Интересно было прочесть комментарии :)
По поводу же самого рассказа спорить ни с кем не хочу, но приведу некоторые небезынтересные факты и моменты, которые были упущены в обсуждении.
Первое и главное (отправная точка, так сказать) — мы пытаемся оценивать русский перевод рассказа, причем перевод, по всей видимости, не самый высокохудожественный. Однако как знать, что собой представляет англоязычный оригинал? Возможно, с точки зрения англо-американской художественной литературы, там все о'кей и даже более, раз уж рассказ был отмечен премией Хьюго 1992 года в номинации «лучшая короткая история» (рассказ)) и вошел в условный цикл «Лучшее за год» (1992).
Далее, автор рассказа далеко не дилетант в науке. Джеффри Лэндис — ученый-астрофизик, который (цитата) «закончил знаменитый Массачусетский технологический институт, получив дипломы физика и электротехника, а позже защитил диссертацию в Университете Брауна. Лэндис продолжает работать по специальности и по сей день: в частности, в исследовательском центре НАСА имени Джона Гленна в Кливленде (NASA Glenn Research Center at Lewis Field), штат Огайо. Он занимается изучением Марса и использования солнечной энергии, а также перспективными разработками межзвездных двигателей. В 2013 году был награжден престижной премией Энергетических систем воздушного пространства от Американского института аэронавтики и астронавтики за (м. — обратите особое внимание!) «разработку усовершенствованного фотогальванического энергоблока, предназначенного для эксплуатации в экстремальных космических пространствах»». Так что пишет он, безусловно, о том, что прекрасно знает.
В отношении литературного творчества он тоже неординарен: на его счету три Премии читателей журнала «Азимов», две Премии Хьюго, Премия Роберта А. Хайнлайна, Мемориальная премия Теодора Старджона, Премия Локус и еще несколько наград подобного же рода за различные произведения от стихотворений до романов.
Это к вопросу о чисто литературных достоинствах.
Теперь о фантастике как о жанре и творческом методе. Теория литературы — все же наука не менее других дисциплин. И в ней довольно давно существуют четкие определения отдельных жанров и поджанров. Самое краткое определение фантастики звучит так: «жанр и творческий метод в художественной литературе, кино, изобразительном и других формах искусства, характеризуемый использованием фантастического допущения, «элемента необычайного», нарушением границ реальности, принятых условностей». Наиболее крупные выделенные поджанры: научная фантастика, фэнтези, ужасы, магический реализм.
Фантастическое допущение как главная определяющая черта фантастики — это наличие в произведении фактора, который не встречается или невозможен в реальном мире читателя или самого произведения. И вот здесь начинается деление на поджанры по виду фантастического допущения. Если оно из области точных, естественных или гуманитарных наук, то фантастика определяется как научная. Если из области мифов, легенд и фольклора — фэнтези. Если из области мистики и фантасмагории — это, соответственно, мистика, ужасы и магический реализм (для каждого из которых существует более полный набор определяющих признаков).
В данном рассказе в наличии научно-техническая тематика. Фантастическое допущение из области точных наук — тот самый, вызвавший массу споров, скафандр с „фотогальваническим энергоблоком“.
Никаких допущений из области мифологии, легенд и фольклора здесь нет, так что спор на тему „фантастика или фэнтези“ абсолютно бессмыслен))) Конечно, это „твердая“ научная фантастика.
И не стоит путать сюжет (набор событий в рассказе) с его фантастическим допущением (скафандр, которого не существует в реальном мире читателей).
Что касается сюжета, то он архетипичен — проблема выживания в экстремальных условиях, — и потому, безусловно, „цепляет“ читателя. Другой вопрос, насколько автору удалось создать эмоциональную напряженность в описании этого выживания. И вот тут могу дать только личную оценку, с которой никто не обязан соглашаться))) Для меня высшая планка в этой тематике по эмоциональному накалу и художественным достоинствам — «Любовь к жизни» Джека Лондона. Все, что ниже этой планки, меня не слишком впечатляет, потому не впечатлил и этот рассказ.
Впрочем, это самое „не впечатлил“ ни в коем разе НЕ ОТНОСИТСЯ к озвучиванию рассказа. Прочитан он отлично (что вполне естественно для Кирилла Головина), поэтому искренне благодарю всех обитателей Аудиокниги-Клуб за две отличных возможности — прослушать, а затем проанализировать для себя произведение!
