы, начитывающие Чехова. Сейчас же у меня есть и система озвучания чеховских произведений, и своя методика, о которой я еще расскажу в свое книге.
<br/>
Для начала, более 600 произведений, которые я «читал до дыр» последние 10 месяцев, давали и дают мне пищу для размышлений. Именно тот хороший писатель, кто, во-первых, заставляет работать воображение читателя, во-вторых, думать и, в-третьих, мудреть, то есть, становиться человечным. Ну, а если этот хороший писатель пишет неповторимым слогом, как Чехов, то мы имеем дело с богом писательского дела, каковым и является Чехов. <br/>
«Зелёная коса» — одно из моих любимых чеховских произведений. (Есть, кстати, и три не любимых мною, которые, как всегда, написаны хорошим слогом, но психологически меня выводящие. И тем ни менее и их я озвучил, в частности, рассказы «Враги» и «Доктор», пьеса «Безотцовщина» (др. названия пьесы: «Пьеса без названия», «Платонов»).<br/>
Сожалею, что многие свои рассказы Чехов не перевел в жанр драматургии, в частности, «Зеленая коса». Это была бы удачная пьеса в виде комедии в двух действиях, а может, даже в трех, опять же затрагивающая такие щепетильные темы, как то: юношеская любовь, дружба и проблема отцов и детей. Если бы эта была пьеса, то неплохо бы изменить характер одного из персонажей, а именно, Микшадзе младший, который страстно и пылко любит Олю и готов поразить своего соперника. Я уже несколько месяцев подумываю написать пьесу-трагикомедию по мотивам расказа, но важен также сам конец. Разумеется, это не хэппи-энд. С любовью не шутят! <br/>
Вообще, люблю чеховские диалоги, полилоги полные как динамизма, так и драматизма, что я, кстати, и показываю артистической манерой художественного прочтения, учитывая не только интонацию, но и особый «чеховский темп слога» (ЧТС), и чего, кстати, не делают многие чтецы, разумеется, в силу своей неопытности или непонимания, а, может, литературного кретинизма (сравните с географическим кретинизмом). Под чеховским драматизмом я, разумеется, подразумеваю напряжённость действия, свойственная драме, в чем Чехов, кстати, — великий мастер! Я озвучил все его пьесы и, между прочим, через них я многому научился как чтец. Посоветовал бы многим чтецам начитывать именно пьесы. Чтение пьес развивает чтецкую интуицию, умение показать голосами персонажей с их риторикой, речевыми особенностями и т.п. <br/>
И еще, думаю, проживи Чехов еще лет пять, перевел бы ряд своих рассказов их жанра прозы в жанр драматургии, как он это сделал с рассказами суть «Предложение», «Юбилей», «Свадьба», «Ночь перед судом», хотя последнее — не законченная пьеса, но я все же ее озвучил и выложил как в виде рассказа, так и незаконченной пьесы…<br/>
Напомню, Александр, я даже и не пытался вас в чем-то переубедить, а лишь высказал свою точку зрения, с которой вы можете не согласиться. Но меня радует, что вы неравнодушный человек. Вот по этой причине я не поленился и отреагировал на ваш комментарий.<br/>
С Новым годом Вас! Мир Вашему дому!
<br/>
«Я двадцать пять лет читаю критики (критиканство!!!) на мои рассказы, а ни одного ценного указания не помню, ни одного доброго совета не слышал. Только однажды Скабичевский произвел на меня впечатление, он написал, что я умру в пьяном виде под забором» — Чехов.
