у Олди в Пентакле-есть такая же дуальная пара (правда там мужчина и девушка)-как олицетворение белых и красных, пытающиеся понять друг друга после смерти:
«Сжал побелевшие пальцы поручик Разумовский, прямо в конскую морду пулеметным стволом целя. От ленты огрызок остался, окружена со всех сторон тачанка, бородатые морды рядом. «Сдавайся, беляк!» – орут.
– Смело мы в бой пойдем! – оскалился в чужие личины поручик. – За Русь Святую! И за нее прольем…
Не песня вышла, просто хрип.
Да, посмотрел ещё раз: перевод- король и царь, ещё вождь. Значит, действительно, писал так, или это бедность языкового материала. Развитие языка идёт при взаимном проникновении, а в то время — это не в наши часы, взаимопроникновение было ещё очень мало.
Тем паче, мои Вам благодарности за переводы и чтение!
Вильгельм Гауф в самом деле был сведущим во многих областях человеком, он закончил Тюбингенский университет со степенью доктора философии и теологии, написал прекрасный роман «Лихтенштейн» на материале средневековой истории. Der König в «Маленьком Муке» — это, думаю, не этнографическая ошибка, а просто естественная германизация титула для немецкой аудитории.
Знал и много, и мало. Много — это общие знания про Восток( как проводят караваны, общие сведения про жизнь кочевых племён и т.п.), а мало — это и король вместо раджи или князя ( а может-быть " косяк" переводчика? не читал в оригинале, поэтому не могу ничего говорить утвердительно), «знания» про жизнь простолюдинов Востока, которая очень похожа на жизнь его, автора, окружения. Кстати, сказки и имели успех у читателей, потому что показывали жизнь так похожую на жизнь их, читателей.
Спасибо, Александр! Планирую озвучить также другие шедевры своего любимого сказочника. «Холодное сердце» я уже озвучила в декабре 2019 года. Мама прочитала мне его раньше, чем мне исполнилось три года, а потом перечитывала каждый Новый год (это была наша традиция), и я сохраняю при чтении ее интонации.
интересно! (пока только первый прослушал)никогда не изучал поэтов как личность (ну кроме Пушкина и Лермонтова про которых такие потоки инфы что не захочешь а будешь все знать)… про самих поэтов Серебряного века конечно знал немало-ибо они участники исторических процессов читая про которые их встретишь. И только сейчас решил осознать а почему я не осознал. Про писателей я копаю глубоко вплоть до писем)) Решил что наверное для меня стихи все таки магия)) узнав про писателя узнаешь много и про произведения, а вот про поэта. Ну какая связь между магом и заклинанием))
и как не смешно был прав-судя по первому отрывку-Гумелев человек мне противоположный во всем-мыслях идеях образу жизни, привычках. А Блок предельно близок во многом
почему тогда со стихами наоборот?))
Трудно сказать, что знал о реальном Востоке и его обитателях молодой (а по нынешним меркам — совсем юный) немецкий романтик Вильгельм Гауф в 1825 году. Отчего его и его читателей из кукольных немецких городков так завораживали бредущие по пустыням караваны, миражи сказочных дворцов на горизонте, благородные принцы, кровожадные разбойники и мудрые калифы. Не был ли это ответ на ту пресную, узкую реальность, которая стискивала поэтическое воображение художника в XIX веке, но гораздо жестче стискивает его сейчас. Сегодня, когда воображение поставлено вне закона, и когда караваны Вильгельма Гауффа, оживленные голосом современной Шахразады Елены Хафизовой, вновь бредут перед нашим взором — из детства в вечность.
Сильнейшее впечатление от Книги! Не хотела останавливаться, слушала в каком-то горячечном исступлении, отнимая безжалостно часы и минуты у повседневных дел, сна, общения.
Яркий, чёткий, безжалостный срез времени, представить, принять, вписать себя в который было огромным удовольствием (благодаря стилю изложения и колоритным образам), и нелёгким делом (это мы, мы… и никуда от этого не деться). И срез этот сделан мастерски, красиво, изящно, будто остановлено время, поезд стоит, рельсы переливаются-плавятся серебром на солнце, две линии в будущее, две линии — в прошлое, кажется, что пересекуться там, вдали, но нет.