По поводу же самого рассказа спорить ни с кем не хочу, но приведу некоторые небезынтересные факты и моменты, которые были упущены в обсуждении.
Первое и главное (отправная точка, так сказать) — мы пытаемся оценивать русский перевод рассказа, причем перевод, по всей видимости, не самый высокохудожественный. Однако как знать, что собой представляет англоязычный оригинал? Возможно, с точки зрения англо-американской художественной литературы, там все о'кей и даже более, раз уж рассказ был отмечен премией Хьюго 1992 года в номинации «лучшая короткая история» (рассказ)) и вошел в условный цикл «Лучшее за год» (1992).
Далее, автор рассказа далеко не дилетант в науке. Джеффри Лэндис — ученый-астрофизик, который (цитата) «закончил знаменитый Массачусетский технологический институт, получив дипломы физика и электротехника, а позже защитил диссертацию в Университете Брауна. Лэндис продолжает работать по специальности и по сей день: в частности, в исследовательском центре НАСА имени Джона Гленна в Кливленде (NASA Glenn Research Center at Lewis Field), штат Огайо. Он занимается изучением Марса и использования солнечной энергии, а также перспективными разработками межзвездных двигателей. В 2013 году был награжден престижной премией Энергетических систем воздушного пространства от Американского института аэронавтики и астронавтики за (м. — обратите особое внимание!) «разработку усовершенствованного фотогальванического энергоблока, предназначенного для эксплуатации в экстремальных космических пространствах»». Так что пишет он, безусловно, о том, что прекрасно знает.
В отношении литературного творчества он тоже неординарен: на его счету три Премии читателей журнала «Азимов», две Премии Хьюго, Премия Роберта А. Хайнлайна, Мемориальная премия Теодора Старджона, Премия Локус и еще несколько наград подобного же рода за различные произведения от стихотворений до романов.
Это к вопросу о чисто литературных достоинствах.
Теперь о фантастике как о жанре и творческом методе. Теория литературы — все же наука не менее других дисциплин. И в ней довольно давно существуют четкие определения отдельных жанров и поджанров. Самое краткое определение фантастики звучит так: «жанр и творческий метод в художественной литературе, кино, изобразительном и других формах искусства, характеризуемый использованием фантастического допущения, «элемента необычайного», нарушением границ реальности, принятых условностей». Наиболее крупные выделенные поджанры: научная фантастика, фэнтези, ужасы, магический реализм.
Фантастическое допущение как главная определяющая черта фантастики — это наличие в произведении фактора, который не встречается или невозможен в реальном мире читателя или самого произведения. И вот здесь начинается деление на поджанры по виду фантастического допущения. Если оно из области точных, естественных или гуманитарных наук, то фантастика определяется как научная. Если из области мифов, легенд и фольклора — фэнтези. Если из области мистики и фантасмагории — это, соответственно, мистика, ужасы и магический реализм (для каждого из которых существует более полный набор определяющих признаков).
В данном рассказе в наличии научно-техническая тематика. Фантастическое допущение из области точных наук — тот самый, вызвавший массу споров, скафандр с „фотогальваническим энергоблоком“.
Никаких допущений из области мифологии, легенд и фольклора здесь нет, так что спор на тему „фантастика или фэнтези“ абсолютно бессмыслен))) Конечно, это „твердая“ научная фантастика.
И не стоит путать сюжет (набор событий в рассказе) с его фантастическим допущением (скафандр, которого не существует в реальном мире читателей).
Что касается сюжета, то он архетипичен — проблема выживания в экстремальных условиях, — и потому, безусловно, „цепляет“ читателя. Другой вопрос, насколько автору удалось создать эмоциональную напряженность в описании этого выживания. И вот тут могу дать только личную оценку, с которой никто не обязан соглашаться))) Для меня высшая планка в этой тематике по эмоциональному накалу и художественным достоинствам — «Любовь к жизни» Джека Лондона. Все, что ниже этой планки, меня не слишком впечатляет, потому не впечатлил и этот рассказ.
Впрочем, это самое „не впечатлил“ ни в коем разе НЕ ОТНОСИТСЯ к озвучиванию рассказа. Прочитан он отлично (что вполне естественно для Кирилла Головина), поэтому искренне благодарю всех обитателей Аудиокниги-Клуб за две отличных возможности — прослушать, а затем проанализировать для себя произведение!