<br/>
То что вы записали жанры повестей и рассказов в «мусор» — это, как говорится, штришок к вашему облику. Есть множество хороших и даже великих повестей. Есть авторы, у которых нет вообще романов. Тот же А.П. Чехов одни рассказы писал — по вашему «мусор». Ну и ваше наяривание кулачком на всё иностранное — тоже кое о чем говорит. Сайт вам не нравится? А мне нравится. И много кому ещё нравится. Короче, пишите свои кляузы и жалобы лучше сразу в Спорт Лото)
<br/>
То, что Андрей Андреевич перековался в хорошего такого торгаша, пусть и не крупного, но дело у него пошло, банкротом не стал, наследство матери использовал с умом, даже приумножит, бог дастЪ, сделало рассказ хэппиэндовским.<br/>
Но, есть одно «но», чего не хотят многие маленькие люди увидеть в рассказе! Город не изменился, но изменился главный герой (Он был начале возвышенным, а стал как все в конце!), подстроившись под этот закосневший город. <br/>
А сколько было вот таких Сидоровых Андреев Андреевичей, которые хотели, но которые ничего нового не изобрели, не создали, только ради того, чтобы остаться на плаву, занимаясь тем, чем все заурядные люди могут заниматься. А таких Сидоровых, Петровых, Ивановых пруд пруди по всей Матушке-Россеи! Нет, не новатор, а обычный человечек, рассуждающий так: «Лучше синица в руке, чем журавль в небе». <br/>
Чехов высмеивал Сидоровых, Сидоровых, Петровых, Ивановых Подзатылковых и прочих тварей. А сколько на этом сайте мне вот таких Сидоровых, Петровых, Ивановых и Подзатылкиных и пр. попадаются! «Как бы чего не вышло!..»<br/>
Народ, Чехов жил и вторил в 19 веке, а был очень прогрессивным человеком, до которого ныне живущим людям срать и срать!<br/>
<br/>
Чтец до сих пор не научился читать чеховские рассказы. Тянет чеховский слог, звняюсь за выражение, как кота за яйца.
Жаль, у нас не было своего Чехова. Но, хорошо что я владею русским языком, пусть даже и не так сильно, но достаточно, чтобы читать и понимать русских классиков. <br/>
<br/>
Писано 28 февраля 2020 г.
<br/>
О, да вы провокатор, батенька! )))<br/>
Нет, вы меня не расстроили, вы меня потешили, Гос. Аля-Скабичевский! Чехов уже как сто с лишним лет не нуждается в адвокатах. Его полижанровые произведения сами за себя говорят. Надо просто прислушаться к ним, прежде сбавив градус недоброжелательства к автору. <br/>
Чехов ведь и таких как вы изобразил в своих произведениях. Наверное, в этом он антигуманен? Высмеивая глупость? Скорее всего! Это амплуа называется резонер. Да, да, вы, батенька, резонер! Ради бога, не обижайтесь на правду. Я же не по злобе. Я даже не стану вам советовать что-т перечитать из чеховского, ибо с Чеховым у вас априори не лады. Как я понял, чеховский гуманизм вы обозвали антигуманизмом и в том же роде. Кстати, меня многие плохие считаю плохим, хорошие — хорошим. Так и у вас с Чеховым! ))) <br/>
Однако после беседы с вами я еще больше проникся к Чехову, вернее, к его творениям, так как вы меня заставили еще кое что перечитать, переслушать, опять проанализировать. И я все больше и больше убеждаюсь, что Чехов был настоящим гуманистом. И ведь в жизни он лечил бесплатно людей, себя не щадя, и на острове Сахалин был, после чего условия жизни каторжан улучшились. Почему-то мне кажется, вы не открывали книгу Остров Сахалин. Я кстати и ее озвучил, но подлежит пока что редакции. <br/>
<br/>
Далее вы пишите:<br/>
<br/>
«И чем больше я, в вашем, исполнении его узнаю, тем больше согласен с критиками его творчества».<br/>
<br/>
Что, так ужасно я озвучиваю чеховскую прозу или, наоборот, гениально? ))<br/>
Вообще, без ложной скромности, я озвучиваю его гениально. <br/>
