Опыты спиритизма по аутентичным «рецептам» Менделеева и Вернадского, в 4-ом треке этой книги akniga.org/nesvyatye-svyatye-i-drugie-rasskazy прекрасно дополнили бы ряд ярких примеров отца Серафима Роуза.
Вторым антифашистским произведением Олега Хафизова после «Колонны Брюллова» является повесть «Пещной отрок», напечатанная в 2019 в журнале «Урал» uraljournal.ru/work-2019-5-2032 и удостоенная в том же году премии имени Павла Бажова. Кроме того, О. Э. Хафизов — автор сценария двухсерийного документального фильма «Загадки Нюрнберга».
В тональности «обыкновенного фашизма» выдержан и рассказ «Колонна Брюллова». Это не газетная агитка, не публицистика с ее нелепыми литотами и гиперболами. Художественное напряжение безошибочно создается, как в физике, разностью потенциалов.
Автор наделяет своего персонажа выразительным именем Вольфганг Амадей, делает его однофамильцем художника Карла Брюллова и архитектора Александра Брюллова. Его немец — акварелист и ценитель прекрасного, образец распорядка и дисциплины. Повествование идет своим чередом, «буднично и обыкновенно». И звершается фразой: «После завтрака Вольфганг Амадей сжег деревню».
«Я видел достаточно ужасов, — рассказывал Вольфганг. – Но никогда в моей жизни – ни до, ни после, я еще не чувствовал такого леденящего, парализующего ужаса.
Направив на немца икону, старец громовым голосом произнес: ПОШЕЛ! ПОШЕЛ!»
Эта сцена по мощности, но только в другой модальности, сопоставима с эпизодом, где мать отнимает у девочки и выбрасывает шоколадку, подаренную немцем.
По физиогномическим замечаниям Сигрид Унсет очень явно, что она была не только писательницей, но и художницей. Не часто встречающийся дар видеть сквозь поколения тонкое сходство лиц. У меня тоже есть стихи об этом:
Свойств и линий таинственный ход –
Словно звенья цепи без конца.
Сын о матери знанье несет,
Дочь всегда – это слепок отца.
Хоть изменчивость легкая есть,
Все же действует главный закон:
В дочке сына – вновь бабушка здесь,
Сыном дочери – дед повторен.
И не Запад с Прекраснодамами.
Будем Женщинами и Мужчинами –
Не ЕЖенщинами, Темучинами.
Не «рабыни» мы, не «поклонники» –
В поле Божием огородники.
Поле Божие – то Терпение,
Величание – вражьи терния.
15 октября 2025 года
ЖЕНСТВЕННОСТЬ
Женственность – не в притязанье
На диадемы империй.
Женственность – в биодизайне,
В том, чтоб терпенье не мерить.
Чтоб о любви и прощенье
Нам узнавать не из Гугла,
Чтобы унять отвращенье,
Сделать квадратное – круглым.
15 октября 2025 года
КРАСОТА
Смиренный – истинно прекрасен
И скромный – Красоту нашел.
Вот Благо обышедших зол.
А гнев и жалок, и напрасен.
26 сентября 2025 года
СВЕТИЛЬНИК
Мф 6:23
Светильник телу – это очи.
Они у нас мрачнее ночи.
Но если свет, что в нас, есть тьма,
То какова же тьма сама?
18 июля 2025 года
ЯСНОСТЬ
Бог посетил. А суета – все та же.
И жадность, и тщеславие, и зло.
И жжет вопрос единственный: когда же
Настанет в сердце ясное тепло?
Пусть тьма кругом, душа твоя светла,
Свободная от демонских метаний.
Безмолвие в ответ на вызов зла –
Вот смысл всех на свете испытаний.
19 сентября 2025 года
ДОЛГИ
Мф 6:15
Должник – любой, кто поступает
Неправо и недостодолжно.
А лицемер – кто не прощает
И о прощенье молит ложно,
Шепча без смысла «Vaterunser»,
Чего-то требуя у Бога,
В очах Которого как мусор
Слова взыскующего строго.
15 октября 2025 года
Es lebe Коля Иволгин!
И отцом себе не называйте никого на земле, ибо
один у вас Отец, который на небесах (Мт 23: 9)
1 Родители даны не в образец,
А в почитанiе. И если вдруг
Отдельные оттенки их сердец
Внушают окружающим испуг,
2 Неловкость детям за родных своих, –
Да не помыслим мы исправить их,
Обязывать, учить и умолять
Отца умнее стать и мягче мать.
3 Ведь почитать – не значит подражать.
Взрослея, мы сумЕем отличить
Добро, что дали нам отец и мать,
От всех изъянов, без которых жить
4 Душе людской в мiру не суждено.
И вовсе не напрасно нам дано
Увидеть ясно каждый их просчет.
От нас Спаситель исправленья ждет.
5 Он нам один Учитель и Отец
Рожденным и зимою и весной,
Единый идеал и образец
И во дворце и в хижине лесной.
6 И каждый Богу может стать сродни,
Как ни были б родители плохи,
И все исправить, чем грешат они,
И предков все наследные грехи.
7 Для каждой человеческой души
То сАмое полезно лицезреть,
Что лицезреет, если не спешит
Она урок отвергнуть и презреть.
8 Напрасно не верша неправый суд,
Увидим, что уроки те легки.
Родительскую миссию несут
Отец и мать и воле вопреки.
9 Мы негодуем, потому что мы
На них похожи, как вода на лед.
Но юные податливей умы,
И Бог от нас преображенья ждет.
10 Ведь поколенье каждое до нас,
На основаньях совершенно тех,
Могло бы видеть, как и мы сейчас,
В своих родителях наследный грех.
11 Не должно зол нечестьем умножать,
О заповеди пятой позабыв,
Родителей корить и обижать
И к совершенству повторять призыв.
12 Целительным не станет для отца,
Что сын ему во гневе говорит.
Единого довольно Образца.
Стрелу кривую только Бог прямит.
9 декабря 2018 года
В тональности «обыкновенного фашизма» выдержан и рассказ «Колонна Брюллова». Это не газетная агитка, не публицистика с ее нелепыми литотами и гиперболами. Художественное напряжение безошибочно создается, как в физике, разностью потенциалов.
Автор наделяет своего персонажа выразительным именем Вольфганг Амадей, делает его однофамильцем художника Карла Брюллова и архитектора Александра Брюллова. Его немец — акварелист и ценитель прекрасного, образец распорядка и дисциплины. Повествование идет своим чередом, «буднично и обыкновенно». И звершается фразой: «После завтрака Вольфганг Амадей сжег деревню».
Направив на немца икону, старец громовым голосом произнес: ПОШЕЛ! ПОШЕЛ!»
Эта сцена по мощности, но только в другой модальности, сопоставима с эпизодом, где мать отнимает у девочки и выбрасывает шоколадку, подаренную немцем.
Свойств и линий таинственный ход –
Словно звенья цепи без конца.
Сын о матери знанье несет,
Дочь всегда – это слепок отца.
Хоть изменчивость легкая есть,
Все же действует главный закон:
В дочке сына – вновь бабушка здесь,
Сыном дочери – дед повторен.
3 февраля 2019 года