И в замершем времени, живом, напряжённо пульсирующем — люди и разговоры, разговоры, бесконечная протяжённость непересекающихся жизней. Фоном — Одесса с её юмором, за которым всегда видится терпкая горечь слёз, алхимией сердца обращённых в радостный восторг от самой возможности жить, смеяться и плакать.
Любимому Чтецу — от души неистовая благодарность, без него был бы тягостен мой путь по раскалённым строкам-рельсам этого романа.
Вершитель нёс сокровища: огни, дожди, кометы, города, вокзалы. Он собирал вселенную из них.
Пил то ли кофе, то ли чай масала, то ли нектар, а то ли молоко.
Ел то ли бутерброд, а то ли персик.
Вершитель точно соблюдал закон, который сам и сочинил как песню: что где бы и о чём бы ты не шёл, какая б жидкость не текла по венам,
ты должен мир придумать хорошо, не для себя, так для других, наверно.»©
Ещё раз, рекомендую!
СОЗДАТЕЛЬ МИРА
Я почитаю новизну
Всегда за счастье.
Я долго шлифовал ЛУНУ
Алмазной пастой.
Она разбилась на куски.
Собрав осколки,
Я сделал в темноте зрачки. –
Так стали ВОЛКИ.
Я позаботился о ДНЕ,
Забыв о скуке.
И – СОЛНЦЕ обжигало мне
Немного руки.
Я крЕпко сплавил этот шар –
Он не остынет.
Я лег. И тяжело дышал.
Была ПУСТЫНЯ.
И нежно НОЧИ подарил
Я ЗВЕЗДЫ-нарды.
И поцелуями клеймил
Я ЛЕОПАРДОВ.
Я трепетно принес воды
Для первой ЛЬВИЦЫ.
И ТИГРЫ сохранят следы
Моей десницы.
Так созидался этот мир
В предгорьях ЛЕТА.
И в нем эфенди и эмир –
ДУША ПОЭТА.
20 июня 2020, 29 мая 2019
«Сжал побелевшие пальцы поручик Разумовский, прямо в конскую морду пулеметным стволом целя. От ленты огрызок остался, окружена со всех сторон тачанка, бородатые морды рядом. «Сдавайся, беляк!» – орут.
– Смело мы в бой пойдем! – оскалился в чужие личины поручик. – За Русь Святую! И за нее прольем…
Не песня вышла, просто хрип.
Убит отделенный, и взводный убит. Бьют в упор тачанки махновские.
За мной! – кричит боец Оксана Бондаренко. – Порубаем гадов! Смело мы в бой пойдем за власть Советов!..
Сколько раз можно умирать, Андрюша?
– Сколько раз можно умирать, Ксения?
Знаешь, Андрюша, подумала я сейчас… Если мертвые наконец помирятся, может, и живым легче станет? Весь век, год за годом – кровь и кровь, вражда и вражда, страшнее, чем в Пекле!
– Может быть. Только как им… Только как нам помириться?»©
Тем паче, мои Вам благодарности за переводы и чтение!
и как не смешно был прав-судя по первому отрывку-Гумелев человек мне противоположный во всем-мыслях идеях образу жизни, привычках. А Блок предельно близок во многом
почему тогда со стихами наоборот?))
Самое смешное, что слово это Гауф не выдумал и оно существует.
Яркий, чёткий, безжалостный срез времени, представить, принять, вписать себя в который было огромным удовольствием (благодаря стилю изложения и колоритным образам), и нелёгким делом (это мы, мы… и никуда от этого не деться). И срез этот сделан мастерски, красиво, изящно, будто остановлено время, поезд стоит, рельсы переливаются-плавятся серебром на солнце, две линии в будущее, две линии — в прошлое, кажется, что пересекуться там, вдали, но нет.
И в замершем времени, живом, напряжённо пульсирующем — люди и разговоры, разговоры, бесконечная протяжённость непересекающихся жизней. Фоном — Одесса с её юмором, за которым всегда видится терпкая горечь слёз, алхимией сердца обращённых в радостный восторг от самой возможности жить, смеяться и плакать.
Любимому Чтецу — от души неистовая благодарность, без него был бы тягостен мой путь по раскалённым строкам-рельсам этого романа.