И еще, мне почему-то кажется, что своими озвучками я заставил вас очень понервничать: вы, наконец, внутренне приняли Чехова, прослушав рассказы именно в моем исполнении, поняв, вернее, осознав, насколько автор гениален, но вот прежние ваши ложные стереотипы с негативным окрасом по душу Чехова пока что не дают вам покоя. Оттого и соответственная реакция, можно сказать, идиосинкразия — кожа, глаза краснеют, чесотка итд,. Да, да, это ваша реакция! Я даже вижу, как вы рьяно и горячо обсуждаете Чехова в тесном кругу своих товарищей, возможно, жены и как они с вами соглашаются, и какое от этого чувство удовлетворения вы получали, ибо: «О! я не такой как все, у меня есть свое мнение на этот счет! Мне никто не может что-либо навязать, даже Чехов со своим ложным гуманизмом!» )))) Кстати, так и рождаются резонеры! )) А сколько на этом сайте резонеров! Я вообще, думаю что этот сайт и ему подобные — это «место изменить нельзя» ))) <br/>
<br/>
Однако! Мы оба с вами в равном положении. Весь мир даже и не заметит, что я сказал о Чехове, ибо я ноль без палочки, тем более не заметит вас, что вы «хорошего» сказали о Чехове. Чтобы нас заметили сегодня, мы должны с вами стать отпетыми негодяями, коими ни вы, ни я не являемся. Так что, вы мне ровня, как я — Вам!<br/>
<br/>
Александр, если где я и включил жескач, то не по злобе. Ничего личного, Александр.<br/>
Мир вашему дому!<br/>
И спасибо Вам за беседу. <br/>
<br/>
PS. На счет «Летающие острова». Я планирую сделать отдельный сборник, куда войдут с одноименным названием чеховские пародии на западных писателей. А это, как вы знаете, «Шведская спичка», «Кавардак в Риме», «Ненужная победа», «Жены артистов» итд
а публичные дома… ну что делать если я тоже не ханжа и отношусь к явлению спокойно)) я и сам в 20 лет шастал)) и тоже не всегда трезвый-там ведь хочется фронтовые 100 грамм для храбрости. для меня это совершенно не негативный принцип на любом уровне)) т.е. я не увидел ужаса даже в комменте-что на ней женится что ли?))<br/>
но конечно я понимаю что эпоха диктует свои правила-и от Чехова широты своих взглядов не требую. для своего времени они продвинутые и гуманные<br/>
ну а его Мизогиния это уже к психологам))
Живи сегодня Чехов или Толстой, они бы раньше написали подобное произведение, и разумеется, лучше во сто крат. Я же сделал то, что смог.<br/>
Я благодарен вам за то, что прочитали, за то, что нашли силы написать, и за вашу доброту — несмотря на всё, через что вы прошли. И особенно за то, что мои чтения могли хоть немного поддержать вас в тяжёлое время. Это для меня — честь. Берегите себя.
<br/>
Чем пережевывать одно и то же, лучше пишите свое — очерки, статьи, эссе, рассказы, романы, повести итп. И публикуйтесь. Главное — выговориться, сделать действительно полезное для общества дело. За вас уже достаточно написали за Чехова. Ну, а если вы это делаете ради лайков, то, да, продолжайте заполнять и без того туго набитое пространство, в котором уже негде яблоку упасть. <br/>
<br/>
На худой конец, расскажите о своих впечатлениях, от исполнения чтеца. Кстати, чтец Пётр Василевский, как к примру, и Олег Булдаков, очень самобытный чтец, которого ни с кем из прилизанных чтецов не спутаешь. У него есть свой исполнительский шарм. Об этом вот пишите, если не можете о главном.
Огромную славу Лейкину принесла повесть «Наши за границей», юмористическое описание поездки супругов Николая Ивановича и Глафиры Семёновны Ивановых в Париже и обратно. Только при жизни автора книга переиздавалась 24 раза. Вскоре «Наши за границей» превратились в целый литературный сериал о заграничных вояжах купеческой четы.<br/>
Николай Некрасов говорил Лейкину: «У вас хорошо выходит, вы знаете тот быт, из которого пишите, но одно могу посоветовать — у вас добродушно всё, а вы, батенька, злобы, злобы побольше». Однако Николай Лейкин остался верен себе, показывал комическую сторону обыденной жизни беззлобно вышучивал своих героев, помещал их в нелепые ситуации, давал говорящие фамилии. Есть у него, например, купец Семивёдров и купчиха Кукишева, литератор Заливалов, барон Киндербальзам. С лёгкой руки Лейкина стали крылатыми выражения: «Вот тебе и фунт изюма», «Моё почтение с кисточкой». А ещё актуальная сегодня фраза о поведении некоторых российских туристов за рубежом — «на вершине Эйфелевой башни задымился русский самовар».
<br/>
Самая важная способность хорошего исполнителя – уметь передать глубину произведения. Не заискивая и не снисходя. Без морализаторства, занудства и ханжества. Просто, но умело. С уважением к слушателю… Это как поделиться тем, что впечатлило. Именно это желание и исполнительское умение становится крючком для читательского интереса… В жизни хороший рассказчик – редкость. Мы привыкли обсуждать, вести диалог, а слушать сложнее. Нужно, чтобы сошлись вместе по-настоящему гений писателя, интересное произведение и мастерство чтеца: понятно, последовательно, образно, увлекательно передавать замысел автора. Хороший чтец не просто рисует перед нами скелет ситуации – он наращивает на него «мясо»: живописует характеры, выписывает образы, наполняет интонационно реплики, подробности внешнего вида, одежды и быта персонажей… Он говорит и о своих чувствах, и это дополняет книгу, которая становится живее, полнокровнее. Становится всё понятно, хотя реальность описывается от него далекая. Как это получается? Все дело в искусстве прочтения предложений, эпитетов, диалогов. Но простота – это не примитивность, это ясность мысли. Поэтому неспешный Чеховский текст так легко читается и воспринимается. Много глаголов, много наречий – они создают динамику и объем картинки. Прилагательные писатель использует экономно и точно там, где нужно. Ну, и какой-то секретный ингредиент добавляет, который делает плавный и неспешный текст увлекательным. Да так, что даже стационарная картинка выглядит динамичнее, чем некоторые современные блокбастеры.<br/>
Слушаешь, вроде бы просто интересные рассказы… А пристальнее присмотришься – волшебство. А всё вместе — эти истории, словно лоскутки, образуют целую картину современного мира. Уютную, живую, настоящую, без приглаженности, выхолощенности и лукавства.<br/>
Любить, как известно, нельзя заставить. Зато можно показать то, что любишь сам. Это-то и сделал Джахангир Абдуллаев… замечательно! В «избранном».
Понимаешь, Лана, автор и чтец, в принципе, выполняют одну и ту же задачу — донести «правдивую» и достоверную историю, которая заинтриговала б или даже потрясла б нас всех до глубины души. И здесь чтецу и легче и неимоверно тяжелей одновременно. Мы все знаем об том, что поэту легче найти себе поклонников мелодекламацией, наигрывая под гитару свои стишки. Также и одаренный чтец может так начитать совершенно бездарную вещицу, что многие останутся в восторге. Но вы то ведь, Южная Домашняя Собачка, насколько я понимаю, берётесь за историю Северной Волчицы и подносите нам всё это, как будто б перед нами «Охотничьи рассказы» Тургенева. Дорогая Лана, такой вам совет: если вы наметили даже малюсенький рассказ, то должны знать про его автора всю подноготную и подбирать не понравившиеся рассказы, а те, в которых вы попадали, бывали в перекликающихся ситуациях (скажем, не на Аляске, а на Камчатке, не на упряжи собак, а хотя бы туристом в палатке и слышали в ночи леденящий душу рёв медведя или волчий вой). А тем более, если уж замахнулись на самого Джека Лондона, который сам был одним из своих собственных же персонажей, переболел цингой, еле выжил, то и в вашей прошедшей жизни, обязательно должны быть отклики и переживания, наедине с природой и даже с риском для жизни. Иначе вам никто не поверит!<br/>
Я уже писал, что мужикам легче начитывать такие вещи, потому как жизнь их мотает по разным краям и в каких только только ситуациях они не поперебывают и под конец почти что калеки. Но зато есть, что рассказать! <br/>
Отчего бы Акниге не обратить свои взоры на этот народный эпос или скажем направлять лучших на командировку в Приморье или на Чукотку за историями, да и для обновления. Да ведь и сам Чехов искал вдохновения на далёкой Камчатке…
чтобы был понятен замысел Чехова ))